Французские багеты не любят англичан

      — Ай, блять, спина болит. Застудил в Азкабане, не могу так сидеть долго, — Скабиор потер рукой спину и демонстративно зажмурился от боли. Он встал и рухнул, словно был совсем без сил, на кровать. — Надо лечь.       Видя гримасу боли на лице Ромео, Гермиона испытала приступ жалости к бедному парню и участливо спросила:       — Могу наложить Чары? — Гермиона потянулась за палочкой, которая лежала в кармане шортиков.       В ответ егерь покачал головой в отрицании и, сцепив зубы, промолвил весьма хитрым тоном:       — Не, не надо, — Скабиор развязно развалился на кровати рядом с сидящим Малфоем. Тот подозрительно на него глянул и слегка отодвинулся в сторону. Ромео же поманил Гермиону к себе, протягивая к ней руку. — Иди к нам лучше.       Гермиона на секунду замерла. Пару раз медленно похлопала ресницами, чтобы дать себе несколько мгновений на размышление. Но потом послушалась и присела на краешек кровати, которая очевидно была слишком мала, чтобы на ней уместились трое. Малфой снова дернулся, уступая девушке хоть немного пространства. Гермиона неловко примостилась между Драко и Ромео.       — Не так, — Скабиор засмеялся и, схватив девушку за руку, потянул резко, заставляя упасть практически на себя. Гермиона шлепнулась на него сверху, касаясь всем телом: грудь к груди.       — Что ты делаешь?! — взвизгнула Гермиона, почувствовав руки егеря на своей талии. Вставать она, впрочем, не торопилась. Малфой наблюдал за их копошениями с отвращением на лице.       Ромео же решил, что надо заходить с козырей. Он оглядел возмущенное личико Гермионы, которое было прямо перед его носом. Глаза ее были совершенно круглыми, словно она действительно не понимала, к чему же он ее склонял. Скабиор хитро ухмыльнулся и выдержал ее взгляд, прямо глядя из-под упавших на глаза темно-коричневых и красных прядей.       — Ну, милая, ты ж сказала, что хочешь тройничок, — засмеялся Ромео, с удовольствием наблюдая, как вытягивается еще больше лицо девушки.       — Я это не говорила! — Гермиона густо покраснела, цветом лица напоминая гриффиндорскую униформу. — Я…       Но Ромео не намерен был упускать свою добычу, раз она попалась в его руки. Нисколько не смущаясь собственных слов, он подался вперед, еще больше сокращая дистанцию между их лицами.       — Ты сказала, что хочешь нас одновременно, — Скабиор крепче прижал ее к своей груди, заставляя смотреть прямо в глаза, в которых теперь плескался хорошо знакомый ей огонь. — Нет, разве?       Гермиона почувствовала, как от его слов по телу распространяется щекочущее ощущение. Мужчина под ней был приятно горячим и жестким, а еще она только что сказала, что он ей нравится. И он ей нравился. И его руки на ее талии. Дыхание на лице. Она помнила, какие мягкие у него губы. И кое-что другое. Гермиона так устала за этот бесконечный дракклов день от всех эмоций, которые раздирали ее заживо. Но какая-то часть ее мозга вопила о том, что нужно прекращать, пока происходящее не зашло слишком далеко. Кажется, этот атавизм назывался совестью.       По ее сбившемуся дыханию Скабиор понял, что Гермиона готова предоставить решение ему. Он положил одну руку на ее затылок и притянул к себе, а потом поцеловал. Гермиона пропала в приятном ощущении его языка, скользящего сквозь кольцо ее губ. Мерлин! Она, конечно, не совсем это имела в виду, но… Да к черту! Она ответила на поцелуй. Дракклов Ромео хорошо умел целоваться, практически сразу заставляя ее тело трепетать. А потом он отпустил ее губы и немного двинул бедрами, заставляя обхватить их коленями, чтобы не свалиться с кровати. Они целовались несколько минут и прервались лишь на секунду. Гермиона замерла в кольце горячих рук, со всех сторон ощущая присутствие мужчины, намерения его были кристально ясны. Гермиона прикрыла глаза. Внутри ее души шла отчаянная борьба между принципами и желанием.       Воспользовавшись заминкой девушки, Ромео оторвался от ее губ и повернул голову к Драко, встречая его ледяной взгляд. На лице друга застыло неопределенное выражение, дать которому описание Скабиор, пожалуй, не смог бы. Ревность? Ненависть? Желание? Все смешалось на лице Малфоя разом.       — Драко, — Скабиор хитро улыбнулся другу, — наколдуй, бля, уже что-нибудь.       Малфой сидел как идиот и наблюдал, как его друг целует девушку, которая ему нравилась еще со школы. Пытался понять, что же он чувствует. И пока понял только то, что он сам тоже хочет целовать Грейнджер так.       — Энгоргио, — не без заминки Малфой медленно поднял палочку и увеличил кровать в размере, так чтобы им всем хватило места. Потом посмотрел на раскрасневшееся лицо Гермионы. Он и сам знал, как хороша Грейнджер на вкус. Но делить женщину? Малфой с сомнением протянул: — Ты уверена, что хочешь, Гермиона?       — Хочу, — в этом коротком срывающемся слове было столько страсти, что Драко осознал, что девушка настроена серьезно. Она сидела верхом на Скабиоре, волосы растрепались из хвостика, спускаясь тугими кудрями вдоль ее спины… Грейнджер выглядела изумительно развратно.       Драко проклял все в этот момент. Он потянулся к ней, схватил за затылок и привлек к себе. Он хотел поцеловать ее также глубоко, как Скабиор, но решил действовать более жестко, сминая ее губы в голодном поцелуе. После того, как она отвергла его сегодня, он думал, что больше никогда не коснется ее. Но у бесстыжей судьбы на них видимо были свои планы.       