Побольше бы таких как ты

            День «Х». Не понимаю почему я назвала этот день так, может из-за сегодняшней съёмки и встречи с Димой? С одной стороны я безумно хотела посмотреть на весь процесс работы за кадром, может подметить что-то для себя, на будущее. А с другой хотелось снова увидится с ним…и не только с ним с остальной командой тоже.       Уже сколько времени я лежу и пялюсь в потолок, никак не могу собраться с мыслями и пойти привести себя в порядок. Все думаю о сегодняшнем дне. Да волнуюсь, этого я от себя не скрываю, в отличии от всего остального. Катя ушла где-то около часа назад, ей надо на работу, бедолага, как кстати и мне. Хоть моя работа в социальных сетях, это не означает что я могу весь день проваляться в кровати, а денежка на карту будет сама приходить, а хотелось бы. Я откидываю одеяло и сажусь на кровать. Чувствую себя первоклашкой, которую мама подняла в школу и сижу пялюсь в одну точку. Тяжело. Утром всегда тяжело. Встав с кровати, я подхожу к рабочему столу, на котором лежит ноутбук и спустя пару минут по комнате раздается негромкая мелодия. Я включила случайный плейлист, сгенерированный специально по моим предпочтениям, и отправилась в ванную. Главное не быть в тишине, дабы не углубиться в себе, не думать ни о чем, не загоняться.       Эмиль приехал только к трём часам. Он заранее мне написал, что опоздает, в Москве жуткие пробки и он ездил с Даником снимать видео уже для его канала. Сначала я не придала этому особое значение, непредвиденные ситуации могут случиться с каждым, но потом я всерьёз стала задумываться, а может он и не приедет вовсе? Такое часто случается, когда ты чего-то очень сильно ждешь, надеешься ожидаешь лучшее, но потом все обрывается и ты очень сильно начинаешь загоняться. Я готовила себя к этому, к самому худшему.       Но все обошлось. И как только он переступил порог моей съёмной квартиры, то смех разлетелся по всем комнатам. Мы общались шутя и это помогало нам расслабиться и раскрепоститься перед друг другом. С ним было легко работать. Не было неловких моментов и пауз. Я не чувствовала себя зажатой, и он тоже, казалось, что мы знакомы очень давно, а не пару дней. Мы отсняли все что было заготовлено в моём сценарии, но идеи сами появлялись одна за одной в моей голове и поэтому мы не ограничивались съёмкой в гостиной и на кухне. Когда мы снимали для скетча на балконе я увидела детскую площадку и тут же предложила Эмилю пойти туда, и он согласился.       Как и вчера мы заливались смехом и просто дурачились на камеру, может из этого что-то и попадет в ТикТок. Но не долго нам дали побыть на детской площадке. Пока я монтировала на качелях видео к Эмилю начали подходить дети и просить сфотографировать, и он соглашался на их просьбу. Но видимо маленькие фанаты быстро оповестили своих друзей об блогере, что детей становилось все больше и больше и Эмиль, взяв меня под локоть предложил сесть в его машину и уехать, на что я согласилась.       Возвращаться в квартиру было не вариант, они могли с лёгкостью вычислить её и попрощавшись с ребятами мы сели в машину и дал по газам. Машина стала еще одним местом для съёмок. Мы записывали инстаграм сторис, пока стояли на светофоре, громко подпевали популярной песни, что шла по радио, катались по округу в поисках новых красивых мест. — Это правда? «Ты тоже едешь на съёмку?» —неожиданно спрашивает меня Эмиль и я отрываюсь от редактирования ТикТока и поворачиваюсь к нему. — К Диме? — уточняю я и парень кивает. — да — Тогда поехали? — предлагает он мне, и я теряюсь.       Мне хочется посмотреть на себя в зеркало, увидеть в порядке ли макияж и нормально ли я одета. Перед приход Эмиля я готовилась, но такого волнения как сейчас на меня не накатывало. Хотелось выглядеть идеально перед… Димой? Мне будто неважно как выглядеть перед Эмилем, неважно его мнение и я не чувствую никакое волнение, трепетание рядом с ним. Но на Диму хотелось произвести впечатление. — Я нормально выгляжу? — без капли стеснения прямо спрашиваю у парня. — Прекрасно выглядишь, что еще за вопросы. — нахмурив брови ответил Иманов.       Он видимо не ожидал такого вопроса поэтому смотрел на меня как на ненормальную. Его ответ заставил меня улыбнуться и качнув головой в знак согласия мы поехали на съёмки.       