No Smoking

Уилбур курил в Погтопии. Облака никотина и пепла, заполоняющие пещеру, словно последствия извержения вулкана. Сначала Томми возненавидел этот запах, возненавидел, что Уилбур так с собой поступает. Он слышал предупреждения от Фила, когда был ребенком. Курение вредно, оно делает тебя больным, вызывает рак. Но это также успокаивало Уилбура. В нем было меньше натянутого, слишком худого, слишком встревоженного, слишком дрожащего Уилбура, когда он курил. Когда он курил, то становился спокойнее. Уилбур умер. Что ж, он воскрес, но уже какое-то время был в арктике с Филом и Техно. И Томми остался один. Единственной частью Уилбура, которая была у Томми, была пачка сигарет, которая когда-то лежала на дне эндер-сундука Томми. Он всегда заботился о том, чтобы у Уилбура были запасные сигареты, потому что беспокойство, дрожь, депрессия(суицидальные наклонности) всегда усиливались, когда Уилбур не курил. (Эта пачка была на дне сундука в день фестиваля. Он спрятал её от Уилбура, когда тот попросил сигарету. Он хотел, чтобы Уилбур вступил в бой уверенный и с ясной головой. Он тысячу раз задавался вопросом, принял бы Уилбур меч Фила в своё сердце, если бы Томми просто дал ему покурить.) На самом деле Томми не собирался начинать курить. Но после Изгнания, после Судного дня, после той конфронтации с Дримом на этой гребаной горе. После тюрьмы. (После того, как он умер.) Что ж. Они помогали Уилбуру почувствовать себя лучше. Так что он тоже попробовал. Он не уверен, что сигареты действительно работают, но они облегчают задачу. Поэтому время от времени(это происходит всё чаще) он выносит пачку на поле у черта на куличках и зажигает эту небольшую часть мирного времени. Он затягивается сигаретой. Пачка начинает иссякать. Ему придется достать ещё. Он откладывал это, потому что знает, что это плохая привычка, но он не хочет использовать последнюю пачку Уилбура. Сейчас он помирился со своей семьей, но всё равно приходит сюда. Он всё ещё закуривает сигареты, когда стресс, тревога, постоянное беспокойство о том, что, возможно, все это просто притворство, слишком сильно разъедают его. Он не ожидает, что кто-то будет здесь, с чего бы вдруг? Это случайное поле посреди нигде. И все же на него падает тень. Чья-то рука тянется через его плечо и зажимает кончик сигареты между пальцами, затушив её. Томми замирает и медленно, осторожно поднимает глаза. Глаза Техно сверкают, глядя на него сверху вниз. Техно присаживается рядом с ним на корточки медленно, как ледник, медленно, как хищник, выслеживающий свою жертву. Каждая частичка Томми говорит бежать, но он не может пошевелиться. Наконец глаза Техно оказываются на одном уровне с его, и он, в конце концов, вытаскивает сигарету из пальцев Томми, откуда она почти выпала. Он так долго молчит, и Томми, наконец, осмеливается прошептать: — Техно? — Тесей. Ну, он не звучит так, будто злится. Он не кричит, не рычит, его лицо по-прежнему ничего не выражает. Может быть, он не так уж и расстроен. Уилбур курил в Погтопии, так что, может быть, это нормально. Поэтому Томми пытается улыбнуться ему: — Что, э-э-э. Что... случилось? — Что случилось? — переспрашивает Техно. — Это всё, что ты хочешь сказать? Томми оглядывается вокруг, пытаясь понять, может быть, есть что-то еще, о чем он должен говорить. Это ворона? Он начинает поворачиваться, но Техно молниеносно выкидывает руку, так быстро, что Томми даже не успевает вздрогнуть, и хватает его за подбородок. — Что случилось, Тесей, так это то, что ты — в очередной раз — делаешь то, чего не должен был делать. Ты — в очередной раз — улизнул, чтобы создать проблемы. Томми сглатывает. — Это просто... Это просто сигарета... Техно рычит, низко и угрожающе, и последний раз, когда Томми слышал его таким раз разъярённым, был... он даже не знает когда. — Уилбур тоже курил, — говорит Томми, потому что каждый брат или сестра знает, что лучшая стратегия в беде — это спихнуть вину на кого-нибудь другого. — Мы сейчас говорим не об Уилбуре, коротышка, — ворчит Техно. Его голос стал