Скабиор снизу наблюдал, как целуются Гермиона и Драко. Странный коктейль из ревности, жажды реванша и безудержной нежности кипятил его кровь. Видел руки Драко рядом со своими, на талии Гермионы. Слышал, как влажно соприкасаются их губы. И все это действовало похлеще рома!       Он и сам не понял, как затащил их всех в постель в буквальном смысле. Но ему так надоели бессмысленные эмоциональные разборки, нужно было сделать что-то объединяющее. Тем более, Гермиона прямым текстом сказала, что хочет их одновременно. Чего тут рассусоливать? Секс все порешает за них. Пока он думал, то понял, что Драко уже вовсю лапает грудь Грейнджер, и решил, что пора действовать и ему. Пока Гермиона была занята, он чуть подвинулся вниз, заставляя девушку встать на колени. Малфой держал ее, так что она бы не упала. Скабиор потянулся к пуговицам на джинсовых шортах девушки. Начал расстегивать их. Одну за одной. Гермиона вздрогнула и открыла глаза. Скабиор хитро глянул на нее снизу вверх и сдернул шорты вниз, открывая всем вид на ее белые простые трусики. Скабиор присвистнул, открывшееся зрелище ему очень нравилось. Еще бы: с этими спущенными шортами, невинными белыми трусиками, растрепанными кудряшками Гермиона выглядела потрясающе. Видимо, она этого не понимала и потому дернулась, словно его прикосновения жгли ее белую кожу.       — Ромео! — Гермиона прервала поцелуй и смущенно опустила руку, чтобы подхватить шорты и вернуть их на место.       — Почему не красные, а, Грейнджер? — засмеялся Малфой. Ему было так жарко, что он порывисто скинул пиджак и рубашку.       — Красные у меня украли, — тяжело выдохнула Гермиона ему в лицо.       — Кто бы мог подумать, — Ромео послал Драко многозначительный взгляд. Он решил совсем освободить ноги девушки от досадного предмета одежды и попеременно стянул шорты с ее ножек. — Драко, на спину ложись. — раскомандовался Скабиор. Драко нехотя подчинился. — Гермиона, ты сверху.              Гермиону он положил спиной на Драко, лицом к себе. Сам пододвинулся ближе к девушке. Но не совсем лег, оставшись на уровне ее бедер. Гермиона округлила глаза. Она начала догадываться… Но решила не теряться. Они и так пережили столько приключений вместе. Вместе. Гермиона, Драко и Ромео. Гермиона вдруг подумала, что просто должна отдаться во власть безумных чувств и новых ощущений, которые бурлили прямо сейчас под ее кожей. Ей нравилось чувствовать жар тела Драко спиной и нравилось, что его руки сомкнулись у нее на талии, удерживая и не давая ей сползти.       Хотела ли она разрушить это мгновение? Уйти сейчас? От них? Ее разгоряченное поцелуями тело знало ответ, но мозг еще сопротивлялся чудовищному стыду. Все это было жутко неправильно.       Или все-таки правильно? Гермиона замерла. Горячие руки Ромео нетерпеливо поглаживали ее бедра. Горячие руки Драко крепко держали ее за талию.       — Ромео, у тебя еще остался ром? — Гермиона облизнула мокрые губы, решившись. — Мне кажется, нам всем нужен ром, срочно.       Ее отчаянный тон и смущенное лицо вызвали у Ромео широкую улыбку, которую он не стал прятать.       — Конечно, детка. — Скабиор быстренько полез в карман своих бриджей за фляжкой, потом галантно протянул ее девушке. — Дамы вперед.       Гермиона с благодарностью приняла фляжку и сделала мощный глоток рома. Она надеялась, что алкоголь поможет ей расслабиться и перестать переживать о том, что она только что сама сказала двум своим клятым врагам, что она хочет их одновременно. Они не были ее врагами теперь. Они вдруг стали чем-то жизненно необходимым. Гермиона представила, как она вернется в Лондон в свою унылую одинокую конуру в Дептфорде. И будет опять гнить под обложками древних фолиантов. Одна.       Гермиона поморщилась и сделала еще один большой глоток. Нет! Она не хотела этого. Пока они здесь, на драккловом краю света, пока она вместе с ними, с этими удивительными парнями, она могла отпустить себя. Хоть раз в жизни. Она столько лет оплакивала Фреда. И теперь больше не хотела быть одна.       — Эй, детка, нам оставь, — засмеялся Скабиор и выдернул фляжку из рук Гермионы. — На, Драко. Надеюсь, тебя не смущают слюни в этот раз?       — Твои смущают, — Драко принял фляжку и сделал глоток. Ром со вкусом губ Гермионы. Что может быть лучше? Что может быть хуже? Драко понял, что ему нужно будет в ближайшие несколько часов пересмотреть свои стандарты чистоты. Он никогда не участвовал в тройничках по понятным причинам. Но дело в том, что потенциальные партнерши не были Гермионой Грейнджер.       А Грейнджер была. Она лежала прямо на нем, устроив голову где-то в области его сердца. Кудри разметались по сторонам. Драко оторопело вдыхал их аромат, размышляя о том, как он все-таки оказался в своих мечтах. Его руки гладили мягкую кожу ее живота, пальцы выводили кружочки самыми подушечками. Он чувствовал всем телом, как она слегка подрагивает то ли от нетерпения, то ли от волнения. Он бы и сам дрожал как осенний лист, но просто не мог позволить себе выглядеть девственником, дорвавшимся до объекта воздыханий. Сначала он кружил пальцами на самой границе белой майки Гермионы. А потом повел пальцы выше, очерчивая линию ее лифчика. Драко коснулся губами ее макушки. Повел пальцы дальше, обводя нежными касаниями чашечки бюста, под которыми он с удивлением обнаружил восставшие соски. Чуть надавил, заставляя соски потереться о тонкую кружевную ткань.       