За окном уже начало смеркаться, и на дорогах загорелись фонари, что не только освещали путь, но и создавали некую атмосферу спокойствия, что в самой кромешной тьме освещали и давали надежду на лучшее. В машине тихо играло радио, по которому уже в сотый раз крутили одни и те же песни, заставляющие не подпевать, а желать чего-то нового. Мне казалось, что мы уже очень долго едем, даже без учёта пробок. И когда я начала замечать за окном не высотки и даже не частные дома, а густые заросли деревьев, то очень сильно удивилась и напряглась. Мы же ехали на съёмки. В офис. Ну максимум на арендованную студию. Я повернулась к Эмилю, но он спокойно вел транспорт, следя за дорогой.       Он повез меня в лес? В моей голове одна за одной появлялись нехорошие мысли, и я не хотела, чтобы одна из них оказалось правдивой. — Куда мы едем? — осторожно спрашиваю у Иманова и осматриваю задние сидения. Ну а вдруг? — На съёмку. — спокойно отвечает Эмиль, не давая более поводов для сомнения. — В лес? — вопросительно вскинула бровь.       Я старалась говорить спокойно, не показывать волнение. — Ну да, ночь в гробу, Дима не говорил? — проговорил темноволосый.       Эмиль переводит взгляд с дороги на зеркало заднего вида и начинает по не многу затормаживать и через несколько метров машина сворачивает на право, где заканчивался асфальт и начиналась проезженная шинами дорога.       Вдалеке я заметила пару ярко горящих света, будто фонари, но зная, что впереди степь, я была уверена, что это ребята. И через пару минут я в этом убедилась. Пока Эмиль присматривался куда поставить машину и выкручивал руль из-за плохой дороги, я успела заметить парочку машин и людей, что так активно выстраивали оборудование и бегали от одного места к другому.       Наконец, когда Эмиль припарковался, и мы вышли я почувствовала чистый, но прохладный воздух. Мне все же стоило бы вернуть в квартиру и захватить джинсовку или куртку. Я не была уверена, что моя толстовка меня спасет от холода. — Пойдём. — тихо позвал меня Эмиль, махнув рукой в нужную сторону.       Как только нас заметили, то сразу же стали снимать, а я без каких-либо колебаний начала активно играть на камеру. Я даже захотела запрыгнуть на спину Эмиля и подурачиться, создать дружескую атмосферу, но увидев, как из шатра выходит Дима, и меня резко что-то внутри останавливает. — Привет. — приветствует Дима своего друга, обхватывая его руку свой, приобнимая, и отстранившись от него переводит свой взгляд на меня. — Привет, Дашь. — радостно поприветствовал меня блогер, а после обнял.       От неожиданности я и не сразу обнимаю его в ответ. Я понимаю, что это дружеский жест приветствия, но внутри будто спичкой провели по коробку и промелькнула искра. В его мимолетных объятиях было тепло. Оно понятно — ведь Дима, в отличии от меня и Эмиля, был в длинной черной куртке «Гостбастерс». — Как голова? — спрашивает меня Масленников, отстраняясь и я вижу, как его лицо всё сияет от переизбытка положительных эмоций. — Раз я здесь, значит отлично. — отвечаю улыбчиво. — Тогда пойдём, — говорит он низким голосом, смотря прямо мне в глаза, — те, пойдёмте.       Он вмиг качает головой и поворачивается к Эмилю, будто ошибся. Дима повёл нас показывать труд своей команды. И через пару метров мы остановились возле трех выкопанных ям, в которых находились импровизированные гробы с подсветкой. Со стороны это не казалось чём-то пугающим и опасным, может, потому что мне там не лежать. А если судить по Эмилю, то это выглядит жутко, тем более он изнутри будет все ощущать на себе.       Я взглянула на Эмиля, он с печальным взглядом смотрел на своё заготовленное место, которое на взгляд не подходило под его габариты. Я положила свою ладонь на его плечо и стала медленно поглаживать, пытаясь так поддержать его. Мой взгляд был полностью на Эмиле, я пыталась уловить тот момент, когда он улыбнется, но не смогла, потому что перевела свой взгляд на Диму который сомнительно на нас смотрел. Его взгляд…он был таким тяжёлым, будто мне не стоило и вовсе прикасаться к Иманову, и я убрала руку.       Недалеко от гробов, жутко звучит, стоял шатер, внутри которого находилась часть команды и вся видеотехника. Зайдя внутрь, я сразу ощутила, что здесь намного теплее, чем на улице, но не сильно. Мне сразу же бросился в глаза стол, на котором были расположены несколько мониторов, уже подключенным к камерам. Масштабность меня поражала, столько людей в этом задействовано и работы было проделано. — Привет Дашь. — крикнул мне парень из небольшой кучки людей, которые сразу ко мне повернулись.       