Неистовый/ Frantic

Утренняя нега спала, как только Мая почувствовала чужое дыхание на шее. Резко открыв глаза, она увидела мирно спящего Элбана. Во сне он выглядел довольно невинно с его длинными ресницами, помятой щекой и, спадавшими на лицо, прядями волос. Девушка даже засмотрелась, пока не вспомнила о ночи, проведенной вместе. Радиз резко вскочила с кровати и быстро выбежала из комнаты. Щеки горели алым пламенем. Да что щеки, казалось она вся горит. Но это был не жар, который она испытывали во время течки... Тот жуткий зуд, а вместе с ним и жар, отягощавшие тело, спали. Чувствовалась приятная легкость. Придя на кухню, Мая стала расхаживать взад-вперед. Радиз было сложно принять факт того, что она согласилась на такое. Резко рыжеволосая почувствовала отвращение... Отвращение к прошлой ночи. Все это было так грязно и пошло. В горле образовался ком, тело задрожало. Обхватив себя за плечи, Мая осела на пол. Мерзкие и жуткие воспоминания, которые она так старалась забыть, снова мелькали перед глазами. В ушах стоял шум, который сменился женскими криками... и мольбами о помощи. *** 13 лет назад В ту осень заморозки наступили довольно рано. Пока дети радовались снегу, которого пока было немного, взрослые делали запасы на зиму. Но у семейства Радиз не было проблем с зимовкой. Отец уже начал продавать шкуры животных, получая довольно большую выручку, а дома топилась печка, и была теплая ванна. В общем, все было хорошо, правда, отец постоянно задерживался на базаре допоздна. Пока все ребята после учебного дня радостно бежали к родителям, Мая продолжала тихо сидеть за своей партой, наблюдая, как падали первые снежинки. — Мая, папа еще не пришел? – к семилетний девочке подошла юная девушка. Это была Марфа, семнадцатилетняя дочь местного торгаша. Она подрабатывала в этой церковной школе. У девушки были такие же рыжие волосы, как и у Маи, и карие глаза. Девочку восхищали ее грациозность и нежность, ничем не уступавшие напыщенным аристократкам. Может из-за того, что у них обеих рыжие волосы, ей всегда хотелось быть похожей на Марфу. Наверное, Мая даже могла назвать ее своей единственной подругой. — Нет. Видимо, опять задержался на базаре. – ответила она. — Тогда давай я провожу тебя до дома. – улыбнулась девушка, и Мая скромно кивнула, соглашаясь. Они медленно пошли в сторону выхода из города. На улице было прохладно, и дул довольно сильный ветер. Когда Марфа заметила, что девочка начала мерзнуть, сняла с себя шарф и повязала его Мае на шею. — Ты же простудишься! – приговорила девушка. — Но мне не холодно. – ответила девочка, пытаясь отказаться от шарфа. — Не спорь со старшими! – она посмотрела Мае в глаза и с улыбкой спросила. – Разве не теплее? Девочка скромно кивнула, смотря вниз. Марфа снова лучезарно заулыбалась, умиляясь. — Я тебе потом его верну. – пробурчала Мая. — Не стоит. Считай, что это мой подарок. Этот шарф очень хорошо подходит к твоим глазам. – ответила Марфа, продолжая идти вперед. — Но тогда замерзать будешь ты! – воскликнула Мая, на что девушка улыбнулась. — Ничего страшного. У меня крепкое здоровье! Так этот зеленый вязанный шарф стал для Маи бесценным подарком. Тогда она и решила тоже сделать Марфе подарок. В течение нескольких недель девочка пыталась сама связать шарф. И когда закончила, она, как никогда раньше, захотела пойти в школу. Только вот после уроков она так и не смогла дождаться Марфы. Девушка часто проводила время на близлежащем поле, помогая с урожаем, поэтому Мая решила пойти туда, но и там не нашла ее. Тогда взор девочки устремился на отдаленный амбар на другом конце поля. «Может, она там?» – подумала Мая. Подбежав ближе, она вдруг услышала плачь и мольбы остановиться. Голос узнала сразу. Это была Марфа. Страх парализовал все тело, в ушах отдавался стук сердца, хотелось убежать, но ноги сами понесли ее вперед. Заглянув внутрь, она увидела ужасающую картину, которую навсегда хотелось бы стереть из памяти. Рыжие спутанные волосы спадали на заплаканное лицо. Дрожащий бессильный голос молил прекратить. Но