Гермиона судорожно вздохнула.       Скабиор поспешно выпил из фляжки. Признаться, было тяжеловато. Он горящими глазами смотрел, как Драко ласкает Гермиону, и испытал прилив огромного возбуждения. Гермиона смотрелась изумительно прекрасно с этими распущенными волнами, которые рассыпались по белой коже на груди Драко. Девочка закрыла глаза и прикусывала губу каждый раз, когда пальцы Драко обводили контуры ее сосков под чашечками лифчика. Ну, может, не такой уж он и девственник, подумал Скабиор о друге. Судя по умелым касаниям, определенный опыт у Драко был. Ему хотелось посмотреть, как далеко сможет зайти моль в своих любовных изысканиях. Скабиор уже придумал, чем порадовать Гермиону и заработать сто очков на свой счет. Пусть Драко немного ее разогреет, и тогда… Скабиор сделал еще глоточек рома.       Скабиор с завистью и легкой ревностью наблюдал за тем, как пальцы Драко проникли под кружево. Гермиона издала сладкий стон. Скабиор поморщился. Кажется, бриджи пора снять.       Драко поцеловал Гермиону в шею. И резко сжал пальцами оба ее соска, покручивая из стороны в сторону.       — Драко, — Гермиона не сдержала страстного стона. Ее тело начало мягко извиваться в такт его касаниями. Умелая игра с грудью мгновенно разожгла пламя между ног. Гермиона вдруг совсем отпустила ситуацию, позволяя телу потихоньку отдаваться во власть наслаждения. К дракклу все мысли! Благо, пальцы Драко, оказывается, умели фантастически быстро отогнать ненужные мысли. — М-м-м.       Она вдруг резко открыла глаза и посмотрела прямо на Скабиора. Чайные глаза Гермионы постепенно заволокла поволока страсти. Скабиор улыбнулся, увидев на ее лице зовущее выражение. Губы соблазнительно приоткрылись, она явно звала его в компанию. Уговаривать его было не нужно.       — Ах, — Гермиона опять сладко выдохнула от нахлынувших приятных ощущений. Драко снова поцеловал ее шею, усилив давление на соски. Ему не терпелось взять их в рот и показать Грейнджер реальный класс.       Осоловелым взглядом Гермиона смотрела, как Скабиор стянул с себя поло, открывая вид на подтянутый торс, покрытый татуировками. Все-таки у него был потрясающий оттенок кожи: темно-золотистый цвет хорошего загара, явно доставшийся ему вместе с итальянскими генами. Золотистый тон красиво смотрелся с его темными волосами, с красными прядями. Даже азкабанская татуировка на шее не портила вид. А остальные так и вовсе… Ах! Гермиона выгнула спину, потому что Драко укусил ее за шею и сильно сжал соски. Видимо, он увидел голодный взгляд, которым Гермиона одарила голый торс Ромео. Гермиона снова вздрогнула от мысли, что она сейчас сможет прикоснуться к его телу. Голому, горячему телу. Мерлин, что же она творит?       Не желая больше терять удивительную волну, Гермиона отринула мирское и под гнетом нарастающего наслаждения, и смогла только прошептать его имя, призывая любовника к себе:       — Ромео.       Что ж, его не надо звать дважды. Скабиор бросился в омут любви. Он сразу же кинулся целовать девушку, потому что по ее голодному взгляду понял, что ей сейчас этого хотелось больше всего, а Драко был за спиной. Гермиона, разогретая ласками, ответила на поцелуй с потрясающей искренностью. Она с наслаждением обняла Скабиора, проведя руками по его спине. И развела ноги в стороны, скрепляя объятие.       Драко наблюдал за их бешеным поцелуем прямо из первых рядов. Ему было непросто, но он старался за физиологическими аспектами разглядеть нечто другое. Он совершенно залип на то, как нежные губы Гермионы сминались о губы Ромео. Это было отвратительно и прекрасно одновременно. Драко заерзал под Гермионой, когда почувствовал, что его член стал мучительно наливаться кровью. А влажные звуки поцелуя только добавили масла в огонь. Это было по-настоящему горячо! Драко смотрел и не понимал, как его мерзкий дружок егерь вдруг оказался таким желанным любовником для Гермионы. Грейнджер буквально тонула в поцелуе, позволяя языку Скабиора скользить в ее ротике.       Малфой решил вернуть себе хоть каплю внимания и сжал соски Гермионы совсем сильно. А потом почувствовал, как тело Гермионы выгнулось дугой от удовольствия. Ну разумеется, прямо в лапы этому! Ромео просунул руку между между Гермионой и Драко, и ухватил Гермиону за задницу. Чуть приподнял ее над Драко, не разрывая поцелуя. Воспользовавшись тем, что Гермиона на нем больше не лежит всем телом, Драко скользнул выше, так чтобы ему было удобно ласкать ее грудь, но голова Грейнджер находилась бы рядом с ним. Ему пришлось опереться спиной на подушку.       Так было еще ближе. Твою дракклову мать. Грейнджер вдруг остановилась. Оторвалась от губ Ромео и, к удивлению парней, засмеялась. Смех был весьма счастливым. Гермиона смотрела на Скабиора так, что Драко почувствовал прилив ревности. Глаза девушки были темными, зовущими. Губы мокрыми и распухшими от дикого поцелуя. Она протянула руку и провела кончиками пальцев по щеке Ромео, по шраму. А как она смотрит на него? Драко нахмурился. Он ей тут, понимаешь, первый начал доставлять удовольствие, а перепало, как всегда, Ромео. Драко сердито вздохнул. Решил немного наказать девушку и сильно сжал ее грудь, возвращая внимание к своей скромной персоне.       — Ах, Драко! — Гермиона заерзала бедрами прямо по его напряженному члену.       — Я вижу, вам двоим весело, — пробурчал Драко в белую кожу на шее Гермионы. — Ничего не забыли, м? — Драко покрутил один сосок.       — М-м-м, — Гермиона начала извиваться в его руках. Бедра терлись о его член.       — Ты прав, мон шер, — Скабиор сверкнул глазами и заговорщицки улыбнулся. Он вдруг оторвался от губ Гермионы, стал сползать ниже. — Ложись на Драко, Гермиона. Выше.       Драко нахмурился, мгновенно заподозрив неладное. Он покрепче перехватил Гермиону прямо под грудью и потянул на себя, заставляя ее практически сесть. Их лица оказались на одном уровне. Гермиона удивленно наблюдала за тем, как Ромео движется все ниже между ее разведенных ног. С ее губ сорвался вздох предвкушения, когда Гермиона поняла, что именно егерь задумал.       Ей было, конечно, жутко стыдно, но ром глушил это дурацкое чувство, взамен обещая небывалое наслаждение. Гермиона чувствовала дыхание Драко у себя в волосах. Она немного повернула голову и обнаружила там губы Малфоя. Она оказалась прижата к нему во всех местах. И пока не набралась смелости, чтобы действовать самостоятельно. Однако Гермионе хотелось выразить Драко свою признательность, пришлось помочь себе рукой и притянуть голову Драко.       Драко склонил голову ниже, и почувствовал губы Гермионы на своих. Его словно огнем пронзило от этого прикосновения. Гермиона тихонько застонала, будто без слов просила его поцеловать ее крепче. И опять ее рука гладила его волосы. Драко пропал в поцелуе, жарком, как преисподняя, и ласковом, как лепестки голубых роз. “Лучше розы требуют заботы”. Почему-то ему пришли на ум собственные слова, сказанные папочке Гермионы. Интересно, это подсознание с ним так шутило? Драко вспомнил, что ему нужно продолжать заботиться о Гермионе, и он снова положил свои руки на ее груди, умело играя с сосками. Так ему было их лучше видно. Маленькие и розовые, они стояли торчком и будто требовали, чтобы он их гладил, теребил и кусал. Снова и снова. Драко не мог им отказать. Гермиона заерзала на нем, не разрывая поцелуя. Драко чувствовал как сильно сплетаются их языки во рту. И, честно говоря, последнее, о чем он сейчас думал, так о том, что там были слюни Ромео. Там была безграничная нежность, чистая страсть и потребность в нем. В них.       Со своей стороны Ромео наблюдал за поцелуем Драко и Гермионы и че-то подзалип. У них получалось красиво! А влажные звуки только добавили ему желания, которого было и так хоть отбавляй. Скабиор пока не понял, как далеко Гермиона была готова зайти в первый раз. Поэтому решил начать сразу со сладенького. Он устроился поудобнее между ног Гермионы. Как он и ожидал, трусики ее уже были мокрыми. Скабиор любил играть, поэтому пока что решил оставить их на месте. Он приподнялся чуть выше, чтобы начать целовать ее с живота. Едва он коснулся ее кожи рядом с пупком губами, Гермиона вздрогнула. И разорвала поцелуй с Драко.       — Ромео, что ты… — испуганно уставившись на него, залепетала Гермиона. Глаза ее расширились. Словно она боялась ступить за этот рубеж.       — Драко, займись, — фыркнул Скабиор, послав другу ехидный взгляд. Драко грубо вернул Гермиону к поцелую с собой, ухватив за затылок.       А Скабиор поцеловал ее в живот совсем рядом с линией трусиков. И еще раз и еще. Бедра Гермионы задрожали в предвкушении. Или в ужасе. Но она больше не прекращала целовать Драко, видимо, искала поддержку у него.       Ромео тогда еще раз поцеловал ее лобок под тонкой тканью трусиков. И еще чуть-чуть ниже. Ромео прокладывал дорожку горячих поцелуев прямо по ее жаждущей киске. Гермиона застонала, когда он накрыл всю ее киску своим ртом и провел языком по мокрой ткани. Так близко и так далеко. Ромео подушечкой пальца медленно очертил контуры клитора. Гермиона дернулась. Скабиор оторвал взгляд от ее промежности и встретил взгляд Драко. Тот смотрел, как Скабиор работает пальцами между ног девчонки, и сам старался делать схожие движения у нее на груди. Он мял соски, чуть покручивая их в разные стороны.       Скабиор отодвинул мокрую ластовицу трусов в сторону. Медленно, с расстановкой и чувством поцеловал раскрытые влажные губки.       Гермиона застонала прямо в рот Драко. Она резко дернулась, но руки Малфоя удержали ее на месте. Тело девушки словно пронзил огненный спазм, воспламеняя все его участки. Гермиона завертела бедрами от удовольствия, фантастически правильным образом елозя по каменному члену Драко. Он как-то так удачно попал в выемку между ее ягодицами, и только трусики и штаны не позволяли Драко почувствовать большее.       Скабиор хитро улыбнулся, отвел ластовицу в сторону и накрыл губами клитор девушки, начал легонько посасывать его.       — А-а-ах, — не выдержав накала, Гермиона оторвалась от губ Драко и начала тихо скулить. Такое с ней было в первый раз! Она вцепилась в Малфоя и тяжело дышала, неотрывно глядя на то, как голова егеря движется между ее бедер. Она чувствовала, как язык Скабиора находит такие точки на ее теле, о которых она даже не подозревала. И что это может быть так хорошо!       