Неистовый/ Frantic

Напряженное ожидание закончилось, когда огромная, дубовая входная дверь хлопнула, и Маю охватил ужас. Она не высовывалась из своей комнаты. Что бы ни случилось, лучше не показываться Элбану. На удивление, мужчина не торопился в комнату к рыжей. Девушка услышала тяжелые шаги на лестнице, а потом такой же тяжелый хлопок двери его спальни. Дом погрузился в тишину. Элбан попытался успокоиться. Он давно не чувствовал такой злости внутреннего зверя. Отсутствие метки на теле девушки заставляло очень нервничать. Для второй ипостаси Иазис был незнакомцем, которому нельзя доверять (тем более свою самку). Элбан снял снаряжение и зашел в умывальню, которая находилась у него в комнате. Умыв лицо холодной водой, он уставился на себя в зеркало. Ангрена всматривался глубоко в свои глаза, как будто пытаясь что-то увидеть. — Все хорошо. Она внизу одна. Ее никто не трогал. Все хорошо... все хорошо. – говорил он шепотом, успокаиваясь. Вспомнив уроки из детства, Элбан уселся на пол рядом с кроватью, облокачиваясь на нее. Он прикрыл глаза и стал глубоко и размеренно дышать. Через тридцать минут таких упражнений он все же вернул себе контроль и вновь смог чувствовать рыжеволосую. Элбан ощущал ее напряжение, ее испуг. И вот опять, он все испортил. Ангрена осторожно спустился вниз и постучал в комнату Маи. Девушка неуверенно открыла дверь и с настороженностью посмотрела на него. — Все хорошо? – проговорила она, держа дверь приоткрытой. — Извини, что сорвался. – проговорил мужчина, Радиз удивленно уставилась на него и лишь с трудом смогла кивнуть в ответ. – Я напугал тебя, да? — У тебя хорошо это получается. – тихо пробурчала та. — Я могу войти? – спросил Ангрена, приподнимая бровь. Мая колебалась. Она все еще боялась мужчину. А вдруг у него опять начнется приступ гнева? — Мая, я никогда не сделаю тебе больно. Когда я теряю контроль до того, что перестаю слышать голос разума, я всегда остаюсь один. Да и мой внутренний зверь точно зла тебе не желает. – увидев сомнения на ее лице, сказал Ангрена. – Я понимаю, что время от времени могу быть грубым... но ничего более никогда не произойдет. — Хорошо, заходи. – проговорила Мая, пропуская Элбана в спальню. — Я объясню свой гнев. Ты должна понимать, что со мной происходит. – сказал мужчина и сел на диванчик. — Этому есть объяснение? – сказала Мая, держась поодаль, сложив руки на груди. — Нам надо поставить метку. Иначе я сойду с ума. Мой внутренней зверь сходит с ума из-за того, что его самка все еще не носит его метку. – проговорил Элбан. — Я не твоя самка! – хмуро вставила Мая. – Я не животное! — Для волка именно так, Мая. Он не имеет человеческой души. Ему нельзя объяснить твои отказы, ему нельзя объяснить твои желания. Все, что ты говоришь, понимаю только я, но не оно. – Элбан указал себе на грудь. – Я сам не в восторге от всего. Но другого выбора просто нет. — Есть! Надо найти способ разорвать связь! Помоги мне с этим, Элбан, и ты будешь свободным. – проговорила Мая. — Боже, Мая, какая ты наивная. Не всегда все будет по-твоему! Не всегда можно найти выход из ситуации, кроме как смирения! Пойми и меня! Я начинаю испытывать то, что не чувствовал с детства. Я чувствую, что теряю контроль! – повысил голос Элбан, и Мая затихла. — А ты пойми, что хочет моя человеческая душа! Я не могу просто взять и отпустить остатки моей прошлой жизни. Все, что у меня осталось – это я сама, мои принципы. Я не считаю себя ликаном! Я просто... не могу так! Я не могу без эмоций, без чувств! Я не могу понять ваши понятия брака! Я не хочу, чтобы какой-то зверь видел меня инкубатором