По следами волшебства

Домой Тэ пробирался тихо, в сумерках раннего утра стараясь не зацепить ничего из вещей. Зачем он и сам не знал, все равно придется выйти к семье и разговора не избежать как ни крути. Но отсрочить наказание все же хотелось. Он уже было добрался до лестницы наверх, как вдруг в коридор вышел незнакомый альфа. Тэхен заголосил что было сил и швырнул в незнакомца сумку, но потом вспомнил, что там книга и бросился ее отбирать обратно, беспрестанно крича. Альфа от шока сам вцепился в сумку и не мог и слова вымолвить, когда на крик из комнат начали выбегать домочадцы. — Папа!!! Папочка!!! Первым спустился Йонг. Он от испуга за сына не сильно разбирался в происходящем и просто треснул «нападавшего» по лбу, от чего альфа ничком свалился на пол, а Тэ вцепился в плечи отца со спины, прячась. — Милый, это был Джуен, — перегнулся через перила Сухен. У головы бессознательного альфы стояла белка, которая лапками трогала лицо своего мужа, что-то причитая. — Кто ж знал? — немного виновато спросил альфа, а белка осуждающе на него посмотрела. — Кто это? — едва не икая от страха спросил Тэ. — А это муж Хосоки, — высунулся между опорами перил Джин. — Кого? — все еще не понимал Тэ. — Его, — ткнул пальцем в белку старший брат. Тэхен зажмурился и помотал головой: — Мне поспать стоит, наверное. Альфа на полу замычал и открыл глаза, пока бабушка и о-папа приводили его в чувства. — А ты, кстати, не целовался? — уточнил Джин. — Я своей крови больше не дам! Обойдешься! — возмутился Тэ, все же отлепляясь от отца. — Но, малыш, нам действительно очень надо, — к удивлению омеги вмешался Сухен и белка жалостливо запищала. Разговор с родителями был не долгим — Тэ жалостливо вздыхал, дыхание его сбивалось, а из глаз вот-вот готовы были политься слезы. Йонг не выдержал и бросился обнимать и успокаивать сына, под вздохи Сухена, очередной раз убедившегося, что дети вертят его мужем как хотят. — В качестве наказания с тебя кровь, — махнул рукой на лекцию о поведении хорошего омеги Сухен. И Тэ радостно закивал головой, готовый выдать хоть литр. Литр, конечно, Сухену не понадобился, но вот несколько капель он у сына забрал и удалился на чердак, где в одной из комнат был его личный кабинет. Или, как он любил называть эту комнату — мастерская. Омега разложил на подставках книги, открытые на нужных для него страницах, выставил свечи, которые предварительно забрал из кладовки вместе с пучками трав и сухоцветов. Застелив стол темно-синим сукном, он достал мел и начертил магическую схему, добавляя к кругам и треугольникам очередную черточку или завиток с каждым словом заклинания, после чего расставил первые три свечи разной формы и от того разного назначения и зажег их. Он обратился сначала к одной книге вслух прочитав заклинания из нее и поставил на огонь котелок с колодезной водой, и вернулся к столу. Пока вода закипала, омега начал собирать пучки трава в маленькие скрутки-веники, тщательно, словно в гербарий отбирая каждую травинку и соединяя между собой нитями. К тому времени, как вода была готова, то он уже собрал три пучка и отложил их в сторону. Теперь все его внимание было предназначено только котелку — омега начала нараспев читать свои заговоры и подкидывать в котелок травы, порошки и коренья. Последними ингредиентами были кровь Тэ и пучок беличьей шерсти с хвоста, после чего омега убрал огонь, накрыл котелок, защелкнув его крышку и вышел — теперь нужно было ждать три дня. Встретившись с друзьями в школе Тэ был весел — наказания удалось так легко избежать, что он сам себе не верил. Друзья его были ничуть не печальнее — хоть и получили выговор от родителей, но совсем не серьезный, ведь оба брата никогда не были замечены за серьезными проступками, а дядя Сухен еще и умудрился так все вывернуть, что едва ли не сами родители отправили их в Сеул. Чимин и вовсе сиял, как начищенная монета, ведь у него теперь есть