Система хранителей миров

Хуан Си сидел на пассажирском сиденье своего собственного автомобиля и злился. Все пошло наперекосяк! Вместо компромата на Лао Чэня он получил увечье, а сам Лао Чэнь теперь вез его в больницу. Да как так вообще могло произойти?! Сначала его тупой подчиненный, потом этот таинственный монах, да еще и молодой господин Лао, который не мог не понимать, кто все это устроил, решил быть настолько добрым, чтобы на самом деле отвезти его в больницу. Он не только помог ему подняться и довел до машины, но и аккуратно усадил на пассажирское кресло и даже пристегнул ремни безопасности. И все это молча и с абсолютно спокойным выражением лица. Хуан Си прекрасно знал таких богатеньких детей из второго поколения, которые прожигали свою жизнь, пользуясь тем, что заработали их родители. В отличие от них, Хуан Си вышел из низов и всего добился сам, потом и кровью. Он отказывал себе во всем и шел на любые гнусности, чтобы оказаться там, где он есть. А эти богатые выскочки были всего лишь тупыми ублюдками, которые не продержались бы и пары недель, если б не поддержка семьи. Он думал, что и Лао Чэнь был таким же, но теперь не знал, что и думать. Хуан Си прекрасно разбирался в людях и читал их словно открытую книгу, но чем больше он узнавал о Лао Чэне, тем больше понимал, что тот отличается от других. Несмотря на высокомерие и заносчивость, он смог сохранить спокойствие в подобной ситуации, а не закатить истерику. Да еще и зачем-то согласился ему помочь. Что он задумал? Когда Хуан Си узнал, что того привлекают мужчины, то решил, что он, как и многие молодые богатые люди, просто пресытился девушками и решил найти другое развлечение. Но судя по всему, все было не так просто, он действительно хранил верность своему парню и ждал, пока тот его простит за сломанную руку. Да как он вообще мог кому-то руку сломать с его тщедушным тельцем? Лао Чэнь, который в приступе гнева ломает руку своему любовнику — да он даже представить себе такого не мог. А еще тот монах, который появился в нужный момент, а потом просто исчез — все это было слишком странным. К счастью, он успел забрать телефон, на котором была запись. Хуан Си сунул руку в карман, но там было пусто. Он замер, а потом начал обшаривать свои карманы, но ничего не нашел. Телефон, как и таинственный монах, просто испарился. Хуан Си уставился яростным взглядом на сидящего за рулем Лао Чэня. Когда он успел стащить у него телефон? Пока вел до машины? Но он вообще не мог знать, что тот у него был, ведь когда Хуан Си вырубил парня-оператора, тот все еще был в темном переулке и не мог этого видеть. Что за гребаная мистика?! Син Цзю аккуратно вел машину и разговаривал со своим старшим хранителем. «Почему я вообще должен везти его в больницу? Это ведь он все устроил!» «Ну тебе же надо как-то двигать сюжет», — лениво ответил Цзюй Ши. «Это еще что значит?» «Сам подумай, зачем главному злодею устраивать подобное? Организовать нападение на наследника семьи Лао — это не шутки. Вычислить ублюдков со связями семьи Лао не составило бы труда, как и надавить на них, пока они не расскажут, кто их нанял. Зачем так рисковать и ссориться с одной из самых влиятельных семей ради того, чтобы побить Лао Чэня?» «Откуда мне знать? Из-за Сю Ли? В книжке Хуан Си вроде был в нее влюблен». «Но они еще не встретились, когда бы он успел?» «Тогда зачем он все это устроил?» «Сам его спроси. А лучше спроси, собирался ли он вмешаться». «Если тебе есть что сказать, то говори». «Да брось, неужели не понимаешь? Это же так очевидно! Он просто запал на тебя!» «А?» «Смотри, сначала он узнает, что тебя привлекают мужчины, и