Буквальное понимание

У Тэхёна была позиция, что от жизни нельзя отстать, если знать базовые вещи, как снять отель, обратиться за документами в соответствующий орган, покупать себе еду, знать, как работает лифт, как пользоваться смартфоном. Он не ощущал себя чужим в двадцать первом веке, ведь действительно ходил на улице с этими же людьми и дышал с ними одним воздухом. Нет ничего особенного в том, что Тэхён может не знать о том, из-за чего смеются молодые люди на той же улице.

Это же нормально — быть таким.

— Я ввёл систему парной работы, чтобы в случае смерти одного — другой бы закончил, — говорит Юнги. В его голосе сквозит нетерпение. — От тебя отказался уже шестой напарник, одного из которых мы потеряли, потому что ты был слишком сосредоточен на цели, — начальник звучит удивлённо. — Тэхён, не так уж и обязательно с ними дружить. Надо хотя бы разговаривать. — Я оглашаю им детали дела, — Тэхён удивлён замечанием. Не его вина, что другие почему-то хотят стать с ним какими-то «лойдом-и-йор-форджерами» (кто это вообще такие?). — Я о понимании. И подстраховке. Может, ты не видишь в них ценности, поэтому так выходит, — Юнги вздыхает. — Слушай, — начальник кладёт документ о законченной миссии на стол, — возьми отпуск и… — он указывает на него пальцем, — никаких уединённых домов на равнинах Новой Зеландии. Тэхён искренне обескуражен, когда собирается в отпуск с таким условием. Как можно отдохнуть в набитом людьми месте? И что там вообще делать? На равнинах Новой Зеландии хотя бы можно за овцами следить, оттачивать навыки стрельбы и рукопашного боя.

А что делать в городе, если ты не работаешь?

Первое время Тэхён так и пробыл, сняв маленькую квартиру, которую без конца убирал, пока обустраивался. Он принёс с собой одну сумку вещей и намеревался просуществовать с ними шесть данных ему месяцев. Делать дома нечего, гулять тоже неинтересно, если не наслаждаешься видами. Тэхён не устал, поэтому он не ощущает себя отдыхающим. Супермаркет — дом — тренировочный шумный зал — супермаркет — дом. Так и свихнуться можно. В один день Тэхён замечает вывеску в том тренажёрном зале. В местное кафе требуется бариста. Юнги не говорит «нельзя», когда он пишет, что решил поработать немного. Тэхён пожимает плечами, решив, что можно, раз не «нельзя».

Тэхён — нормальный продвинутый человек (по его мнению).

Он посетил кафе раз, изучил всё меню, записал себе их названия, вид, состав, граммы. Он изучил подаваемые стаканы, оборудование, видел, как готовит ему латте местный работник, который, видимо, и ждал прихода замены. Тэхён всё изучил и на собеседовании так блеснул, что принимающий с охеревшим лицом заявил, что он принят и даже приглашён на постоянку, передавая фартук. Тэхёну нравится здесь работать. Он находит новое занятие… увлекательным. Собирать напитки даже интереснее, чем различные оружия и автоматы, потому что погибшие от пули твою работу вряд ли оценят, а вот посетители не поскупятся на добрые слова. Это приятно. — А где ты работаешь, когда не бариста? — парень пододвигается к нему, помешивая сливки. — На правительство, — Тэхён абсолютно честен. — О, — Чонгук улыбается. — Я тоже. Мы как мистер и… — он мешкает немного, — мистер Смит. Мистер и мистер Смит. Тэхён удивлённо смотрит на него. И ему самому кажется, что он выражает как-то своё недоумение. Для Чонгука поднятие брови при безэмоциональном выражении лица выглядит как что-то типа «ты тупой?». — Я не Смит, — Тэхён поправляет вежливо. — Ты тоже из правительства? — он щурится. — Нет, конечно, — Чонгук теряет пыл любопытства. — Просто хотел подразнить, — и кивает. — Ты такой молчаливый. — Я часто это слышу, — Тэхён задумывается. Его коллегой в кафе является Чонгук, который стоит на кассе. Красивый парень, подрабатывающий тут до конца лета. Он довольно забавный временами. Тэхён и его находит увлекательным. Чонгук может за секунду поладить с кем угодно. Его анализ личности поражает своей точностью. У него ещё всегда такой вид, будто он аккуратный и собранный. Бросающийся в глаза, но при этом разговорчивый. Цель бы с ним сама полезла говорить, рассекречивая все козни. Тэхён считает, что Чонгук вполне бы мог стать профессиональным шпионом.

Очень хорошим шпионом.

