Пепельный цветок

Предложение изучить старое захоронение не вызвало энтузиазма, но больше нигде пойманный с поличным шарлатан спрятаться не мог. — Там наверняка куча ловушек, — заныл Наруто, потирая зудящую ногу. Болото, по которому пришлось устроить погоню за обнаруженным мошенником, привело к подлому нападению насекомых и мрачному желанию размазать беглеца вместе с убежищем. — Можешь остаться здесь в компании комаров, — холодно оборвала друга Сакура, не собираясь признаваться, что тоже не горела желанием лезть под землю. Вообще-то они сопровождали Шестого в поездке по стране Огня и собирались просто улыбаться и красиво стоять за его спиной во время приемов у лорда, но Сакура неожиданно заинтересовалась известием о странной лихорадке в деревне неподалеку, а Наруто сорвался за ней, потому что его чуть не смела толпа поклонниц. Быть героем войны оказалось не так приятно, как он думал. Какаши отпустил обоих и, кажется, вздохнул с облегчением. Только вот в деревне обнаружилась не эпидемия, а самая обычная аллергия. Кто-то украсил дома вьющимся цветком из Суны. Непривычный для этих широт резкий аромат вызвал закономерную мигрень и заложенность дыхательных путей у жителей. Ничего по-настоящему страшного, однако оказалось, что местный лекарь называл эти симптомы лихорадкой. Он недавно вернулся из путешествия по миру и говорил, что нашел лекарство от любой болезни. Заболевшие «лихорадкой» обращались к нему и почти мгновенно выздоравливали! Понятно, что лекарство стоило денег, и жители не скупились, спеша излечиться или принять дозу в качестве профилактики на будущее. Когда Сакура открыла правду, мошенник шустро сбежал, прихватив сумку с украденными у жителей деньгами, и скрылся в древней гробнице за местным кладбищем, надеясь, что мертвые отпугнут погоню. — Призраков боишься? — насмешливо уточнила Сакура, покосившись на кислую физиономию Наруто. Они встали по сторонам от входа в гробницу, не спеша заходить внутрь. — А ты нет? — скривился Наруто, с тоской заглядывая в темный проем. — Вдруг там какое-нибудь проклятие? Или мы разбудим древнее зло? — Если там есть какое-то зло, то оно точно уже закусило неудачливым лже-лекарем и теперь отдыхает после обеда, — хмыкнула Сакура, поежившись от слабого ветерка, подувшего из гробницы. Словно дыхание. Идти внутрь не хотелось все сильнее. — Или облизывается в ожидании десерта, — не сдался Наруто. — Запусти туда клонов, — вздохнула Сакура, отмахиваясь от очередного полчища комаров. — Они все проверят, все ловушки обезвредят, да и мошенника поймают. Наруто усмехнулся, складывая знакомую печать. Еще не заглох в темном коридоре множественный топот, как раздался пораженный вопль, и все закончилось. — Ловушки обезврежены, мошенник обездвижен, — довольно заявил Наруто и снова почесал ногу. — Пошли скорее, пока нас не съели! — Сакура первой нырнула в темноту, уворачиваясь от облака насекомых. Пришлось попетлять по коридорам. Ловушки тут действительно были, но по большей части сломанные, а недавно установленные растяжки настолько бросались в глаза, что клоны Наруто даже не стали их убирать, обезвредив только то, что должно было рухнуть на запнувшихся. Мошенник понуро сидел в небольшом круглом зале, в стенах которого утопали ниши, украшенные каменными цветами. — Я ни в чем не виноват! — тут же заголосил он. — Зачем вы меня преследуете? Я ничего плохого не сделал! — А чего тогда убегал? — хмыкнул Наруто, оглядываясь. — Почему здесь нет могил? — Это гробница умерших от неразделенной любви, — поморщился воришка. — У них не было тел, чтобы их хоронить. — Они что, себя того? — округлил глаза Наруто, отходя подальше от стен. — Этого, — передразнил его парень. — Отпустите меня немедленно! — Отпустим, — пообещала Сакура, подходя ближе. — Как только ты вернешь деньги жителям и отработаешь наказание, так сразу и отпустим. — Но это мои деньги! — возмутился парень. — Они отдавали их добровольно! И получали, что хотели! — Подкрашенную водичку? — хмыкнула Сакура. — Лекарство от аллергии! — огрызнулся парень. — Но ты забирал последнее! — возмутился Наруто. — Многим твоим пациентам теперь не на что жить! — Зато они живы, — поморщился парень, а потом отвернулся и глухо бросил: — Хорошо, забирайте деньги и отпускайте. Сакура аккуратно подняла с пола его сумку и заглянула внутрь. — Здесь почти ничего нет! — воскликнула она. — Все, что у меня осталось, — усмехнулся парень, глядя ей прямо в глаза. — Он тут где-то спрятал, — уверенно заявил Наруто. — Жаль, Хинаты с нами нет, она бы Бьякуганом быстро все нашла. — Мы тоже быстро справимся, — мрачно прищурилась Сакура, сжимая кулак. Спрятать монеты в пустой гробнице можно было только в каменных цветах на стенах. У парня было достаточно времени, чтобы рассовать украденное по всему периметру. Искать каждую монету пришлось бы долго, а воришка явно надеялся, что все они не найдут. Сакура сжала зубы и аккуратно опустила кулак на ближайшую стену. С шелестом посыпалась штукатурка. Звякая, попадали на пол спрятанные монеты. С неожиданным свежим запахом встряхнули пышные головы живые цветы, избавившиеся от каменной оболочки. — Что это? — с хриплым испугом спросил Наруто, озираясь по сторонам, словно ожидал, что цветы превратятся в призраков. — Вы с ума сошли! — дернулся связанный парень. — Это же умершие от безответной любви! Их судьбы захотели?! — Ксо! — выдохнула Сакура, осознавая, что случилось. — Ханахаки… Они вломились в гробницу умерших от смертельной болезни. И теперь тоже были заражены. — Мы все умрем! — в отчаянье завопил мошенник, дергаясь в путах. — Люди вообще смертны, — Наруто крепко сжал его плечо, удерживая на месте, и посмотрел в глаза Сакуры. Она стояла, глядя на нежные лепестки пионов, распустившихся перед ее лицом. В нише по соседству протягивала пышные соцветия яркая сирень, за ней шипасто цвела алая роза. — Сакура? — позвал ее Наруто. Она встрепенулась, отводя взгляд. — Нужно собрать монеты, — решительно выпрямилась Сакура. — А эту гробницу опечатать, обработать дезраствором и залить цветы бетоном. — Нам это не поможет! — продолжал дергаться мошенник. — Мы обречены! — Ты кого-то