после этого начинает за тобой следить. Его люди каждый день присылают ему твои фото и видео, с которыми он бог знает, что делает…» «Стой, что? Он следил за мной?» «А ты не замечал? Так вот, сначала интерес и слежка. Он смотрит на твои фотографии, западает на тебя и решает действовать. И что ему делать? Просто подойти и сказать — “Давай сходим на свидание”? Это так не работает. К тому же он импульсивный человек, склонный к широким жестам. И вот он организовывает на тебя нападение, а сам прячется за углом, чтобы в нужный момент, как рыцарь в сияющих доспехах, прийти и спасти тебя. Это его люди, поэтому они бы ему поддались, и он бы на твоих глазах их избил, став для тебя героем и спасителем. Это же в его стиле. Он всю дорогу с тебя глаз не спускает». Син Цзю покосился на пассажирское сиденье и тут же встретился с пристальным взглядом Хуан Си. Он поспешно отвел взгляд и сжал челюсть. Отвратительно. «Ты можешь ошибаться». «Могу, но ошибаюсь ли? Сам его спроси». Син Цзю еще раз бросил быстрый взгляд на Хуан Си. — Господин Хуан, я понимаю, что вы совершенно случайно оказались именно в то время и в том месте, когда на меня напали эти люди, — начал Син Цзю, выделив голосом «совершенно случайно», — но мне вот интересно, а что вы планировали делать? Просто стоять и смотреть, как меня избивают? Хуан Си скрипнул зубами. — Нет, я бы вмешался, если б тот монах не появился. — О, так господин Хуан собирался меня спасти? — притворно удивился Син Цзю. — Разумеется, я собирался! Но появился этот монах, и я решил не вмешиваться, — поджал губы Хуан Си и посмотрел на свою несчастную ногу. — И раз уж мы заговорили об этом, где вы его взяли? Я никогда не видел вживую человека, который бы владел боевыми искусствами на таком уровне. Я даже не знал, что можно нанимать буддийских монахов в телохранители. — Господин Хуан ошибается. Я никогда прежде не видел этого человека, — сказал Син Цзю абсолютную правду, ибо образ, который выбрал Цзюй Ши, был слишком эксцентричным. — В квартале от нашего офиса есть буддийский монастырь. Полагаю, он просто возвращался к себе и случайно застал ту некрасивую сцену. Хуан Си сузил глаза, не поверив тому ни на цунь. Но он с этим разберется позже. — Могу я спросить, почему молодой господин Лао все же решил мне помочь? — О, я просто хочу, чтобы ты был мне должен, — повернулся к нему Син Цзю с очаровательной улыбкой. Хуан Си поспешно отвернулся. Вот же мелкий ублюдок! Тем временем они подъехали к частной больнице, в которую семья Лао регулярно делала щедрые пожертвования. Поэтому здесь было безопасно — все врачи строго соблюдали конфиденциальность. Подъехав прямо к входу, Лао Чэнь вышел из машины и вошел в здание, а минуту спустя вернулся с двумя санитарами, которые уже катили инвалидное кресло. Аккуратно пересадив Хуан Си в кресло, они повезли его в больницу, а Син Цзю шел рядом. — Что ж, я благодарен молодому господину Лао за помощь, но нет необходимости сопровождать меня дальше, — процедил Хуан Си. — О, господин Хуан, видимо, совсем забыл, что я тоже ранен. Хуан Си посмотрел на Лао Чэня в ярком освещении больничных коридоров и только теперь увидел, что его скула была рассечена, а отек уже расползся на половину лица. Пока они ехали, тот сидел боком к нему, к тому же освещение было плохое, поэтому он не обратил внимания, что повреждения настолько серьезны. У него ведь не останется шрама, верно? Было бы нехорошо испортить это молодое лицо. Хуан Си резко осекся, поймав себя на этой мысли. О чем он вообще думает?! Наконец, они разделились. Ему сделали МРТ колена, к счастью, сустав не пострадал. Микроразрывы связки и