Полночь

Вглядываться в её яркие, отточенные будто великолепный танец гейши, черты лица стало любимым занятием. Сара и не заметила, с какого времени стала позволять себе такую дерзость, как глядеть прямо в глаза ей – самой Эи. Видимый упрёк читался в глазах госпожи. Кудзё знала, состоится разговор, и женщина была благодарна, что Райдэн не отчитала её при всех. Сара склонила голову, уставившись себе под ноги с едва слышимым выдохом. Чувства терзали её изнутри, то и дело покалывая сердце словно шипами, когда удавалось разглядеть на лице такой привычно бесчувственной госпожи тень улыбки, когда в её взгляде читалась доброта или благодарность, за то, что Кудзё служила верой и правдой. Нужно было держаться уверенно, внушать авторитет и силу, своё влияние, подавать пример остальным самураям в охране, поэтому Сара резким движением подняла голову, избавляясь от всех эмоций, по крайней мере, внешне. Словно камень, стояла, не шелохнувшись весь оставшийся час, пока велись переговоры. Женщина старалась думать о своём,как и всегда, но то и дело вслушивалась в голос Райдэн, который увеличивал предел её терпения, оттягивая желание уйти. Разглядывать икебаны, составленные специально к этой аудиенции, с прекрасными свежими лилиями и ирисами уже надоело. Интереснее было смотреть на цветущее великолепие в фиолетовом кимоно, которая сосредоточенно что-то объясняла даймё, пытаясь сделать это максимально доходчиво. В любом случае, спорить бы никто не стал. Закатное солнце уже горело алым, осветив комнату, и отражаясь от стёкол, словно что-то горело, когда закончился разговор. Эи элегантно поднялась, кивая даймё, который ей поклонился, а затем удалилась из зала. Движения были знакомы, повторялись каждый день десятки раз, поэтому казались идеальными. Сара, и ещё десяток самураев за ней, проследовали до коридора, ведущего к покоям сёгуна. Резко остановившись и обернувшись, Вельзевул движением руки велела самураям уйти, оставила одну лишь Кудзё. В тишине сёгун дошла до дверей своей спальни, казалось, нагнетая обстановку, но просто формулировала мысли, думала, что сказать, чтобы это не звучало, как угроза. Тэнгу напряжённо сглотнула, не зная, чего ожидать. Госпожа была непредсказуема и могла дать поручение даже сейчас, да и выглядела сосредоточенно, не в духе, но услышанное совершенно не соответствовало её ожиданиям. По спине пробежали мурашки, а сердце упало вниз, к ногам. От волнения затряслись руки, пришлось сжать их в кулаки, чтобы не выдать волнения. Сёгун говорила вполголоса, с подозрением посмотрев на коридор позади тэнгу, никому нельзя было видеть, даже слышать, что кто-то задержался у дверей спален Эи. — В полночь придёшь сюда. Я вижу, как ты смотришь на меня, Сара. Никто не должен знать об этом, разумеется. Тэнгу глубоко поклонилась женщине, глядя куда угодно, но только не на неё. — Как прикажете, госпожа. Не смею ослушаться. Плавной походкой Вельзевул скрылась за дверями. Саре же было сложно заставить себя идти, но, дав себе пощёчину, девушка заставила себя собраться. Ноги будто бы деревянные, несгибаемые, а руки словно не свои. Было стыдно за то, что так робеет перед Райдэн, за то, что становится размазнёй. Куда девается вся железная воля, характер, который она выстраивала годами? И почему в голове больше не разные стратегии и планы, важные цели и дела, а только она? "Вляпалась по уши" – пронеслось в голове. Часы в ожидании тянулись так долго, что Кудзё показалось, будто время издевается, намереваясь посмеяться. Пройтись по всем коридорам, по гостевому саду, мимо конюшен, делая вид, что что-то проверяла. На деле пыталась хоть ненадолго отвлечься. Когда на улице начало темнеть, в окнах зажигались фонари, а из людей на улице остались только дозорные, тогда девушка решила вернуться к себе. Взгляд в зеркало. Заметно, что уставшая. Сара умыла лицо холодной водой. Стало чуть лучше, хотя, скорее, это просто самовнушение. Сидя у окна с фонарём, отложив книгу в сторону, взглянула на луну на безоблачном небе, усеянном россыпью звёзд, поняла – пора. Быстро и тихо Сара пробралась до нужного коридора, обходя охрану, коротко постучала в дверь, на что получила тихое распоряжение войти. Райдэн сидела за котацу, держа в руках чашку, судя по бутыле на столе, с сакэ. Сделав глоток, сёгун отставила её в сторону и встала, подходя ближе к тэнгу. Свет в комнате не горел, светила только луна из открытой двери балкона, но было заметно – на лице Эи ухмылка. Сара неподвижно стояла у двери, не считая нужным что-то говорить или что-то делать, ведь не было приказа. Вельзевул