Некий научный далматинец 2

| Лондон. Кемден-Таун. |

Улица Далматинцев 101.

Вечернее время.

***

      В доме далматинцев все протекало своим чередом: щенки беззаботно веселились на заднем дворе, пока их старший брат Дилан занимался уборкой в доме. И все шло хорошо, пока на чердаке его пылесос неожиданно не наклонился и он не упал с него.       — Какого… — он подошёл и увидел, что колесики пылесоса провалились в отверстие в полу — Блин, походу пол начал гнить… — присмотревшись он увидел что края были ровными. Убрав пылесос и отвалившиеся части досок он заметил в темноте металлический кейс, который весь был покрыт сантиметровой пылью.       Достав его и смахнув с него пыль, он попытался открыть кейс, но был закрыт на кодовый замок. Причем код нужен был не арифметичный, а алфавитный. Стряхнув пыль, он увидел на обороте знак биоугрозы. Это заинтересовало Дилана, тем более запах из ящика был знакомый. Но не успел он понять, чей это запах, как он услышал как кто-то открыл дверь позади него. В спешке он закрыл дыру и спрятал кейс за коробками. На чердак поднялся Докинс, который немного обеспокоено посмотрел на него.       — У тебя все хорошо? Просто вдруг услышал как шум пылесоса резко затих. Зная тебя, ты обычно работаешь дольше. — подметил щенок-вундеркинд выглядывая из лестничного проёма чердака.       — Все в порядке, Докинз. Я просто решил взять небольшой перерыв. Воды попить там, размяться. — отговорился Дилан сильно вспотев и непроизвольно вытирая пот со своего мокрого лба, чем привлек внимание Докинза.       — Оу, хорошо… Просто немного напугал. Подумал, что что-то случилось. Ладно, продолжу следить за ними. — после чего щенок спустился с чердака, оставив Дилана одного. Он в свою очередь уставился на место, где лежал кейс и, включив пылесос, продолжил уборку.       Вся его голова была забита только этии кейсом. Он решил ночью забрать его и отнести к себе в домик, чтобы досконально изучить находку. Кое-что в этом кейсе не давало ему покоя, нечто странное притягивало его любопытство, словно оно хочет чтобы кто-то такой как Дилан изучил его полностью.       Спустя время Дилан закончил уборку и собирался накрыть стол, когда в дверь постучали. Открыв почтовую щёлку, он увидел далматинку в черном плаще.       — Добрый вечер. — настороженно поприветствовал молодой пёс — Вы к кому? — спросил Дилан, держа в лапе кисть для смахивания пыли.       — Привет парень, — спокойно поприветствовала незнакомка в плаще, всматриваясь на далматинца, через щёлку — Твои родители сейчас дома? — настойчивее задала вопрос незнакомка в плаще, посмотрев через щёлку на веселящихся позади далматинца щенят.       Дилан не знал кто она и зачем ей нужны были его родители, но он почему то не чувствовал от неё никакой угрозы, а даже наоборот он чувствовал, что она пытается сообщить кое-что очень важное. Была бы здесь мама — она бы знала как нужно отвечать незнакомкам которые ни с того ни всего начинают расспрашивать о родителях.       — Я бы рад был бы их позвать, да вот только они сейчас на празднике, а за старшего они назначили меня. — объяснил Дилан не отрывая глаз от незнакомки.       — Хм, ясно. Спасибо. Если они придут раньше — скажи им, что приходила «Мария Редклифф». И ещё, никому не проболтайся насчет нашего разговора, усёк? — незнакомка ушла, прихрамывая на левую лапу и покачиваясь из стороны в сторону как нетрезвая дворняжка.       Закрыв щёлку, Дилан вдумчиво посмотрел на пол и пожав плечами собрался идти на кухню. Как только Дилан отошёл от двери, он увидел перед собой Данте, который продолжал держать планку самого загадочного и жуткого брата в семье который появлялся практически из ниоткуда. От такой неожиданности Дилан сразу же подпрыгнул, рефлекторно хватаясь за своё сердце.       — Громобой меня подери! Данте, серьезно. Завязывай уже! — в очередной раз выругался Дилан на своего брата, поднимая упавшую с вешалки шляпу отца, хотя он знал что эти пугалки будут преследовать его до конца жизни.       — Прости, Дилан. Ты же знаешь меня, я по своей натуре уж такой, ничего не могу с этим поделать. — Дилан в очередной раз услышав один и тот же ответ от него просто закатил глаза после чего повесил шляпу на место. — Слушай Дилан, можно тебя спросить: это случайно была не моя мама? — прежде чем спросить Данте замялся больше прежнего, тоскливо уставившись на своего сводного старшего брата.       — Мама? Твоя родная мама? — удивлённо спросил Дилан резко повернувшись к Данте, когда тот молча уставился на своего сводного брата ожидая от него скорый ответ на его вопрос.       — Пф, что за абсурд, это не может быть она. — отмахнувшись ответил Дилан корча рожу наивного простофили.       — Но, это был ее голос… Что ей было нужно? И почему на ней был накинут странный плащ? Почему она хромала на одну лапу? — вопросы Данте всё не прекращались, а Дилану было нечем на них ответить поскольку он был слабо осведомлен о прошлой матери Данте и остальных его братьях и сестрах, да и вдобавок он обещал что не расскажет никому и предупредит родителей самостоятельно, без лишних свидетелей.       