То был всего лишь сон

- Ты не Кристина? Нет… - шепчет мужчина, с трудом открывая заспанные глаза,- так кто же ты за чудо то такое? Доктор Стрэндж приподнимается, опирается на локоть и бросает быстрый взгляд на приоткрытое окно, откуда доносятся звуки проезжающих по Нью-Йорку машин, гул толпы оживленного города и аромат острого индийского риса из маленькой тележки, которой владеет коротышка-индус с длинным носом и большими усами. Спустя пару секунд мужчина опрокидывается обратно на подушку, вдыхая прохладный утренний воздух. Он медленно проводит руками по своему лицу снизу-вверх, утопая длинными, но немного искривленными старыми травмами пальцами в своих растрепанных ото сна волосах. Лежа по центру большой кровати, покрытый дорогими махровыми одеялами, мужчина пару секунд смотрит в небытие перед собой таким пустым взглядом, словно его разум сейчас где-то далеко за пределами этой вселенной. Лишь спустя мгновение он плавно закрывает свои глаза, пытаясь удержать еще не до конца растворившееся сновидение: поймать этот сон за маленький хвостик, за легкую ниточку, за ту тонкую пелену, что обычно обитает на глазах у сновидцев.   «Что это был за образ? И кем была та девушка?» - думает Стивен Стрэндж медленно проваливаясь обратно в сон. **** Перед глазами мужчины снова возникает образ той комнаты из сновидения: небольшое помещение с бежевыми обоями в коричневый рисунок, а из трех больших окон, расположенных по обеим сторонам, два окна задернуты темно-синими шторами. На диване спиной к нему сидит невысокий силуэт, с головой завернутый в одну из этих штор, что ранее, видимо, также висела на оставшемся окне. У только что проснувшегося Стрэнджа не получается полностью разглядеть точные очертания сидящего. Стивен не помнит всего сна, он видит лишь повторение финала. Сейчас он зритель, наблюдатель и тайно крадущийся шпион, что следит за развитием сюжета, боясь своим дыханием, своим бодрствованием нарушить этот самый миг, что хрупче самой шаткой и изменчивой реальности.   И вот последние мгновения сна продолжаются, заново повторяясь вновь. Он смеётся, искренне и беззаботно. Мужчина проходит по комнате и садится на подлокотник дивана. Внимательно, но ласково, словно наблюдая за маленьким напуганным котенком, он смотрит на этот синий кулек, что, сжавшись, сидит по-турецки на диване, издавая невнятные и еле слышные ворчания. Так проходят мгновения. И так зарождается что-то бесконечно теплое внутри него.   Лишь спустя миг, мужчина медленно протягивает свою руку в черной перчатке и вытягивает мизинец, нежно и ласково обращаясь к этому силуэту. -  Не сердись на меня, моё растрепанное Чудище, - улыбаясь произносит Доктор Стрэндж.   Тонкая рука высовывается из кокона, состоящего из темно-синего бархата и человеческого ворчания. Хрупкие пальцы замирают на миг. И когда этот миг подходит к концу, мизинцы двух людей бережно соприкасаются, навсегда стирая все прошлые обиды и связывая между собой их жизни некой нерушимой связью. Стрэндж поднимает глаза и видит, как штора, свернутая ранее в живой комок, спадает словно паранджа с восточной принцессы, открывая взору мужчины лицо молодой девушки с синими пронзительными глазами. От этого образа сердце мага, что вспоминает свой прошедший сон, дрогнуло также, как и сердце того мага, что был действующим лицом в это сне. И Стивен Стрэндж открывает глаза, окончательно просыпаясь ото сна.     **** Роскошная квартира в центре Нью-Йорка, статус и положение в обществе. Это всё было у Доктора Стрэнджа - великого чародея и могущественного волшебника. Вот только он не чувствовал себя счастливым. Он жил в этих стенах один. Ел в этих стенах один и спал на своей большой кровати в одиночку. Эти стены были словно отражение его одиночества в его жизни. Во всех его жизнях. Во всех?   В этом сне не было Кристины. Была лишь она - растрёпанное Чудище с пронзительными голубыми глазами. Он не помнил всего сна, но помнил лишь, как спас её от огня. Он её спас, но в итоге она оказалась облита водой. Он помнил, что эмоции на её лице были для Стрэнджа словно открытая книга.  