альфа! Он даже и статусы во всех соцсетях поменял, и ему все одноклассники-омеги завидуют. Альфа не просто какой-то там сельский мальчишка, а из Сеула! Да еще и старше! Чонгук, правда, все время передразнивал и кривлялся, но в тайне тоже завидовал — вот бы ему так с Тэ… — А еще, — заговорчески зашептал Тэ, — я знаю один секрет, но это никому-никому! Оба брата навострили ушки на клонились к омеге. — Джин встречается с учителем Кимом и даже представил его родителям, как своего альфу, — выдал шокирующую информацию Тэ. — Гонишь! — воскликнул Чимин. — Тэхени никогда не врет! — пихну его в плечо Гук. — Тяхени никадя ни вреть, — передразнил его Чимин, — бе-бе-бе. Тэ лишь закатил глаза на очередную перепалку братьев. — Давай сегодня покатаемся на велосипедах? — переключился на друга Чимин, — как раз и посплетничаем без лишних ушей, — пихнул он брата. — Будто мне интересно слушать о твоем Юнги, — обиженно пробурчал альфа. — Я сегодня не могу, у меня практика. Еще и слова к посвящению учить надо, а они, как на зло, не запоминаются совсем. — А можно с тобой? — вдруг попросил Гук. — Что, тоже хочешь, чтобы тебя родителям, как альфу представили? — хохотнул Чим и Гук густо покраснел, а Тэ сделал вид, что ничего не понял, но очень старался не выдать своего смущения. В назначенный день белка была на лапах еще до рассвета. Она ждала, переминалась на лапках и все дергала ушками на каждый шорох. Когда семья проснулась и стали готовиться к завтраку, то она немного опешила — с ней поздоровались, но вот расколдовывать никто не собирался. Нервы были на пределе, и стоило только меду политься на блинчики, как белка отчаянно запищала, оттянула свои уши вниз и разрыдалась. — Хосоки? — ошарашено уставился на белку Джуен. — Еще рано, — понял причину истерики Сухен, — ты три дня ждал, потерпи еще пару часиков, это важно. Глазки-бусинки уставились на омегу, но белка больше не плакала. Шмыгнув маленьким носиком, она натянула передничек, чтобы не заляпать шерстку вареньем и медом и со вздохом села на стол рядом с тарелкой мужа, всем видом выражая — корми. Когда пришло время обряда, что Хосок уже и не ждал, расслабленно лежа на плече мужа и смотря дораму. — Хосоки, нам пора, — подошел к ним Сухен и осторожно взял белку на руки. Белка заметалась в ладонях омеги, потом спрыгнула к мужу на руки, забралась на плечо и тыкнулась мордочкой в щеку, целуя. Что-то тихо пискнув ему на ухо, она стрелой вернулась на руки к Сухену и махнула лапкой на прощанье. Маленькое сердечко в груди билось, как сумасшедшее. В мастерской Сухен усадил белку на стул и вернулся к своему столу, вновь шепча заклинания и чертя мелом знаки, после он взял три свечи, отличающиеся от предыдущих. связал их какими-то травинками и взял в руки металлическую лопатку, которую до этого раскалил на огне. Над котелком с зельем, он стал быстро растирать свечи на лопатке, не прекращая говорить свои заговоры, плавящийся воск капал в воду. застывая причудливыми узорами, как вдруг лопатка вспыхнула и загорелась. Белка испуганно пискнула, прижимая лапки к груди, но Сунхе не отреагировал. Он с силой дунул на лопатку и начал опускать ее в воду по четырем сторонам, отчего в воздух поднялись клубы пара. После чего он отложил остатки свечей, взял небольшую ложечку, зачерпнул воды из котелка и протянул ее белке: — Пей. Та послушно выхлебала все, как и последующие три ложки. Потом омега взял белку на руки и поднес к котелку. — Опускай лапки и держи, пока не скажу, чтобы вытаскивал. Белка кивнула и послушно сунула лапки в воду, та оказалась неожиданно холодной и маленькие пальчики начало сводить судорогой, но белка стоически терпела, не желая того, чтобы такая мелочь все испортила. Стоило Сунхе сказать, что можно вынимать лапки, как белка тут же сунула их в пушистый хвост, пытаясь согреть, а омега вновь вернул его в кресло, а сам достал скрутки из трав, поджег их и стал проводить ритуал