ушиб мягких тканей, заживать будет долго, но хотя бы операцию делать не нужно. На обезболивающих он сможет вернуться к обычной жизни уже завтра. Он выдохнул с облегчением, узнав, что все гораздо лучше, чем он думал. Выпасть из строя надолго было бы непростительно. К счастью, тот монах или кто он там на самом деле, не собирался ломать ему кости. Несмотря на его протесты, ему сделали еще несколько анализов и оставили на ночь в больнице для наблюдения. Хуан Си лежал в своей одноместной палате и смотрел в потолок. Ему дали зарядку для телефона, поэтому он ждал, пока тот зарядится настолько, чтобы совершить звонок. Тот, в котором он выскажет своим подчиненным все, что о них думает. Внезапно дверь в его палату открылась, и в комнату вошел Лао Чэнь, переодетый в больничную одежду. Она была ему великовата, и в ней он выглядел особенно хрупким и моложе своего возраста. На его лице была повязка, закрывающая левую щеку. — Господин Хуан не спит? Я узнал от врачей о вашем состоянии, к счастью, это не перелом, — спокойно сказал Лао Чэнь и подошел к окну. — А как же врачебная тайна? — хмыкнул Хуан Си. — Господин Хуан должен знать, что при определенном уровне влияния все тайны перестают быть таковыми, — ответил Лао Чэнь, задумчиво глядя в окно. — Я надеюсь, молодой господин Лао не сильно пострадал от одного удара? — усмехнулся Хуан Си. — Я в порядке, но врачи настояли оставить меня до завтра из-за сотрясения. Хуан Си опустил взгляд, этот парень был слишком хилым, разумеется, после удара по голове у него сотрясение мозга. — На самом деле, я пришел, чтобы кое-что сказать, — Лао Чэнь резко отвернулся от окна и пристально посмотрел на Хуан Си. — Я знаю, чего ты хочешь. С тех пор как ты узнал, что меня привлекают мужчины, ты следишь за мной, собираешь фото и видео. Но ты не в моем вкусе, так что оставь меня в покое. И, не дожидаясь, пока Хуан Си что-то ответит, он вышел из палаты. Хуан Си настолько остолбенел от этого заявления, что, когда вернулся в реальность, Лао Чэнь уже ушел. Да какого хрена?! Этот молокосос его обвиняет в том, что он… Да он на десять лет его старше! К тому же его никогда не интересовали мужчины! Как он вообще мог такое подумать?! Хуан Си был настолько шокирован этим обвинением, что не мог нормально думать. В конце концов, он заставил себя успокоиться и начал анализировать информацию. Лао Чэнь знал, что он знает, что тот гей. Значит, когда он признавался в этом Сю Ли, то заметил его? Тогда зачем сказал ей, зная, что за ними наблюдают? В этом не было никакого смысла! Если только… Хуан Си замер. Если только он не хотел, чтобы он, Хуан Си, об этом узнал. Но зачем ему это? Лао Чэнь знал, что за ним следят, но не сказал об этом семье. И совершенно не скрывался. Словно хотел, чтобы за ним следили. Он сказал Сю Ли, которая продолжала ему навязываться, не только что у него есть возлюбленный, но и что он может вести себя агрессивно с тем, кто ему нравится. Хуан Си с самого начала это казалось странным, ведь Лао Чэнь совсем был непохож на такого человека. Мог ли он сказать это Сю Ли только затем, чтобы она перестала за ним бегать? Это было бы намного логичнее, тем более за тот месяц, что он наблюдал за Лао Чэнем, тот ни разу не связывался ни с каким парнем. Он знал, что за ним следят, значит, и знал, что Хуан Си подсылал ему разных парней. И спокойно их отверг. Словно показывая, что такое его не интересует. А потом, после нападения он отвез Хуан Си в больницу. Был аккуратен и вежлив, хотя знал, что тот стоит за нападением. И еще спрашивал, собирался ли тот вмешаться. Словно хотел, чтобы он вмешался. И когда Хуан Си сказал, что