самым ужасным был мужчина, который делал резкие толчки, держа девушку за шею. Он возвышался над хрупким телом Марфы. Его руки были грубы, оставляя на ее коже синяки. Мужчина крепко держал девушку, чтобы та не вырвалась, с силой придавливая к сену и закрывая рот. Иногда он бил ее по лицу, чтобы та не рыпалась. По оголенным бедрам Марфы текла кровь, она плакала, кричала, молила, царапала его спину. Ее обнаженное тело сотрясалось то ли от холода, то ли от перенапряжения. Мая не понимала, что происходило. Все это выглядело таким омерзительным, болезненным и страшным. Девочка стояла в немом оцепенении, а связанный шарф давно валялся в грязи. Вдруг она встретилась с пустым взглядом карих глаз. Марфа проговорила одними губами «Беги», и этого хватило, чтобы со всех сил рвануть домой. На полпути, когда девочка добежала до центральной площади, где ходила целая куча народу, то и дело задевая маленькую девочку, Радиз одумалась. «Нужно помочь Марфе! Нужно позвать на помощь!» Девочка начала дергать каждого прохожего, тараторя что-то про амбар, но те, лишь махнув рукой, продолжали идти по своим делам. На глазах выступали слезы от отчаяния и бессилия. Переборов себя, Мая побежала обратно, но в амбаре уже было тихо. Решившись зайти внутрь, она увидела дрожащую Марфу, которая пустыми глазами смотрела в никуда. — Марфа! – кинулась к ней девочка, заливаясь слезами. – Я должна была помочь... должна была... — Все в порядке. Не бойся. – безжизненным голосом проговорила девушка, гладя Маю по голове. – Ты все правильно сделала. Просто забудь, хорошо? — За что? Почему он сделал это? – ревела Мая. — У мужчин нет причин, чтобы отказывать себе в этом... Он просто взял и сделал... Все хорошо, не плачь. Я в порядке. Только это «Я в порядке» было самой настоящей ложью. Последний месяц девочка больше не видела ту Марфу. Лишь оболочку. А потом... девушка повесилась. В том самом амбаре. *** Воспоминания словно липли к Мае. Она пыталась забыть ту ужасающую картину, не вспоминать больше об этом. Слезы текли по щекам, а тело дрожало от мысли, что на месте Марфы может оказаться она. — Мая? Все в порядке? Что случилось? – рядом вдруг раздался голос Элбана. Мужчина быстро присел перед рыжеволосой, приподнимая ее за плечи. Мая резко вырвалась и свирепо посмотрела на него, пытаясь убить одним лишь взглядом. — Не трогай меня! — Да что случилось? Почему ты злишься?! – раздраженно говорил Элбан. — Ты воспользовался мной вчера! Да как ты вообще посмел! – кричала Мая. — Что?! Воспользовался? Да я помог тебе, твою мать! – воскликнул Ангрена. — Ты называешь это помощью?! – еще больше взбесилась Мая. — Да! А ты разве хотела продолжать терпеть то состояние?! Что-то в тот момент по тебе нельзя было этого сказать! Сразу не отказалась! – также повышал голос Элбан. — Да я понятия не имела, что твоя «помощь» будет такой! – продолжала кричать и метаться по кухне Радиз. – Ты просто воспользовался мной! — Я не пользовался тобой! Не заставлял тебя через силу! – пытался донести до нее Элбан. – И, черт побери, тебе понравилось! — Мне ничего не понравилось! – запротестовала Мая, отрицая очевидное. — Если бы тебе не понравилось, ты бы продолжала чувствовать жар и зуд! Но вот видишь ли, сейчас ты чувствуешь себя потрясающе, и не смей это отрицать! – говорил тот, приближаясь к девушке. — Это неважно! Факт того, что ты меня использовал остается неизменным! Я была не в себе! – Мая пыталась держаться на расстоянии. — Если бы я тебя использовал, то на тебе была бы сейчас моя метка! Но ты чиста! Ты серьезно считаешь, что я воспользовался тобой!? – развел руками Ангрена, как же она сейчас его раздражала. — Уйди. – хмуро проговорила Мая, понимая, что отступать уже некуда. — Я тебя не понимаю. – всматриваясь в ее янтарные глаза, проговорил он. – Чего ты так боишься? — Уйди от меня, Элбан! – Мая пыталась держать подбородок высоко и не показывать, что она загнана в угол, и ей страшно. — Через пару часов тебе станет хуже. И только я смогу помочь. Никакие травы Сиенны не смогут подавить твое влечение ко