дальше — он окурил комнату, а потом принялся кружить дымом вокруг белки. Та старалась следить за процессом, но веки вдруг стали тяжелыми и как бы не старалась она сопротивляться сну, а все же он оказался сильнее — в густом пахнущем дыму белка уснула. Джуен очень волновался в ожидании и когда услышал зовущий его голос, то стрелой поднялся на чердак. Из открытой двери красивыми клубами вытекал пахнущий терпкими травами дым, рассеиваясь перед идущим альфой. Сухен встретил его улыбкой: — Нужно перенести его в постель, он через несколько часов проснется и хорошо бы, если бы ты был рядом. На глазах альфы проступили слезы счастья — в кресле мирно спал рыжеволосый красивый омега. Его Хосоки вернулся. Пока Джуен радовался возвращению мужа и ворковал над спящим Хосоком, в школе разворачивалась своя драма. Перед началом занятий в класс Тэ зашел одноклассник Сокджина — Пак Богом. Он деловито прошел к столу Тэхена и поставил перед ним бутылочку с земляничным молоком, подмигнул и вышел из класса. Омеги запищали — Богом, выпускник и капитан баскетбольной команды, так открыто выразил свою симпатию их однокласснику. Чимин же смотрел на ошарашенного друга, но комментировать не стал, решив дождаться обеда. — Он тебе нравится? — спросил прямо в лоб Чимин. Гука с ними сегодня не было — его класс был на лекции в полном составе, поэтому до вечера омеги его не увидят. — Богом-хен хороший, — как-то неуверенно пожал плечами Тэ. — Я же спросил нравится он тебе или нет, но не о том какой он. — Не дави на меня, — надулся Тэ, сосредоточено ковыряя палочкам рис. — Разве так трудно ответить? Или ты мне не доверяешь? — Доверяю… — Ну так что? — Ну… Он красивый, но не то, чтобы я прям хотел сейчас отношений. С ним. — А не с ним? — Отстань, Чим! — Тебе ведь нравится Гук. — Да ну что? — разозлился Тэ, — Зато я ему НЕ нравлюсь! — Нравишься! — Нет! — Да! — Тогда почему он меня ни разу гулять не позвал?! — Звал! — Ага, только мы все вмести гуляем всегда! Как друзья! — Потому что он стесняется наедине. — Потому что я ему не нравлюсь! — Дурак! — Сам дурак! Оба уткнулись в свои подносы, яростно раскидывая рис палочками. — Нравишься ты ему, — не отстал Чим. — Он с Вуеном гулял. — Потому что этот придурок к нему прицепился в магазине и не отставал. Так что никуда он его не звал. — И меня никуда он не звал… А я не хочу быть прилипалой, как Вуен… Оба замолчали и в воздухе повисла какая-то нотка грусти. — Фух! Нас отпустили! Думал вы уже поели, — уселся рядом с ними довольный Чонгук, — А вы чего такие грустные? — Домашки задали много, — пробормотал Тэ. После школы Чонгук намеревался позвать омег погулять к ручью и во всю улыбался, завидев их издали. Омеги уже подошли к нему и он даже открыл рот, чтобы огласить свои планы, но его оборвали. — Тэхен! Они обернулись и увидели бегущего к ним Богома. — Ох, думал, что не успею. Учитель Ким задержал, — пояснил он ничего не понимающему Тэ. Заметит замешательство омеги, Бом улыбнулся и пояснил: — Хотел тебя домой проводить. Идем? — А… Ну… Тэхен посмотрел на молчащего Чонгука, вздохнул и кивнул: — Да, спасибо. До завтра, ребят, — махнул он рукой и пошел рядом с Богомом. — Ты придурок, мелкий, — резюмировал Чимин, проводив взглядом парочку. — А что я? Тэ ведь сам захотел… — Нельзя было открыть рот и сказать — отвали, Богом, это мой омега? Вот ты сопля, мой Юнги бы ему за меня морду начистил. А ты только и можешь, что смотреть, как твоего омегу уводят. Чонгук вздохнул. Терять Тэ не хотелось, но сейчас было важнее чего хочет сам Тэхен. Ведь если ему нравится Богом, то пусть и будут вместе. Все эти «уведи» и «отбей» было не про Чонгука — омеги не тряпичные куклы, чтобы за них решать с кем им быть. Следующие две недели Чонгук и Тэ практически не общались — омега сразу после занятий сбегал домой, якобы готовясь к посвящению, а по факту избегая Богома. К слову, это у него не всегда получалось и время от времени