провела своей ладонью по щеке златоглазой, а затем по открытому участку шеи. — Выпей со мной, Сара – сказала женщина, как бы позволяя выбрать, но по сути, возможности отказать не было. Тон вроде бы мягкий, но прослеживается эта нотка жёсткости, присущая ей – сёгуну, постоянно отдающему приказы. — Да, конечно... – немного поёжившись сказала тэнгу. Удивили эти прикосновения, но они были приятны, хотелось получить больше, ещё больше. Места, которых коснулась Эи, будто бы горели. Сев за стол напротив Райдэн, Сара взяла протянутую ей чашку, которую архонт уже успела наполнить. Быстро выпив её, как привыкла делать это на застольях с, в основном, мужчинами, подлила себе ещё. Вельзевул снова поднялась и медленно обошла генерала, садясь на колени за её спиной, не отрывая взгляда. Так, словно была готова напасть, но вместо этого мягко положила ладони на её плечи. Провела по напряжённым рукам, по талии, а после ниже, по ляжкам, прижимаясь грудью к спине генерала. Прикосновения ощущались как что-то нереальное, да и в принципе, сама обладательница фиолетовых глаз казалась сном. Слишком недосягаема, как звезда на небе, чтобы вот так просто... Продолжить мысль Сара не смогла, слишком смущающе это всё было. Раз уж Эи позволяет себе зайти так далеко, Кудзё решила попробовать перехватить инициативу в свои руки. Взяв женщину за ладонь, тэнгу поцеловала тыльную её сторону несколько раз, на что получила одобрительную усмешку. Чуть отстранившись и развернувшись, так, чтобы лица были всего в нескольких сантиметрах друг от друга, генерал оттянула ворот кимоно сёгуна. Пальцы проникли под ткань, касаясь бархатной кожи под нижними одеждами. Спина, ключицы, верхняя часть груди. Сара опустилась ниже, нежно целуя шею Эи, стараясь не оставить ни единого следа, параллельно девушка пыталась снять одежду с сёгуна, а позже и с себя, дрожащими руками. Райдэн пришлось помочь ей. Один за одним элементы одежды, такие ненужные сейчас, оказывались в стороне. Златоглазая взяла Эи за руку и отвела в сторону кровати, посчитав, что будет удобнее так. — Одно Ваше слово, госпожа, и я остановлюсь. Вновь села напротив, вновь прижалась, припав к губам возлюбленной. Сара целовала неумело, в отличие от Райдэн, которая страстно сминала её губы своими. Скользнула лента, пара движений пальцами и Кудзё расплела длинные волосы Эи, но пока не могла ими полюбоваться в полной мере. Девушки изучали друг друга руками, стараясь запомнить каждую деталь, словно это последняя ночь, первый и последний раз, как они будут рядом, ни одной клеточки тела не осталось без внимания. Разорвав поцелуй, Сара, легко надавив на грудь Райдэн, сказала лечь. Раздвинув её ноги, медленно провела рукой от колена до основания ляжки. Подцепив чулок, девушка сняла его с женщины и отбросила в сторону, затем то же самое проделала с другим. Чмокнув Эи в низ живота, несколько раз провела пальцами по её лону, задерживаясь на выступающем бугорке и нажимая в том месте чуть сильнее, заставляя издать тихий стон и прикрыть лицо рукой. Если поначалу сёгун казалась такой самоуверенной, теперь её смущение било через край, щёки алели. Теперь вместо пальцев был язык. Сара делала плавные, аккуратные движения, чувствуя как одной рукой Эи тянет её за волосы на затылке, а другой сминает простынь, кусая губы. Вряд ли кто-нибудь услышит, но подстраховаться, не издавая лишний шум, стоило. Затем, снова пальцы, но теперь уже внутри. Свободной рукой Кудзё сжимала грудь любовницы, опираясь на колени, нависая сверху. Эи извивалась, словно змея, прогибалась в спине, сжимала свои ноги, чувствуя приближение финала. Ещё немного, ещё совсем чуть-чуть. Женщина сама насаживалась на пальцы, желая ощутить их ещё глубже, как вдруг Сара почувствовав, что горячие стенки влагалища стали резко сжиматься и разжиматься вокруг пальцев. Райдэн громко застонала на выдохе, приобнимая тэнгу ногами. Вынув пальцы, Сара вытерла их о край простыни, наклоняясь над лицом возлюбленной. Чмокнув ту в щёку, легла рядом, ожидая, пока фиолетовоглазая сможет отдышаться. После, приподнявшись, генерал взяла ту за руку и отвела в личную ванную сёгуна, помогая помыться и споласкиваясь самой. Объятия, в попытке согреть друг друга в прохладной воде и унять жар от тел, поцелуи, чтобы выразить любовь. Слова по прежнему казались лишними, не хотелось нарушать эту картину, но пришлось оставить друг друга. На улице предательски светлело, и следующая ночь наступит только через вечность, заставляя томиться в ожидании и перебиваться редкими поцелуями в темном углу коридора, пока никто не видит.