ниже, серьёзнее. Да, он взбешен. Черт, он взбешен. Томми сглатывает и бросает еще один взгляд в сторону. Отвлекающий маневр, путь к отступлению... Теперь там две вороны. — Эм, — нерешительно бормочет он, — ну. Хм. Знаешь, у меня есть дела... — Тесей, не пытайся этого сделать. Томми замолкает и замыкается в себе, не смея посмотреть Техно в глаза. — Пожалуйста, не говори папе? Техно фыркает. Ну, Томми не надеялся, что это сработает. Ладно, следующая попытка — откровенная ложь. — Я просто хотел попробовать, я никогда раньше этого не делал, клянусь. Я просто... Уилбур, казалось, успокаивался, когда курил, а я... Я просто не чувствовал этого, понимаешь? — Томми, — нарочито медленно произносит Техно, — не хочешь ли ты еще раз сказать мне, сколько сигарет ты выкурил? Томми открывает рот. — Я бы очень тщательно подумал над тем, что ты ответишь. Дерьмо. Чёрт. Знает ли он? Томми бросает еще один взгляд в сторону, — три вороны — обычно он выходит сюда покурить, но он тщательно избавляется от окурков. Техно ни за что не стал бы ждать, чтобы устроить ему засаду, если бы уже знал, что Томми это делает. Ему не нужно было бы ловить его на месте преступления. Он бы просто... Сделал всё, что собирался сделать. Томми продолжает свой блеф. — Это первый раз. — Первый? — снова спрашивает Техно. Томми колеблется. Иногда лучше сказать полуправду, если у Техно есть какие-то неубедительные доказательства. — Однажды я попробовал одну с Уилбуром. В Погтопии. — Да ты что, — говорит Техно. Это не вопрос. Томми кивает. — Я не буду... Мне это даже не нравится. Я больше не буду, клянусь. Я просто хотел попробовать. — О, тебе это не понравилось? — спрашивает Техно. Томми качает головой: — Это отвратительно. Они отвратительны, но вкус стоит того из-за спокойствия, которое наполняет его после. То, как его мысли отключались, хотя бы на некоторое время. Он может просто существовать, сосредоточившись на вкусе никотина на своем языке, а не на всём остальном. О том, что Дрим сделал с ним, о том, что Дрим собирается сделать с ним, когда сбежит из тюрьмы. — Видишь ли, — говорит Техно, — забавно, что ты говоришь, что они тебе не нравятся. Желудок Томми переворачивается. Он открывает рот, но Техно обрушивается на него. — Забавно, что ты говоришь, что они тебе не нравятся, потому что вороны Фила приносят много окурков. Сначала мы были сбиты с толку тем, почему. Но, кажется, теперь я все понял. Чёрт. Томми бросает еще один взгляд. Пять ворон. Дерьмо. Дерьмо. Техно заставляет его посмотреть обратно на него. Он наклоняется ближе, и Томми делает все возможное, чтобы отпрянуть, его плечи поднимаются до ушей, он зажмуривает глаза. Лоб Техно прижимается к его лбу. — Тесей, — говорит он, — у тебя чертовски большие неприятности. Дыхание Томми прерывается, сердце трепещет. Кашель щекочет ему горло, и он сдерживает его так долго, как только может, но в конце концов ему приходится отвернуться и выпустить его в локоть. Это переходит в настоящий припадок, и он знает, что Техно наблюдает. Он чувствует на себе тяжесть его взгляда. Тяжесть его осуждения. Чёртов дамоклов меч висит над ним, и Томми не знает, как выбраться из-под него. Рука Техно касается его спины, он вздрагивает, но Техно только хватает его за плечо и заставляет замереть, пока он потирает спину Томми. Когда приступ проходит, у него слезятся глаза и болит горло. — Пей, — говорит Техно, и перед его губами появляется горлышко бутылки. Томми колеблется, но это не зелье, похоже, это просто вода. Он принюхивается к ней. Пахнет нормально. — Пей. — Техно приказывает. — У тебя и так достаточно неприятностей, коротышка, не ухудшай положение. Томми дрожащими руками берет бутылку и пьет. Она вкусная, бодрящая и свежая, и, насколько он может судить, это просто вода. Он просто накрывает горлышко крышкой и нерешительно протягивает ее Техно. Он кладет её обратно в свой инвентарь, не говоря ни слова. Томми подтягивает колени к груди, обхватывая ноги руками. — Что... Что ты собираешься делать? Техно внимательно наблюдает за ним, его