Дилан бы и сам не прочь узнать ответы на эти вопросы, однако единственной зацепкой был тот самый неизвестный ящик, который Дилан нашёл на чердаке. Но сейчас нужно было придумать отговорку для Данте, чтобы он не разволновался ещё сильнее обычного. «На самом же деле Дилан просто не хотел чтобы его расследованию мешали посторонние псы.»       — Данте, я же сказал что просто обознались с домом, знаешь же что раньше здесь стоял другой дом с другим адресом. — отчаянно попытался отговориться Дилан изображая что ничего не произошло и ведя себя как и раньше — организовано и ответственно.       — Понятно. Я понял Дилан. — Данте опустил свою голову, неспешно направляясь в кухню к остальным.       — Прости, Данте. — Дилан провожал его грустным взглядом смотря как он заходит за угол с опущенными ушами. — Как только я разберусь в этой ситуации я все тебе объясню. Даю слово. — проговорил про себя Дилан глядя на картину всей его семьи, всматриваясь на своих родителей.       Не заметно поднявшись на чердак, он схватил кейс за ручку своими зубами и потащил его по лестнице в сторону дверей, ведущих во двор. Кейс был не очень тяжелым, хоть и был большим. Однако Дилан все равно зарывался при перемещении его практически через весь дом. Благо Докинз сейчас контролировал ситуацию на кухне, вот только надолго ли его хватит? Обычно проходит около 7 минут прежде чем его же собственные братья и сёстры перестанут видеть в нём своего вожака. Шум и гам который источали эти троглодиты был сравним с каким-нибудь рок-концертом.       Дотащив кейс до двора Дилан посмотрел по сторонам, после чего протолкал ящик к дереву. Собрав последние силы Дилан крепко схватился зубами за ручку кейса и принялся изо всех сил тянуть его вверх.       — Фавай! Ефё футь футь! — прозвучало от далматинца, который уже практически поднял его внутрь дома.       — Есть! — облегченно возрадовался Дилан после чего обратил внимание на только что покрашенный блестящий лифт.       — Нет… Нет, нет, нет, нет! Докинз, почему ты мне не рассказал, что всё-таки построил этот чертов лифт?! — взревел Дилан опустившись на колени и проклиная всех и вся в этом мире за такую несправедливость.       Закончив драматизировать юный далматинец закрыл все шторки, заклеил все дыры, закрыл выдвижную крышу которая показывала ночное небо и закрыл на замок люк в дом. Убедившись что его конфиденциальности ничего не угрожает он принялся к вскрытию ящика.       — Что-ж, кодовый замок значит. — подметил Дилан придерживая замок лапой. — А у меня нет времени на это, хе-хе-хе! — после чего достал циркулярную пилу и защитные очки.       Включив её Дилан поднёс вращающийся диск к замку, но тут же услышал шорох позади себя. Взволнованно сглотнув образовавшийся ком горле он начал резко оборачиваться вооружившись циркулярной и угрожая названному гостю распиливанием на пополам.       — К-кто здесь? — тревожно спросил далматинец глядя в окружающую его темноту. Только синяя ночная лампа давала ему слабый источник света, но этого было недостаточно для чувства безопасности.       Дилан решился на отчаянный шаг, он отошёл от лампы на пару метров и оттуда же она погасла оставив беднягу в темноте, заставив того замереть на месте с включенной циркулярной. Через секунду же он услышал как позади него раздался глухой топот, словно кто-то крался к нему на цыпочках. Далматинец решил застать неприятеля врасплох и резко набросился на него, но тут же остановился увидев знакомую морду.       — Данте! Громобой тебя дери. Зачем так подкрадываться ко мне, ты же меня так в могилу сведешь. — выругался Дилан сняв с себя защитные очки и кидая их в мрачного пса. — Да и сам себя ты тоже сведешь в могилу… — добавил он бросив взгляд на остановившуюся циркулярную пилу.       — Прости Дилан. Я не хотел, правда. Но, просто мне было интересно то куда ты направился средь темной ночи. И что это за кейс? — показал Данте на причину поведения Дилана.       — Ну… — пытался найти логичное оправдание Дилан, но поняв, что теперь Данте не обмануть, решил все рассказать — Не знаю. Нашел на чердаке, в полу. Не знаю, кто её спрятал, но сильно интересно, что там, поэтому… — Дилан подошёл к большой коробке и достал два биозащитных костюма.       — Дилан, это у тебя откуда? — с недоумением спросил Данте, когда Дилан дал один из костюмов.       — Я рассказал маме об эпидемии блох, помнишь? Так вот, она купила костюмы, но только для нас шестерых: Я, ты, Докинз, Мама и Папа. На остальных такие же костюмы не удалось купить, уж больно это затратно когда я посмотрел на её стоимость и прилегающее к нему оборудование. — ответил Дилан, одевая костюм — Ладно, давай замеймся этим ящиком — с этими словами Дилан одел очки, и взяв болгарку в руки, собирался отрезать замок, но его остановил Данте.       — Дилан, стой! — вскрикнул Данте, взяв лапу Дилана — А если мы выпустим опасный вирус? Ты готов рискнуть? — насторожившись Данте посмотрел сначала на кейс, а затем на Дилана.       — Да… От него исходить запах мамы. Просто... Если там и правда вирус... Зачем маме его создавать? Она разочаровалась в мире, как в той игре про группу элитного отряда? Или она хочет кому-то отомстить? Или продать? Если так... То лучше сейчас, чем когда будет поздно. Даже если в итоге маму... Арестуют.       — Немного сомнительный повод чтобы открыть эту штуку, но да ладно. Надеюсь ты не зря рискуешь. Нам не нужна ещё одна эпидемия — саркастически напомнил Данте, нацепив респиратор. Дилан тоже одел респиратор и приступил к распиливанию замка, но он никак не хотел поддаватся. Поэтому, надавив на болгарку, Дилан попытался прорезать замок, но диск слетел и, пролетел вдоль правой лапы Данте, а затем воткнулся в стену. На самой лапе был виден глубокий порез, который простилался от когтей до плеча. Лицо Данте скорчилось от адской, жгучей боли, рефлекторно он прижал рану другой лапой       — Ах ты… Сука… — выругался мрачный пёс.       — Данте! — с тревожным криком Дилан бросил болгарку и посмотрел на рану Данте. Рана была глубока, Дилан даже видел кость, которую чудом не задел диск. Ошеломленный, он взял аптечку, что лежала поодаль от ящика, на нижней полке. Сняв с Данте костюм в районе лапы, он принялся обрабатывать рану.       Сначала он обработал антисептиком кусок марли и приложил его к ране. Лицо Данте снова скрючилось от боли, от чего Дилану становилось очень больно, ведь из-за его любопытства пострадал брат. Потом, держа одной лапой марлю, другой он стал завязывать рану бинтом, чтобы удержать марлю. Дилан знал, что дальше нужно вкалывать антибиотики от заражения крови, но он ещё не умел делать нужные дозы, поэтому он решил взять Данте и пойти в вет-больницу: там точно помогут. Дилан обратил внимание как кожа вокруг раны начала медленно сползать, заставляя кровь сильнее сочится из раны, а кость стала виднется еще отчетливее. Дилан не теряя времени взял шину из аптечки, обвязал её вокруг лапы Данте, дабы все внутренности держались на месте он хорошенько затянул шину и жгут, чтобы кровь перестала интенсивно течь.       — Данте, ты как? — спросил Дилан, смотря в измученные от боли глаза Данте.       — Очень… Больно… — сквозь слезы произнес Данте. Дилан, видя, как мучается его брат, вытащил из аптечки обезбол и дал его Данте.       — Так… Теперь нужно идти в больницу. Там тебе помогут. Залезай — сказал Дилан, развернувшись и указав на спину. Данте неуверенными движениями залез на спину брата и Дилан осторожно через лифт спустился вниз и зашёл в дом.       Дома как обычно было шумно, поэтому пройти через дом к двери было не трудно, как и выйти. Удостоверившись, что их никто не увидел, Дилан в спешке понес раненого брата к входной двери. Дилан подозвал к себе Докинза и немного скрасив произошедший с пилой инцидент всего лишь неосторожной попыткой Данте провести ритуал, он попросил его приглядеть за щенятами до завтра пока родители не вернутся. Докинз был взволнован происходящим, но всё же принял просьбу своего старшего брата.       — Слушай Дил… — обратился Докинз глядя на выходящего из дома Дилана с привязанным Данте к его спине. — Я волнуюсь за Долли и Рэя, их нет уже давно, даже несмотря на то что рядом с ней Рэй, мне все равно как-то не по себе. Пожалуйста, если Данте поправится, то попробуй найти их. — прозвучало от Докинза, который обеспокоено смотрел на Дилана и на поранившегося Данте.       — Конечно Доки, можешь положиться на меня! — бодро ответил Дилан показав Докинзу жест большого палца вверх в знак согласия. — И не забудь уложить щенят до полуночи. — после небольшого инструктажа Дилан помчался в ветклинику.       На улице далматинцев шёл проливной дождь, не самый слабый, чтобы обмочить случайного прохожего с ног до головы и не слишком сильный, чтобы вызвать на улицах Лондона очередной потоп. С правой стороны от дома далматинцев располагался дом их соседки вельш-корги по имени Кларисса, корги, которая всей своей каменной душой ненавидела шум и беззаботство своих пятнистых соседей. Она с презрением наблюдала через окно за тем, как множество пятнистых грызунов игриво и беззаботно поедали корм, абсолютно не следя за этикетом.       — Вот же свиньи. Как обычно эта семейка далматинцев действует мне на нервы. Совершенно никакого спокойствия. — огрызнулась недовольная вельш-корги отвернувшись от окна, после чего спрыгнула на пол.       Осмотревшись по сторонам Кларисса гордо подняв свою голову направилась в гостиную где её встретил Хьюго, её человеческий хозяин, однако судя по иерархии в их семье, хозяином все же фактически можно считать Клариссу, которая манипулирует беднягой Хьюго своими капризами, заставляя его делать все что она попросит. Увидев свою «королеву» раздраженной чем-то, он тут же приготовил для неё освежающий цитрусовый коктейль, дабы задобрить её и не получить очередную порцию гневного лая и дыру в новых джинсах.       — Кларисса? — спросил он у своей собачки, подойдя к ней с подносом. Кларисса будто-бы не замечая Хьюго взяла свой лимонад, а затем ушла в гостиную, запрыгнув на свой розовый пуфик и удобно устроившись на нём она начала жадно лакать её выбросив трубочку. Хьюго, увидев её странные действия просто почесав свою голову вернулся на кухню, собираясь приготовить ужин. Кларисса устав лакать свой коктейль взяла со стола новый журнал и принялась его листать попутно зачерпывая лимонад в свою пасть. За окном в этот момент начался дождь, такой проливной и громкий, что аж постукивания по черепице на чердаке были слышны даже на первом этаже. При очередном лакании из бокала Кларисса почувствовала как в её пасти что-то жужжит и мечеться из стороны в сторону, как будто пытаясь выбраться наружу. Она открыла свою пасть и достала оттуда только-что умершую муху, довольно приличных размеров. Клариссу тут же охватила ярость и недовольство.       — Хьюго! Какого черта моем коктейле плавает дохлая муха?! Хьюго! — капризная вельш-корги недовольно вскрикнула на весь дом, тем самым пытаясь привлечь своего питомца.       Однако Хьюго не отвечал. На её капризное и в то же время пугающее жалование никто не ответил. Обычно Хьюго как миленький пёсик подбегал на выручку к Клариссе делая для неё всё, чтобы она замолчала и не беспокоила его, но в этот раз он не подбегал к ней. Сидя на своём пуфике Кларисса попыталась вновь его позвать, но слышала лишь глухое постукивание дождя об крышу дома.       — Хьюго! Как ты смеешь меня игнорировать?! — гордо и сердито стребовала вельш-корги, выкинув свой журнал на пол.       В ответ снова была тишина. Кларисса уставилась на включенный в дальнем коридоре свет. Начиная подозревать неладное корги тихо слезла с пуфика и медленными шашками направилась к коридору. Осторожно выглянув из гостиной она захотела позвать его ещё раз.       — Хью… — но тут же послышался громкий и устрашающий гром из улицы, от шума которого она прикрыла глаза и прижала уши к голове.       Открыв глаза вельш-корги находилась в полной темноте. Гроза выбила все пробки доме. Кларисса находилась в темноте, одна, без Хьюго и без света. Попытавшись сориентироваться она опиралась лапой о стену и медленно двигалась на ощупь в сторону кухни пытаясь найти Хьюго. По пути она врезалась в ножку какого-то столика. Протерев место боли она решила продолжить путь, но наткнулась на какой-то твердый и продолговатый предмет перед собой. Она поняла, что это фонарик, как только нажала на кнопку и в коридоре тут же появился небольшой, но все же свет. Её счастью не было предела, она наконец-то нашла то, чем можно будет защищаться от темноты и обороняться от нежеланных гостей. Закончив радоваться она пошла дальше, попутно в её голову закрадывались не очень хорошие мысли. Она предполагала, что к ним в дом ворвались грабители или того хуже маньяк-убийца. Отринув эти мысли она увидела вдалеке дверной проём. Наконец, нащупав его Кларисса ступила на плиточный пол кухни.       — Хьюго, ты здесь? — шёпотом позвала Кларисса своего хозяина медленно и тихо входя в кухню и держась за холодильник.       Коснувшись плитки, слева от неё что-то зашуршало. Кларисса услышав этот звук не хотела оглядываться на источник шороха, зная, что там может сидеть какой-нибудь потрошитель или того хуже, психически больной человек с садистскими наклонностями, который вечно хохочет и чешет себя за голову, скрючившись как ёж в углу комнаты, от этих мыслей Клариссе стало не по себе, однако терять сознание она не собиралась. Не в её смену уж точно, ей сначала нужно найти Хьюго, а уже затем можно хоть тысячу раз падать в обморок. Обойдя кухню вдоль и поперек, обыскав пару шкафов Кларисса пришла к выводу, что Хьюго на кухне нет.       — Наверно он ушёл к электрощитку, проверить пробки… Да, скорее всего именно так! И скоро свет включится, тогда я буду снова в безопасности. — утешила себя Кларисса, облегчённо глядя на включенный фонарь. *разбилось окно*       Кларисса резким движением направила луч от фонаря на верхние шкафы, откуда донёсся этот леденящий кровь звук. После услышанного её состояние явно изменилось в худшую сторону: холодный пот буквально стекал с её головы, а затем и на пол, лапы что держали фонарь просто не слушались её и интенсивно дрожали, когда она собиралась взять себя в руки, то заметила на дверце верхнего шкафа нечто странное — какую-то странную и большую кляксу красного цвета. Взобравшись на рядом стоящий стул, она захотела рассмотреть свою находку поближе.       Вновь направив луч на дверце Кларисса застыла на месте словно парализованная, она уставилась на ужасную картину, перед ней лежала отсеченная от туловища голова Хьюго. Напрочь лишённая глаз, на месте которых были лишь пустые темные отверстия из которых медленно сочилась алая бурлящая кровь. Было слышно как вельш-корги бесконтрольно вздыхала, пытаясь прийти в себя. То что ей пришлось увидеть, здорово травмировало ей психику. Её лапы дрожали, всё её тело будто стало из камня, из большого и тяжелого камня, на глазах появились слёзы, которых с каждой секундой становились все больше. Она горько заплакала, не рыдала, не истерила, а молчаливо оплакивала своего питомца, однако для неё Хьюго значил нечто большее, чем просто питомец.       — Хьюго… — проронила она, коснувшись своей лапой его запачканных в крови волосах.       Она понимала, что сейчас она не одна в доме, и человек сделавший такое зверство с Хьюго сейчас прячется где-нибудь и вдоволь наслаждается своей работой. Кларисса поняла, что если она так и продолжит здесь сидеть и оплакивать Хьюго, то в скором времени этот маньяк доберется и до неё. Внезапно она услышала как из-за спины что-то или кто-то громко скребется за холодильником. Она тут же схватила фонарь и направила его на источник шума. Там не было никого и ничего. Она тут же подумала, что ей показалось, однако затем послышался глухой, едва различимый звук ветра за спиной, который сразу же утих.       