Штанишки с зайками

По трассе, усыпанной огнями, мчится Ferrari FF, который по праву зовётся одним из самых лучших гоночных автомобилей в мире. Стрелка спидометра дико "колышется" от того, как темноволосый водитель то вдавливает в педаль до упора, то резко снижает скорость на поворотах, чтобы не убиться нахрен, вылетев в кювет, а после и с моста. Сердце по привычке грохочет, как ненормальное, но не от страха, а от желания выиграть эту чёртову гонку. Чон Чонгук не привык проигрывать. Его мотивирует не дряхлый кубок, а парень. " - Боже, Чон, твоё эго настолько велико, что с каждой секундой мне становится все противнее и противнее. Будь добр, избавь меня от своего общества, - язвит Ким Тэхен, круто разворачиваясь на пятках, и собирается красиво уйти, предварительно закатив глаза, но его грубо перехватывают за запястье, возвращая на место. - Не будь сукой, Тэ. Просто согласись на мои условия. Выигрываешь ты - я отваливаю от тебя и больше не приезжаю на те гонки, на которых будешь ты. Выигрываю я - ты выполняешь моё желание. Это все, о чем я тебя прошу, - Тэхен на эти слова, недолго думая, чётко кивает и все же уходит к своей компании, последний раз обернувшись и смерив Чонгука взглядом. " Второй спорткар мчится с не меньшей скоростью. Ветер из открытых окон треплет блондинистые, выженые краской волосы, Тэхен облизывает пересохшие губы и смотрит в боковое зеркало, а после снова вперёд на чёрную машину. Чёртов Чон Чонгук. Ким даже не знает, чего ему хочется больше, чтобы он отстал или трахнул его где-нибудь. Две недели он уходит от разговора, на гонках игнорирует и только плюётся ядом при каждой встрече. Их взаимоотношения начались с враждебной ненависти, а спустя время последний разговор закончился потрясающим сексом в придорожном мотеле после очередной гонки. Гонки. Тэхен до сих пор помнит, как стоял, скрытый темнотой, под деревом, выкуривал вторую сигарету и наблюдал за Чоном, дающим своеобразное интервью для медийного паблика, посвящённого сеульским гонкам. "- Скорость - моя страсть и жизнь. Гонки - это то, чем я по-настоящему хочу заниматься. Это неотделимая часть меня и моей жизни, - рассказывал Чон, прочёсывая пальцами мокрые от пота волосы. " Чонгук вжимает педаль газа ещё сильнее, сжимает руль в пальцах и думает пару секунд над своим решением. Стоит ли это того? Определённо. Он выворачивает руль и резко сворачивает вправо, съезжая с основной трассы. Тэхен тушуется, когда знакомая машина пропадает с поле зрения, и резко тормозит. Скрежет колёс об асфальт режет барабанные перепонки, клочья пыли поднимаются вверх, и Ким делает то, чего, наверное, никогда бы не сделал. Он сворачивает на тот же поворот и едет дальше уже медленнее, оглядывая тёмную дорогу с парочкой несчастных фонарей, которые почти не помогают в освещении. Чёрная машина и ее ослепляющий свет от фар спустя пару сотен метров сразу бросаются в глаза. Тэхен сглатывает вязкую слюну и никогда не признается себе и Чону в том, что его руки на мгновенье даже вздрогнули. Ухмылку Чонгука, когда до боли знакомый porche останавливается неподалёку и гасит свои фары, просто надо было видеть. Парень бросает недокуренную сигарету на асфальт, притаптывая её носком тяжёлого ботинка с грубой подошвой. Такой обувью можно убить. И взглядом Чона сейчас тоже. - Ну что, куколка? Я смотрю, у нас всё, как я и думал, - парирует Чон, довольно улыбаясь и облизывая свой оскал. Он испытывает невообразимое наслаждение от данной ситуации и самого факта, что Ким забил на гонку и поехал за ним. - Боже, брось свои шутки. Почему ты съехал с трассы? - спрашивает Ким, выходя из машины. На нем белые форсы, чёрная кожанка и свободные, дутые, из плюшевый ткани штаны, которые можно спокойно занести в категорию "домашняя одежда". - Штанишки с зайками, - оглядывая парня с головы до ног, произносит Чон, - Блять... Тэхен, ты нравишься мне все больше и больше, - темноволосый надвигается на Кима все увереннее, заставляя прижаться его к собственной машине. - Ты не ответил на мой вопрос, - Ким слегка отворачивает голову, когда чувствует чужое лицо слишком близко. - Я не трахал того парня. Он откровенно вешался на меня, но это не значит, что мы переспали, - уже тише проговаривает Чонгук, обдавая чужое ухо горячим дыханием. - Что? - непонимающе переспрашивает блондин. У него мурашки по телу и глаза