Она смеялась. Когда врала - почесывала свой курносый носик, украшенный веснушками. Она обижалась и от стеснения заворачивалась в занавеску. И когда он протянул ей свою руку в черной атласной перчатке, она полюбила. Так же как полюбил и он, заглянув в её светлые глаза, что скрывались под тёмно-синей паранджой из плотного бархата с прожжёнными от огня дырами.   И всё это случилось снова. Ведь уже два Доктора Стрэнджа потеряли свой покой, утонув в этих глазах. **** «Как безумна мультивселенная - думает Стивен Стрэндж стоя перед большим зеркалом, облачённый в свой парадный двубортный черный костюм, пока его галстук с помощью волшебства самостоятельно завязывается в красивый узел. – И всё-таки почему я тогда носил перчатки?»   Постояв перед зеркалом пару секунд в размышлении, Доктор Стрэндж подходит к небольшому шкафчику и достает оттуда пару черных атласных перчаток, а затем надевает их и снова возвращается обратно к зеркалу, чтобы взглянуть на свое отражение.   - А мне очень идет, выглядит стильно. Пожалуй, сегодня я похожу так. – улыбается своему отражению могущественный маг.   Почему-то ему сегодня хочется быть похожим на тот свой другой вариант из далекой вселенной. Тот вариант, что смог полюбить еще раз. Полюбить не Кристину, а другую. Полюбить по-другому: светло и беспечно. Полюбить без токсичности и страданий, физической боли и расставаний. Полюбить просто за глубокие глаза и за улыбку.   Бросив напоследок взгляд на свое отражение, Доктор Стрэндж поправляет на руке свои часы - старый подарок Кристины, что отныне имеет чистое и новое стекло, такое же целое, как и его сердце, которое наконец-то нашло свое исцеление и стало готовым к новым открытиям.   И Стивен Стрэндж выходит из дома навстречу своей судьбе.     **** В небольшой квартире в центре большого города девушка, чьи глаза были подобны небесному своду, выбирает себе наряд, в котором желает провести этот день.   Она почему-то улыбается, не осознавая сама истиной причины своей улыбки. Она лишь чувствует, как по ее душе разливается что-то абсолютно теплое и приятное. Такое случается, когда человек полюбил кого-то. Но кого она умудрилась полюбить со вчерашнего дня, ведь она только спала?   - Какой сегодня был волшебный сон, - тихо говорит своему отражению девушка, прикладывая очередное платье к своей фигуре. – Хоть это всего лишь сон, возможно я однажды увижу его еще раз?   В мыслях девушки проносится воспоминание о том, как высокий мужчина с проседью на висках… Нет этот мужчина вовсе не старый, хотя его виски словно из чистого серебра, как некое творение мастера-ювелира. Этот статный, гордый мужчина улыбается так уютно и так искренне. Он протягивает руку, облачённую в черную перчатку, а затем смотрит ей в глаза, читая будто открытую книгу. И вот, спустя одновременно короткий и бесконечно долгий миг, он вытягивает свой мизинец на правой руке. Этот почти детский жест как знак дружбы и примирения совершенно не сочетается с его внешним видом и тем волшебством, что происходило совсем недавно. Но почему не сочетается? Ведь этот мужчина был настоящим волшебником, что движениями рук, мог творить невообразимые чудеса. И вот девушка, завёрнутая в прожжённую и мокрую синюю штору, и, готовая в любой момент от стеснения и неловкости провалиться сквозь этот самый диван на котором сидела, смотрит мужчине в глаза и берет его за руку. В этот момент она понимает, что теперь она его уже никогда не отпустит. - Все же я надену свое синее платье, - улыбнувшись, говорит своему отражению девушка, а затем добавляет, лукаво подмигивая. -  Хоть оно, пожалуй, и слишком роскошное, но вдруг я сегодня встречу свою судьбу? Как же он тогда меня узнает?     **** Быть может, эти двое людей, что однажды ночью видели один и тот же сон, живут в своих собственных вселенных? Быть может, они разделены между собой неизведанным и бесконечным? Хотя с той же вероятностью они могут жить в одном мире на соседних улицах одного города. Этого не знает никто.   Но тот факт, что, выходя из дома, оба из них в ожидании чуда закрывают глаза на мгновение дольше и задерживают своё дыхание чуточку глубже чем обычно - полностью и навсегда изменяет их. У каждого из них свои собственные жизни, свои дела, свои проблемы. Но отчего-то вечером того же дня, засыпая в своих мягких, но пустых постелях, оба человека надеются увидеть снова эти глаза и почувствовать эти теплые руки, что связали их жизни неразрывным узлом.