Охраники

Голди парила в центре комнаты, погружённая в свои мысли. Что же всё таки не так с её подругами. Она никогда не задумывалась какими они были раньше. Ей всегда казалось что они были её творением. Она смогла передать, как она думала, все черты человека, с немного пошлыми мыслями, своим подругам. Когда то и она работала в этом заведении развлекая клиентов дни и ночи. Иногда ей казалось что какой нибудь молодой парень всё таки влюбиться в неё по настоящему. И она сможет сбежать из пиццерии следуя указаниям сердца. Она рассказывала всё это людям которых считала очень близкими. Но те лишь смеялись и говорили: —Какое у тебя сердце? Ты же робот. Просто железка созданная чтобы удовлетворять все прихоти. Под конец рабочего дня она возвращалась на сцену и выключалась вынужденная ещё одну ночь проводить в темноте и холоде. Голди плавно опустилась на пол не подняв не единой пылинки. Она всегда старалась сохранять первоначальный вид её комнаты. С момента её списания она не передвинула не единой вещи, ни единых запасных деталей. Иногда она беседовала не только с собой, но и с нерабочим эндоскелетом призванным также выполнять функции запасного. Девушка ещё раз попыталась собрать в голове все воспоминания и мысли воедино. Но как она не пыталась этого сделать всегда получалось одно: бессвязная цепь бессмысленных деталей и догадок. Она прислушалась в комнате не было не единого звука. Можно было подумать, что и она просто невидимый бесшумный фантом этого места. Мастерская номер 1 всегда была звуконепроницаемым местом. В комнате не было ничего выделяющегося . Голди именно здесь проводила почти всё время. Она посмотрела в угол. В нём сидел скрюченный робот, тогоже цвета, но отличавшийся по лицу. —Сестра, что то ты совсем приуныла.—Сказала Голди вслух. Она подошла к ней и взялась за её голову. Ей ни составило труда её поднять. Полая внутри голова никак не была соединина с телом с помощью эндоскелета. Точнее его вообще не было. Глазницы были пустыми. Во внутренней стороне лица было множество маленьких деталей и рычажков. При соединении с головой эндоскелета они позволяли роботу изображать мимику приближенную к человеческой. Скорее всего человек смог бы носить эту деталь как маску. Внезапный приступ ярости заставил Голди отшвырнуть голову в тот же угол. Она не помнила каково это, быть человеком...