Только подойдя к ним по ближе, я поняла, что это был Даник. — Что, ты тоже в этом участвуешь? — поинтересовался Данияр, пряча руки в карманы куртки. — Ну, если бы меня заранее предупредили, и я бы составила завещание, то… — Серьёзно? — удивился рядом стоящий парень в бандане, — ты бы легла туда? — Конечно. — продолжала я шутить, но он этого видимо не понимал. — Сударь, она шутит. — сквозь смех разъясняет Даник. — Я Даша. — протягиваю новому, знакомому лицу руку. — Никита. Сударь. — представляется он, пожимая мою руку.       И тут мы все разом слышим громкий и четкий голос Димы. — Начинаем.       И съёмки начались. Каждый занял свое место, а я и ещё пару человек остались в шатре и наблюдали за всем оттуда по камерам. Парней погребли заживо, и всё происходящее вокруг давило на их психику, отчего они шутили и смеялись. — Смотри, у нас аквариумные рыбки. — указывает пальцем на экран Сударь, где транслировалась запись с камер из гробов.       Я зажала рот рукой, чтобы громко не смеяться и не портить звук. Ребята действительно выглядели как рыбки, плавающие в аквариуме, особенно Эмиль, который кривлялся больше всех. — На кого ставишь? — повернувшись ко мне на стуле спрашивает Дима.       Пару секунд на раздумье, и я отвечаю. — На Эмиля.       Я знала какой Эмиль везунчик, пару раз видела ролики с его участием и в них ему в большинстве случае везло. Дима, ничего не ответив, молча развернулся к мониторам. Мне показалось он был огорчен или просто устал, я ведь не представляю сколько он здесь уже находится. — Если бы ты лежал пятым там, то я поставила бы на тебя. — решила подбодрить его и когда он повернулся ко мне с улыбкой, поняла, что у меня это получилось.       Ребята держались крепко, прошел час, но никто из них не попросился наружу, а Дима и остальные выживали их сначала едой и водой, а потом насекомыми. Со стороны жутко наблюдать, когда гусеница ползет по носу, но ощущать это ещё хуже. Так что я им не завидую.       На улице становилось все холоднее и холоднее, и внутри не теплело. Я натянула рукава толстовки по самые кончики пальцев и скрестила руки на груди, пытаясь так себя согреть и видимо это заметил Дима. Его взгляд быстро пробежался по мне, в который раз, а я продолжала наблюдать за ребятами через экран и делать вид, что не замечаю его коротких взглядов в мою сторону. — Ты замёрзла. — не спрашивает, а утверждает Масленников, вставая со стула и стягивая с себя черную куртку. — Нет, нет. — пытаюсь соврать, остановить его, но он не слушает и массивная вещь ложиться на мои плечи.       Мне тут же становится теплее, но не от куртки, а от тепла что она держала. Я поднимаю взгляд вверх и наблюдаю за Димой, как он спокойно укутывает меня в теплую вещь. — Ты ведь замёрзнешь. Тебе еще к ним выходить. — беспокоюсь о нём, но он лишь улыбается — Не волнуйся, мы захватили с собой пару курток. — мягко улыбается он.       Я хватаюсь за край куртки, удерживаю её на своих плечах и наблюдаю за Димой, как он отходит, чтобы надеть другую куртку. Но тут срабатывает сигнал, кто-то больше не смог находиться в тесном и замкнутом пространстве и решил выбраться.       Дима и его помощники тут же ринулись к месту, возле которого горела красная лампочка и стали в быстром темпе откапывать первого проигравшего. По мониторам я быстро поняла, что это был Эмиль. Он очень сильно кашлял, по нему было видно, что ему нехорошо. Я забеспокоилась. Может ему не хватает воздуха, хоть в крышке гроба были просверлены четыре отверстия для вентиляции, ему этого могло быть мало.       Я вышла к парням, что откапывали Эмиля, и встала неподалеку от них, чтобы не мешать и не попадать в кадр. И как только я увидела черную макушку парня, то с облегчением выдохнула. Но Эмилю было по-прежнему плохо.       Дима держал его за плечо, пытаясь удержать того на ногах и вместе с этим что-то выпытывал. А потом и вовсе крикнул чтобы принесли воды. Я просунула руки в рукава куртки и подбежала к Эмилю и схватила его под другую руку, помогая Диме его держать. — Что с ним? — волнуясь быстро спрашиваю у Масленникова, потому что Эмиль сейчас явно не мог мне ответить. — Приступ, нужен ингалятор, а он его не взял. — Эмиль, — строго произношу его, — у Даника ведь тоже ингалятор есть.       