для его детей. – импульсивно говорила Мая. – Я боюсь этого, Элбан. Боюсь, что я, мое тело, мои желания больше не будут принадлежать мне! В комнате повисло молчание. Они смотрели друг другу в глаза, пытаясь найти ответы на вопросы, но натыкались лишь на стены. Казалось, что мирного решения нет. Их понятия были слишком не похожи друг другу, а это значило, что кто-то потеряет все. И, кажется, Элбан почти смирился, что проиграет в итоге именно он. В его глазах вспыхнула ненависть. Ненависть к связи, ненависть к волку, ненависть к людям... ненависть к Мае. Мужчина медленно встал и, не отрывая взгляда, стал медленно двигаться на нее. — И что же нам делать, Мая? – проговорил он, зажимая ее между собой и стеной. — Я уже приняла решение, Элбан. – тихо проговорила Мая. – Я не согласна на связь. Элбан горько усмехнулся, а его глазах загорелись злостью. Но это была не звериная злость, это была злость самого Элбана. А вместе с ней темная ненависть, которая поглощала его душу. — Ты полная эгоистка, Мая... – девушка лишь плотно сжала губы, но взгляд не отвела. – Ты заботишься только о себе. Пойдешь по головам ради себя. Ты права... ты просто жалкий человек. Жадный, эгоистичный и мерзкий человек. — Да, ты прав, я эгоистка. Все мы эгоисты. И даже ты. Но ты не признаешь этого. - проговорила она, смотря мужчине прямо в глаза. Элбан ударил кулаком бетонную стену рядом с Радиз, и та зажмурила глаза. Мужчина вышел из комнаты, проговорив напоследок: — Если бы я был эгоистом, ты бы давно принадлежала мне. Громкий хлопок двери заставил стены содрогнуться. Рыжеволосая сползла на пол. В душе была пустота. Она не хотела этого показывать, но слова Элбана задели ее. Она долго смотрела куда-то вперед. Элбан был прав, ей самой мерзко от себя. Теперь он тоже ненавидит ее всей душой. Мая горестно усмехнулась и встала, перемещаясь на кровать. Нет, это было правильным решением. Элбан по сути никем ей не приходился, так почему его желания вообще должны стоять наравне с ее? Разве плохо просто следовать своим желаниям? Разве плохо стремиться спасти с тонущего корабля себя, а не незнакомца? Радиз уставилась в потолок, пытаясь разобраться в потоке мыслей. Она не понимала, почему чувствует себя такой неполноценной. Что сейчас мешает ей расслабиться? Почему внутри появился этот конфликт? — Незнакомец... – тихо прошептала Мая. – Просто незнакомец... Элбан же заперся в своем кабинете. Он одним махом скинул со стола все бумаги и вытащил из тумбочки коньяк. Внутри все горело от злости и ненависти. Обычно горькая жидкость обжигала и помогала глушить зверя внутри, но сейчас Ангрена это не помогало. Выпив два стакана, он вдруг остановился. Зверь как-то уж сильно притих. Взяв бутылку в руку, он вышел из особняка. Вторая ипостась, видимо, уже рассчитывала на скорое помутнее рассудка, поэтому лучше в этот момент быть подальше от рыжей лисы. — Лиса... – проговорил вслух Элбан и горько усмехнулся своей мысли. Лисы и волки в дикой природе никогда не сотрудничают. Конкуренция заставляет их убивать друг друга. Им никогда не сжиться вместе. Что за шутка природы, которая заставила сойтись волка и лису? Элбан добрел до озера и уселся на холодную сырую землю. Он долго смотрел вдаль, на город, наслаждаясь тишиной. Он не знал, что делать. Много вопросов крутилось в его голове. Как не потерять себя? Как не сойти с ума от этой связи? Как не спустить монстра с поводка? Вернулся Элбан уже за полночь. После того как у него закончилась бутылка, он отправился в таверну и купил еще пару бутылок крепкого алкоголя. Мая проснулась от грохота из холла, когда Элбан нечаянно