Чонгук пьёт его американо, когда они заводят разговор. — Кто такие Лойд и Йор Форджеры? — Тэхён решает спросить напрямую. Он, конечно, смотрел в гугле, кто это, но его никак не впечатлило то, что там было сказано. Ему хочется узнать контекст у обычных людей. — Вроде, — Чонгук задумывается, — те женатики из аниме. Шпион и киллер. — Шпион и киллер? — Тэхён хмурится. — Незаконные? — Кто их знает, — Чонгук смеётся. — А что? — он улыбается. — Я могу стать твоей Йор, — Чон говорит бесстыдно, протянув руку. — Мне теперь нужно кольцо в виде чеки от гранаты. — Почему? — Тэхён искренне удивлён. Чонгук снова вздыхает из-за его выражения. Он качает головой самому себе, мол, почему я вообще флиртую с ним, если у него такое ужасное выражение. Тэхён задумывается. Чонгук не выражает желания перестроить его. Он не оставляет шансов Тэхёну что-то сказать, а использует их каждый раз, ожидая реакции. Чонгук его анализирует, пытается достучаться. Ким находит его интересным. Ему нравится наблюдать за Чонгуком. Ему не хочется расстраивать человека, который не уходит, не оставляет попытки что-то сделать с напряжением между ними. Может, об этом говорил Юнги? Тэхён должен уметь понимать своего партнёра. Стоит начать хотя бы с Чонгука. С ним наверняка это будет проще, чем с другими шпионами из правительства. — У меня нет гранаты. Обычно я ими не пользуюсь, но могу найти, — Тэхён кивает уверенно. Чонгук отстранённо хихикает, кивая. — Жду, — заявляет он, подмигивая. И… Да. Тэхён идёт в оружейную их базы, чтобы взять настоящую гранату. Чека от них, к сожалению, отдельно не поставляется, так что Тэхён вытаскивает прямо перед Намджуном — руководителем их инвентаря — кольцо, передав саму гранату обратно ему в руки, поблагодарив с поклоном. — Тэхён? Какого чёрта?! Вызывайте подкрепление! — кричит Намджун позади. База в тот день чуть не взлетела. А всё из-за Чонгука, которому ещё кольцо оказалось большим. Тэхён, надевая на его безымянный палец утром, ещё даже не открыв кафе, хмурится. Чонгук в это время так шокирован, что даже не находится со словами. Его фартук висит на шее, болтаясь. — Ты… ты серьёзно? — Чонгук краснеет. — Это… это что значит? Тэхён и не задумывается. — Полагаю, теперь ты моя Йор, — он говорит спокойно. Чонгук шокирован сказанным, но всё равно сияет. Он радостно улыбается, обнимая его, потянувшись к лицу, оставляя на губах короткий поцелуй. И снова очаровательно краснеет. — Тебе плохо? Почему ты красный? — Тэхён хмурится. — Оно великовато. Надо найти ту гранату, что с меньшей чекой. — Нет-нет, всё нормально, — Чонгук смеётся. — Я в восторге. И да, мне плохо, потому что ты не говорил, что у нас всё взаимно! Я чуть с ума не сошёл только что. Тэхён задумывается. Он качает головой, ничего не понимая. Но… — Я попытаюсь тебя понять, — Тэхён кивает. Он наклоняется, коротко чмокая в губы. — Что это? Что для тебя этот жест? — Я счастлив, — Чонгук улыбается. — Когда счастлив, — Тэхён удовлетворённо кивает. И снова чмокает. — Счастлив.

Легко ли понимать Чонгука?

Нет. Абсолютно. Тэхён старается понимать, о чём речь, но у него плохо получается. Они ходят на свидания (сказали, что это встречи ради совместного проведения времени), целуются (физический контакт сближает), открываются друг другу (Тэхён честно сказал, что он из правительства, но Чонгук снова поржал и отпустил ситуацию). Откровение Чонгука при этом выглядит несколько… странно на фоне секрета о том, что Тэхён из федеральной службы безопасности. Смена в кафе закончилась. Они должны закрыться и пойти по домам. Тэхён останавливается, когда снимает фартук. В раздевалке. Чонгук смотрит на его оголённые плечи. — У меня кинк на твои руки, — Чонгук проводит по венам пальцами, шумно выдохнув. — Я ловлю кайф, когда ты обнимаешь. — Нравятся… руки? — Тэхён удивлён. — Кинк? Что это за слово? — Ну, когда определённая часть в сексе вызывает особое удовольствие. Или то, что наоборот с акцентом возбуждает, — Чонгук объясняет. — Ты специально? Заставляешь меня говорить это. Я теперь съем твою руку, — он смеётся. — Человечина не вкусная. — Ты наверняка вкусный, — Чонгук хихикает. Тэхён хмурится. — Оставим это на потом. Сейчас ты можешь… — он поднимает руку Тэхёна к своей шее. Сложно привыкать к нынешнему миру, когда твоими приоритетами до освобождения были только стрельба по намеченным целям и их преследования. Тэхён поэтому, когда Чонгук говорит: — Задуши меня, — с улыбкой, касаясь его рук… Он понимает несколько… Да, Тэхён понимает буквально. Просто представьте недоумение Тэхёна. Он сейчас стоит, думая, почему Чонгук хочет внезапной смерти от его рук. Или не хочет. И надо мягче. А в чём смысл? А зачем душить? Чонгука хочется порадовать, но не душить. Но он хочет быть задушенным. И что теперь делать? У Тэхёна диссонанс. — Я не буду тебя душить, — он приходит к такому выводу. — Но я хочу, чтобы ты был удовлетворён сексуально, если хочешь. Я смогу проконтролировать давление своей силы. Скажи, в какой степени тебе нужно ощутить удушение. До потери сознания? — Так, стоп, — Чонгуку уже не так интересно. — Мы же шутим, — он нервно смеётся. — Пошли уже домой, — и бьёт по спине. Тэхён хмурится. Чонгук выглядит так, будто снова расстроен тем, что он ничего не понял. Да, на самом деле, Чон расстроен. И он расстроен тем, что его бойфренд не нашёл кинк Чонгука привлекаемым. Это обидно, но терпимо. В такой обстановке не ожидаешь, что тебя начнут душить. Натурально. Так реально, что Чонгук хрипит, бьёт по обхватившей шею руке, высвобождаясь с громким выдохом. Он поворачивается к своему парню. Тэхён хлопает глазами. — Это была самая слабая хватка, — Тэхён кивает. — Хочешь ещё? Чонгук выдыхает. Он нервно улыбается, выпрямляясь. И кивает.