И после услышанных моих слов Дима округляет глаза и разворачивается в сторону, где лежал Тауланов. И тут я понимаю, что если бы ингалятор и был у Даника, то он скорее всего забрал его с собой, в гроб. Эмиль начинает падать, сильно кашляя, а я и Дима пытаемся его удержать. Нужно срочно что-то придумать. И у меня быстро, как в экстремальных ситуациях, появляется идея. — Эмиль, — зову парня, чтобы он ориентировался на мой голос, — разверни его, туда.       По моей просьбе Дима разворачивает Эмиля в сторону деревьев, что росли в нескольких метрах от нас. — Посмотри на меня Эмиль, — прошу его, обхватывая лицо Иманова своими ладонями, — сконцентрируйся на воздухе, просто сделай глубокий вдох, представь как воздух поступает в твои лёгкие, а потом выдохни.       И Эмиль слушает меня, ведь другого ему не представляют. Он делает глубокий вдох, а потом выдыхает, и так несколько раз. Ему становится лучше и приступ проходит. — Все хорошо? — подойдя с бутылкой воды и протягивая её Эмилю интересуется Дима. На что Эмиль пару раз кивает и забирает воду из рук друга. Я продолжаю стоять и наблюдать за Эмиль, я волновалась, вдруг ему опять станет плохо, но отпив немного воды из бутылки, он уверенно сказал, что с ним все в порядке. — Я за два дня чуть двоих людей не убил. — облегченно шутит Дима, а я не поняла смысла его шутки посмотрела на него в недоумении, — вчера ты, сегодня он. — поясняет он мне, накидывая капюшон на мою голову. — У тебя есть ещё три попытки. — Киваю в сторону оставшихся погребенных. — Сплюнь. — строго произносит Масленников, но его улыбка выдает его.       Съёмка продолжилась, и Дима остался на улице возле ребят и продолжал запугивал их, а я с Эмиль зашли в шатер. Я продолжила наблюдать за всем через мониторы, а Эмиль присоединился ко мне. — Откуда ты знаешь, что у Даника есть ингалятор? — хрипло спрашивает и застаёт меня врасплох Эмиль. — Э-э-эм… — протягиваю я, быстро соображая, что ответить, — Я… видела, как он им пользуется, да.       И видимо этот ответ удовлетворил любознательность Эмиля и он, поджав губы отвернулся к мониторам.       Я сильнее укуталась в куртку Димы, чтобы спрятать свое лицо, ведь как мне казалось, на нем просто черным по белому написано «врушка». я тут же почувствовала запах мужских духов, вперемешку с естественным запахом блогера. Меня будто что-то вытащило из этой реальности, я перестала замечать движение вокруг себя и улавливать тихие переговорчики команды между друг другом. Будто существовал только этот пленительный запах, что я только и хотела вдыхать, и не могла им надышаться.       Что за духи использует Масленников?       Это единственное что меня сейчас волновало. Я уткнулась носом в куртку и пыталась просто насладиться этим. Со стороны, наверное, казалось, что у меня замерз нос, но боже мой моё сердце просило бесконечную дозу, ведь это закончиться, когда окончатся съёмки. Я просто влюбилась в этот запах и мне даже хочется подойти к Диме и спросить, чем он таким обворожительным брызгается. Но, как это будет выглядеть со стороны?       «Хей, Дим, слушай мне так вштырил запах твоей куртки, не подскажешь какими духами пользуешься?» Или.       «Мне нравится твой запах, хочу пахнуть также.»       Не будет ли это казаться безумным или даже каким-то личным, ведь…вместе с его запахом он сам мне начинает нравиться еще больше. А его запах служит катализатором моего быстро бьющегося сердца. Осознание, что один лишь запах человека заставляет меня ему симпатизировать, приходит моментально и я отрываюсь от куртки и отворачиваю голову в сторону, чтобы вдохнуть чистого воздуха. Но это не помогает ведь теперь я только и чувствую, что запах Масленникова.       Я скидываю куртку с плеч и сразу же ощущаю прохладу и ёжусь. Что выбрать: мерзнуть, но успокоить свои разгоревшиеся чувства или продолжить питать себя запахом мужчины? Очень желанным мужчиной. Я могла бы думать вечно, но рядом громко заорал Эмиль, выводя меня из раздумий. По его победному крику я поняла, что победил Даник. Эмиль быстро выбежал к другу, в след за остальными, и мне ничего не оставалось как снова накинуть куртку и выйти ко всем.