Гермиона пылала от похоти и ничего не могла с этим поделать. Сверху ее терзали нежные руки Драко, а снизу проворный язык Ромео. Никакого шанса на равнодушие! Все внутри ее тела пришло в движение. Ноги дрожали, в ожидании скорой развязки. Бедра сжимались и, заставляли ее извиваться в руках двух бывших врагов. О, нет. Теперь, она знала, теперь она больше никогда их так не назовет. Гермиона была переполнена огромным и всеобъемлющим чувством счастья. Оно росло внутри ее тела. Она могла сказать. О, особенно сейчас. Вот прям сейчас, что она просто обожала их двоих.       Скабиор, не переставая посасывать ее клитор, играл с влажными лепестками, растягивая одним пальцем преддверие киски. Несколько раз он обвел створки, собирая с них влагу, для дальнейшего проникновения. А потом, когда его палец был весь влажный, приставил его ко входу и стал аккуратно вводить.       — А-а-а-а! — Гермиона снова пропала в протяжном стоне. Она сполна прочувствовала, как внутри нее палец Скабиора движется мягко, но уверенно, поглаживая стеночки изнутри. — Ромео!       Драко понял, что дракклов егерь пошел ва-банк. Ему не хотелось уступать ему все сладостные крики Гермионы, поэтому Драко повернул к себе ее голову, снова погружая в поцелуй. Гермиону трясло в предвкушении оргазма. Она бросилась в поцелуй с головой, вымещая на губах Драко все, что не могла сказать сейчас вслух. Она хотела его! Она хотела их! В теле разрасталось томительное тепло, которое вот-вот готовилось перелиться за его пределы.       Ромео понял это и поднажал. Он ускорился, усилил напор на клиторе девчонки и добавил еще один палец, растягивая ее тугой вход. Гермиона протяжно застонала в рот Драко, ему пришлось тоже сильно-сильно сжать пальцы на сосках, заставляя все внутренности Гермионы трепетать в едином порыве. Драко побоялся, что в порыве наслаждения Гермиона откусит ему язык. Он разорвал поцелуй и прошептал ей на ухо:       — Кричи, Грейнджер.       — А-а-а, Драко! — Гермиона на секунду замерла, широко открыла глаза, ее тело конвульсивно задергалось, ноги ходили ходуном. Скабиор едва успел прижать их к кровати. А потом протяжным движением языка лизнул ее один последний раз. — М-м-м-м, Ромео!       Гермиона ярко кончила и обмякла в заботливых руках своих двух любовников. Какое-то время она только и могла, что глубоко и тяжело дышать. В комнате повисла тишина. Ромео и Драко все еще оставались на своих местах. Они многозначительно переглянулись: каждый желал понять, насколько далеко происходящее зайдет? Они все трое были достаточно готовы для дальнейших действий. Вот только согласится ли Гермиона?       Гермиона тихонько дрожала, когда последние отзвуки оргазма покидали легкое как перышко тело. Ее глаза были блаженно закрыты. Ресницы слегка подрагивали, как будто она сомневалась, стоит ли смотреть на этот бренный мир. На губах играла довольная улыбка, ни одной тени сожаления не отразилось на лице.       Ромео счел состояние дамы вполне вдохновляющим на определенные подвиги. Он сам был в дивно приподнятом настроении и ни секунды не сомневался, что Драко тоже. Он посмотрел на его лицо. Обычно синюшно-бледное, сейчас оно было белым, но с изрядной долей румянца, украсившего собой щеки парня. Он был даже красив. А кожа вызывала ассоциацию не с мертвой молью, а с прекрасной фарфоровой статуэткой, столь разительным был контраст алого и белоснежного. Ромео распрямил спину, встав над раскрытыми бедрами Гермионы. Мотнул башкой, отбрасывая упавшие на глаза пряди. Какого драккла он вообще думает о Драко, как о чем-то прекрасном? Или он только что сполна испил из чаши чистой, волшебной похоти, которая заставила его смотреть на других иначе?       Драко же бросил на егеря странный, плохо читаемый взгляд. Когда егерь распрямился, он увидел, как работали мышцы на его прессе. Почувствовал укол зависти: сам Драко никогда не мог отрастить хоть сколько-то мышечной массы. Он всегда был высоким и худым, бледным, как смерть. Его кожа никогда не отливала золотом в полумраке спальни. А Ромео вдруг показался ему… привлекательным. Ну то есть, с точки зрения Гермионы точно так было, иначе бы они не валялись здесь втроем. Драко замер, всем телом ощущая приятную тяжесть Гермионы. Каждый ее глубокий вдох. Она была такой маняще расслабленной, явно очень довольной работой, которую они оба над ней проделали. Драко рассеянно провел рукой по животу девушки, наслаждаясь мягким скольжением кожи. Гермиона была такой прекрасной. Как так вышло, что после всех страданий, которые им довелось сегодня испытать, она была рядом? Такой потрясающе близкой? Мягкой, нежной, любимой? Его член, придавленный девушкой, знал ответ на этот вопрос. Драко чуть с ума не сошел от возбуждения. Но… что им делать теперь?       Он поднял взгляд на Скабиора, находя этот же вопрос в его глазах. Ромео взлохматил волосы и улыбнулся, глядя на открывшуюся картину:       — Гермиона, ты как?       — Я… щас… — чуть смущенно выдавила Гермиона. Распахнула глаза и уставилась в потолок осоловелым взглядом. Она неловко зашевелилась, елозя на Драко. — Мне надо в душ.       Кое-как собравшись с силами, Гермиона попыталась встать. Драко придержал ее за талию, чтобы она не свалилась. А Ромео протянул руку, помогая встать. Гермиона тихонько что-то пробормотала и поспешно побежала в ванную, сверкая белыми трусиками в сумраке комнаты. Парни проводили ее нетерпеливыми взглядами. Из-за двери послышался шум воды, Гермиона принимала душ.       — Не знал, что ты такой джентльмен, Ромео, — скривился Малфой. Он чуть не сдох. Член распирал штаны, ставшие мучительно узкими. Судя по выпуклости на бриджах Ромео, страдал он явно не один. Спина немного затекла от не самой удобной позы. Драко облокотился спиной на спинку кровати и шире развел ноги, чтобы дать стратегическим местам больше пространства.       — Ты сейчас охренеешь еще больше, мон шер, — Скабиор лихо улыбнулся, встречая вопросительный взгляд. — Будешь первым?       — Кхм, — Драко недоверчиво вытаращился на друга. И смог выдавить только: — А ты?       — У меня уже на сто очков больше, Драко. Тебе надо хорошенько постараться, — Скабиор ехидно заржал, многозначительно играя бровями.       — Ах, ты значит, здесь счет ведешь?       — Ты же всегда любишь соревноваться, кто из нас круче, Драко? Вот и перебей мой результат, — задиристо хмыкнул Скабиор, склонившись над Драко. Его морда была преисполнена вызова. Как всегда.       Драко выдержал его взгляд. Быть первым? Вообще без проблем. Член больно дернулся, едва он представил, как входит в Гермиону… первым. Драко перевел дух. Закинул голову на спинку кровати и крепко зажмурился, призывая на бой всю свою стойкость. Тело ломило от напряжения. Он, блять, хотел трахнуть Гермиону больше всего на свете!       Ромео понимающе ухмыльнулся. Ему самому было уже невмоготу, но они оба негласно решили, что ведущая роль должна достаться Гермионе. Они оба должны были понять, как далеко могут зайти. В ванной стих шум воды. Гермиона явно закончила умываться. И готовилась выйти к ним…       Драко испуганно посмотрел на дверь, словно до сих пор не мог поверить, что сейчас на самом деле трахнет Гермиону. Первым. Скабиор тоже как-то нервно дернул башкой, тряхнув волосами, а потом зашипел так тихо, чтоб Гермиона не слышала, прямо в застывшее лицо парня:       — Докажи, что не девственник.       — Сам ты девственник, — зло шикнул в ответ Малфой. Они уставились друг на друга с чисто мужским вызовом. В который раз за сегодня. Парни явно еще не отпустили результат своей недавней дуэли. Неужели им предстоит снова биться друг с другом здесь, в постели Гермионы?       Дверь открылась. Шлепая босыми ногами по паркету, Гермиона появилась в комнате. Она словно светилась изнутри, как рождественская елка, которой сейчас охеренно отлизали. С мягкой улыбкой она вернулась к кровати и села на краешек. Подняла смущенный взгляд на парней. Смущенный, но счастливый. Она словно отпустила все свои мрачные мысли.       — Я готова, мальчики.       Драко набрал побольше воздуха в легкие, чтобы не взорваться от ее тона, который обещал очень и очень многое. Им. Вместе. Грейнджер хотела продолжения. Невероятно! Драко подобрался. Сейчас или, нахер, никогда! Он порывисто встал на колени, протянул руку к Гермионе, помогая ей тоже встать на колени. Второй рукой взял за талию, поворачивая к себе лицом. И поцеловал. Гермиона ответила с небольшой заминкой, словно сама не могла поверить в то, что она творит. С проклятым Драко Малфоем, которому разбила нос с огромным удовольствием. А сейчас вдохновенно терзала его губы, с каждой секундой становясь все смелее и увереннее в своих желаниях. Драко оглаживал ладонями ее дивное тело, проходясь от середины спины и ниже. Его член уперся в голый живот Гермионы, и только брюки разделяли их.       Гермиона открыла глаза и посмотрела в глаза Драко долгим, пробирающим до костей взглядом. Она знала, кто с ней сейчас. Знала, кого целовала в этот момент. Совсем не как тогда, когда они целовались на столе. Драко мысленно поблагодарил всех причастных богов за догадливость его любовницы. Вероятно, Гермиона поняла, что ему важно было видеть ее глаза, когда он так трепетно целовал ее губы. Важно было встретить безмятежный и полный счастья взгляд. Его язык обвивался вокруг ее языка. Они уже и так разделили все мыслимые жидкости, так чего ему было переживать? Драко и не переживал. Он сжал руку на заднице Гермионы, прижимая ее крепче к своему телу. А потом тихо вздохнул, когда почувствовал, как ее рука легла на его пах. Погладила его сквозь ткань брюк. Сначала осторожно, словно она еще немного боялась его. Драко толкнулся вперед с тихим стоном, который она проглотила своим ртом. Неужели сейчас?       Драко едва не кончил в эту секунду, даже застолья у темного лорда помянул, чтобы не опозориться перед девушкой и лучшим другом. А потом почувствовал, как Ромео движется за спиной Гермионы. Он приобнял ее со спины, уткнувшись носом в волосы и глубоко вдохнул аромат. Твою дракклову мать. Ромео пустил свои руки шарить по телу девушки, так чтобы не пересекаться с руками Драко. Его член уткнулся ей прямо в задницу. Их разделяла только ткань. Ромео ярко представил себе дальнейшее и облизнул губу.       Гермиона оказалась зажата между двумя мужчинами, ее любовниками. Они гладили ее нежно, но вместе с тем требовательно, уделяя внимание всему ее телу. Пальцы Скабиора сжали ее соски, гладили грудь, а пальцы Драко прошлись по бедрам. Это было просто прекрасно: чувствовать их вдвоем. Их нежность и их силу. Двое мужчин столь откровенно хотели ее сейчас. Они были здесь все вместе. Вместе. Не в силах совладать с нахлынувшими эмоциями, Гермиона раскрыла рот, прерывая поцелуй. Она сладко застонала. И звук этот окончательно убедил парней, что они на верном пути. В стоне девушки было столько потребности в них! Столько бушующей страсти. И чего-то еще, но Драко был уже не в состоянии думать. Ему хотелось быть внутри нее. Гермиона крепче сжала его пах и погладила вверх-вниз член. Драко прикусил губу до боли, чтобы не скулить. Никакой он не девственник. И сейчас он это им докажет!       