Клариссе пришлось резко обернутся и тогда она увидела, как перед ней стояло непонятное и уродливое нечто, выглядившее так, будто сбежало из фильма ужасов про инопланетян. Всё его тело было в порезах и ушибах, вместо рта у него было что-то на подобии клешни, только очень склизкой, зубастой и до жути смертоносной, а за место глаз у него были лишь тёмные дыры, которые смотрели на парализованную от страха вельш-корги. Омерзительное существо было также похоже на собаку, вот только какого конкретного вида была эта собака нельзя было определить точно из-за слишком изуродованного тела.       — Демон! — закричала корги после чего попятилась назад, оказавшись возле кухонной гарнитуры, она прижалась к шкафу и умоляла это чудовище оставить её в покое. — Уходи монстр! Не приближайся ко мне! — отчаянно проронила Кларисса, отгоняя от себя это нечто с помощью фонарика.       Однако монстр не послушался и быстро набросился на Клариссу, она же в свою очередь громко вскрикнула от ужаса и уже казалось была прокусана монстром, но тут ей послышался чей-то мужской властный и статный голос, полный хладнокровия и уверенности.       — Остановись EP-638. — твёрдо приказал голос, приближаясь с каждым сказанным словом всё ближе и ближе.       Разинутая пасть огромного чудовища остановилась в пяти сантиметрах от морды вельш-корги, роняя на пол и на морду корги свою слизь изо рта. Из тени, на холодный свет фонарика выглянул бультерьер в белом плаще и с изображенным золотым гербом на плече. Возле его пасти, с левой стороны его морды была набита татуировка в виде рыцарского меча обвитого парой шипастых роз. В его глазах будто отражалась густая и холодная тьма. Однако плащ его был бел. Бел словно первый выпавший снег. Подойдя ближе к монстру перед ним, он коснулся его правой лапой и посмотрел на напуганную и потрёпанную вельш-корги, сидящую на полу и боясь сдвинутся хоть на сантиметр, дабы вновь не спровоцировать монстра, который чуть не порвал её в клочья.       — К-кто вы? — еле спросила Кларисса, дрожа от сковывающего ее страха. — В-вы пришли меня убить? — вновь спросила корги, тревожно глядя на внезапно появившегося из неоткуда бультерьера.       Бультерьер смотрел на неё сверху вниз, да так, как будто ощущал себя гордым и величественным орлом. Он смотрел на неё гордо, с презрением и жалостью в глазах, в его сияющих во мраке янтарных глазах. Опустив свою голову к её лицу, он посмотрел прямо в глаза Клариссы, от чего та неохотно старалась отвести взгляд, однако у нее не получалось, бультерьер словно гипнотизировал её своими глазами, заставляя её смотреть только на него единственного.       — Убить? Нет, ни в коем случае, я пришёл сюда чтобы даровать тебе спасение. — лирически ответил бультерьер, внезапно, свет его глаз стал значительно сильнее обычного, в его глазах за исключением тёмного зрачка, стали вырисовываться круги, образовывая водную рябь.       Следующим движением бультерьер схватился за её голову, но вельш-корги по какой-то причине не стала сопротивляться, а наоборот, только испытывала какое-то странное и нехарактерное для неё влечение к стоящему перед ней бультерьеру.       — Я не знаю почему, но мне почему-то очень сильно хочется обнять вас. Именно вас. — игриво произнесла Кларисса собираясь протянуть бультерьеру обе свои лапы, дабы обнять своего фальшивого спасителя.       Однако как только вельш-корги протянула свои лапы навстречу к бультерьеру, он смахнул своей лапой на перекос голове Клариссы, после чего внезапно послышался тоненький писк как у комариных крыльев, более протяженный и звонкий.       — Я дарую тебе спасение, заблудшая душа. — глаза бультерьера отражали понимание и искренность.       Внезапно Кларисса почувствовала усталость, которая мгновенно охватила её, заставив попятиться назад и прижаться правым боком к шкафчику, держась за голову лапой. В глазах плыло, пёс стоящий перед ней начал двоится и искажаться в глазах, окружающие звуки стали громче и отчетливее, отчего дождь за окном стал громыхать еще сильнее и еще сильнее при этом раздражал. Вельш-корги рухнула на пол, не издав ни единого звука.       — Подбери её и отнеси в машину. — приказал бультерьер, стоящему рядом монстру.       Существо подошло к Клариссе и всячески обнюхав её, поднял на лапы и опираясь своими отростками понёс её из кухни. Бультерьер остался наедине с самим собой, глядя на уже посиневший труп Хьюго. Подойдя к нему, он коснулся его лба лапой и произнёс: — «Бедная душа, что покинула свое тело, непременно найдет свою идиллию в новом мире, построенным нашим Отцом. «Асфе’рутос. Симо. Тирке’нитас.»       Убрав свою лапу со лба Хьюго, он материализовал в ней световой шар, который каждую секунду пульсировал и источал свет. Уложив голову Хьюго возле его тела, он поместил этот шар в его рот. Голова начала испускать блеклый жёлтый свет, а затем и вовсе стала вибрировать, после чего, свет перестал окутывать голову Хьюго. Спустя секунду она просто взорвалась и превратилась в белое облако пыли, которую бультерьер быстрым движением лап собрал в пластиковую колбу.