мне. – более спокойно говорил мужчина. — Ты мне не нужен! Уж спасибо! Сама справлюсь! – сложила руки на груди Мая. — Да? Ну ладно. – Элбан отвернулся, уходя из кухни. – Из дома никуда не выходишь. К тебе будет приходить Сиенна. С этими словами он направился в свою комнату, а через пару минут ушел и из дома. Мая осталась наедине со своими чувствами. Гнев, обида, отчаяние... и страх. Да, признать, что ей понравилось, было выше ее сил. Отвращение к самой себе. Осев на пол, она обняла себя за плечи. По щекам текли тихие слезы, а тело дрожало. Через пару часов, как и говорил Элбан, все симптомы снова вернулись. Снова лихорадка, снова зуд. Но вдобавок ко всему это паршивое чувство на душе. — Лежишь? Как самочувствие? Ничего не болит? – вдруг в комнату вошла Сиенна. — Все тоже самое, но не так сильно. – ответила Мая, принимая сидячее положение. – Мерзкое состояние. Сиенна почему-то не смотрела на Маю, и она это почувствовала. Сунув девушке какой-то напиток, лекарка собралась уходить, так и не взглянув на Радиз. — Что-то случилось? – спросила рыжая, и женщина все же подняла на нее глаза, промолчав минуту. — Я все понимаю. Ты воспитывалась в другом обществе, в других понятиях, но пора уже принять тот факт, что ты не человек. – серьезно сказала она. — О чем ты? – напряглась Мая, чувствуя холодный взгляд Сиенны. — Мало того, что сама себя обрекаешь на страдания, так еще и Элбана влечешь за собой. Ты не представляешь, как он важен для нашей страны. А из-за тебя он... – женщина вдруг осеклась, решив не продолжать. – Ладно, я пойду. — Нет уж, Сиенна, продолжай, раз начала. – хмуро свела брови Мая. — А в чем смысл продолжать? Ты все равно будешь игнорировать правду. Я скажу тебе одно. – лекарка сделала паузу. – Смирись, что тебе придется жить по-другому. Иначе сама себе усложнишь жизнь. Дай хотя бы шанс этой новой жизни, и поймешь, что не все так плохо. С этими словами женщина удалилась, оставив Маю в одиночестве. С чувством, что теперь на ее стороне никого нет. Ведь Сиенна была права, только она не смогла свыкнуться с новой жизнью... А Мавелла и Зейдан смогли. Вскоре снова наступила горячка, из-за которой она впала в беспамятство. *** Мавелла мыла тарелки на кухне, но сама находилась где-то в своих мыслях. Из головы не выходил мужчина, которого она встретила на обратном пути от особняка Элбана. Неужели влюбилась? От таких мыслей вырвался глупый смешок. Ну зацепил он ее чуток, но все же этот Эрдан так и не связался с ней за эти четыре дня. В тот день он просто был галантным джентльменом не более. Почему-то от таких мыслей стало грустно. Встряхнув голову, избавляясь от грустных мыслей Мавелла проговорила вслух: — Боже, о каких глупостях я думаю. Вдруг раздался стук в дверь, и блондинка без задней мысли пошла открывать, думая, что это либо Сиенна, либо Ариель. Но открыв дверь и увидев массивную фигуру красавчика, Мави резко захлопнула дверь, не веря глазам. — Божечки, простите! Я не ожидала увидеть Вас, вот и удивилась. – протараторила Мави, открыв дверь, на что Эрдан рассмеялся. — Ты довольно забавная. – ответил он. — Вы что-то хотели? – переминаясь с ноги на ногу, спросила Мавелла. — Почему так официально? Обращайся ко мне на «ты». – улыбнулся тот и резко стал серьезным. – Я бы хотел пригласить тебя прогуляться. — Конечно. Я не против. – с легкой нервозностью ответила девушка. Идя рядом с мужчиной, она чувствовала себя неловко. Прохожие часто здоровались с ним или просто бросали взгляды. Мавелла и раньше считала себя белой вороной, но сейчас она поняла, что такое настоящее внимание. — С другой стороны озера есть довольно красивая опушка с ручейком. Не хочешь увидеть? – спросил Эрдан. — Покажите мне свое секретное место? – улыбнулась Ниннлоран. — Не то чтобы оно секретное. – улыбнулся в ответ мужчина. – Считай, я просто проведу тебе экскурсию. — Это честь для меня. – девушка по привычке убрала волосы за ухо. — Твоя искренняя вежливость смущает. – сказал Ангрена младший, убирая руки в карманы. — Что значит искренняя вежливость? – вопросительно