альфа все же провожал его домой. В один из вечеров в комнату Тэ заглянул Джин. — Привет. Что делаешь? — Повторяю порядок обряда. — Еще не выучил? — Выучил… Просто так, на всякий случай. — Ммм. Тэ, а ты что, с Богомом встречаешься? — Нет! — вспыхнул омега. — А говорят, что да. И домой он тебя провожает. — Да ну и что? Не встречаемся мы. Ты мне веришь или сплетням?! — Тебе, — кивнул старший брат, — Значит, ты еще не целовался? — Не целовался, — покраснел Тэ. — Ой, отлично. Дай немного крови, а? — Что?! Не дам! — Ну дай! — Зачем? — На всякий случай, а то вдруг начнешь встречаться, целоваться будешь… А у меня кровь вот она, в бутылечке, — Джин даже продемонстрировал приготовленную тару. — Обойдешься! — Ну что тебе жалко что ли? — Что за крики? — вошел к детям Сухен. — Он крови не дает, — пожаловался на брата Джин. — А тебе зачем? — подозрительно прищурился о-папа. — За ним Богом ухаживает, а ну как начнут встречаться и где я такую кровь нужную добуду? Сухен задумчиво прищурился, смотря на младшего сына и удалился, чтобы быстро вернуться с маленьким флакончиком и ритуальным ножом. — Тэхени, всего несколько капелек и для меня, да? Тэхен страдальчески закатил глаза, но руку протянул: — Кровопийцы… Чонгук бродил по школьному двору в одиночестве и в своих мыслях. Сегодня Тэ пригласил их с Чимином на праздник в честь своего посвящения, который будет уже через несколько дней. Даже Юнги приедет завтра вечером, от чего Чимин не может успокоиться уже сутки — только и разговоров как о его альфе. Он сам не заметил, как приблизился к команде по баскетболу, которые сидели на лавочках и обсуждали выпускной. — Мне кажется, что с Сокджином было бы проще, он ведь тоже выпускник, — высказался один. — Ага, щас. У него альфа есть, непонятно кто, но есть, — возразил Богом. — Просто он тебя отшил, — засмеялся другой. — Ащ, никто меня не отшивал, — раздраженно махнул Богом, — Тэхен поизящнее будет. И послаще. Альфы засмеялись. — Думаешь, успеешь к выпускному? — Конечно успею. Он почти сдался, а на выпускном и уломаю — алкоголь и взрослая жизнь. Омеги на такое ведутся. — Только посмей его хоть пальцем тронуть! — закричал Чонгук и альфы на него удивленно обернулись. Они окинули взглядом младшего и все, как один, разразились смехом. — Иди отсюда, мелочь, — махнул на него рукой Богом. — Ты не посмеешь обидеть Тэхена! — Я и не собираюсь. Напротив, хочу сделать ему приятно. Очень-очень приятно. Альфы вновь рахохотались, хлопая капитана по плечу. — Ах ты! И Чонгук кинулся в бой. Конечно, его знатно отлупили, зато потом, когда он был в медпункте и над ним кружили перепуганные Тэхен и Чимин — альфа был абсолютно счастлив. — Как же так, Гуки… Ну как же так, — причитал Тэ, едва не плача. — Все хорошо, — улыбался альфа, растягивая разбитые губы. — Кхм-кхм, — прокашлялся сидевший в том же кабинете Богом, — Тэ, я вообще-то тоже здесь. — Вы толпой избили моего друга! — Он сам начал, — пожал плечами старший, явно не испытывая угрызений совести. — Это не повод бить толпой! Да и просто так он бы не стал драться! — Это не имеет значения, Тэхен. Твой альфа должен быть важнее друзей! — Тогда тем более сиди молча! — зло огрызнулся Тэ, — Ты мне ни друг и ни альфа. — Так значит? Может мне и не провожать тебя больше? — Сам дойду! Не потеряюсь! — Я… Я провожу тебя, Тэ, — взял его за руку Чонгук и Тэ покраснел щечками. — Не боишься ещё получить, мелкий? — разозлился Богом и Чимин заозирался, ища, чем бы треснуть обидчика младшего брата. — Ещё раз к ним полезешь и я тебя в жабу превращу, — зловеще пообещал неожиданный возникший в дверях Джин, обращаясь к однокласснику. Богом икнул, схватил свои вещи и быстро сбежал. — Ты не умеешь превращать, — с улыбкой прищурился Тэ. — Ну он-то об этом не знает, — пожал плечами Джин, — к тому же Джуен всё ещё у нас, а белки у него получаются прекрасно, так что может и жабу осилит. Но тебе, Гук, обязательно нужно