безответно любишь? — повернулась к нему Сакура. Парень вздрогнул, замолкая. — Ханахаки убивает только тех, кого отвергают возлюбленные, — холодно продолжила она. — Для развития болезни необходим строго определенный эмоциональный фон и истощение организма. — Я влюблен взаимно, — хрипло выдохнул парень. — Но эта болезнь заразна, я не хочу подвергать свою девушку опасности! Или случайно узнать, что взаимность не настолько полная, как предполагалось, — мрачно подумала про себя Сакура. — И что нам делать? — спокойно спросил Наруто. Вот уж кому не стоило беспокоиться о взаимности. — К этой болезни имеется вакцина, — собралась Сакура. — Эпидемии в прошлом случались слишком часто, поэтому изобрели блокатор. Думаю, что в городской больнице точно есть нужные нам дозы, их хранят для таких случаев. — Отлично! — улыбнулся Наруто, развязывая остолбеневшего парня и пояснил: — Ты все равно теперь никуда не сбежишь без волшебного укола! Или попьешь свою исцеляющую все болезни водичку? Парень недовольно фыркнул, растирая запястья, но бежать действительно не стал. — Меня зовут Широ, — представился он и вздохнул. — Мне просто нужны были деньги, чтобы открыть свой магазин. Я собирался жениться, но прокормить семью сложно, а магазин лекарственных трав позволил бы нам спокойно жить. — А потом ты бы стал обманывать покупателей, чтобы оплатить еще что-нибудь жутко нужное, — хмыкнул Наруто. — Раз уж начал с мошенничества, то обязательно продолжишь. Широ стиснул зубы, но спорить не стал. Сакура начала медленно собирать монеты, присыпанные каменной крошкой. Сердце в груди стучало обреченно, но пока еще стучало. Только ей могло так повезти. Влюбиться в того, в кого влюбляться никак нельзя, а теперь еще и умереть от давно пропавшей болезни. Когда все монеты были собраны, Сакура приготовила дезинфицирующий раствор, которым обработала как гробницу изнутри, так и всю их неудачливую компанию. Никому не хотелось устроить новую эпидемию в городе. Поразмыслив, Сакура все же обвалила вход к цветам, растущим в темноте. Заливать бетоном опасные бутоны было не очень-то эффективно, как показала практика — они прекрасно себя чувствовали даже похороненными заживо, зато теперь в гробницу больше никто не сунется. И не разбудит древнее зло. Оставалась надежда на лекарство. В деревню возвращаться не стали, Наруто отправился туда один, чтобы раздать спасенные деньги жителям, Широ и Сакура ждали его посреди леса. Парень судорожно чесал покусанную комарами руку и долго вглядывался в покрасневшую кожу. — Ищешь первые признаки? — скривила губы Сакура, прислонившись спиной к дереву. — Слишком рано. К тому же, ты ведь говорил про взаимную любовь. — Я-то про взаимность знаю, а вот знает ли ханахаки — это еще вопрос, — нервно ответил Широ, опуская руки. — Семенам этих проклятых цветков ведь надо как-то сообразить, что, например, грусть бывает от разлуки, а не от страданий. — Ну так думай о девушке без грусти, — пожала плечами Сакура. — Если бы все было настолько сложно, то люди бы просто не выжили. — Возможно, — Широ сложил руки на груди, вцепившись в рукава. — С другой стороны люди невероятно быстро приспосабливаются к любым, даже самым диким условиям. Он вздохнул и снова посмотрел на расчесанные руки. — По крайней мере вдали от возлюбленных ханахаки развивается медленнее, — пробормотал он. — Взрывной рост цветов всегда регистрировался в непосредственной близости к предмету воздыхания. Особенно при касании к больному. — Откуда ты столько знаешь о ханахаки? — вскинула брови Сакура. — Я все-таки лекарь, — криво усмехнулся Широ. Сакура недоверчиво фыркнула. — Я правда лекарь, — поджал губы Широ, посмотрев на нее исподлобья. — Всем заболевшим «лихорадкой» я давал антигистаминное. Я знал, что делаю, так что жителям ничего не угрожало. — Кроме бедности, — оборвала его Сакура. Широ надулся и замолчал. Довольный Наруто появился между деревьев. — Дело сделано! — широко улыбнулся он. — Пора бежать за лекарством! А то у меня все тело чешется, так и кажется, что вот-вот цветами покроюсь. Сакура покачала головой. У нее ужасно зачесалось плечо, как будто там что-то набухало и росло из-под кожи. Нахмурившись, Сакура упрямо мотнула головой. Нет уж, она не станет себя запугивать раньше времени! На входе в город их встретил Паккун, пришлось доложить о миссии и о болезни, так что в больнице их уже ждали. Пока обследовали Широ, Наруто и Сакура ждали в коридоре. Процедура обещала быть долгой. Поскольку заболевание считалось исчезнувшим, то местные медики собирались исследовать возникший материал вдоль и поперек. Наруто и минуты не устоял на месте, начав беспокойно ходить от стены к стене. — Тебе не о чем переживать, — мягко посмотрела на него Сакура. — Хината точно-точно любит тебя. — Да, — как-то безнадежно выдохнул Наруто, отводя взгляд. Сакура вскинула брови. — Я тоже ее люблю! — тут же посмотрел ей в глаза Наруто. — Очень люблю! Но… Сакура моргнула, а потом понимающе улыбнулась. У Наруто всегда было очень большое сердце, которое любило сразу всех. — Не переживай, — покачала она головой. — Для тебя все закончится на уколе. Тут из палаты вышел взъерошенный Широ, потирающий плечо, за ним выглянула медсестра с папкой в руках. — Вы хотели узнать состав вакцины? — обратилась она к Сакуре. — Да, — Сакура взяла папку, чувствуя, как дрожат руки. Пробежалась взглядом по строчкам и закрыла глаза. Шаннаро! — Боишься уколов? — насмешливо фыркнул Широ, наблюдая за ее реакцией. Сакура с яростью на него посмотрела, но сказать ничего не успела. За ее спиной возник Шестой, и тело моментально выпрямилось, наполняясь решимостью, как всегда происходило в его присутствии. — Вакцина работает? — поинтересовался Какаши, улыбнувшись одними глазами. Сакура точно знала, что под маской его губы даже не дрогнули в улыбке. — Работает, — отчиталась она, протянув руку в зеленой чакре к дернувшемуся Широ. — Никаких следов болезни в организме. Шарлатан поежился от воздействия, но уклоняться не стал, позволяя в очередной раз просканировать себя. Сакура убрала руку и стиснула пальцы на папке, старательно не глядя на Хокаге. — Но что-то не так, — естественно, он