опрокинул вазу с цветами. Девушка аккуратно встала с кровати и выглянула в коридор. В душе у нее продолжался спор с собой, а на ухо шептала совесть, которую Радиз упорно пыталась игнорировать. «Вот и началось его саморазрушение?» – проскользнула мысль в голове, от которой совесть давила еще сильнее. Девушка стала отгонять все мысли подобного характера. Она, как мантру, повторяла в голове: «Мне все равно, меня это не касается.» Около недели они пытались избегать друг друга, а когда это не получалось, то ограничивались холодными взглядами. Элбан перестал говорить с ней вообще. Мая заметила, что он часто был в своих мыслях и подолгу сидел и смотрел в одну точку. Она не хотела этого признавать, но ее это волновало. Мая возобновила свою работу прислугой, ибо ей просто нечего было делать. Особенно когда прислуга просто перестала приходить, потому что Элбан забывал, что их надо звать в дом. — Элбан, ты хорошо себя чувствуешь? – однажды после заседания спросил Палос, когда они остались наедине. — Сложные деньки выдались. – проговорил Элбан, потирая переносицу. — Сходи-ка ты в белый дом. Фолианн быстро тебя на ноги поставит. – сказал Палос. – Я проведу проверку отряда один, а ты иди. — Спасибо. – сказал Ангрена и встал из-за стола, накидывая плащ на плечи. Идея навестить Фолианна была хорошей. Мужчина как минимум планировал получить совет от своего учителя. Фолианн прожил не мало и знает гораздо больше. К вечеру, когда небо окрасилось в золотой цвет, он добрался к лекарю. — О, Элбан, что это привело тебя сюда? – встретил его старик. — Какие первые симптомы потери себя? – спросил Ангрена, садясь напротив, и Фолианн напрягся. — Ну... самый первый и яркий симптом, потеря внутреннего голоса зверя. Ты перестаешь слышать его. Ты чувствуешь только свои эмоции и не можешь их разделить. Это ощущается как пустота в голове. Элбан, что-то случилось? – проговорил лекарь, снимая очки с переносицы. — Как-то можно замедлить этот процесс? – проговорил Элбан. — Что случилось? Что у вас с Маей? Она не принимает? – нахмурено проговорил Фолианн. – Она необычная женщина, к ней нужен другой подход. Скажи, что произошло, может мы придумаем план. — Она одержима идей прервать связь. А если такого способа и не существует... Она просто выберет себя. – проговорил Элбан, пытаясь собрать мысли в кучу. — Понятно... Она напугана, ее можно понять, но чтобы настолько противиться... Женщины... – Фолианн потер глаза. – Как долго у тебя такое состояние? — С каждым днем мысли теряются все больше и больше. Так уже неделю. – ответил Ангрена. — Так, внутренний зверь хочет ввести твой разум в спячку. Он считает, что ты не справляешься с завоеванием самки. Он будет действовать инстинктами. Находясь поодаль от Маи, ты облегчаешь ему задачу завладеть тобой. Тебе стоит быть ближе к ней. – посоветовал лекарь. — Как? Она каждый раз шарахается меня. Она намерена дать мне потерять себя. Да и смогу ли я себя контролировать? – ответил Элбан, облокотившись на спинку кресла. — Я дам тебе одно лекарство, которое должно помочь в сдерживании полового влечения. Заключи с ней договор. Скажи, что поможешь ей отыскать способ избавлении от связи, взамен на то, чтобы она позволяла касаться себя. Да это не тот физический контакт, который нужен, но хоть что-то. Это даст тебе время, рано или поздно она поймет, что ничего не изменить. – предложил Фолианн. — Ты гений. – усмехнулся Ангрена. Лекарь зашел в кладовку и через пару минут вышел с пузырьком, наполненным какой-то жижей. Элбан, поблагодарив, умчался на лошади домой. Осталась только одна проблема. Как начать диалог после