Драко оторвался от Гермионы и, на несколько мгновений потерявшись в выражении ее раскрасневшегося лица, дернул подбородком в сторону, явно дав ей команду лечь на спину. Он мог бы сказать это и голосом, но не уверен был, что тот не изменит ему. Гермиона послушно легла на спину посередине кровати. Не зная куда деть руки, она просто положила их на грудь и замерла так, словно на приеме у доктора. Волны ее волос рассыпались по белой простыни. Драко увидел на лице Ромео глубочайшую зависть и не смог сдержать ехидной улыбки. Он будет первым! А Скабиору только и остается смотреть за тем, как они будут предаваться страсти!       Драко несколько секунд собирался с силами. Ему нужно снять брюки. Он опустил руки на застежку и звякнул молнией. Блин, стояк рвал штаны, но Малфой вдруг почувствовал себя неуверенно. Он стоял рядом с Ромео и, конечно, явно проигрывал чертову егерю в красоте фигуры. Вдруг Гермиона не захочет его бледное, тощее тело…       — Драко.       Одно ее слово прошило тело насквозь. Она звала его. Его, а не Ромео! Драко поднял взгляд на Гермиону, которая лежала на спине и призывно тянула к нему руку. Взгляд ее горел. Она хотела его! Нельзя было заставлять даму ждать. Под этим неприличным взглядом, полным похоти и потребности в нем, Драко снял брюки да и трусы разом. Шелк скользнул вниз по его ногам, открывая его белое тело. Гермиона сглотнула слюну, словно в предвкушении.       — Драко, иди ко мне! — снова позвала его Гермиона. И он пришел. Малфой ринулся вниз, в раскрытые объятия и ноги. И сразу же начал неистово целовать ее. Ее горячее тело. Мягкое, прекрасное тело, в которое уперся его член. Гермиона шире развела ноги, явно приглашая начать. Драко разорвал поцелуй и замер, глядя в темные глаза девушки. Впервые в жизни со столь близкого расстояния. Он лежал на ней, упираясь руками по обе стороны головы. Гермиона нежно смотрела на него. Ее руки заскользили по его спине, очерчивая напряженные мышцы. А бархат ее кожи манил. Драко примерился и неспешно толкнулся вперед. Головкой он почувствовал, какой мокрой она была. После умелой любовной игры Ромео ее киска сочилась и сочилась. Проклятый мир! Малфой зажмурился. Так, ему надо продержаться как можно больше. Драко взял член в руку и осторожно поводил им по мокрым губам, едва заходя внутрь.       — О Боже, Драко! — горячий шепот Гермионы опалил его лицо. Она хотела его! Бедра дернулись ему навстречу в нетерпении. Драко снова поводил членом по киске и толкнулся внутрь. Бедра ее подпрыгнули, погружая его в сладостный плен. Драко замер внутри Гермионы. О, как сладко было там! Девушка издала протяжный стон. А природа подсказала, как ему нужно двигаться в эти первые секунды единения. Она была безумно тугой, мокрой и засасывала его внутрь. Драко стал делать мерные покачивания бедер, стараясь подарить ей всю нежность, на которую был способен. Сердце заходилось от восторга единения с вожделенной любовницей. Было томительно хорошо! Гермиона порывисто дышала ему в лицо и двигала бедрами, находя общий, совершенный ритм. Они снова слились в поцелуе, неистовом и жарком. Ее пальцы запутались в его волосах, когда она прижала голову Драко ближе к себе. Сбивчивое дыхание и стоны заполнили комнату.       Ромео стоял и откровенно дрочил. Драко и Гермиона отжигали вовсю прямо перед его глазами. Он давно скинул штаны и не стеснялся удовлетворять себя. Они двигались плавно и совершенно, являя собой великолепную картину. Ревность жгла его сердце. Но красота их секса заставляла его упиваться ей как хорошим ромом. Их стоны пьянили разум. Бередили тело, делая стояк просто каменным! Он никак не мог сопротивляться огню, проносящемуся по венам. И не хотел.       — О-о-о.       Гермиона разорвала поцелуй и застонала куда-то в сторону. И увидела Ромео. Его движения. Его силу. Она бездумно закусила губу. Ей было безумно хорошо с Драко. Но как же им быть с Ромео? Не будет же он просто смотреть? Быть таким одиноким?       — Ромео, — жалобно протянула Гермиона, глядя в пылающие глаза егеря. Лицо его было преисполнено кайфа: губы закушены, брови сошлись к переносице, а рука двигалась все быстрее.       Черт тебя подери! Драко выругался про себя и стал двигаться быстрее, заставляя Гермиону остервенело цепляться в простыню. Конечно, дракклов Ромео мешал их первому сексу. Кто бы сомневался. Девушка стала стонать громче, поддавая бедрами ему навстречу. Кажется, ему все-таки удалось привлечь внимание к своей скромной персоне.       — Блять. Вы просто… ахереть, — с трудом выдавил Ромео. Дрочка не улучшала его состояние. Тело горело. Он тоже хотел быть там, где старался Драко.       "Иди к дракклу!" — зашипел про себя Драко. А потом вдруг почувствовал, как Гермиона замерла вокруг него.       — Драко, я хочу поменять позу.       — Как ты хочешь? — выдавил Драко.              — Я встану на колени.       