все равно раскусил ее. Сакура вздохнула. — У меня аллергия на основной ее компонент, — спокойно ответила она. — Яд Сасори был похож на нее по своему составу, а некоторые элементы накапливаются в организме, вызывая отторжение при дальнейшем принятии. На некоторое время в больничном коридоре повисла тишина. Сакура продолжала смотреть в сторону и сжимать в руках папку. Широ потрясенно на нее пялился, а Какаши молчал. — В общем, вакцина убьет меня точно так же, как и болезнь, только быстрее, — слегка улыбнулась Сакура, все же подняв глаза на Какаши. Он смотрел серьезно и невозмутимо, только цвет радужки из привычного серого превратился в льдисто-стальной. — Ты сможешь найти другое лекарство, — твердо заявил он. — Да, — Сакура прижала к себе папку и улыбнулась уже искреннее. — Я очень постараюсь! Широ качнулся в ее сторону, привлекая внимание. — Я помогу! — вдруг заявил он и тут же стушевался под двумя подозрительными взглядами. — Я разбираюсь в растениях, правда! И у меня есть некоторые запасы, которые могут пригодиться! — Хорошо, — решила Сакура. — Тогда примемся за дело как можно скорее. Какаши сжал ее плечо в поддержке. — Я никуда не уеду, пока не будет найдена новая вакцина, — сказал он, его большой палец едва заметно скользнул чуть ниже рукава безрукавки, полоснув теплом голую кожу. — Если что-то понадобится — только скажи! — Хорошо, — улыбнулась ему Сакура, стараясь даже не шевелиться, ведь любое движение заставило бы его убрать руку, а ей так хотелось тепла. Хотя бы немного. Из кабинета вышел Наруто со счастливым облегчением на лице. — Я жив, даттебайо! Большой палец мазнул полукруг по плечу, и Какаши шагнул уже к бывшему ученику, удостоверяясь, что ему больше ничего не угрожало. Сакура бесшумно вздохнула. *** Цветы прорвали кожу, забрызгав кровью стол и пробирки. Сакура ахнула, зажимая плечо ладонью, сквозь которую топорщились нежные лепестки пепельно-белой сакуры. Буквально зарычав от понимания, какой именно цветок достался ей в наказание, Сакура стиснула тонкие стебельки и с силой рванула их из себя. — Не нужно! — воскликнул побледневший Широ, подбегая ближе. — Давай лучше я аккуратно достану! А то останутся побеги и вызовут воспаление. Сакура зло фыркнула, но позволила лекарю заняться плечом. Воспаление — самое меньшее, о чем ей приходилось беспокоиться. Широ деловито и молча орудовал скальпелем, вынимая из плоти целую небольшую веточку, усыпанную цветами. — Надо будет сжечь, — посмотрела на нее Сакура. — А то кто-нибудь еще заразится. — Я еще не закончил, — Широ продолжал хмуро копаться в открытой ране, вынимая мельчайшие частички растения. — Все, теперь осталось зашить. Сакура молча подняла руку и приложила ладонь с медицинской чакрой к месту пророста. — О, удобно, — пробормотал Широ. — Но это только начало. Сакура вздохнула, с отчаяньем глядя на рассортированные по столу материалы. У них ничего не выходило. Совсем. — Знаешь, — Широ неспешно поджег в окровавленной пиале вынутую ветку сакуры, — есть другое вполне действенное средство. Сакура стиснула зубы. — Признаться в чувствах, — продолжил Широ, спиной чувствуя яростный взгляд девушки. — Наверняка у него есть к тебе хотя бы симпатия. Ночь любви подарит пусть и на краткий миг, но вполне явную взаимность. Этого хватит для запуска иммунитета. Сакура сжала пальцы на плече, едва не прорывая ногтями только что восстановленную кожу. — Ты очень красивая, — выдал Широ, покосившись на нее. — Вряд ли кто-то откажется, тем более ради спасения жизни. — Это невозможно, — отрезала Сакура, заставив себя расслабиться, и начала убираться на столе. — Ему нравятся мужчины? — удивленно посмотрел на нее Широ. — Что?! — моргнула Сакура. — Нет! — Тогда не вижу причины отказываться, — уверенно сказал он. — Даже если этот человек женат, он может спасти тебя. — Все сложно, — выдохнула Сакура, опустив голову. Широ помолчал некоторое время. — Сложно будет потом, — напомнил он. — Ты же в курсе, что ханахаки не останавливается на верхних слоях кожи? Следующим этапом она начнет прорастать уже внутри. Тел в той гробнице не было, понимаешь, по какой причине? Сакура не ответила. Она и так знала, что тела больных ханахаки превращались в живое удобрение, медленно и мучительно умирающее из-за прорастающих насквозь растений. — Продолжим! — так и не дождавшись ответа, Широ высыпал пепел из пиалы в мусорное ведро и направился к травам, которые они еще не пробовали. *** Какаши зашел в комнату обычным путем — через окно. Сакура, насильно отправленная Широ отдыхать, даже улыбнулась уголками губ. Вставать с кровати она не стала. Во-первых, ее все еще тошнило. Во-вторых, слабость просто сковывала все тело. Оставалось надеяться, что отдых действительно поможет, но в горле подло свербило, подсказывая, что цветы скоро вызовут очередной спазм. Хорошо бы при этом находиться в одиночестве. Какаши медленно подошел и присел у кровати на корточки, напряженно вглядываясь в бледное лицо Сакуры. Она поймала отблески искреннего волнения в серых глазах и на мгновение позволила себе поверить, что это отголоски чувства не к бывшей ученице, а к девушке. Как там говорил Широ? Она красивая? — Я приказал Саске вернуться, — сказал Какаши. — Что? — поразилась Сакура. — Зачем? Теперь уже Какаши пораженно замер. — Потому что ты больна, — осторожно пояснил он. — И чем Саске тут поможет? — не поняла Сакура. — Предлагаете использовать его как подопытный материал? Так я лучше сразу на себе испробую полученные образцы. Какаши непонимающе уставился в ее глаза. — Предлагаю ему, как мужчине, поступить хоть раз правильно и спасти твою жизнь! — воскликнул он. — А… — моргнула Сакура, чуть не поперхнувшись осознанием. В ней одновременно вспыхнуло сразу два противоположных чувства: боль и стыд за прошлое и смех от нелепости происходящего. Какаши продолжал смотреть на нее почти строго, как сенсей на провинившуюся ученицу. Сакура от этого взгляда только сильнее развеселилась. — И как именно он должен меня спасти? — невинно округлила она глаза. Какаши моргнул, не найдя моментального ответа на провокационный вопрос. — Ханахаки нужна взаимность, — медленно