***

      Пара легковых машин проехали мимо дома Клариссы, дождь всё продолжал лить как из ведра. По тусклому, неосвещенному тротуару прогуливались трое пьянчуг, которые пели себе под нос и шатко шли вдоль далматинской улицы, все трое держали в руках коричневую бутылку с похмеляющим пойлом и перед каждым глотком чокались друг с другом, а самый высокий из них: одетый в кожаную коричневую куртку после каждого удара об бутылку громко и голосисто кричал на всю улицу, чем привлек внимание местной старушки, которая жила на втором этаже возле дома далматинцев.       — Что за шум посреди ночи? Здесь люди спят, а ну быстро разошлись по домам! Иначе я позову констебля! — крикнула старушка на вид семьдесят, на которой было надето розовое пижамное платье, на голове был надет красный берет, а на глазах были надеты черные круглые очки, она выглядывала из окна вместе со своим сереньким котом, который уселся на подоконнике.       — А?! Иди спать бабуля, не в твоём возрасте нам что-либо запрещать. Где хотим, там и орём и нам не нужны упрёки какой-то старушки! — грубо ответил один из них показывая на неё бутылку, закинув свою ногу на каменный выступ на заборе.       — Точно! Давай шуруй спать и не мешай нам отрываться! — другой собутыльник повыше поддержал своего товарища, а затем приобнял его прижав за шею.       — Всё, я вызываю констеблей. — пробормотала старушка, взяв в руки кнопочный телефон и приступив к набору номера.       — Эй-эй! Что ты там делаешь? Ну-ка брось телефон немедленно, иначе я сам её сброшу, вместе с тобой из этого окна. — произнёс пьянчуга в кожанке, разбив бутылку с пойлом возле забора, затем принялся перелазить через него.       — Да! Давай Гарри, заставь её! — другой пьяница из шайки бурно поддерживал своего мнимого главаря, подпевая громче.       — Ты чего удумал?! Пошел вон от моего дома! — напугано спросила бабушка глядя на то, как незнакомый мужчина перелез через забор и принялся к взлому её входной двери.       — Да пошла ты! — стараторил незнакомец, уже выбив дверь и проникнув внутрь прихожей.       Мужчина осмотрелся внутри дома и в полу трезвом состоянии нашел лестницу на второй этаж. Старушка в это время уже успела вызвать полицию и взяла в руки вазу в качестве средства для самообороны, после чего заперла дверь в свою комнату. Её кот спрятался под ней и тоже терпеливо ждал. Приглушенные шаги снизу утихли, вместо них был слышен только шум ветра и машин на соседней улице, даже другие пьяницы под её окном стихли, как будто их и не было. Бабушка стояла возле двери в комнату надеясь застать неприятеля врасплох, дверь открывать она поначалу побоялась, но потом она начала подозревать что-то неладное. Открыв дверь в коридор, они осторожно осмотрелись и прислушались к звукам. Никого не обнаружив они принялись аккуратно исследовать дом. Кот тёрся своим телом и хвостом об ноги старушки, покорно следовав за ней и прислушиваясь к каждому шороху. Идя по тёмному коридору она нащупала перила от лестницы, вот только сами они были странноватыми на ощупь. Ладонь буквально соскальзывала при каждом касании, как-будто она была смазана маслом или мылом.       — Как странно… Что это такое? — подметила старушка, прощупывая свои пальцы и протирая их друг об друга пытаясь разглядеть непонятную субстанцию.       Подумав, что без света ей ничего не удастся разглядеть она принялась к поиску выключателя. По памяти нащупав знакомую стену, она нажала на переключатель. Свет озарил весь коридор, оставив на глазах блики и яркий свет, заставляя прикрыть глаза руками и лапой. Как только они привыкли к свету, то решили вновь посмотреть на перила. И ужаснулись… На ней была темная кровь, которая окутывала всю верхнюю перилу, но когда старушка решила заглянуть за угол и посмотреть на лестницу, то увидела — труп того пьяницы, что ворвался к ней домой. Тело его было прибито к стене чем-то длинным и металлическим, вся лестница была испачкана кровью, а глаза у самого трупа были вырваны вместе с глазницами. Кот, увидев все это месиво, сразу же начал блевать под себя, содрогаясь при каждом новом взгляде на этот ужас. У старушки же при виде этого, началось обильное потоотделение и учащенное дыхание вместе с сердцебиением, которое мог чувствовать даже её кот. Схватившись за грудь, старушка свалилась на бок и громко закричала, да так, что даже соседи повключали свет и принялись разбираться в этом шуме. Первым прибежал сосед живущий возле неё, но он не стал прибегать к входной двери, вместо этого он заметил на тротуаре, обезглавленные трупы двух неопознанных мужчин. Взявшись за голову он забежал в дом пенсионерки. Другие соседи подбежали к тем трупам и столпились возле них, с ужасом фотографируя их и вызывая спец.службы.       Напротив окна кричащей старушки, на самой крыше стояла черно-белая бордер-колли одетая в светло-серую мантию ордена, вместо правого глаза у неё была серая повязка, над её ухом левитировала длинная, железная, острая палка, а над другим ухом она держала стеклянную банку в которой плавали глаза. Она наблюдала за тем, как кучка людей испуганно собирались вокруг этих двух трупов, которых она обезглавила.       — Глупые люди. Вечно же они сбиваются в кучи из-за всякой ерунды. Будто скот. — отвратно цыкнув произнесла бордер-колли вращая перед собой банку. — Какие же они сейчас уязвимые. Была бы моя воля, то истребила каждого человека возле того дома. — холодно проронила колли, метнув копье в пролетающего голубя и впечатав его тушку в соседнюю многоэтажку.       — Твоя ненависть к людям настолько глубока? — холодно спросил чей-то голос позади бордер-колли.       — Если бы мою ненависть можно было измерить, то её размеры были бы больше чем у планеты на которой мы влечет жалкое существование. А что насчет вас? — без пристрастия ответила колли, повернувшись к голосу. — Святой Альберт Даркхельгарм. — пред ней стоял бультерьер в белоснежном плаще. ♦▫️Святой Кардинал 6-го подразделения «Разведкорпус"▫️♦ | Альберт Даркхельгарм | «Перевертыш» |       — Я не нахожу ненависти ни к кому и ни чему в этом мире. — ответил кардинал подойдя к краю крыши. — Однако, стоит кому-нибудь встать на пути у ордена, будь то человек или же насекомое — я тут же расправлюсь с ним. — холодно заявляет бультерьер, глядя на ночной город.