Тэхён не понимает Чонгука до сих пор.

Но он старается соответствовать его ожиданиям, открывается новому и изучает то, что нравится его партнёру. Чонгук иногда называет его «своим папочкой», потому что у Тэхёна реально много денег и он не видит ничего зазорного в том, чтобы покупать Чонгуку всё, про что тот просто говорит «хочу». Лицо Тэхёна неописуемо, когда Чонгук так называет его в постели. Он потом сидит на краю кровати и думает, поступил ли он правильно, когда завёл отношения, если Чонгук видел в нём родного человека и ощущал себя скорее его сыном, чем бойфрендом. Тэхён не понимает и ситуации, когда после обмена селфи в чате Чонгук, восторгаясь его фото, присылает наколенники и резинку. Тэхён не понимает те странные мемы с инопланетянином, который хочет кому-то отсосать. Их кидает Чонгук в чате кафе, когда Тэхён присоединяется к разговору. У самого Чонгука вопросы назревают, когда после того, как он пролил случайно сливки и выдал: — Сразу скажу: если злишься — не говори. Без слов отшлёпай, и я отстану, — он смеётся, говоря это. Надеется, что задобрит, и Тэхён не станет хмуриться, просто велев убрать беспорядок. Но... Тэхён пожимает плечами, резко наклоняя его над барным столиком, шлёпнув по правой ягодице. Несильно и не больно. Это было ощутимо, но через джинсы — не так уж и страшно. Выражение его лица при этом бесстрастное. Он кивает. — Действительно полегчало, — даже делится таким. Чонгук качает головой.

С его парнем… наверное, с ним реально что-то не так.

Тэхён в это время медленно выходит на работу и с первого раза ладит с Хосоком, который говорит комплимент его рукам. И Ким с готовностью отвечает: — Задушить? — О, с этим не ко мне, — Хосок смеётся. — Хотя… прикинуть можно, — он потом хихикает. — Ты забавный.

Оставлять Чонгука не было в планах.

Тэхён потом задумается о том, как минимизировать связи с ним, а пока… пока Тэхён этого не хочет. Он всё ещё по утрам работает бариста в том кафе, собираясь уйти, когда у Чонгука начнутся студенческие будни на последнем курсе. По идее, Чонгук должен его сам бросить, пока правительство не узнает, что он знает. Тэхён почему-то уверен, что Чонгук в курсе, ведь всегда так ярко улыбается, когда он говорит о своей реальной работе. Поэтому он снова не понимает Чонгука, который после секса лежит на кровати с выпученными с размером в Юпитер глазами, наблюдая за тем, как Тэхён, убивая время, разбирает и собирает пистолет. — Доброе утро. Тэхён решает начать этот день с того, чтобы быть более эмоциональным. Он пытается улыбнуться. Наверное, это выглядело жутко, раз Чонгук истошно завопил, а потом начал убегать от него, залетел в ванную комнату и не выходил оттуда, пока Тэхён не убедил его, что всё убрал. Тэхён вздыхает, когда Чонгук собирается и уходит с заплаканным выражением лица, обещав, что никогда не придёт к нему после. Но вот, стоит тут, на пороге, после недели молчания. — Можно? — спрашивает он, смотря на Тэхёна умоляюще. Тот кивает, пропуская внутрь. Чонгук обнимает его. Тэхён зарывается пальцами в волосы, кивая, будто понимает. Но нихрена. Люди такие сложные. Тем не менее.

Всё равно… это так… увлекательно.

— Тэхён, если твой парень сказал, что у него кинк на шпионов, нельзя приносить его в базу, чтобы он тебя чмокнул в знак того, что счастлив твоим порывом! — Юнги готов взорваться.