выговорил он, потеряв всю суровость. — Саске вполне способен дать ее тебе. Сакура повернулась на бок, подперев голову ладонью, и живо поинтересовалась: — И каким образом? Какаши удивленно поднял брови. Кажется, сегодня он проявил эмоции ярче и больше чем за последние полгода. Сакура могла гордиться этим достижением. — Ты меня прекрасно поняла, — Какаши прищурился и наклонился к ее лицу, отмечая дрожащие в скрываемой улыбке губы. — Нет, сенсей! — воскликнула она. — Мне нужна подробная инструкция! Как, куда и сколько! — Отлично! — в тон ей усмехнулся он. — У меня как раз есть такая! Целых три тома! Могу дать почитать! Сакура все же рассмеялась, откидываясь обратно на подушку. — Я уже читала, — с улыбкой ответила она, глядя в потолок. — Но боюсь, что в реальности все происходит не так. — Значит, это не Саске, — Какаши развернулся на корточках и сел прямо на пол у ее кровати, привалившись спиной. — Не Саске, — спокойно подтвердила Сакура. — Наруто? — осторожно уточнил он. — Вы собираетесь перечислять всех, с кем я пересеклась в жизни? — усмехнулась Сакура. — Вполне могу устроить, — опасно пообещал Какаши, повернув к ней голову. — Но ты можешь избежать этой страшной участи, просто признавшись. Сакура продолжала смотреть в потолок, кусая губы. — И что вы сделаете? — дернула она плечом. — Прикажете моему избраннику полюбить меня? — Прослежу, чтобы вы хотя бы поговорили! — твердо пообещал он. — Это не поможет, — вздохнула Сакура. — Гаара? — спокойно спросил Какаши. — Я буду спрашивать еще долго. Сакура закатила глаза. — Шикамару? Чеджи? Шино? Киба? — Это вы. Сакура посмотрела ему в лицо как раз вовремя, чтобы заметить дрогнувшие радужки распахнувшихся глаз. В них промелькнули недоверие, растерянность и даже боль. Этого было вполне достаточно для ответа. Сакура грустно улыбнулась. — Но я… — выдохнул Какаши и тут же оборвал себя. Сакура снова уставилась в потолок. Плакать она не собиралась, о нет. Слезы она выплакала еще во времена влюбленности в Саске. Теперь больше не хотелось тратить на них последние мгновения жизни. Какаши пошевелился и аккуратно накрыл ее ладонь своей, заставив вздрогнуть. — Если это действительно я, — с трудом выговорил он, — то мы… — Нет! — Сакура вырвала руку, глядя на него с яростью. Какаши молча уставился в ее лицо. — Из чувства долга? — прошипела она, прижимая ладонь к груди. — Из-за ответственности? Просто потому, что меня всегда надо спасать и защищать? — Нет, — Какаши попытался остановить поток ее возмущения. — Потому что я тебя… — Не смейте врать умирающей! — взвилась покрасневшая Сакура, резко выпрямляясь на кровати. Ее зеленые глаза полыхали яростью, а волосы взлетели вокруг головы огненным ореолом. Она собиралась сказать что-то еще, обвинить его, обозвать, но вдруг не смогла вздохнуть. Горло разорвало болью, и цветки вместе с кровью перекрыли доступ кислорода. — Сакура! — Какаши схватил ее за плечи, с ужасом вглядываясь в резко побледневшее лицо. — Сакура! Она схватилась за шею в бессильных попытках откашлять застрявшие инородные тела. Окрашенные зеленой чакрой ладони лихорадочно искали способ спасения. К счастью, ей все-таки удалось выскрести из себя проросшую ветку вместе со сгустками крови и залечить разорванные ткани. Отдышавшись наконец, она вдруг поняла, что Какаши продолжал держать ее за плечи, не отстраняясь ни на секунду. Он уже взял себя в руки, и его лицо выглядело непроницаемым, но в глазах плескалось напряженное волнение. Кожа под теплыми руками слегка зачесалась, под ней словно собирались споры ханахаки, готовые в любую секунду прорасти. Зато дышать стало легче, да и в целом организм словно заработал в привычном режиме. Сакура выпрямилась, сканируя себя. Ханахаки действительно сконцентрировалась в плечах, медленно перемещаясь от внутренних органов к местам прикосновений. — Сакура? — хрипло позвал ее Какаши. — Продолжайте меня держать, — бросила Сакура, не останавливая сканирование. — Это интересный эффект, не помню, чтобы о нем упоминали. — Ты чуть не умерла! — воскликнул Какаши, сжимая пальцы на ее плечах. Он явно едва сдерживался, чтобы не встряхнуть ее хорошенько. Сакура опустила руки и медленно подняла на него взгляд. — Держите меня, — тихо повторила она. Руки Какаши дрогнули, он сильнее прижал ладони, будто боялся, что Сакура выскользнет из его пальцев. — Ханахаки проявляется в местах прикосновений, — с грустной улыбкой пояснила Сакура. — Но это позволяет сконцентрировать ее на кожных покровах. — Хорошо! — кивнул Какаши, собираясь обнимать ее хоть круглые сутки. Сакура уставилась в его переполненные напряжением глаза, а потом отвела взгляд. Слишком велико было желание поверить в чувства. Разрешить себе обмануться, все равно ведь это ненадолго. Цветы убьют ее быстрее разочарования. Почему бы не позволить себе хотя бы немного побыть счастливой? — Сакура, послушай, — тихо протянул Какаши. Его пальцы мягко погладили по плечам, заставив вздохнуть. — Я не позволю тебе умереть. Губы Сакуры сжались в тонкую линию. — Ты можешь мне не верить, — спокойно продолжил Какаши, — можешь игнорировать, главное, чтобы ты жила. Сердце зашлось болью почти невыносимо. Сакура щедро черпанула из этой боли силы, чтобы повернуться обратно и ответить, но не успела. Ханахаки пришла в движение, прорвав кожу на плечах. Прямо под вздрогнувшими рукам Какаши распустились пепельные вишни. — Шаннаро, — простонала покачнувшаяся Сакура, сдержав вскрик боли. Какаши застыл, глядя на кровь стекающую по пальцам. Сакура, отдышавшись и стараясь не шевелиться — застрявшая под кожей ветка на малейшее движение отвечала болью, посмотрела ему в лицо. — Ксо! Вам нельзя тут находиться! — слабо воскликнула она. — Вы можете заболеть! — Теперь уже точно не смогу, — оборвал ее Какаши, отрывая взгляд от испачканных кровью рук. — Мне нужны инструменты, чтобы избавить тебя от ростков. Обессилевшая Сакура смогла лишь мотнуть головой на стол, где лежали захваченные из медблока скальпели. Какаши уверенно подхватил один и придвинулся ближе, не обращая внимания на спутанные возражения. Сакура зажмурилась, ожидая боли, но практически ничего не почувствовала. Чуткие