По ту сторону жизни

— Принцесса, мы уходим, вернёмся ближе к вечеру. Папа приготовил плацинды, они в холодильнике, если что, грей и ешь, — Тина провела рукой по волосам дочки и та кивнула. — Хорошо, только вы скорее вернитесь, без вас скучно, — Оливия улыбнулась. — Конечно солнце, мы вернёмся, как только закончим, — Дан поцеловал дочь в щеку и супруги вышли из дома, а девочка поплелась смотреть телевизор. Примерно в четыре часа Оливия пошла к себе в комнату, решив попеть песни. Было символично, но первой песней которая зазвучала, стала «Зачем я знаю» Оливия любила мамины песни, а эта композиция особенно засела у неё в голове, после того, как её «друг» начал встречаться с её подругой. Вернее не так. Они были вместе, но он позвал в кафе её подругу Лизу и писал ей что влюбился. Лиза сразу показала это Оливии и они расстались. Девочка не рассказывала родителям, ни об отношениях, ни соответственно о расставании. Она думала, что Тина с Даном будут над ней смеяться, мол «ты ещё маленькая, какие тебе отношения» Она и сама порой так думала, но ничего уже не изменить. Она села рядом со своим большим мишкой, которого ей подарил папа на восьмое марта. Тина и Дан вошли в дом, но Оливия не услышала ни шагов, ни хлопка входной двери. Пара поднялась к комнате дочки, но они замерли, прислушиваясь. — Знаешь, Коль, я ведь его правда любила. Плакала, когда он мне говорил, что любит, плакала, когда мы первый раз поцеловались. Это было так волшебно! А потом плакала, когда он говорил Лизе, что любит её. Черт. Как я могла так ошибаться в людях? Ну как? Я думала, что знаю его хорошо. Мы были вместе два чёртовых года! Я думала что это навсегда, это всегда, а на деле… Расстались вчера! Чёрт! А самое главное, что он был моей первой любовью. Как там мама говорила? Самое искренне, ещё не со сломаным сердцем? Теперь я знаю, что мои следующие отношения будут со сломаным сердцем, какое счастье! Я была такой наивной! — она уже в открую рыдала. Думала, что Дан и Тина ещё не вернулись, ведь рано. Поэтому не боялась эмоций и того, что кто то её услышит, — Я даже маме не говорила. Да и папе тоже. Они всегда говорят, что мы друзья, и я могу делится с ними всем, но… Страшно. Засмеют, скажут, что ещё маленькая, я и сама так думаю, но все-таки решилась на эти долбаные отношения! Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! Хочу к маме… Что бы она меня обняла, сказала, что все хорошо. Хочу к папе… Что бы он меня защитил, укрыл от всего. Как в детстве. Почему так больно? Я же маленькая, мне не должно быть больно, — она рыдала, кричала, била медведя. Тина не выдержала и ворвалась в комнату. Наблюдать за тем, как твоя дочка рыдает от боли слишком тяжело. — Доченька, маленькая, тише, не плачь. Всё хорошо, мы рядом, — Дан и Тина обняли дочь с двух сторон, но она отползла от них. — Вы подслушивали меня? — она посмотрела на них с досадой. — Прости. Когда мы подошли, ты плакала, мы решили прислушаться, — они опустили головы. Подслушивать ребёнка. Ужас. — Сколько вы слышали? — она искренни надеялась, что родители не слышали про отношения, и про остальное. — Когда мы подошли, ты только начала говорить, но уже плакала, — сказал Дан и посмотрел на дочь со всей нежностью. — Мне так больно. Почему? Я же ещё ребёнок. Ты же сама говорила, что детям не бывает так больно! — начала кричать Оливия обращаясь к матери. — Дочь, иногда попадаются такие люди, которые делают больно. Но ты сильная, ты с этим справишься. Да, ты ещё малыш. Наш малыш. Но тебе уже пятнадцать котик. Ты можешь прийти к нам с папой и рассказать все. Мы всегда тебя поддержим. Мы всегда на твоей стороне. Папа тебя всегда защитит, я всегда помогу тебе советом. Малышка, ты никогда не одна, — Тина обняла дочь и сама начала беззвучно плакать. В какой-то момент, Тине позвонили. Спустя минуту разговор завершился. — Малыш, мне позвонил Веня, он уже у ворот. Встретим? — Тина знала, как Оливия любит брата. Он с детства с ней, всегда защищал и оберегал, как самое лучшее, что есть в его жизни. Так и было. — Веня? — она побежала по лестнице, едва не падая. Выбежала во двор и открыв калитку упала в объятия брата. — Ливи, малышка, я скучал сестрёнка. Пойдем в дом, тут холодно, — он потянул сестру в дом, и та поддалась. — Сыночек, привет, — Тина так же обняла сына. — Привет мам, я рад тебя видеть, — Веня обнял мать. — Привет Веник, давай, пойдём чай пить, — Дан подгонял семью к столу, куда уже ушла Тина и тоже пошёл вслед за женой, оставляя брата с сестрой наедине. Спустя мгновенье Веня почувствовал на футболке влагу, ведь Оливия прижалась щекой к торсу брата. — Sorella, он тебя обижал? Малыш, он что то тебе сделал? — Веня сразу понял, что слезы сестры вызваны её недопарнем, к которому брат не питал особо тёплых чувств. — Он мне изменял, — шепнула ему на ухо Оливия. — Моя девочка, — Веня ещё крепче сжал сестру, — Он ещё не переехал? — Нет, а что ты… Нет Веня! Даже не вздумай этого делать! — воскликнула Оливия отойдя от брата. — Я обещал ему, что набью ему морду и я должен это сделать, — ответил парень. — Нет уж! Ради меня, — сказала девочка. — Ладно, ради тебя… Я не поеду, но если где-то, случайно его встречу — ему не жить, — серьёзно сказал Веня. — Хорошо, братик. А теперь, пойдём за стол, — сказала Оливия и они пошли к родителям.