***

      Тем временем возле дома Клариссы стоял фургон темно-серого цвета, саму Клариссу уже волокли в коричневом мешке двое четвероногих в светло-серых мантиях и балдахинах с изображением золотого бульмастифа. Позади них шагал монстр, который взобрался на крышу фургона и накрылся темной тканью. Сам мешок погрузили в фургон вместе с двумя членами святого ордена. Фургон тронулся и поехал по дороге. За рулем находился худощавый человек в серой футболке и черной маске, а на руках были надеты черные перчатки без пальцев. Встав возле светофора с другими машинами, водитель посмотрел в зеркало заднего вида и наблюдал за тем, как к другому дому на этой же улице подъехали несколько полицейских машин и две скорых, констебли принялись к оцеплению территории возле дома, расставив ленточный забор и дорожные баррикады.       — Лейтенант отлично постаралась избавив нас от хвоста. — высказал британский короткошерст в мантии ордена, наблюдая за тем как отдаляются машины государственных служб.       — Наша командующая не лыком сшита, знает свое дело лучше всех! — поддержала другой орденец, собачка породы коричневой лайки, которая постоянно протирала свой механизированный ошейник.       Вдруг по креслу где сидели они оба раздался вибрирующий звук, будто на чей-то телефон кто-то позвонил. Источником звука оказались вставные наушники, у которых помимо вибрации была еще и мигающая красным светом лампочка, а наушники были прикрыты под мантией кота. Нервно подняв свой балдахин, рыжий неспешно притронулся к наушникам, после чего виновато взглянул на свою напарницу.       — Хе-хе… Кажется я забыл выключить предохранительный модуль. — неловко улыбаючи произнёс кот породы британского короткошерста, неаккуратно держа в лапах свои наушники, от чего лайка шлепнула себя по лбу и покачала головой.       — Эди, неужели ты забыл, что перед тем как снять свои наушники, нужно сперва отключить предохранительный модуль?! Ты что, хочешь чтобы тебя вычислили?! — лайка приступила к отчитыванию своего неосведомленного напарника, тыча лапой ему в грудь.       — Да как же я по твоему так быстро наловчусь привыкнуть к новому оборудованию с новым шифратором? Да и потом, хватит меня постоянно отчитывать и нянчить Мива, я уже не маленький котёнок. — откинувшись на сиденье и сложив лапы на плечи, рыжий тоскливо посмотрел в сторону, не желая встретиться взглядом с лайкой.       — *вздох* Прости Нейт, просто я боюсь, что не смогу уберечь тебя. Я же обещала нашей матери, что я уберегу тебя. Видать я до сих пор помню то время, когда я заботилась о тебе… Время, когда ты не мог самостоятельно передвигаться. Но теперь, когда ты здесь, здоровый, полный сил. Мне не следует переживать о тебе, но в душе, я не смогу оставить тебя. — с этими словами, лайка дотронулась лапой его головы, затем искренне заулыбалась поглаживая своего неродного брата, что для него она показалась, словно тысячи раскрывающихся архидей окружали их и пролетали возле них. Нейт прикоснулся к лапе Ванессы и повторяясь за ней — тепло улыбнулся.       — Уж на первом то задании с нами ничего не случится, тем более когда мы на этой миссии, мы по сути выполняем роль обычных грузчиков и наблюдателей. С нами вон, даже сама лейтенант Роуз пошла в качестве прикрытия. — британский короткошерст проговаривал их главную цель на этой вылазке и прижимался к спинке кресла каждый раз, когда замечал любой проникающий в салон свет, будь то уличный фонарь или свет от фар проезжающей машины.       — Только вот я не думала, что нам придется убивать кого-то из двуногих… — Ванесса огорчённо метнула взгляд на мешок в которой, через проколотые дыры лежала вельш-корги без сознания. — Тем более, когда мы подвергаем этих бедняг мучениям в лаборатории кардинала Андерсона.       — Я понимаю, что это нелегко переживать сестра, видя как очередная несчастная душа становится жертвой экспериментов кардинала, но иначе нам никогда не удастся добраться до нашей мечты. Никакая война к сожалению не обходится без жертв. — стараясь утешить говорит Нейт, глядя в разбитые глаза своей сестры.       — Да, дорогой брат, ты прав. Я должна быть сильнее этого, я должна быть сильнее препятствий стоящих на пути к нашей цели. — уверенно произнесла Ванесса, прикрыв глаза и слегка опустив голову вниз, дабы не пасть со слабиной на глазах у брата.       Они кивают друг другу и возвращаются к своей миссии, продолжив следить за мешком с Клариссой и за обстановкой снаружи. В это время, фургон уже проехался по автомагистрали и заехал под кольцевую, где остановился возле спуска в здание парковки. Водитель вышел из машины и подошёл к будке сторожа. В это время Нейт и Ванесса наблюдали за тем, как их человек постучал в окно будки, где мирно спал полноватый на вид мужчина в униформе и кепке, на нём еще были рыжие бакенбарды. Увидев, что мужчина проснулся, водитель показал ему своими пальцами нескольких животных, сначала показал большую собаку, затем собаку поменьше, после чего слепил из пальцев кошку, кролика и мышь. Сторож кивнул ему и вытянул ему свою руку, требуя какой-то предмет от человека напротив. Тот протянул ему черный медальон с выгравированным золотым изображением бульмастифа. Взяв предмет и оглядевшись по сторонам, сторож надавил на пасть бульмастифа где располагалась невидимая кнопка, после нажатия, асфальт возле места въезда в парковку начала дрожать, а спустя секунду она стала подниматься вверх на 3 метра, показав некую механическую платформу уходящую вниз.       