У России три пути

День обычного мастера пирсинга по имени Сяо мог быть самым обычным и тихим, но что-то пошло не по плану… — Кокодаё, мой милый друг! – с веселым смехом раздалось у двери салона. К мастеру пирсинга пришел необычный клиент. Незваный гость был одет в огромное худи, казалось, что он «тонул» в нём. На худых ногах красовались рваные синие джинсы, кажется, рвал их он сам. Разрезы на них украшали булавки и цепочки. А вот из обуви он предпочитал носить обычные кеды, за чистотой которых он, кажется, не особо следил. Также парнишка обладал непослушными густыми темно-синими волосами, что были заплетены в две косички, а на концах были покрашены в голубой. Его веселые голубые глаза смотрели внимательно на мастера. Хихикнув, мальчишка подошел к нему и сел рядом. — Забыл меня?~ — спросил он с игривой интонацией. Мастер минуты две разглядывал незнакомца и пытался вспомнить, почему это веселое, но раздражающие лицо ему так знакомо. После, он вздохнул, ибо вспомнил, что действительно с ним пересекался две недели назад в переходе, когда тот пел на публику, тем самым зарабатывая. — Я запомнил тебя, а также проследил, куда ты ходишь работать. А запомнил я тебя по твоей уж больно яркой внешности. И правда, повседневный внешний вид мастера выглядел ярко. Глядя на Сяо, можно было сказать, что он занимается проколами. На его маленьких ушках было несколько проколов, как на мочках, так и на самих хрящах. С одной мочки свисала серёжка в виде черного креста, а другую украшал черный гвоздик. Острый нос также был уснащен септумом и проколом крыла, в котором красовалась черная точка-сережка, а из перегородки торчали «рожки». Даже бровь украшала серьга, исключением оставались лишь губы. Даже язык, что прятался во рту, на данный момент болтал маленькой штангой. — Допустим. Ну и зачем пришел? Две недели копил на прокол или что? Кто ты вообще такой, и зачем следил за мной?.. – кажется, Сяо начинал злиться. Ему никогда не нравилось излишнее внимание к его персоне. — Я Венти, бродячий музыкант, – представился наконец незнакомец. – Не сказать, что накопил. Эти деньги мой будущий хлеб, если я не поем в течение недели, то эти деньги быстро потеряют свой смысл существования. – он пожал плечами. – я хотел узнать, сколько будет стоить прокол брови? – спросил он, с любопытством смотря в карие глаза. Мастер на него посмотрел и хмыкнул. — 5300. Со своей серьгой 5000, но вид и качество выбирать буду я, ненавижу колоть и ставить хуйню с алика. — Воу воу воу! Я живу в хуйне с алика! Вся моя одежда это алик, а подшивается дешевыми нитками и иголками с «ФиксПрайса»! — Ну.. соболезную, что. Я не филантроп, я не помогу. Цену я тебе сказал. – на этой фразе парень отвернулся к своим инструментам и стал готовить специальный раствор, что будет служить хорошим стерилизатором. В помещении запахло спиртом. Венти с улыбкой смотрел на занятого Сяо, а после открыл форточку у окна. Еще минуты две стоял, о чем-то размышляя, а после произнес лукаво: — Думаю, мы еще встретимся и даже подружимся! Пока! Весело что-то напевая, Венти быстро покинул салон. — Тц, какая самоуверенность. – фыркнул Сяо. *** «Весь из себя важный, хуй бумажный.» — подумал Венти, хихикая. Когда паренёк пришел домой, улыбка с его лица исчезла. Он небрежно кинул рюкзак на пол, кеды оставил у двери, а сам прошел в квартиру, тяжело вздыхая. В голове крутились мысли о том, хватит ли ему денег на питание, хватает ли ему на аренду. Парнишка проверил наличку, которую заработал вчера на уличном концерте. «10 тысяч..не зря пропустил пары и целый день пел..» — думал он, грустно улыбаясь. Голодное урчание живота напомнило ему о том, что холодильник пустует уже 3 день. — Ну чтож… — обуваясь, начал Венти говорить с пустотой. – Бродяга музыкант снова в деле! Мальчишка схватил гитару и побежал на самую оживленную улицу города. Уже среди толпы он нашел пустое место, положил чехол гитары на землю, а сам начал петь, играя мелодию на гитаре. — Кто сказал, что ты должен чего-то добиться? Откуда такие долги, ты долгов не брал! Закричи: "Ничего не хочу, помогите, полиция!" Если отформатировать C, будет проще уйти в астрал! Центральные улицы города всегда раздражали Сяо тем, что они напоминали ему муравейник: много людей, много музыкантов, много художников и любая творческая бродяга пытается привлечь твоё внимание и кошелек. Однако, именно здесь были магазины с наилучшими украшениями и инструментами для безопасных проколов, поэтому пирсер был вынужден идти сюда. Когда парень шел к нужному заведению, его слух поймал до боли знакомый чистый голосок. Это был Венти. Лицо мастера пирсинга перекосила гримаса негодования. «Может, кинуть ему побольше чаевых, и он не станет сталкерить?» — подумал он и хмыкнул. Подойдя к чехлу от гитары, парнишка положил две купюры по 1000 рублей, а сам ушел в нужный магазин. «Два куска оставил у этого засранца,» —подумал Сяо и стал ругать себя и свою тревожность. Веселые голубые глаза музыканта заметили знакомую фигуру. Венти про себя думал, что попал в сказку, потому что не мог поверить в то, что ему сам Сяо решил отдать целых две тысячи рублей. Однако, мальчишка не терял бдительности и подумал о том, что купюры фальшивка. "Надо бы дома проверить," — подумал парнишка, продолжая весело играть на гитаре и петь. После выступления, мальчишка поклонился, убрал чаевые к себе, а гитару бережно уложил в чехол. Несмотря на успешное выступление на улице, Барбатос ушел на другую оживленную улицу петь. Итак маленький бродячий музыкант шел и пел, от улицы к улице, пока совсем не стемнело. Ночной воздух был приятным и свежим. У него был свой особенный приятный запах, который вдохновлял творческие умы на создание произведений искусства. В окнах домов стали зажигать свет. Если присмотреться, то почти каждое окно дарило необычную домашнюю атмосферу: где-то пили чай на кухне и что-то обсуждали, где-то читали книгу, поглаживая кошку по спине, кто-то сидел и рисовал, кто-то около окна ходил с блокнотом, подбирая удачные синонимы или рифму. Барбатос с любопытством и удовольствием вглядывался в эти маленькие щели домашних миров, от которых веяло теплом и заботой. Но придя к себе домой, парень разочаровался: дома его никто не ждал, никто ему не подогрел чайник заранее, даже не было домашних питомцев, которые бы встречали его с искренней верностью и любовью. Венти оставил гитару рядом с обувью и убито лег на кровать. "Как же я ненавижу эту квартиру... эту хозяйку.. эту жизнь в целом! Хочу также, как у тех людей! Чтобы было тепло и приятно" А не холодно и мерзко!" — выругался про себя музыкант и, фырча, повернулся к стене. Так и стал засыпать от усталости.