посмотрела на него Мавелла. — Ну... люди часто выдавливают из себя уважительный тон и соблюдают какие-то манеры перед человеком, которого они даже не уважают. — Таковы правила вежливого тона. Не придерживаться их в высшем обществе считается невоспитанностью и позором. – ответила блондинка, пожимая плечами. – Разве здесь не также? — Нет. Вежливо разговаривают только с теми, кто заслужил уважение. Ну и конечно с королем, ведь его уважают все. – ответил Эрдан. — Тогда считайте, что я Вас просто уважаю Эрдан. – улыбнулась Мави. — За что? – вдруг искренне удивился тот и даже остановился, чтобы взглянуть ей в лицо. — А разве для этого нужна причина? – спросила Мая неуверенно. – Вы выше меня по статусу... — Конечно нужна причина для уважения! Статус ничего не значит. Перед тобой я не заслужил никакого уважения. Я же ничего не сделал. – пояснил мужчина. — Видимо понятия об уважении у нас тоже очень разные. – смущенно проговорила Ниннлоран. – Простите, если смутила, но мне просто так легче общаться. Меня так воспитали. — Ничего страшного. Выглядит так, что это я тебя смутил. – засмеялся Эрдан. Дойдя до опушки, которая была окрашена в красные и желтые тона, они уселись на сухое поваленное дерево. Ручей тихо журчал рядом, а на другой его стороне тихо пил олень. Птицы жизнерадостно щебетали, готовясь к зимовке. — Тут так спокойно... – проговорила Мави. — Ты вкусно пахнешь. – вдруг проговорил Эрдан, слегка склонившись к ней. — Пахну? Чем? – блондинка понюхала свое запястье, пытаясь понять. – Я, вроде, не пользовалась духами или маслами. — Похоже на цитрусы. – коротко ответил тот, на что девушка удивленно посмотрела на него. – Это твой естественный запах. — Вау, а я и забыла, что у волколаков настолько сильный нюх. — Не называй нас волколаками, это оскорбительно. – вдруг серьезно проговорил Ангрена. — Правда? Извини, не знала. – Мавелле вдруг стало настолько неловко, что она поежилась. — Я не обижаюсь. – ободряюще улыбнулся он, смотря в ее глаза. Вдруг повисла тишина. Они не могли оторвать взглядов друг от друга. Мави то и дело любовалась его острыми чертами лица не в силах противиться его обаянию. Эрдан подался вперед, сокращая расстояние между ними. Трепетное прикосновение губ медленно становилось увереннее и глубже. Мавелла чувствовала, как сердце стучало, грозясь выпрыгнуть из груди. Она не могла до конца осознать, что происходит, но ей определенно нравилось. Мужчина обхватил хрупкую женскую талию, притягивая ближе к себе. Блондинка неосознанно приоткрыла рот, пропуская его глубже, чем он и воспользовался. Когда воздуха стало не хватать, они остановились. И только тогда к Ниннлоран вернулись неловкость и смущение. — Что-то холодно стало. Да и Ариель вернулась домой, поэтому мне тоже пора. – затараторила она, вскакивая с бревна. *** Последние четыре дня Элбан совсем не появлялся дома. Иногда заходила Сиенна, а иногда и Мавелла. Женщина была не особо болтлива, даже казалось, что ей не очень хочется говорить. — Что же, раз тебе полегчало, то надо передать Элбану. – после финального осмотра сказала лекарка. — И как часто это будет повторяться? – спросила Мая, надевая длинную сорочку обратно. — Каждый сезон. Осень, зима, весна и лето. Точных дат нет. Следующая течка может начаться как в первые дни декабря, так и под конец февраля. – ответила Сиенна. — И каждый раз терпеть такое... – Радиз аж вздрогнула. — Я принесу тебе один чай для восстановления. Чтобы все вернулось в норму, и в следующий раз было полегче. – сказала лекарка. — Спасибо. – тихо ответила рыжеволосая, и, когда Сиенна собиралась уходить, она вдруг вскочила. – Подожди! Женщина вопросительно уставилась на нее. — Ты в последнее время злишься на меня? – спросила Мая. — Нет. – спустя секунды молчания, ответила та. – Я не злюсь. Я просто негодую и переживаю за господина Ангрена. — Переживаешь? — После войны, которая длилась десятилетия, именно он помог отстроить этот город. Он вернул мне дом. – она сделала паузу. – Мы знакомы много лет, уж я-то знаю, что он многое делает для защиты