к нам зайти, Юнги приехал, он хороший врачеватель, вмиг все залечит. — Юнги здесь?! — запищал Чимин и умчался раньше, чем Джин успел ответить. — Ну ждет у школы вообще-то… Да ладно, — махнул рукой старший, — все равно сейчас встретятся. В день посвящения в доме семьи Ким было суетно — дом был полон гостей. Альфы во дворе растягивали шатры, расставляли столы, омеги готовили многочисленные угощения, а о-папы готовили своих детей к посвящению. В этом году проходили инициацию всего трое и все омеги, сейчас их тела уже расписали символами и узорами, одели в ритуальные одежды, волосы, шеи и руки омег украшали необычные украшения, а они слушали последние наставления. К заветной поляне пойдут не все — только те, кто тоже обладает даром, входит в ковен и уже прошел посвящение, остальные будут ждать дома, чтобы поздравить новоиспеченных ведьм. Отец все же вызвался проводить их немного, переживая за младшего сына, и Намджун решил увязаться тоже. — А что если кто-то из непосвященных проследит за ними? Или обычные люди? — спросил у Юнги Чимин, все никак не желающий отпускать руку альфы. — Ничего, — пожал плечами Юнги, — он просто не увидит ничего, не найдет. — Как это? — Будет слышать отделенные звуки, словно где-то рядом они, но найти не сможет — будет кружить вокруг поляны, но на нее не сможет зайти. А если со злом придет, то и вовсе может потеряться и из леса не выбраться. — Ого, — шокировано распахнул глаза Чим, — А это долго? Долго тебя не будет? — Уже скучаешь? — улыбнулся альфа и потрепал его по щеке. — Да, — обнял его омега в ответ. — О, твой брат все же пришел. Куда пропал Чонгук и где его носило никто не знал, но Тэхена это крайне огорчало. А сейчас альфа с огромным букетом полевых цветов несся к Тэхену. Омега заметил его тоже и остановился, а потом пошел навстречу. — Тэ, не задерживайся сильно, — предупредил его о-папа с улыбкой, понимая, что эта встреча очень важна для юного омеги. — Ох, успел, — немного запыхавшись пробормотал Гук. — Я думал, что ты не придешь… — Как я мог? Просто хотелось тебя порадовать… И вот. Он протянул омеге букет и тот смущенно принял его, а после Гук взял его за руку. То, что произошло после заставило застыть всех. Ведь стоило их рукам соединиться, как словно из воздуха возникла красная нить, опутывая их руки и завязываясь узлом, а после на месте узла расцвел цветок. Видение продлилось несколько секунд и растворилось в воздухе. — Что это, ба? — прошептал Джин, боясь оторвать взгляд от молодой пары. — Истинность. Это очень редкое явление, я на своем веку ни разу вживую не видела, лишь слышала о таком. Вечером, когда в шатрах горели лампочки и фонарики, играла музыка, а гости танцевали и веселились, старшие омеги семейства Ким и их сеульские родственники Юль и Дэвон пили цветочное вино и что-то чертили на салфетках. — Что вы тут делаете? — сел рядом с ними Йонг, обнимая своего омегу со спины. — Решаем, достраивать нам дом или купить дом стариков Чхве, — ткнул на импровизированной карте на салфетке Сухен. — Зачем? — не понял альфа. — Ну сам смотри, — начал разъяснять Юль, немного икая от количества выпитого вина, — У Тэхени четверо детишек будет, у Джини трое, Юнги, кончено, Чимини увезет к себе, но приезжать-то они будут! Да и Джуен колдун без клана, мы решили звать к себе, а значит и они с детьми будут частые гости. Альфа открыл рот от удивления — иметь тещу-прорицательницу все же удобно, можно заранее подготовиться к будущему и сделать это основательно. Ведь по традиции омеги клана редко покидают родной дом, они приводят своих альф жить в этот дом. Сухен вздохнул с мечтательной улыбкой, облокотился на грудь мужа и смотрел на танцующие и счастливые пары. — Хорошие у нас дети получились, правда, милый? — Самые лучшие, — согласился альфа и поцеловал его в висок. А музыка и смех разносились до самого утра, оповещая о том, что счастье в семье Ким только лишь разрастается.