лицо ничего не выражает, голова наклонена. — Как ты думаешь, что я собираюсь делать? О боги, что, по мнению Томми, он собирается делать? Дрим тоже когда-то играл в эту игру. Заставлял его описать свое собственное наказание. — Я... Забыть, что это когда-либо случалось? — спрашивает он со слабой надеждой. Техно не сдвинулся ни на дюйм. По крайней мере, это лучше, чем реакция Дрима, когда он попробовал это с ним. Томми крепче обхватывает себя руками. Техно просто продолжает наблюдать за ним. Томми вздрагивает и отводит взгляд. Теперь там двенадцать ворон. Окружают его. Какое наказание примет Техно, не такое плохое, как могло бы быть? — Ты... Ты расскажешь Филу. — Это уже решено, — говорит Техно. Томми вздрагивает. Это не... Это не будет очень классно. — Как ты думаешь, что я должен сделать, Томми? Томми сглатывает, у него внезапно пересыхает во рту. — Я думаю, ты должен... — его дыхание прерывается, когда он выдыхает. Какое подходящее наказание? Чего хотел бы Дрим? — Ты должен заставить меня... Заставить меня избавиться от моих сигарет. — Ммм, — говорит Техно. — И... И ты должен... — Томми сворачивается плотнее, — Ты будешь... — Черт. Он ненавидит эту игру. Ненавидит придумывать собственное наказание, но он знает, что будет еще хуже, если он позволит Техно сделать это. Хотя он знает, чего хотел бы Дрим. Он любил, чтобы наказания — правосудие — были поэтичными. Первое, что приходит на ум, — это горящий кончик сигареты, прижатый к его коже. Жгучие отметины, которые будут вечно напоминать ему об уроке, который он получит здесь, но это— Он дрожит. Он не может— Он не любит огонь. Не после стойкого запаха пороха и дыма, когда его вещи упали в яму, а затем превратились в пепел. Не после того, как сгорел флаг Леменбурга, окрасив небо Манбурга сажей. Что-то еще, должно быть что-то еще, что он может сказать. Курение разрушает твои легкие, поэтому: — Ты должен заставить меня бегать круги, пока... Пока я больше не смогу. — говорит Томми, и у него перехватывает дыхание при одной мысли об этом. — И ты должен... — Кажется невозможным применить эти слова к Техно, но он знает, как работает игра в наказание: — Ты должен ударить меня, — остальные слова вылетают в спешке. — Пока ты не решишь, что я усвоил свой урок. Он ждет, боги, пусть этого будет достаточно. Пожалуйста, не более того. Ему ещё предстоит пройти через любое наказание, которое Фил приготовит для него. Техно молчит. Сейчас слишком много ворон, чтобы их можно было сосчитать. Собрались вокруг него, молча наблюдая. Присяжные на ужасном суде. Томми ждёт слова судьи, ждёт вынесения приговора. — Ты думаешь, что я должен ударить тебя. — голос Техно нечитаем. Это было неправильно. Хорошо. Хорошо. Плечи Томми трясутся. Он весь дрожит. — Я... Техно надвигается все ближе, Томми не вздрагивает, не уклоняется, он закрывает глаза и ждет. Прикосновение нежное, рука гладит его по волосам. — Вот, — говорит Техно, — вот почему у тебя проблемы. Не потому, что ты куришь, это всего лишь симптом, коротышка. В этом суть проблемы, не так ли? Ты забыл. Техно берет его за запястье одной рукой, осторожно выпрямляет пальцы Томми из смертельной хватки на его штанах. — Посмотри на себя. Ты слишком худой. Твои волосы в беспорядке, у тебя мешки под глазами. Ты забыл, что должен заботиться о себе. Ты забыл, что ты драгоценный. Ты знаешь, что я на самом деле собираюсь сделать, Томми? Томми молча качает головой. Слова Техно вертятся у него в голове, но это просто бессмысленный шум. В них нет никакого смысла. Техно наклоняется еще ближе. — Я собираюсь отвезти тебя домой, — говорит Техно. — И я собираюсь забрать у тебя сигареты. Ты не должен так поступать с собой. Тебе не придётся морить себя голодом, потому что я собираюсь вернуть тебя на хорошую диету. Ты не должен лишать себя сна, так что ты будешь спать со мной в моей постели. — Это то, что я собираюсь сделать, коротышка. А потом я найду того, кто вбил тебе в голову мысль, что кто-то когда-либо должен тебя ударить, и я убью его. И я не собираюсь торопиться.