по пять рублей. Ким пытается оттолкнуть парня от себя, ладошками надавливая на его грудь, дабы посмотреть в глаза. - Что? - Чонгук толкается бедрами и припечатывает парня обратно. Облизывает хрящ, кусает его, играясь с серёжкой языком, - это правда, Тэхен. Ты тогда не захотел слушать меня, оно и понятно, но наш секс в мотеле был моим последним сексом. Тэхен тяжело сглатывает. Ответ на его главный вопрос получен, а обида моментально растворяется в лесном воздухе ночи и свете фар чоновой машины, пока Гук облизывает его адомово яблоко, улыбаясь куда-то в шею. - Что-ж.. хорошо, - выдавливает из себя блондин и встречается взглядом с чужим тёмным. Зрачков не видно. Видно лишь то, как Чонгук вновь довольно ухмыляется, его зубы отдают блеском, и он, не медля, целует, врезаясь в губы напротив изголодавшимся волком. Тэхен позволяет. Чонгук целует сразу жадно и страстно, сжимает в объятиях до хруста и ползёт руками к талии. Перед ним чудо, ради которого стоило первый раз в жизни проиграть гонку. Чувства нахлынывают на обоих. Воронка страсти засасывает по макушку, а перед глазами всё на секунду замирает. Ким отвечает на поцелуи, пальцами рвано цепляется за крепкие плечи и несдержанно стонет от напора Чона. Тот начинает кусаться, грубо лапает, сжимая самые мягкие и сладкие места юношеского тела, и языком выводит узоры на шее, любовно исцеловывая. Его куколка. Чонгук ловко подхватывает парня на руки и, чуть передвигаясь, валит его на капот тачки. Из Тэхена вырывается какой-то непонятный то ли рык, то ли скулёж, когда он ударяется спиной о металл. Чон помогает снять ему кожаную куртку, откидывая куда-то в сторону, и одним резким движением задирает футболку, после также снимая ее. Чужая оголенная грудь и заметный пресс выглядят до одури привлекательно и вкусно. Чон тут же наклоняется, чтобы кончиком языка обвести каждую бусинку соска. Втягивает в рот, чуть прикусывает и мокро целует, переходя на второй ореол. Тэхен задыхается. Он хрипло выстанывает, ногами обвивает чужую талию и зарывается пальцами в иссиня-черные волосы, сжимая их у корней и прижимая чужую голову еще ближе к своему телу. - Ты сумасшествие с первого взгляда, - томно шепчет Гук, смотря снизу вверх на Тэхена, прикрывшего глаза от наслаждения. - Ты пахнешь шоколадом, - на этих словах Ким раскрывает глаза и смотрит в ответ. Строчки из песни Скриптонита отзываются где-то глубоко в сердце, населяя душу бабочками, а тело безумным возбуждением. - Ты пахнешь, как мечты, воплощаемые с нуля, - Чонгук вновь приближается к лицу, ведёт руками до бедер, - ты пахнешь, как желание, - сильные руки до синяков сжимают тэхеновы бедра через плюшевую ткань, - чистое, животное желание, - Чон заставляет приподняться и грубо сдёргивает штаны с прекрасных, стройных ног. Он наклоняется и принимается ласкать бедра, целуя и кусая их до следов от зубов на медовой коже. Взгляд цепляется за ткань кружевных трусов, что промочилась от естественной смазки. Ким течёт, как сука. - Боже.. - хрипит Тэхен, прижимаясь спиной к холодному капоту и выгибаясь. - Ты трахнешь меня сегодня, нет? - язвит блондин, пока его руки на чужой спине подрагивают, на что Чонгук ухмыляется. В этом весь Тэхен. - Ты такой невыносимый, Тэхен. Ты, как незабываемый движ, - в ответ произносит брюнет, пройдясь языком по бугорку через ткань. Поднявшись, он вновь вгрызается в чужие губы, дёргает за волосы, сжимая те с силой, на что Ким заводится, кажется, до предела. Его потряхивает от того, какой Чонгук сейчас и как сдержанно и холодно он ведёт себя на трассе. Тэхен дёргает чонову футболку, заставляя её снять, и дальше все происходит, как в тумане. Они срывают остатки одежды друг с друга, попутно грязно целуясь и облизывая участки тела, остаются голыми. - Я чист. Скорее, господи, блять, скорее, - отчеканивает Тэхен, хватаясь за чужую спину и кусая в плечо, не зная, как справиться с нахлынувшими эмоциями. Блондина передёргивает и снова пробивает на стоны удовольствия, когда Чон аккуратно вводит первый палец и, сразу все понимая, не скупается на второй и третий. - Какой сюрприз, куколка. Ты, как самая настоящая сучка, трахал себя пальцами перед заездом, чтобы так растянуть свою дырку для меня? Золотце, - улыбаясь, словно чеширский кот, лукавит Чон, проверяя, на сколько хорошо растянут парень, и не отказывает себе в удовольствии