не стал вмешиваться из-за монаха, тот выглядел недовольным, хоть и пытался это скрыть за спокойной маской. Лично привез его в больницу, приказал лучшим врачам его осмотреть, а после поинтересовался у них его состоянием и даже пришел в палату проведать. И если так посмотреть, то это все выглядит, будто он с самого начала сообщил Хуан Си, что ему нравятся мужчины, а потом маячил у того на виду, словно заигрывая с ним. Он даже сказал, что Хуан Си не в его вкусе, чтобы отвести от себя подозрения. Он из тех людей, которым нравится, когда их преследуют и добиваются? Хуан Си продолжал размышлять и чем больше он думал, тем более логичным все это казалось. Но ему-то что с этим делать? На самом деле Лао Чэнь был довольно милым, у него было приятное лицо и худое тело, особенно хрупкое в этой нелепой больничной одежде. Словно пижама не по размеру. Если б он надел его собственную пижаму, то выглядел бы в ней примерно так же… Хуан Си резко поднял руку и ударил себя по лицу. О чем он вообще думает?! Какого черта произошло?! С чего этот сопляк решил, что ему интересны подобные игры?! Он уныло уставился в окно. С того вечера на приеме он хотел выяснить темный секрет Лао Чэня, а в итоге выяснил, что Лао Чэнь запал на него. Когда это произошло? Они встречались до этого несколько раз на вечеринках, но их даже знакомыми сложно было назвать. В любом случае Хуан Си не собирался в этом участвовать. У него был еще запасной козырь — Сю Ли, пришло время использовать ее против семьи Лао. Внезапно ему стало противно от самого себя. Ради своих целей он собирался разрушить жизнь целой семьи, и до этого момента совесть его совершенно не мучила. Не то чтобы она проснулась сейчас, но что будет с самим Лао Чэнем, когда его семья потеряет все? Влюбиться в того, кто уничтожит твоих родных — слишком жестокий урок жизни. Сможет ли он это вынести? Даже если сможет, это изменит его навсегда. Он уже никогда не будет улыбаться этой своей милой улыбкой. Если ему удастся выжить, он станет безжалостным и циничным, как сам Хуан Си. Когда-то и он был наивным и чистым, но ради выживания ему пришлось вывалять себя в грязи. А теперь он собственными руками разрушит жизнь этого мальчика, навсегда лишив и его чистоты. Впервые за долгое время он задумался, стоит ли игра свеч. Еще долго он лежал и гонял мысли по кругу, пока не заснул от усталости. А утром узнал, что Лао Чэнь уже выписался и покинул больницу. В свете дня эмоции поутихли, и к нему вернулась его обычная холодная расчетливость. Должно быть, вчерашние события так повлияли на него, либо та лошадиная доза обезболивающих, что ему вкололи. Он не остановится и пойдет до конца. Если б он сомневался из-за каждого сопляка, встреченного на своем пути, то никогда бы не добился такого положения. Первым делом он позвонил своему человеку и долго на него орал. А потом выписался из больницы и отправился к себе домой. Пришло время раскопать скелеты в шкафу семьи Лао, а для этого ему понадобится эта девчонка Сю Ли. Но сейчас не стоило принимать поспешных решений, чтобы его план сработал, надо продумать все до мелочей, чтобы не вышло, как вчера. Хуан Си был терпеливым человеком, он вполне мог подождать еще немного, прежде чем начать действовать. И все же одна вещь не выходила у него из головы. Лао Чэнь сказал, что он ему не нравится, и потребовал оставить его в покое. Это звучало как вызов, а Хуан Си, несмотря на холодный ум, был довольно азартным человеком. Возможно, не стоит списывать Лао Чэня со счетов, когда он потеряет все и идти ему некуда, вряд ли он сможет сохранить свое высокомерие, и еще посмотрим кто будет за кем бегать.