О, ну, конечно! Драко встал с нее. Гермиона с трудом встала на колени. Ноги ее подрагивали, но она поставила руки на кровать и переместила часть веса на них. Драко оторопело наблюдал за тем, как она оттопыривает задницу. А потом игриво покачала бедрами,явно приглашая его вернуться. Драко проглотил комок слюны. Не надо просить дважды! Драко примостился к ней и снова натянул на член, проталкиваясь глубоко с первого удара. Гермиона выгнула спину и закричала что-то непонятное. Волосы ее вознеслись в воздух пушистым облаком, когда она запрокинула голову. Вся ее поза говорила о безумном наслаждении. Драко стал двигаться быстрее, нагоняя схлынувший оргазм.       Ромео стоял на коленях рядом с ними и остервенело дрочил, но рука его замерла, когда сквозь упавшие на глаза волосы Гермиона посмотрела на него. Практически прожгла взглядом из-за завесы волос. Она дьявольски улыбнулась ему. Кажется, Ромео понял ход ее мысли. Он наблюдал за тем, как Гермиона дергается при каждом толчке Драко. Как плавно движется ее тело, пуская плавную волну от оттопыренной попки до головы. И она все еще требовательно смотрела на него. Ромео подошел ближе. Гермиона не отводила от него взгляда. Облизнула губы крайне говорящим жестом. Ромео смекнул. Он погладил ствол и поднес его ко рту Гермионы. Расширенными от похоти глазами он наблюдал, как губы девушки потянулись к его члену. Словно во сне. Потом сомкнулись на головке, погружая его в пекло ее рта. Гермиона неумело облизнула его член и выпустила изо рта. Ее глаза были прикрыты в блаженстве. Черт побери! Ромео вызывающе ухмыльнулся. Вот так поворот. Тройничок действительно стал таковым.       Драко, конечно, видел всю эту вакханалию. И, наверное, мог бы сказать, что ему не нравилось в этом участвовать. Однако правда была такова, что ему нравилось. Он трахал Грейнджер все сильнее и неистовее, заставляя прогибать спину и стонать как полоумную. Он трахал ее. А не Ромео. Вот тебе и весь спор. Пусть бедному сквибу хоть перепадет минет от девушки. Он вполне заслужил после того удовольствия, которое они подарили ей. Вместе.       Вместе. Драко вдруг понял, что сейчас они были вместе. Втроем. Тройничок. Но за неистовым сексом таилось и что-то другое. Он должен был ненавидеть Ромео за то, что тот трахает его девушку в рот. Ревновать его. Но не выходило. Как тогда с Авадой. Драко не мог ненавидеть Скабиора, потому что любил его. Как друга. Как брата, которого у него никогда не было. Как что-то важное в его жизни.       Только в драккловой Австралии. На конце долбанного света Драко понял. И принял этот факт. Он наконец-то поднял взгляд от прыгающих перед ним бедер Гермионы и посмотрел в глаза Ромео. Тот оценивающе посмотрел на то, как двигается его член внутри Гермионы. Ромео подмигнул Драко и скорчил уважительную гримасу, явно признавая, что тот не был девственником. А потом егерь зашипел от удовольствия, когда Гермиона стала глубже тянуть его в рот. С каждой секундой минет становился все более горячим. Гермиона поняла, как ему больше всего нравилось, чтобы она делала. Девушка насаживалась ртом на его член, стонала от того, как быстро двигался Драко в ней.       Видимо, тройничок был затаенной мечтой Гермионы, иначе откуда в ней взялся этот похотливый огонь? Она металась между их телами, подчинившись древнему инстинкту. Тонула в удовольствии и цеплялась за своих парней. Столь нужных и близких сейчас. Почему она вообще сомневалась в том, что они могут быть все вместе? Это было столь томительно хорошо! Они двигались внутри ее тела, даря безумную, невозможную ласку. Пусть это было самое пошлое, что она только творила в жизни, но Гермиона не жалела. Она хотела большего! Хотела их все больше и ярче!       Спустя несколько минут бешеного ритма трех старающихся друг для друга тел Гермиона стала дрожать. Драко понял, что девчонка вот-вот улетит, и поднажал. Притянув ее за задницу, ухватился за бока покрепче и стал быстро долбить.       —А-а-а! — Гермиона с гулким чмоком отпустила член Ромео, потому что не поспевала за скоростью Драко. Ее сильно потряхивало под грозной атакой Драко. Бедра прыгали. Задница колыхалась, когда Драко шлепал по ней своей мошонкой.       — Поцелуй меня! — крикнула отчаянно девушка, умоляюще глядя на Ромео. Ромео нагнулся и впился в ее рот. Руки его легли на колышущиеся груди, сжали соски. Он понял, что Гермиона кончает. Надо было постараться! Они снова пересеклись взглядами с Драко. Кивнули друг другу. Ромео крепче сжал пальцы и стал неистово буравить языком ротик девушки, а Драко сделал тоже самое, но находясь внутри ее. Он вбивался в ее плоть, чувствуя, как она сжимается вокруг него. Он и сам еле держался. Вдруг Гермиона застыла и ее стало трясти. Тело билось в сладостной конвульсии, заставляя глубже насаживаться на член Драко. Драко ударил еще один последний раз. Гермиона закричала в рот Ромео. Он отпустил ее губы.       — А-а-а-а.       Услышав этот сладкий крик, Драко не выдержал сам. Он едва успел выйти из плена ее тела и кончить Гермионе на спину. Ромео же тоже стал дрочить, догоняя своих друзей. Через несколько бесконечных мгновений они валялись на кровати в изнеможении, едва-едва касаясь друг друга. Глубоко дышали. А потом стали смеяться как психи. Или очень счастливые люди. Когда дар речи вернулся к ним, Ромео навис над лежащей на спине Гермионой и заглянул в ее светящиеся глаза.       — Если ты захочешь, это может остаться в Австралии.       Гермиона покачала головой и порывисто вцепилась в руки своих любовников, крепко стискивая их пальцами. Ее голос был полон нежности и, наверное, любви:       — Я пришла сюда, чтобы забрать двух дорогих людей, и уйду вместе отсюда с ними.