почти недельного молчания? *** Мая читала книгу на ликанской письменности, которую ей одолжила Ариель, про историю любви (точней как ее видят ликаны). Радиз всю неделю чувствовала, как вина сжирает ее изнутри, но решиться на какое действие она просто не могла. Да и о чем они могли договориться? Она уже настроила его против себя. Ее тихую идиллию прервал Элбан, который ворвался в особняк, словно ураган. Увидев Маю в гостиной, он быстро подошел к ней и проговорил стальным голосом: — Нам надо поговорить. — О чем? – тихо спросила Мая, сглотнув комок в горле. — О погоде. – саркастично усмехнулся мужчина и уселся на диван напротив. – Не притворяйся идиоткой. — Мне казалось, мы все обсудили. – Мая уставилась в книгу. — Я согласен. Я помогу найти способ избавиться от этой связи. – резко и холодно проговорил Элбан. — И почему ты так резко поменял свое решение? – отложив книгу и сложив руки на груди, удивилась Радиз. — Это связь мне самому не приносит радости. Мне она наносит намного больше ущерба, чем у тебе. Да и одна ты точно ничего не найдешь. У тебя ни связей, ни власти, ни простейших знаний истории. А у меня влияние, позволяющее поднять все секретные архивы страны. – проговорил Элбан, заинтриговав рыжую. — И с чего ты хочешь начать поиски? – спросила девушка. — Сначала я хочу озвучить условие. – хмуро сказал он. — Условие? Это еще какое? – усмехнулась Мая. — Я хочу, чтобы ты позволила мне физический контакт. Мне нужно это на уровне природы, понимаешь? – Мая напряглась, а ее заинтересованность пропала. – Что ты там себе напридумывала? Я про обычные прикосновения. Я не требую от тебя половой связи. — Хорошо. Договорились. Так с чего ты хочешь начать поиски? – поразмыслив еще минуту, все же проговорила Радиз, чувствуя какой-то подвох. — С самой старой ликанши в стране. Она может дать наводку на легенды или мифы про избранников. Оттуда и начнем. — Я уже проверяла мифы, там ничего нет. – разочарованно проговорила Мая. — Есть мифы, которые не доступны общественности. Есть редкие мифы. Ты не можешь найти все. — Ладно... И как мы свяжемся с ней? – спросила Мая, подвигаясь ближе к краю дивана. — Я послал ей письмо. А теперь твой черед, иди сюда. – мужчина сощурил глаза и похлопал по своей коленке. Мая замялась, с опаской смотря на массивную фигуру мужчины. Она с трудом встала и, не торопясь, направилась к Элбану. Было ощущение, что она мышка, добровольно идущая в лапы кота. Рыжая замерла рядом с ним, не осмеливаясь сесть на колени. Ангрена сам притянул ее за талию, усадив на себя. Элбан прижал ее близко к себе и уткнулся носом ей в шею, вдыхая сладкий запах. Маю смущал такой близкий контакт. Это совершенно не ощущалось как обычные объятия. Это было чем-то более интимным. Одна его рука крепко держала ее за талию, прижимая к крепком телу, а другая оглаживала плечо, заставляя пробегать по коже мурашек. Его теплое дыхание на шее, разливалось приятными волнами по телу. Мужчина почувствовал пробуждение внутреннего зверя и его желание возыметь. Он чувствовал, как ее запах щекочет нос, как близость с ней отдавалась приятными волнами. Быстрый ритм ее сердца, спертое дыхание, все было таким громким для него, таким приятным. — Ты закончил? – дрожащим голос спросила Мая, и Элбан нехотя отодвинулся. — Ладно, на первый раз достаточно. – он отпустил ее из объятий, и девушка быстро вскочила. — Буду ждать новостей. – с этими словами Радиз быстро удалилась в свою комнату. Девушка вся горела. Не привыкла она к близкому контакту с мужчинами. Особенно к ТАКОМУ контакту. *** — Я получил ответ, от старушки Жанны. Она прислала нам