всей страны. Поэтому страшно представить, что с нами будет, если он... – она не стала договаривать и склонила голову. – Пожалуйста, Мая. Дай хотя бы шанс этой связи. — Сиенна... – рыжеволосая протянула руку к женщине, чтобы положить ее на плечо. – Я... Сказать было нечего. Мысли путались, а ком в горле не давал произнести и звука. Радиз было очень жалко видеть женщину такой. Душу стала заполнять вина. Она не хотела этой связи, но разве Элбан хотел? У него так же не было выбора. Да он даже не обратил бы на нее внимание в обычных обстоятельствах. И как быть? Мая всегда была свободолюбивой, а эту связь считала цепями. Видя замужних несчастных дам, которых часто могли бить и не уважать их же мужья, Мая с ранних лет боялась такого рода связей, но все же мысли о принце на белом коне и величайшей любви у нее имелись. — Ладно, не буду тебя больше беспокоить. Чай принесу завтра. Пока. – сказала лекарка, выходя из комнаты. Оставшись одна в огромном особняке, девушка заварила себе чай и уселась на подоконник в гостиной. Множество мыслей заполняли ее голову, а особенно слова Сиенны и образ Элбана. Они не виделись уже четыре дня, и последний их разговор был не из приятных. Может она и правда погорячилась? Вдруг запах Элбана начал становиться все отчетливее и отчетливее. Мая вскочила и пошла в коридор. Когда открылась входная дверь, в нос ударил сильный терпкий и одновременно сладкий запах. Его черные волосы были в легком беспорядке, а рубаха полу расстегнута и слегка помята. Видимо, он недавно обращался. И все равно он выглядел так привлекательно, что у рыжеволосой аж дыхание перехватило. Его яркие зеленые глаза скользнули по женскому телу, оценивая ее состояние. — Как себя чувствуешь? – спросил Элбан, отводя взгляд. — Лучше. – замявшись, ответила Мая. В доме повисла давящая тишина. Когда мужчина собирался уже уйти, Радиз все таки выдавила из себя извинения: — Я должна извиниться! За то что нагрубила тебе... Прости. Ангрена удивленно уставился на рыжеволосую. Ему потребовалось время, чтобы переварить услышанное. — То есть ты признаешь, что тебе понравилось? – усмехнулся он, замечая как девушка покрылась краской. — Нет! Я просто жалею, что наговорила тебе гадостей! Ты ведь просто хотел помочь... – девушка замолчала, смотря в пол, она почувствовала, как к ней подходит Элбан. Его запах щекотал нос и вызывал мурашки по коже. Ангрена убрал одну прядь ее волос за ухо, заставляя девушку сжаться, и тихим низким, доводящим до дрожи, голосом проговорил: — Чего ты так боишься, Мая? Мая вскинула голову, заглядывая ему в глаза. Почему-то в них девушка рассмотрела такую искренность и трепетность, что ей захотелось открыться ему, позволить увидеть страхи и желания. — Я чувствовал тогда не гнев, а страх. – продолжал он, и девушка опустила взгляд. – Ты подвергалась... — Нет! – перебила она его. – Я не подвергалась никакому... насилию, но... — Но? – Элбан терпеливо ждал продолжения, чувствуя как та погружается в свои воспоминания. — Родной человек подвергся этому на моих глазах... Мне было семь. – Мая обняла себя за плечи и отвернулась. – Так мерзко, унизительно и больно. А еще... смертельно. — Мне очень жаль. – проговорил Элбан, чувствуя ее душевную боль. — Все в порядке. – ответила девушка, и захотела поскорее сменить тему. – А ты... где был эти четыре дня? Почему не приходил? — Да так... бегал по лесу, пил в барах. – ответил тот, до сих пор чувствуя ее эмоции под кожей. – Не приходил по очевидной причине. Вдруг Мая почувствовала от мужчины слабый странный запах, который с ним вообще не вязался. Запах определенно принадлежал не Элбану. Это вызывало множество странных чувств. «Наверняка какая-то женщина» – подумала она. — А ночевал ты, дай угадаю, в борделях? – съязвила она, начиная злиться, сама не понимая почему. Вот так доверяешь кому-то свои страхи, решаешь сделать шаг навстречу, чтобы потом узнать, что ему было совершенно все равно на тебя в течении этих дней. Даже не навестил, лишь утолял желание с другими. Почему-то Мая чувствовала себя преданной. «А