пальцы настолько аккуратно вырезали ветки с цветами, что осталось лишь ощущение облегченного освобождения. Сакура подняла ладони, заживляя раны, а потом просканировала себя. — Ханахаки во мне стало намного меньше, — устало констатировала она. — Видимо, для прорастания цветов необходимо определенное количество частиц. До утра они не успеют размножиться, так что есть время поспать. Какаши, протиравший пальцы от следов крови, хмуро на нее посмотрел. — Прости, но я тебя одну на ночь не оставлю, — безапелляционно заявил он. — И касаться тебя не перестану. Сакура попыталась возмутиться, но Какаши подошел ближе и взял ее за руку. — Если вдруг цветы все же начнут прорастать, то пусть это будет рука, а не горло. Он сжал ее пальцы, погладив по тыльной стороне ладони. Сакура беззвучно раскрыла рот, не в силах сопротивляться. — Ложись, — мягко сказал Какаши. — Я буду рядом. Я буду держать тебя. Сакура захлопнула рот и легла у самой стены, недоверчиво наблюдая, как ее бывший сенсей лег рядом. Лицом к лицу. Серые глаза уставились в зеленые, но в темноте было невозможно разглядеть, что в них отражалось. Сакура моргнула от усталости и провалилась в сон. *** Открыв глаза, она наткнулась на внимательный серый взгляд, вспомнила события прошлого вечера и задержала дыхание, покрывшись мурашками. Она призналась ему в чувствах! Судорожно сглотнув, Сакура пробежалась взглядом по непривычно открытому лицу. Какаши смотрел на нее спокойно, но между бровей залегла темная складка, а тонкие губы были крепко сжаты. Так хотелось всегда просыпаться вместе! Чтобы Какаши каждое утро сжимал ее руку, чтобы обнимал во сне и прижимал к себе. Чтобы любил. Зажмурившись, Сакура с большим трудом заставила себя выровнять дыхание. Нельзя мечтать! Никак нельзя! Точно не сейчас, когда они лежат вместе в одной кровати! Сакура потянула к себе руку, но Какаши и не подумал разжать пальцы, заставив на себя посмотреть. — Больше не надо держать, — хрипло выдохнула Сакура, снова попытавшись отобрать руку. — Ты внезапно излечилась? — холодно хмыкнул Какаши, перетягивая хрупкую ладонь к себе. — Нет, — моргнула Сакура, подергавшись в захвате, — но я проснулась, а значит, болезнь не проявится внезапно. — Что-то не припомню твоей осведомленности во время последнего приступа, — скривил губы Какаши, подтащив ее руку к своему подбородку. Сакура распахнула глаза, не понимая, что происходило. — Я… — пробормотала она, пытаясь придумать причину, чтобы просто отодвинуться. Чем ближе он находился, тем отчаяннее метались мысли в голове. — Твои чувства взаимны, — твердо сказал Какаши, продолжая смотреть в глаза. Сакура задохнулась, раненная в момент полной беззащитности. Раненная человеком, которому доверяла полностью и абсолютно. Она дернулась, вырываясь уже по-настоящему. Какаши крепче перехватил ее запястье и тут же зафиксировал ноги, не позволив себя пнуть. Сакура выгнулась, чуть не сбросив его с кровати. Он удержался и чуть не пропустил удар кулаком в челюсть. Отведя ладонью локоть Сакуры вверх, он одним движением оказался сверху, фиксируя ее своим телом. Сакура прикусила губу и снова выгнулась, будто не замечая его веса. Какаши скрипнул зубами, едва удержавшись на гибком теле. — Можешь злиться, возмущаться и не верить, — процедил он, пытаясь поймать обжигающий взгляд зеленых глаз, — только это ничего не изменит! Сакура раздраженно выдохнула, расслабляясь, а когда Какаши разжал пальцы, чтобы выпрямиться, одним движением сбросила его на пол. Он коснулся циновки ладонью и приземлился на ноги, вскидывая взгляд на разъяренную девушку. По ее рукам вновь текла кровь, а сквозь лопнувшую кожу запястий прорастали пепельные цветы. Сакура посмотрела на них с гневом. — Вот видите! — взмахнула она руками. — Ваши слова не могут помочь! — Конечно, не могут, ведь ты в них не веришь! — тут же ответил Какаши. — Зато я точно знаю, что поможет. Сакура мгновенно стушевалась, теряя негодование. — Вы… вы же не станете… — она заметалась взглядом по коленям. — Если хочешь выместить на мне обиду — бей, — Какаши выпрямился. — Я не стану сопротивляться. Даже если ударишь чакрой. Сакура в панике вскинула глаза. Он спокойно и медленно подошел к кровати и со вздохом коснулся изуродованного запястья. — Нужно убрать цветы, — он решительно взялся за скальпель под напряженным взглядом Сакуры. — Не дергайся. Она едва сдержалась, чтобы не вырвать тут же руку. Только понимание, что лечение все равно необходимо, заставило Сакуру остаться на месте. Скальпель аккуратно высвобождал побег, не причиняя лишнего вреда коже. Уверенные действия ловких пальцев притягивали взгляд, и Сакура все отчетливее понимала, что он не шутил. Он действительно собирался использовать последнее средство против болезни. Как будто на самом деле ее... Она сглотнула. В груди пекло, сердце то срывалось в бешеный темп, то заледеневало, почти останавливаясь. Хотелось, как и раньше, собрать все силы в кулак и выплеснуть эмоции сметающей все на своем пути волной. Но Какаши сказал, что не будет сопротивляться. И раз сказал — он мог на самом деле так поступить. — Вот и все, — он отложил скальпель и вытер руки, не отступая от кровати. — Залечишь? Сакура, сверкая зелеными глазами, перехватила собственные запястья, пуская по ним медицинскую чакру. Разжав пальцы, она тут же стиснула их в кулаки, пытаясь показать, что тоже настроена решительно. Оставалось только убедить в этом саму себя. — Я ничего тебе не сделаю, если ты не захочешь, — чуть нахмурился Какаши, приближаясь еще на шаг. Теперь его колени упирались в край кровати. — Давай для начала кое-что попробуем? — Что? — шепотом спросила Сакура, глядя в его серые-серые глаза. — Кое-что очень простое, — Какаши чуть склонился над ней, открыто глядя в ответ. — Только чтобы проверить действие. Сакура застыла, словно попав в гендзюцу, и он медленно сполз взглядом ей на губы. Наклонился ниже. — Так тяжело видеть тебя постоянно и не иметь возможности сделать шаг ближе, — тихо выдохнул он. — Я навсегда остался для тебя «сенсеем» или «Шестым». Ты никогда не выходила за рамки этих обозначений, а мне приходилось соответствовать выбранной