книгу. – с этими словами вошел в столовую Элбан, когда Мая накрывала на стол. Мужчина подошел сзади, обнимая Радиз. Мая остолбенела, пока Элбан продолжал как ни в чем не бывало говорить. — Это какой-то сборник легенд в очень старом переплете. Сказала быть очень осторожными. – говорил он, положив голову ей на плечо. — С чего она тебе так доверяет, раз дает такую реликвию? – спросила Мая, пытавшаяся сосредоточенно расставлять посуду. — Поверь, если я попрошу, то вряд ли кто-то сможет отказать мне. – усмехнулся Элбан и отошел, усаживаясь за свое место. Мае казалось, что она никогда не привыкнет к таким внезапным физический контактам. Элбан делал это довольно естественно, пока Мая каждый раз вздрагивала как впервые. Девушка уселась за стол вслед за Ангрена. — Я тебе отдам книгу. Сама поищешь что-нибудь. – проговорил Элбан, на что Мая кивнула. – Жанна сказала, что это единственный миф, где упоминается разрыв связи. — Правда? – девушке уже не терпелось почитать. — Она лежит у меня в кабинете, заберешь потом. Я сразу поеду в штаб. – ответил Элбан. После завтрака Мая побежала в кабинет Элбана за большой увесистой книгой в очень старом переплете. Девушка еще никогда не видела настолько старых книг. Нужный миф была под называнием «Легенда о невесте Луны». Мая стала медленно вчитываться в текст, пытаясь не упустить ничего важного. «Давным давно, в зимнюю ночь, когда луна освещала весь лес, мать с маленьким ребенком бежала по диким местам, убегая от преследователей. Чтобы спасти свое дитя, она решила спрятать его в заброшенной кроличьей норе. Женщина планировала вернутся за своим ним, но ее настигло племя волколаков. Она нарушила правило и родила ребенка не по браку, это каралось убийством ее и сына. Это объяснялось тем, что Луна не приветствует это и злится. Когда женщина умирала, ее взор уставился на луну. Она молилась. Молилась о пощаде для ее дитя, молила о прощении, но Луна не отвечал. Соплеменники не добивали ее, чтобы та показала, куда спрятала проклятого. Женщина не отвечала, но путь озарила луна. Тогда она возненавидела Луну. И весь свой гнев, огорчение и ненависть направила к нему. Вдруг с небес спустилось божество, оно не понимало, почему женщина была так зла, ведь закон нарушила она. Женщина вымаливала на коленях прощение для своего ребенка, говоря, что он этого не заслужил. Тогда взор Луны обратился на младенца, и он ответил: — Хорошо, да будет так. Я возьму грех на себя. Все таки и я виноват. Не досмотрел я, не справился со своей задачей. Я дам вам возможность заработать прощение. Ты, потерянная душа, вознесешься со мной, твое наказание будет служба мне. А ребенок твой останется жить, но он никогда не сможет иметь истинную пару. Каждый раз как будет появляться у него связь, я буду перерезать ее. А перерезать ее буду я ножницами, созданными лично тобой. Божество Луны выполняло свое обещание. Женщину оно забрало с собой. Она сотворила ножницы, которые лежали и ждали своего часа. И как только сыну стукнуло девятнадцать, он встретил свою истинную. Божество луны перерезало эту связь, заставляя мать смотреть на это. И так продолжалось на протяжении всей долгой жизни этого ликана. После смерти, Луна сжалился над заблудшими душами. — Вы отбыли свое наказание. Вы прощены. Ребенок твой был честным человеком, не нарушал правил, хоть и жил всю жизнь без истинной связи. А ты была хорошим слугой. Теперь же вы свободны. Прощенные души возвысились, а ножницы Луна уничтожил.» Мая долго в недоумении смотрела в книгу. И это все? Какая-то дурацкая легенда, приучающая ценить истинную связь? Радиз стала перечитывать другие