незнакомец

      хэйдзо видит итэра впервые в понедельник утром.       тогда он стоял полусонной мухой у стойки и частенько зевал, матерясь про себя, из-за ранней смены. на часах было всего лишь семь ноль четыре.       кофейня «on the corner», в которой он работал, находилась через дорогу от университета, поэтому она начинала свою работу раньше других магазинов.       за те несколько десятков минут, что табличка на двери была перевёрнута с «закрыто» на обратную сторону, сюда успели зайти около дюжины человек, которых хэйдзо считал от чистой скуки.       но вот в небольшом пустом зале с тихо играющей фоновой музыкой звучит колокольчик на входе, и хэйдзо разом теряет свою сонливость.       к стойке подходит парень, настолько сильно похожий на солнышко, что бариста улыбается, сразу ободряясь.       — доброе утро, — незнакомец говорит очень тихо, но чётко и устало прикрывает глаза. — мне, пожалуйста, просто большой латте.       — доброе утро и вам! — хэйдзо быстро вбивает заказ в аппарат и придвигает терминал к клиенту. — скоро всё будет готово, подождите немного.       пока бариста начинает готовить заказ он искоса поглядывает на незнакомца (от интереса) от скуки.       длинные пшеничные волосы сейчас заплетённые во что-то вроде небрежной косы; неестественно-светло карие, почти янтарные, глаза, осматривающие помещение с толикой заинтересованности; тёмные мешки под ними, настолько большие, что хэйдзо отмечает про себя, что таких у него не было даже во время сессий; самая обычная потёртая чёрная толстовка, такие же джинсы, сумка через плечо и…       огромное количество веснушек по всему лицу и, даже, на кистях.       хэйдзо застывает на пару секунд, рассматривая их, пока не слышится покашливание и он не видит чужие светлые брови, поднятые в насмешке.       он уводит взгляд от бледной чужой кожи и, заканчивая, с бесстыжей улыбкой протягивает стаканчик.       парень, по ту сторону стойки, забирает свой заказ, закатывая глаза и уже собирается выходить, когда что-то в голове у хэйдзо щёлкает.       — как вас зовут? — желание спросить у незнакомца имя настолько большое и непреодолимое, что хэйдзо даже не пытается сопротивляться, с огромным интересом ожидая ответа, но…       незнакомец лишь фыркает, приподнимая уголки губ и выходит на, пока что, малолюдную улицу, направляясь к университету, через дорогу.       хэйдзо про себя называет этого клиента самым запоминающимся в его списке (на работе бывает слишком скучно) за последнюю неделю.       вторая его встреча с итэром происходит через несколько дней, после первого раза. в четверг, примерно в то же время.       по четвергам и вторникам его смена пересекается с приятной девушкой, по имени кокоми.       за время их совместной работы, у них была выработана схема.       обычно, в их общие рабочие будни, она обслуживала клиентов на кассе, пока хэйдзо готовил заказы чуть поодаль, но сегодня его коллега покачала головой и ушла в кухонную зону, включая кофе-машину (и попытки выяснить, что случилось не увенчались успехом, из-за чего пришлось махнуть на это рукой).       поэтому хэйдзо снова скучает за стойкой, вертя между пальцев ручку.       и скучает он ровно до того момента, пока на двери не звенит колокольчик, а в дверях не появляется знакомый силуэт.       хэйдзо роняет бедную ручку на пол, по ту сторону кассы, из-за чего тихо чертыхается.       знакомый незнакомец подходит ближе и, при виде бариста, тяжело вздыхает, на секунду прикрывая глаза. когда он их открывает, он замечает, что они кажутся слегка мутными. усталыми. (у зеленоглазого чешутся руки отправить того досыпать.)       — здравствуйте, — хэйдзо пробирает на дрожь от приятного шелеста чужого голоса, но он старается сосредоточиться на смысле. — средний раф с… апельсиновым сиропом, пожалуйста.       — доброе утро! — хоть бариста и старается говорить звонко, но получается лишь что-то довольно помурлыкивать, от чего хочется стукнуть себя по голове. — ваш заказ скоро будет готов, сэр…       кокоми, до этого наблюдавшая за разворачивающейся сценой, из-за спины, еле слышно фыркает и принимается за работу.       около минуты проходит в тишине, разбавляющейся только фоновой музыкой из колонок, во время которой хэйдзо вдоволь рассматривает клиента.       с последней их встречи он слегка изменился: волосы были на скорую руку заплетены в пучок на макушке и явно были уже слегка грязными; мешки по глазами стали получше, но осмысленности во взгляде поуменьшилось; всё та же одежда, только в этот раз рукава толстовки закатаны, сумка через плечо, торчащий из неё ноутбук и… веснушки.       вот уж что не изменилось.       их было так же много и теперь хэйдзо заметил их ещё и на шее с локтями. они были приятного шоколадного цвета, который сильно выделялся на бледной коже.       и честно, думать об этом и рассматривать блондина хэйдзо мог долго, но тишину прерывает его тихий голос.       — доброе утро, кокоми, — незнакомец, кажется, только замечает её.       девушка отвлекается на пару секунд от своего занятия взглядом, но после возвращается обратно, подустало говоря:       — и тебе того же. ты к первой?       — конечно, профессор дотторе, если что, меня не простит, — слышится нервный смешок светловолосого.       — это точно, — кокоми качает головой и окончательно замолкает, явно не намереваясь продолжать диалог.       хэйдзо всё это время стоявший с приоткрытым ртом, начинает запускать шестерёнки его мозга.       почему то, мысль о том, что интересующий его незнакомец учится с, вполне себе, его знакомой в одном университете не дошла до него чуть раньше, поэтому ему остаётся в мыслях бить себя по голове и материть.       это было настолько очевидно, что слишком незаметно.       внутри просыпается желание спросить у коллеги его имя, но… о нет, это было бы слишком скучно и не интересно, так что это желание как просыпается, так и засыпает.       очухивается хэйдзо от дверного колокольчика и, оглядываясь, замечает, что «солнышко"(как решил он окрестить про себя парня), уже ушёл, оставив купюру на стойке.       кокоми рядом открыто смеётся над ним, в её глазах пляшут маленькие чёртики.       хэйдзо показывает ей язык. он подходит к аппарату, складывая в него полученное и, вдруг, поднимает лежащую рядом с деньгами ручку.       из груди вырывается смешок:       — ну спасибо…       мысль о том, что солнышко поднял ручку с пола и положил её на стойку пока он был в прострации греет где-то под сердцем.       в третий раз встреча с итэром случается в понедельник следующей недели, около трёх сорока дня.       к тому моменту, хэйдзо успел нарисовать пару набросков чужого портрета в небольшом блокноте, который носит с собой и понять, что незнакомец идти из его головы точно не хочет.       в понедельник же народу было на удивление много, почти не продохнуть. и хэйдзо, обычно работающий по вторникам в одиночку, уже какое-то время ждал помощи от едущего по пробкам кадзухи, когда колокольчик зазвонил снова.       от этого звука уже начиналась мигрень.       на обычное поднятие головы к клиенту и дежурную улыбку не хватило сил, поэтому хэйдзо быстро потёр переносицу.       — доброй пожаловать… — его вялое и усталое приветствие звучало настолько жалко, что он замолчал на его середине, подумав, что его поймут и так.       — добрый вечер, два рафа, пожалуйста. один с сиропом брауни, другой с апельсиновым.       хэйдзо резко поднимает голову, заслышав знакомый приятный шелест. сейчас этот голос был как глоток свежего воздуха, среди этой кучи удушающего песка.       — вы бы знали, как я рад вас видеть, сэр, — слова вырываются изо рта раньше, чем бариста успевает их отфильтровать или вообще нажать кнопочку «отмена»: «а вот этого мы не скажем уж точно», в голове.       рот быстро оказывается прикрыт рукой, а хэйдзо смотрящим прямо в прекрасные янтарные глаза.       слышится тихий шелест. различить в нём хоть какие-то слова не получается и только через пару секунд до бариста доходит, что это смех. очень-очень тихий, но настолько приятный и не раздражающий, что улыбка идёт на лицо сама.       — я заметил, — тихо говорит веснушчатый клиент, прекратив смеяться и приподняв уголки губ.       — ваш заказ скоро будет готов! — хэйдзо приступает к работе, то и дело прокручивая у себя в голове чужой смех. зарождающаяся мигрень исчезает, как её и не было, а усталость, хоть и не пропадает, но теперь не висит неподъёмным грузом на шее.       вообще, зеленоглазый вполне честно может сказать, что при виде одного конкретного студента, учащегося через дорогу, всё внутри замирает. и если изначально это была интрига, то сейчас… у него возникают на этот счёт сомнения.       интрига и волнение никогда еще не были такими сильными, что заставляли внутренности делать кульбиты, пальцы неугомонно что-то крутить, а губы расходиться в бешеной улыбке.       нет, хэйдзо знал ответ, но он казался достаточно странным. всего пара встреч сделала его из собранного человека в залипающую, глупую и безнадёжно влюблённую медузу (не в обиду милашкам в аквариуме кокоми).       правда, если говорить честно, сил сопротивляться — не было. да и не сильно то хотелось, поэтому он просто ставит перед объектом воздыханий два картонных стаканчика, чувствуя себя чуть легче, чем до этого. возможно, принять это факт оказалось проще, чем казалось.       — какой из них с чем? — блондин наклоняет голову в бок, взглядом указывая на свой заказ.       — брауни, — палец хэйдзо соскальзывает с правого на левый. — апельсин.       незнакомец кивает и берёт левый стаканчик одной рукой, свободной доставая что-то из всё той же сумки.       на стойку падает небольшой бумажный пакетик. хэйдзо краем глаза видит маленькую картонку слетевшую рядом, но пока упорно игнорирует, под насмешливый взгляд.       — надеюсь, у тебя нет аллергии на курицу и грибы, — веснушчатый улыбается и, оставляя деньги, удаляется из кофейни под звон колокольчиков. в дверях он сталкивается с казухой и кивает ему (они тоже знакомы?). хэйдзо игнорирует это, удивлённо смотря вслед.       — здравствуй, дружок. куда смотришь? призрака увидел? — кадзуха подходит к стойке, быстро сбрасывая вещи и натягивая фартук. — ты кажешься вполне живым. я зря ехал?       хэйдзо не отвечает, быстро пряча стаканчик с кофе и пакет со стойки, довольно улыбаясь.       ему кажется, что у него подкашиваются коленки, а в голове мысли спутались в такой клубок, что и жизни не хватит, чтобы его распутать.       «меня зовут итэр, хэйдзо. приятно познакомится, чудак.»