роли. Сакура попыталась нахмуриться, но Какаши продолжал смотреть на ее рот, и дыхание испуганно исчезало из легких вместе с логическими мыслями. — И знаешь, мне это надоело, — он наклонил голову и вжался в ее губы. Сакура вздрогнула, зажмурилась и… прижалась в ответ, отдернув голову в следующую секунду. Они замерли, глядя друг другу в глаза. — Как там ханахаки? — невозмутимо уточнил Какаши, хотя зрачки у него расширились, а дыхание сбилось. Слегка, но сбилось. — Без изменений, — мотнула головой Сакура, даже не собираясь проверять на самом деле. — Тогда продолжим, — Какаши встал одним коленом на кровать, не позволяя отстраняться и дальше. — Конечно, если ты этого хочешь. — А я хочу? — в смятении уставилась на него Сакура, едва слыша сквозь стук бешено бьющегося сердца. — Можешь остановить меня в любое время. — Сомневаюсь, что получится, — пролепетала она, понимая, что уже соображала крайне плохо и никого останавливать не собиралась. Какаши вместо ответа приложил пальцы к ее губам. Сакура вздрогнула, уставившись на него во все глаза. Он усмехнулся, словно мысли прочитал. — Ладно, попробуем двигаться медленно, — он прошелся взглядом от распахнутой зелени глаз вниз до глубокого выреза розовой безрукавки. Сакура невразумительно пискнула и вцепилась тонкими пальцами в его запястье. — Да, можно начать с этого, — покладисто согласился Какаши, перехватывая ее узкую ладошку. Без всякого сомнения, не задерживаясь ни на секунду он прижался губами к тонким линиям на запястье — почти исчезнувшим шрамам от пробившихся цветов. Сакура судорожно всхлипнула, но руку не выдернула. Какаши улыбнулся, не отрываясь от нежной кожи и медленно стал выцеловывать себе путь до самого локтя, радуясь отсутствию рукавов. Сакура неровно дышала, прожигая взглядом, но оставалась на месте. Когда одна рука закончилась, Какаши аккуратно перехватил другую, покрывая поцелуями места боли от ханахаки. Словно просил прощения. Сакура вздрогнула от этой мысли, но сосредоточиться так и не смогла. В голове словно клубился туман, прожигаемый искрами. Вот Какаши отпустил обе ее руки и снова посмотрел в глаза. Сакура обнаружила, что сдалась. Она устала бороться с болезнью, со своими чувствами, с нежностью Какаши. Вот с последним бороться было просто невыносимо. Она приподняла подбородок, потянувшись к его губам. Будь что будет! Хотя бы сегодня, хотя бы сейчас — она позволит себе получить желаемое. Получить его. Какаши обдал горячим дыханием щеку и вдруг нагнулся чуть ниже, прихватывая губами тонкую кожу на шее. Сакура ахнула, вцепившись в его плечи. Какаши даже не подумал притормозить, продолжая целовать шею. Вот он спустился до самой ключицы, провел по ней носом и поцеловал в дрогнувшую ямочку, уткнувшись в ворот безрукавки. И нехотя поднял голову. — Продолжаем? — приподнял он одну бровь. — Или подождем результат от первых шагов? Сакура моргнула, пытаясь понять, что он вообще такое говорил, а потом сообразила, что он предлагал остановиться. Сейчас?! Практически зарычав, она приподнялась, наконец целуя прямо в губы. Никуда он сейчас не денется, шаннаро! Какаши задержал дыхание, но на поцелуй ответил, прижимая к себе и осторожно поглаживая по спине. Целовался он тоже сначала осторожно, а потом все более включаясь в процесс, стараясь перехватить инициативу. Дыхание мешалось в постоянном движении, сердце клокоталось в груди, и хотелось прижаться еще ближе, потереться, почувствовать тяжесть чужого тела. Родного. Какаши слегка отстранился, пытаясь не дышать так тяжело, его глаза почти почернели от желания, а ладонь отчетливо сползла ниже поясницы. Сакура победно усмехнулась и покачала бедрами. — Сенсей, вы хотите показать мне новый прием? — все-таки выговорила она сквозь сбитое дыхание. — Как обычно, на практике, — хмыкнул Какаши, сжав ягодицу и втиснув ее бедра себе в пах. Сакура задохнулась на мгновение, прекрасно почувствовав его возбуждение. Практика обещала быть занимательной. — А как же лечение? — усмехнулась она, медленно потираясь через ткань. — Это уже по твоей части, — хрипло ответил Какаши ей в губы. Сакура отдернула голову. Если они будут целоваться, то это опять затянется надолго. Она отстранилась, отползая по кровати к стене, Какаши выпустил ее, продолжая смотреть темными глазами. — Посмотрим, чему мы сможем научить друг друга, — криво улыбнулась Сакура, расстегивая безрукавку. Какаши проводил взглядом ее движение и, кажется, сглотнул. А потом легко стянул с себя водолазку. Сердце Сакуры пропустило удар. Она видела его обнаженным, она проводила на нем операции, она знала каждый шрам на его теле, часть из них она сама же и зашивала. А сейчас он впервые видел обнаженной ее саму. Во рту резко пересохло. Но Сакура умела справиться с волнением, перевести его в другую плоскость — в упрямство и решительность. Ещё одним движением она стянула бриджи с бельем и откинула их подальше. Одежда никогда не была ее защитой, шиноби даже будучи голыми могли сражаться, тем более она. Но вот сейчас она чувствовала себя беззащитной. Перед ним. Какаши улыбнулся, понимая, что она хотела сказать. Он тоже разделся и спокойно протянул ей руку, как бы давая шанс отступления. Сакура сжала его ладонь, чувствуя, как привычно наполняется от него уверенностью. С ним можно было без страха идти в бой на превосходящего противника, есть онигири, сидя на каменной скале с лицами Хокаге, или до хрипоты спорить о двусмысленной фразе в отчете новоиспеченного джонина. С ним можно было все. Сакура улыбнулась и потянула его к себе на кровать. В этот раз он не стал осторожничать, сразу поцеловал, зарывшись в мягкие волосы ладонью, прижался, обдавая жаром покрывшееся мурашками тело. Сакура повела руками по его груди, чуть вминаясь кончиками пальцев в едва заметные бугорки шрамов. Она так часто видела его, но не могла прикоснуться напрямую, только через чакру, только на издевательском расстоянии в несколько сантиметров. Дорвалась. Она попыталась перейти с поцелуями ниже, почувствовать его кожу на вкус, как давно мечтала, но Какаши ее опередил, припадая ртом к груди. Сакура ахнула, выгибаясь, царапнула его плечи ногтями. Какаши