что еще ты ожидала от мужчины?» – спросила она сама у себя. — Нет... – ответил тот, улавливая изменения в ее настроении. — От тебя пахнет женщиной. В чем смысл врать? – говорила та, сложа руки. — Ты что... ревнуешь? – усмехнулся Элбан, и Маю это еще больше взбесило. — Много о себе возомнил. – девушка развернулась, собираясь уходить. Он не стал ее останавливать, ведь сам не может точно сказать, было у него что-то или нет. Хотя в душе было приятно, что она ревнует. *** Четыре дня назад Вечер того дня, когда Элбан ушел. Мужчина почти весь день провел в облике волка, бегая по лесу. Когда уже совсем не было сил, он направился в бар, где много пил. Алкоголь реально помогал расслабиться, ведь больше не было слышно голоса зверя. Переночевать он собирался в местной гостинице, и пока он плелся по ночной улице, перед ним вдруг возникла знакомая фигура. — Элбан... я везде тебя искала. Мне очень нужна помощь. – изящное лицо красивой блондинки, было залито слезами. — Что случилось? – напрягся тот, когда Нора схватила его за руку. — Отец... снова дома пьяный. – прошептала она, пряча свое лицо в его груди. — Переночуй в отеле. – ответил Элбан. — Я не хочу оставаться сегодня одна. Я не прошу ни о какой близости Элбан... Просто побудь рядом. – взмолилась Гортад. — Хорошо. – вздохнул тот. – Будешь спать на диване. — Спасибо! – ответила она. Элбан знал Нору еще с юных лет, когда они учились в академии. Она рассказывала, что трудно переносит, когда отец напивается. Он видел в своей дочери лишь ненавистную жену. Элбан знал только об оскорблениях, но гораздо большее Нора скрывала. Зайдя в номер, девушка начала наливать спиртное себе и Элбану, который был очень даже не против. — Ты сам выглядишь не очень. Что-то случилось? – спросила Гортард. — Не важно. – ответил тот. — Спасибо, что ты со мной в такой момент. Впрочем, как и всегда. А я-то думала, раз появилась истинная, то все. – девушка пристально наблюдала за ним. — Лучше бы никакой истинной не было. – проговорил Ангрена, откидываясь на спинку дивана, чувствуя тяжесть в голове. Вдруг он почувствовал на своих губах чужие. Нора наклонилась к нему, мягко целуя. Сил пошевелиться не было, но он отчетливо уловил напряжение внутри. А дальше все поплыло. *** — Ты занята? – Элбан зашёл в библиотеку, отвлекая Маю от чтения. — Да. – буркнула та, пытаясь не оторвать взгляд от книги. Девушка полулежала на диване, облокотившись на подлокотник. Здесь в последнее время она проводила свои скучные вечера. Элбан уселся рядом и, заметив, что девушка спряталась за книгой, схватил ее за лодыжку и притянул к себе. Он перебросил ее ноги через свои, придвигая максимально близко. Радиз от неожиданности вскрикнула и упала на диван всем телом. — Все еще злишься? – спросил он, нагнувшись к ней. — С чего ты взял, что я вообще злилась? – ответила девушка, смущённая близостью. — Я прекрасно знаю все твои эмоции. – он усмехнулся, приближаясь еще больше. – А еще я знаю, что ты сейчас сгораешь от смущения. Радиз быстро вскочила с дивана, поправляя рубашку. — Чего ты хотел? – проговорила она. — У тебя же завтра утром нет дел? Фолианну нужна свободная пара рук. – Элбан расслабленно сидел на диване, пожирая рыжеволосую взглядом. — Да, я смогу. – ответила Мая. – Это все? Элбан просто усмехнулся, рассматривая девушку, пока она переминалась с ноги на ногу. — Да. – коротко ответил тот. — Тогда больше не отвлекай меня. – сказала она, взяв обратно свою книгу и усаживаясь на диван. Пока девушка бегала глазами по буквам, совершенно не вчитываясь, Ангрена продолжал пытливо на нее смотреть. Это очень напрягало, и хотелось провалиться сквозь землю. — Хватит смотреть. Или все же что-то еще? – не выдержала рыжеволосая. — Нет, мне просто нравиться смущать тебя. – он потянулся и убрал прядку ее волос за ухо. – А еще ты красивая. Не могу налюбоваться. — Уходи уже. – отмахнулась она, на что Элбан рассмеялся. Когда он все же ушел, Мая с облегчением упала на мягкие подушки дивана. Закрыв лицо книгой, она негодующе простонала. «Боже, да что же это такое?»