истории, там ничего не было. Больше нигде не упоминалась о разрыве. И что она имела в итоге? Что связь могут разрезать только какие-то ножницы божества Луны. Ну и не глупо это? С божеством Луны Мая встречалась не в первый раз, но до сих пор она так и не поняла, кто это. Наверное, стоит копать в этом направлении. Ближе к полудню, когда Элбан вернулся, рыжеволосая пошла к нему. Тот сидел в своем кабинете, вчитываясь в какие-то бумаги. Радиз постучалась и приоткрыла дверь. Сосредоточенный, серьезный вид Элбана заставил ее немного застопориться. — Чего пришла? Нашла, что тебе было нужно? – продолжая смотреть в бумаги, сказал Элбан. — Мне нужна литература про Лунное божество. – проговорила Мая, кладя сборник старых легенд на стол. — Ты можешь найти это даже в моей библиотеке. – проговорил Элбан. — Хорошо, спасибо. – проговорила Мая и быстро выскочила из кабинета. Нашла она даже не одну книгу, а несколько. В библиотеке девушка просидела до вечера и даже пропустила ужин. Последнюю книгу она дочитывала уже лежа у себя в кровати. Но и там она не смогла найти ничего стоящего. Божество Луны – прародитель всех ликанов. Он тот, кто дал им силу. По сути своей главное божество ликанской религии. У него есть несколько обликов, в которых он появлялся в мифах. Ликанов он наградил горячим огнем, поэтому волколаки были агрессивны, страстны и жестоки. Но когда ликаны слишком озверели, начиная терять человеческую сущность, когда царили разврат и жестокость, Луна решил подарить волколакам связь. А вместе с ней и огромную ценность семейных уз. В честь этого даже сейчас ежегодно проводится праздник Луны. В другой книге, про священные объекты Лунного божества, упоминались те самые ножницы. Но там не было сказано, как их создала женщина из легенды, которую прозвали Невестой Луны. И лишь упоминалось, что эти ножницы божество уничтожило. Мая отложила книгу на тумбочку. Неужели нет вообще никакого выхода? Что же делать? Нет другого выхода, где никому не придется жертвовать собой? Либо она соглашается на связь, которая ее пугала, либо Элбан теряет себя. С такими мыслями Мая и уснула, погружаясь в довольно беспокойный сон. *** Утро и так было не самым любимым временем суток, а когда Радиз проснулась с ноющими болями в животе, это утро испортилось сразу. Мая попробовала встать, но ноги вообще не держали ее. Вдруг она вспомнила, что забыла купить нужных трав для отвара от болей в животе. Она на негнущихся ногах дошла до двери, но, открыв ее, упала в коридор. С каждым движением режущие боли становились сильнее, поэтому она просто лежала на полу и болезненно постанывала. Вдруг раздались хлопок спальни Элбана и быстрые шаги по лестнице. Он выглядел слишком обеспокоенным, увидев Маю на полу коридора. — Что случилось? – проговорил он, садясь рядом. — Живот... ужасно болит. – проговорила рыжая с трудом, облокачиваясь на Элбана. – Мне нужны травы... — Но я ничего не чувствую... – проговорил Элбан и взял Маю на руки. – Полежи пока в кровати, я отправлю весточку Фолианну. Он аккуратно уложил ее обратно в кровать, пока Радиз всхлипывала от боли. В следующий момент, он вышел из комнаты, посылая повара (единственного человека в такое раннее утро) в белый дом к Фолианну. Ангрена было сложно смотреть на страдания рыжеволосой. Но больше всего его пугало, что он ничего не чувствует. Он ведь должен чувствовать ее боль когда рядом, так почему же он чувствует себя прекрасно, а она нет? Фолианн примчался довольно быстро. Белый дом открывался очень рано, поэтому он и Сиенна среагировали моментально. Фолианн положил свой чемоданчик на прикроватную тумбочку