пару раз грубо повставлять все три пальца до упора, слушая мелодичный голос. Пара вздохов мучения (читать, как крышесносного наслаждения) Тэхена, секунд и реплик хватает, чтобы Чонгук одним глубоким и резковатым толчком заполнил Кима, выбивая из него самый настоящий вскрик. Телефон Чона начинает звонить, валяясь на земле, в джинсах, пока его обладатель начинает двигаться в юношеском теле. Чонгук знает, что Тэхен любит грубо. Так, чтобы боль и наслаждение сковывали в равной степени, чтобы не оставалось сил кричать. Брюнет начинает набирать темп, бешено вбиваясь в податливое тело и перемещает свою руку на кимову шею, когда тот выгибается в пояснице до хруста костей и снова громко стонет. Стоны Тэхена отдаются эхом, звук проходится по всем деревьям и участку леса, в котором они находятся. Он не сдерживает себя и хрипло практически кричит, стоит Гуку грубо сжать красивую, лебединую шею. Блондин задыхается, царапает ногтями мускулистую спину Чона до красных полос и капелек крови, отчего Чонгук рычит. Дико рычит и размашисто шлепает выгибающегося парня по ягодицам, оставляя алый след от ладони. Тэхен стонет так громко и сладко от наслаждения, у него звезды перед глазами, и точно такие же у Чонгука, когда он чувствует, как сильно сжимает его в себе эта куколка. Он поднимает взгляд на Кима и видит, как тот ухмыляется с безумным, пьяным взглядом и ловит ртом воздух от того, как его шею то сжимают, лишая кислорода, то вновь дают дышать. "Чертовка!" - думает про себя Чонгук и лишь крепче сжимает в своих ладонях чужую талию. Он чувствует, что на пределе, и лишь ускоряет темп, втрахивая потрясающего парня в капот спорткара. Тэхен непрерывно стонет при каждом толчке, глотку сковывает и жжёт от недостатка воздуха, и он грязно трётся о чужое тело, то и дело выгибаясь до хруста костей. Ему так по-блядски невыносимо хорошо. Ему просто ахуенно. Пунцовая головка его члена натирается о чонов торс, пачкая каплями смазки. Бешеный ритм, рычание на ухо и руки повсюду выбивают из Кима остатки мыслей. Чонгук резко меняет позу, грубо разворачивая и, блять, по-животному нюхает местечко за ухом и кусочек шеи. Это настолько грязно и безумно, что у блондина грудная клетка разрывается от стука сердца. Парень чувствует себя безвольной куклой, валяясь на своей же тачке, стоя раком, и все, что его удерживает на месте, это ладони Чона, которыми он больно сжимает ягодицы и начинает шлепать их из раза в раз. Все эти звуки и ощущения скапливаются безудержным фейерверком в головах парней. Блондин кончает ровно тогда, когда Гук очередной раз попадает по простате, а контраст горячего тела и холодной машины вызывает табун мурашек. Чонгук кусает хрящ и мямлит неразборчивые слова о том, что скоро кончит. У Кима от этого туманится разум ещё сильнее. - На лицо, - одними губами проговаривает Тэ, когда парень выходит из него, и, развернувшись, чуть ли не падает на колени. Ноги сковывает дрожь, и они совсем не выполняют свою опорную функцию. Чонгук несколько раз проводит по стволу вверх-вниз и почти расфокусированным взглядом наблюдает за тем, как голый парень перед ним, сидит на корточках, пока на его лицо белесыми струями выплескивается сперма. Чонгук гортанно стонет, запрокинув голову, и зарывается рукой в блондинистые волосы, окончательно срывая с них ярко-красную, до этого повязанную бандану. - Ты просто.. Блять, пиздец, - констатирует факт Чон, наблюдая за тем, как Тэхен ухмыляется и облизывает губы. Пальцами собирает сперму с щёк и подбородка и почти падает на колючую траву, но Гук успевает подхватить его и снова уложить на капот из последних сил. - Это был самый лучший секс в моей жизни.. я клянусь тебе, - мямлит Тэ, пока они дышат громко и тяжело, сцепившись в крепких, медвежьих, а самое главное теплых объятиях. - Подожди, куколка, я ещё сам не отошёл, - у Чонгука голос стал на пару октав ниже, и эта хрипота, господи помилуй, заводит до чёртиков снова. Он приподнимает свою голову с чужого плеча и, подцепив пальцами тэхенов подбородок, лениво целует его по-французски. - Ты приехал на заезд в мягких штанишках с зайками и кружевных трусах. - Блять, да, а ты цитировал Скриптонита. - Ты тоже его обожаешь, это всем известный факт. - Ты выглядишь, как в кино... - Ты самый охраняемый банк, и жизнь кричит ограбь его. - На миллион? - Нет, на все миллионы мира.