отстранился, сжал пальцами влажный от слюны сосок, покрутил и обхватил губами другой. Сакура прикусила губу и застонала, откидывая голову назад. Кончики волос скользнули по лопаткам. Какаши оторвался от груди, чтобы вновь поцеловать подставленную шею. Его большие пальцы нашарили торчащие соски и начали их натирать, не останавливаясь ни на секунду. Сакура поняла, что еще немного и ее просто повалят на спину. Она выпрямилась, стараясь игнорировать искры, скапливающиеся внизу живота от каждого движения. Какаши оторвался от ее шеи и снова поцеловал, задвигав пальцами быстрее. Сакура застонала ему в рот, уже готовая сдаться и позволить сделать с собой все, что он хотел. Какаши самодовольно улыбнулся. Сакура почувствовала это и тут же передумала сдавать позиции. Ну нет, шаннаро! Не сегодня! Послав по мышцам ток чакры, Сакура одним движением повалила Какаши и забралась на него сверху. Он длинно выдохнул, ничуть не расстроившись от смены положения. Сакура снова провела ладонями по его груди и животу, впитывая через прикосновения текстуру кожи и каждый отклик Какаши на ее действия. Он больше не пытался выглядеть невозмутимым. Смотрел на нее. Сакура провела пальцем по курчавым волосам от пупка вниз. Какаши задышал громче, чем заставил усмехнуться. Сакура руку не остановила, легко обхватив стоящий член и проведя по нему рукой. Какаши сглотнул, не отрывая взгляда. Сакура медленно приподнялась, глядя ему в глаза и так же медленно опустилась, направляя член рукой. Зажмурилась от удовольствия. Он ощущался именно так, как нужно, так, как она и представляла. Облизав губы, Сакура начала покачиваться, не спеша и не увеличивая амплитуду, просто вперед-назад. Ладони Какаши на ее бедрах дрогнули, он приподнялся, втягивая ее в поцелуй, но Сакура уперлась рукой ему в плечо, укладывая обратно. О нет, не так быстро! Она еще не все распробовала, что хотела. Сильные пальцы сжались, впиваясь в кожу, но Какаши улыбнулся, позволяя ей делать, что она хочет. И Сакура делала. Медленно-медленно она меняла положение, то почти укладываясь на грудь Какаши, то откидываясь к его ногам. Внутри собиралось электричество, будто стихия молнии прорывалась, гудя сквозь мышцы, скапливая напряжение. Это напряжение требовало двигаться, жаждало выплеснуться скорее, но Сакура кусала губы и сдерживалась, наблюдая за тем, как менялось выражение лица Какаши, как он дышал раскрытым ртом, как прикрывал глаза, но не подгонял. Именно в этот момент, когда Сакура не ожидала ответного движения, рука Какаши скользнула по ее животу, а пальцы проникли в место их соединения, несколько раз потерев клитор. Сакура вскрикнула, сгибаясь и чуть не кончая. Уперлась руками в плечи Какаши и начала двигаться быстро, даже под зажмуренными веками замечая искры. Все больше. И больше. Какаши вдруг прижал ее к себе и приподнялся, садясь. Ноги Сакуры соскользнули, делая проникновение еще более глубоким, она застонала. Какаши усмехнулся сквозь тяжелое дыхание и все же уронил ее на спину. — Моя очередь, — хрипло выдохнул он, начиная двигаться. Он и не думал играться, сразу взяв быстрый и мощный темп, целуя в губы и прихватывая ладонью за ягодицу, чтобы сильнее вжимать в себя. Сакура и так была почти уже на пике, она застонала, предвкушая, как искры превратятся в фейерверк. Но Какаши тут же замедлился, вызвав недовольный стон. Сакура обожгла его возмущенным взглядом, но он только беззвучно рассмеялся. Подхватил ее ногу под колено и снова увеличил темп. Напряжение в животе почти загудело, предвещая не просто фейерверк, а настоящий взрыв. Какаши больше не улыбался, продолжая двигаться и смотреть в глаза. Вот он медленно погладил пальцем под коленом. Сакура выгнулась, распрямляя ногу и легко закидывая ее на мужское плечо. Какаши прохрипел что-то невнятное, прикрыл глаза и прижался губами к внутренней части бедра напряженной ноги. Сакура всхлипнула, вцепившись ему в поясницу и притягивая ближе. Ох, как хорошо! Губы Какаши сменились зубами, и Сакура вскрикнула, зажмурившись. Под веками метались молнии, сердце отстукивало громом в ушах, и хотелось стать еще ближе, еще сильнее, еще! Какаши снова нашарил ладонью ее грудь, проезжаясь большим пальцем по соску. И еще раз. А потом и вовсе сжал, прокручивая между пальцев. Сакура вскрикнула, изгибаясь, и сорвалась в долгожданный оргазм. Какаши догнал ее в несколько рваных движений и замер, тяжело дыша. Он аккуратно помог разморенной Сакуре выпрямить ногу и откатился в сторону. — Как ты? — едва отдышавшись, спросил Какаши. Сакура вздрогнула, вспомнив, ради чего все происходило. Она судорожно вскинула руку с медицинской чакрой и просканировала себя. Какаши повернулся на бок, взволнованно уставившись ей в лицо. Она молчала и не двигалась. — Ну как? — не выдержал он. — Все… все в порядке, — хрипло выговорила Сакура. — В порядке! Какаши успокоенно улыбнулся и лег, притягивая ее к себе. Сакура напряглась. — Что не так? — спокойно спросил он. — Все в порядке, — напряженным ровным голосом повторила она. — Вам больше не нужно ко мне прикасаться. Какаши хмыкнул, но рук не разжал. Сакура поджала губы и повернула к нему лицо. — Меня больше не нужно спасать. — А мне больше не нужно делать вид, что я этого не хочу, — твердо сказал он, глядя в глаза. — И я не собираюсь что-то менять. — И вас все устраивает? — вспыхнула Сакура. — Если это устраивает тебя, — внимательно посмотрел на нее Какаши. Сакура неуверенно улыбнулась, а потом уперто вскинула подбородок. — Конечно, не устраивает! — заявила она. Какаши замер и даже дыхание задержал. — Меня не устраивает роль вашей многогранной помощницы! — ехидно сверкнула глазами Сакура. — Стоять красиво за вашим плечом может и Наруто. — Хочешь стать следующим Хокаге? — хмыкнул Какаши. — Ой нет! — округлила глаза Сакура. — Наруто меня будет до конца жизни стыдить, а потом еще и на могиле страдать! — Ну, больницей ты и так уже заведуешь, — прищурился Какаши, — даже не знаю, какую еще должность тебе предложить. Моей жены? Сакура, уже раскрывшая рот, чтобы продолжить шутку, подавилась воздухом. — Еще рано для подобных заявлений? — усмехнулся Какаши. — Вообще-то я собиралась