***

Индика — подруга Сатива — бейби-мам

      Я тянусь к карману джинс и достаю телефон, который через секунду ослепляет меня своей яркость экрана. Убавив яркость, я наконец вижу сколько времени — почти двенадцать часов ночи. Да, эти съёмки были длинными, как и весь сегодняшний день.       Команда Димы почти все убрала: сложила оборудование, закопала импровизированные под гроб ямы, а мы сидели в машине Эмиля. Я, Даник и Сударь вместе с хозяином машины пели песни Скриптонита.       Я быстро открываю инстаграм и начинаю записывать сторис, где мы поем, но пытаюсь сделать так, чтобы в кадре была только я одна. Но Эмиль замечает мою съёмку и быстрым движением пододвигается ко мне, чуть не ударяясь своим лбом об мою голову и начинает петь в камеру.       Парни, что сидели сзади замечают это и начинают активно лезть в камеру. Я не сдерживаю смех, смотря на их кривляющихся мордашек, и начинаю подпевать ребятам. — Итак, как меня вас записать? — поворачиваюсь к Данику и Сударю и намекаю на их ники в инстаграме.       Сударь, наклоняясь ко мне сразу диктует свой ник, а затем и Данияр, и, подписав ребят, сторис отправляется. Но история все никак не могла загрузиться. Я начинаю искать причину и в первую очередь проверяю интернет. И как оказалось значок сети поменялся на серый с крестиком. Здесь в отдаленной местности практический ничего не ловит, связи нет и сохранив видео на телефон, я убираю гаджет обратно в карман.       Надеюсь, когда появится связь, видео загрузится.       Но, а сейчас парни продолжали петь, а я отвернулась к окну и наблюдаю за Димой, который разговаривал со своим менеджером Ариной. Дима как главный, как отец контролирует работу команды, а я бы хотела, чтобы он сидел сзади с парнями или даже рядом и так же подпевал в такт песни.       Он будто прочитав мои мысли тут же повернулся в нашу сторону, и я быстро отвернула голову.       Я будто школьница, что наблюдает из далека за старшеклассником, ей богу. Выждав пару секунд, я снова поворачиваю голову в его сторону и понимаю, что облажалась, ведь он идёт прямо сюда, ко мне.       Ко мне? И почему сразу облажалась? Я здесь не одна, он может идти к парням и.…почему я вдруг начала волноваться при виде него? Как школьница прям, как…влюбленная?       Так, стоп. Нет, нет и ещё раз нет. Это все действие его запаха-яда и его мимолётной заботы. А что насчёт вчерашних сообщении, о том, что он волнуется? Может, за этим скрывается что-то большее?       Даша! Тебя помани пальчиком, и ты на колени готова будешь упасть. Здесь нет никакого скрытого умысла, его действия и слова ничего не значат. Ты сама себе все на придумала.       Почему это не работает с Эмилем? Почему вчера, когда Катя интересовалась им, как возможно потенциальным парнем, ничего внутри не разгоралось и не было никакого волнения и стеснения? Почему на протяжении всего проведённого времени с ним меня так не цеплял его запах и прикосновения не обжигали кожу? Почему это происходит только с Димой?       Звук открывающейся дверь сзади выталкивает меня из раздумий. Повернувшись к задним рядам, я попыталась прислушаться, что говорит Дима. Но музыка играет настолько громко, что у меня ничего не выходит. — Я говорю, Эмиль и Даник, вы нужны мне в офисе, завтра. — твердым голосом произносит Масленников, когда Эмиль одним касанием убавляет звук песни. — А я тебе не нужен? — обиженно кривляется Сударь, скрещивая руки на груди и надувая щёки.       Дима лишь глубоко вздыхает. Он устал это видно и слышно. Устал не только сниматься, но и быть ответственным за каждый болтик, а сегодня ещё за жизнь своих друзей. Мне захотелось вылезти из машины и обнять его, прижать к себя, забрать часть его усталости, а лучше отдать ему все свои оставшиеся силы. И я снова ловлю себя на мысли, что думаю о нём, что хочу взаимодействовать с ним, быть рядом. И мне это не нравится. — А как же я — без тебя? — собрав оставшиеся силы весело отвечает Дмитрий Никите.       