и сел рядом с Маей. Лекарь стал ощупывать ее живот, но ничего странного не обнаружил. Мужчина спросил не съела ли она ничего, но Радиз лишь мычала в ответ. Тогда лекарь решил вколоть рыжеволосой обезболивающее, и минут через десять она смогла хотя бы говорить. — Мне просто нужны травы... – говорила она. – Полынь, аконит... и... ромашка. Все в комнате резко замолчали. Сиенна многозначительно посмотрела на Фолианна. — Часто у тебя живот болит? – спросил он мягким голосом. — Каждый сезон... Травы помогают, главное вовремя выпить. – чувствуя, как медленно отступала боль, говорила Мая. — Сиенна, проверь ее. Мы с Элбаном отойдем. – проговорил Фолианн и двинулся в сторону двери, зазывая с собой Элбана. Сиенна села рядом с Маей и тепло улыбнулась, пытаясь подбодрить. — Мая, мне нужно, чтобы ты сняла ночнушку и нижнее белье. Я просто посмотрю. Это важно, чтобы помочь тебе. Спорить сил не было, поэтому девушка просто задрала юбку и сняла нижнее белье. Сиенна и правда только взглянула и сразу же разрешила одеваться. Но Мая лишь опустила юбку, не в силах надевать белье обратно. Женщина позвала мужчин обратно в комнату. — У нее раскрытие и припухлость. Еще сухая. – тихо сказала она Фолианну. – Симптомы перед течкой, но таких болей быть не должно... — Мая, ты знаешь, что с тобой происходит? – проговорил Фолианн, садясь рядом с ней, та лишь отрицательно покрутила головой. – Это удивительно, но у тебя течка. Мы не знали, что у полуликанов это сохраняется. Первые симптомы – боли в животе, ведь появились в шестнадцать? — Вроде да... – внимательно слушая Фолианна, проговорила Радиз. — Ты принимала этот отвар все время, когда чувствовала, что живот начинает болеть? Отвар из полыни, аконита и листьев ромашки? – спросил лекарь, на что получил утвердительный кивок. – Тогда понятно почему сейчас тебе так больно... Мая, послушай, этот отвар очень вреден, если принимать его постоянно. Он полностью блокирует течку, а это опасно для твоего же здоровья. Его дают только юным девушкам в первые течки. — Мне давал это отец... И что мне делать? – проговорила Мая, всматриваясь в глаза лекаря. — В человеческих странах это единственные травы, из которых можно изготовить отвар от течки. У нас существует много безвредных отваров, которые приглушают симптомы течки, но не снимают ее. Сейчас тебе стоит пережить течку полностью, твоему организму это надо. – проговорил Фолианн. – Максимум, что я могу дать тебе, так это обезболивающее. — И что это... за течка? – спросила Мая, немного приподнимаясь на локтях. — У тебя сейчас первый день. Это подготовка к течке. Обычно сопровождается тянущими болями в животе, поднятием температуры и слабостью. У тебя эти симптомы проявятся намного сильнее, поэтому что ты очень долго блокировала течку. – ответила Сиенна. – На следующий день будет течка. Ты будешь очень ярко пахнуть и выделять много смазки. — Смазки?... – Мая с трудом сглотнула комок в горле. — В общем, ты сама все прочувствуешь. Я оставлю тебе болеутоляющее и жаропонижающее на всякий случай. – сказал Фолианн, выкладывая на тумбочку лекарства. – Не волнуйся. Все будет хорошо. В течке нет ничего такого. Сиенна будет навещать тебя, а может мы еще и Мавеллу подключим к этому. Мая была напугана, но слабо кивнула в знак благодарности. Все это время Элбан стоял поодаль и внимательно смотрел на Маю. Про себя он отметил, что у него появилось еще больше проблем. Он и сам боялся, что что-то может случиться. Перейти черту, которую она прорисовала, было бы легко, но чем это может обернуться? Хотя может это наоборот шанс дать ей понять, что не все так плохо?