попросить отдать мне разработку психологической помощи пострадавшим от войны, — медленно и недоверчиво пробормотала Сакура. — Я хотела построить интернат для сирот и обязать всех шиноби пройти психологическое обследование. — Похвальное желание, я видел твои наработки, — кивнул Какаши, — и уже подписал их. Поэтому и предлагать не стал. Сакура продолжала смотреть. — Я не смогу красиво ухаживать, — серьезно сказал Какаши. — Просто времени на это не хватит, ты же знаешь мое расписание. Да и боюсь, что сейчас цветам ты рада не будешь. Хмыкнув, Сакура опустила взгляд. — Ухажер из вас действительно так себе, — напряженно усмехнулась она. — Если до сегодняшней ночи вы пытались за мной тайно приударить, то боюсь представить, как это будет выглядеть явно. Какаши сделал сложное лицо. — Я тебя до дома провожал! — После того, как мне пришлось полночи разбирать медицинские карты заключенных, которые «потерялись» по вашему приказу! — Я подарил тебе печенье! Ручная работа! Правда, не моя. — Ага… скажите честно, вы неделю собирались мне это печенье отдать? Я его в нетронутом виде держу в качестве украшения. Или оригинальных сюрикенов. — Выдалась тяжелая неделя! Собрание Каге, разборки с чунином, который влез в драку с жителями дружественной деревни… — Я помню, мне пришлось тогда заниматься ранами и успокоительным. — Вот видишь, у меня никак не получится ухаживать за тобой. — Зато получится жениться? — Если ты согласишься, — пожал плечами Какаши. Сакура прикусила губу. Она знала его лучше всех в деревне. Он лучше всех видел, когда она устала, когда ей требовалось выпустить пар или переключиться на другую идею. Они буквально постоянно сталкивались вместе по работе, решали общие вопросы, поддерживали и заботились друг о друге. Осталось только съехаться… В дверь кто-то забарабанил. — Сакура! — громко позвал взволнованный голос Широ. — Ты жива? Ты в порядке? Если не ответишь, я зайду, чтобы оказать помощь! — Не надо! — подскочила Сакура, лихорадочно подхватывая с пола разбросанные вещи. — Жива! — с явным облегчением выдохнул Широ, прекратив ломиться внутрь. — Что-то случилось? — Сакура поспешно натянула бриджи и выругалась на застежку безрукавки, заевшую в самый неподходящий момент. Волосы пришлось пригладить руками, а на лицо натянуть вежливую улыбку. — Ничего не случилось, — ответил Широ, когда Сакура приоткрыла дверь. — Я всю ночь составлял рецепты и, кажется, нашел подходящий! Как раз готов экспериментальный образец! Аптекарь сунул девушке в руку пробирку с нежно-зеленой жидкостью, полной пузырьков. — О! — уставилась на нее Сакура. — Аконит использовал? — Только листья, — поспешил оправдаться Широ. — В них меньшая концентрация, но зато позволит избежать аллергической реакции! — О, — повторила Сакура. Широ внимательно к ней присмотрелся и кашлянул. — Но, я так понимаю, лекарство ты уже приняла, — хмыкнул он, — так что пойду отсыпаться. — Я… — Сакура схватилась за шею и покраснела, осознав, какие следы мог разглядеть аптекарь. — Рад, что ты слушала мои советы! — Широ даже не обернулся, махнув рукой. Сакура поспешно захлопнула дверь и бросилась к зеркалу. — Шаннаро! — выругалась она, залечивая все видимые следы бурной ночи. — Твоя репутация пострадала безвозвратно? — хмыкнул Какаши, и не думавший выбираться из кровати. — За свою репутацию беспокойтесь, господин Шестой! — возмутилась Сакура. — Моя репутация в моем номере, — пожал плечами Какаши. — Никто не видел, как я входил сюда, так что никто и не узнает. В дверь снова забарабанили. — Сакура! Широ сказал, что ты в порядке! — радостно объявил Наруто, продолжая дергать ручку двери. — Ты не видела Какаши-сенсея? А то его в номере нет, все ищут. — Ах нет в номере! — усмехнулась Сакура. — И где же он может быть? Какаши настороженно сел, но за одеждой не потянулся. — У лорда пропала заколка с родовым знаком, ее срочно нужно найти. Хотят, чтобы этим занялся именно он. Если оставить ему послание, он согласится? — Вот еще, — хмыкнул Какаши. Сакура, бросив последний взгляд в зеркало, все же открыла дверь, чтобы посмотреть на друга. — Наруто, ты же хотел стать Хокаге? — уточнила она. — И хочу, тебайо! — Тогда найди заколку для лорда сам, — улыбнулась ему Сакура. — Но сенсей пропал! — Наруто попытался воззвать к ее совести, а потом вдруг замолчал. — Ладно. — Ладно? — удивилась Сакура. — Пусть хотя бы к обеду появится, а то его с армией искать будут, — Наруто уверенно затопал к выходу из гостиницы. Сакура обернулась и обнаружила на полу хитай-ате со знаком Листа. Приметный такой. — Вашу репутацию уже не спасти, — хмыкнула она. — Соглашайся? — ничуть не испугался он. Сакура несколько секунд помолчала, а потом коварно улыбнулась. *** — Но я не планировал переезжать в Коноху! — воскликнул Широ. — А я не планировал, что мою свадьбу подвинет свадьба Хокаге, — хмыкнул Наруто, деятельно «собирая» вещи аптекаря в найденный мешок. — Но приходится работать с тем, что есть. — Мой магазин, моя девушка, — обреченно бормотал Широ, отказываясь помогать собираться. — Вместо магазина будет целая аптека при больнице Конохи, — пожал плечами Наруто. — А девушка твоя только обрадуется возможности переехать в центр. — Но почему? — Широ выпустил из рук мешок, роняя на пол все скомканные вещи. — Ведь я же… мошенник? — Сакуре понравилось, как ты работаешь, — Наруто почесал затылок. — Вреда ты не принес, в травах разбираешься, лекарство, вон, правильно сварганил. Широ все еще не верил и смотрел напряженно, чувствуя подвох в заманчивом предложении. — Не волнуйся, — усмехнулся Наруто, хлопнув его по плечу. — Работать тебе придется тяжело и даже очень тяжело! И никакого мошенничества! Шиноби — народ буйный, лекарства нам нужны постоянно, но и подкрашенной водичкой не обойдешься. Широ сглотнул, оценивая перспективы. — Согласен? — участливо заглянул ему в глаза Наруто. Как будто действительно спрашивал мнения. — Куда ж я денусь? — страдальчески закатил глаза Широ, прекрасно понимая, что его все еще могли отдать под суд. — Верное решение! — широко улыбнулся Наруто. — Заодно со свадьбой поможешь! — Может, лучше в тюрьму?! — Не бойся! Тебе еще понравится!