А дальнейшего их разговора я попросту не улавливаю. Снова погружаюсь в свои мысли, пытаюсь анализировать все зарождающиеся к нему чувства, и в то же время не дать им развиваться дальше.       Я не хочу любить, это тяжело морально, не хочу снова испытывать боль от неразделённой любви, а в случае с Димой, известной личностью, блогером миллионником, это случится по щелчку пальцев. Тут нет взаимности и не будет. Но меня снова выталкивают из раздумий. Я не сразу, но замечаю, как Эмиль щелкает пальцами возле моего носа, привлекая моё внимания к себе. — Ты где зависла, дашь? — смеётся парень, увидев, что я наконец отмерла. — Я здесь, что? — обращаюсь ко всем, осматривая салон машины, но стараюсь не цепляться взглядом за стоящего возле открытой задней двери Диму. — Поехали? — Да-да.       Задние ряды активно начали прощаться с Масленниковым, а Эмиль, заведя двигатель, вышел к Диме. Почти в кромешной темноте я уловила лишь силуэт обнимающихся парней. Мне тоже стоило бы выйти и попрощаться с ним, поблагодарить за приглашение, проявить любезность, хоть мне и не сильно хотелось этого делать. С одной стороны хочу, но с другой более рациональной, держаться от него подальше мне надо. Пересилив себя и потянув за ручку двери, я уже оказываюсь на улице и иду прямиком в сети, которые я попала. Взглянув на него, я заметила ярко желтую куртку, что контрастировала среди тьмы и меня будто осенило: я все еще нахожусь в его черной куртке и чуть было в ней не уехала. Я сразу скидываю её со своих плеч и протягиваю Масленникову. — Ты не замёрзнешь? — заботливо спрашивает он. — Я же в машине, там тепло. — апатично отвечаю, протягивая ему куртку. — Надень ее, потом отдашь. — настаивает Масленников. — Нет, нет. — резко отнекиваюсь и буквально впихиваю куртку ему в руки.       Он лишь усмехается, я, а понимаю, что лишила себя не только теплой вещи, но и наркотика-запаха, и это меня в глубине души не радует. Разум победил над сердцем. — Ладно, — продолжает он улыбаться, — иди сюда.       Я кричу внутри себя от одно его «иди сюда», потому что он сказал это таким низким и тихим голосом, что хочется снять всю свою защиту. Иначе говоря, я поплыла от одного его высказывания.       Он манит меня свободной рукой к себе, чтобы обнять на прощанье. И я тянусь и обнимаю за торс. Чувствую, как его большая рука ложится мне на талию и по инерции прижимает меня ближе, отчего по всему телу пробегает табун мурашек… В нос снова ударяет его запах, и я готова раствориться в чане, в котором его мешают, но похоже я растворяюсь в объятиях Димы и мне совершенно не хочется от него отлипать. — Спасибо что приехала, — тихо, можно сказать интимно шепчет он мне на ухо. Чувствую, как горячий воздух опаляет моё, как оказалось, холодное ухо. — Как я могла отказаться. — отшучиваюсь и с трудом, но отстраняюсь от него.       Не хочу смотреть ему в глаза, принципе на него смотреть не хочу, боюсь, что он может что-то заподозрить и поэтому я разворачиваюсь и быстро сажусь обратно в машину.       Эмиль надавил на педаль газа и машина медленно тронулась. Дима на прощанье показал нам жест козы и парни ответили ему тем же, только скорее всего он смог разглядеть руку Эмиля. Я не хотела быть как все поэтому без каких-либо раздумий показала Масленникову средний палец, в шутку конечно. И его реакция была просто бесценна. Он нахмурил бровь и в недоумении провожал нас взглядом, а я залилась смехом. — Что, что она сделала? — в недоумении интересует Сударь, видимо не увидев мой жест или не поняв изменения выражения лица Димы. — Фак ему показала. — сквозь смех поясняет Даник другу.       Салон машины тут же заполняется смехом, сумев даже заглушить музыку, что рвалась из динамиков. В машине я была в безопасности, он бы мне ничего не смог сделать, поэтому такая выходка была чистой импровизацией и довольно смелой. — Тебе от Димы потом прилетит, — шутит на мои действия Эмиль, — отшлёпает тебя, будешь знать. — Что?