Попрощавшись со сторожем, водитель сел в фургон и спустился вниз по небольшой платформе. Ванесса и Нейт находились в неком замешательстве и были поражены происходящим.       — Ванесса, неужели это то, о чем я думаю? — спросил Нейт пребывая в предвкушении и полной фрустрации.       — Не может быть… — ответила лайка, коснувшись окна фургона.       — Это же «Скороходы Гермеса» — самое быстрое и укреплённое депо во всём ордене, и которое проходит буквально через весь Лондон, соседствуя с гражданской линией метро. Я всегда хотел побывать здесь, хотя бы одним глазком глянуть на одну из вершин боевой мощи ордена. Всё таки не зря мол говорят, что новичкам везёт. — воодушевленно вскрикнул Нейт тыкая локтем по плечу Ванессы, которая была поражена ещё больше своего напарника, глядя на самое большое депо которое она видела в жизни.       Платформа с фургоном плавно приземлилась на землю, которую в тот же миг окружили несколько людей и животных в желтых мантиях и синих касках, были и собаки, и коты, даже кролики. У них у всех на шее были надеты электронные, темно-синие ошейники, которые судя по всему позволяли им общаться с людьми с помощью особых звуковых частот. Все эти сотрудники проводили техосмотр снаружи и изнутри Фургона. Как только с обслуживанием было покончено, железные колодки, которые держали колеса машины тут же отпустили их и спрятались под платформой. Сам фургон поехал в сторону большого серого здания которая была похожа на геометрическую трапецию, на которой располагалось большое количество башен со сторожевыми пулемётами на них, напротив него было довольно длинное депо прямоугольной формы с очень большими, быстрыми, военными электропоездами на корпусе которых были изображены символы золотого бульмастифа.       — Не верится, что мы выполнили столь важное задание. — уверенно заявил британский короткошерст, глядя на свою подругу лайку.       — Для первой серьёзной вылазки на поверхность я думаю мы отлично справились. — поддержала Ванесса, слегка улыбнувшись своему напарнику в ответ и в очередной раз почесав свой ошейник.       — Ага. Ты прикинь, нас даже включили в специальный разведывательный корпус, крутотень, скажи! — произнес Нейт, тепло улыбнувшись Ванессе и бросив косой взгляд на мешок из которой вывалилась головка Клариссы.       — Где я?! — вскочила Кларисса, стараясь удержаться на лапах все еще затянутая в тугой мешок. — А… Вы кто?       — Нейт, ты же не станешь… — прозвучал тихий голосок Ванессы.       — Иначе никак сестренка… — холодно перебил ее британский короткошерст. Следующим действием последовал глухой удар от кота прямо в голову, вновь погрузив корги во тьму.

***

Главная вет-клиника Лондона.

Поздний вечер. Время: 22:17.

Имя пациента: Данте Далматин | Дата рождения: 06.06.2006 | Дата госпитализации: 06.06.2009 | Время госпитализации: 22:07 | Статус: В данный момент находится в реанимации. | | Жалоба при поступлении: | Обильное кровотечение в области правого предплечья, резанная глубокая рана в области правого предплечья, потеря сознания, потеря среднего количества крови из организма, шоковое состояние, биполярка | Состояние пациента: Тяжёлое | Диагноз: Заражение крови ° Сепсис | Предположительная причина заражения: Неосторожное обращение с инструментом. _______________________________________________       — Так, говорите что у вас дома затеяли ремонт, а ваш брат по неосторожности приблизился слишком близко в циркулярной пиле, а затем пила внезапно выскочила из лап и случайно оставила глубокий порез на вашем брате? — с сомнительной мордой посмотрела доберман вет.сестра глядя на Дилана сидящего в неудобной позе, почесывающего свой затылок и сильно потеющего.       Дилан в ответ на предоставленный ей довод лишь неуверенно кивнул и криво заулыбался.       — Д-да, все так. — выдавил из себя Дилан снова почесав затылок.       Однако сестра не очень то поверила его истории, поэтому захотела вывести этого лгуна на чистую воду старым добрым методом манипулирования, пригрозив ему, что вызовет констеблей и его отвезут в колонию для несовершеннолетних за причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности.       — Не делайте этого! — вскрикнул Дилан, потянув обе лапы к вет.сестре. — Пожалуйста, не рассказывайте полиции. Я вам расскажу правду… — тоскливо произнёс Дилан, слегка опустив голову.       — Не волнуйся малец, я никому не расскажу. — успокоила его сестра. — Ведь это не входит в мои обязанности. — подмигнув прошептала доберман, держа лапу возле головы.       — Спасибо вам сестра. — поблагодарил уже спокойный и не потеющий Дилан.       — И пожалуйста, не называй меня «сестрой», а то чувствую себя какой-то монахиней. Зови меня просто тетушка Лейла, Дилан. — сказалаона улыбнувшись Дилану.       — Ладно, как скажете. Вообще м, я просто нашел старый кейс в доме и захотел его открыть, но там нужен код, поэтому решил воспользоваться болгаркой. Но он никак не распиливал его и я… Надавил. И поэтому диск слетел прямо в Данте. И повезло, что в лапу, а не в шею — от таких мыслей у Дилана появился ком в горле — Он ведь поправится?       — Его состояние тяжёлое, но мы сделаем, что сможем. Но твоих родителей придется предупредить — с этими словами Лейла вытащила листок — Как их зовут?       — Маму зовут Делайла, а отца Даг Далматин — произнес Дилан и сестра все записала.       — Хорошо. Мы их предупредим. А твоя мама без фамилии?       — Ну… Да. Она сирота.       — Ясно.       — А можно мне встретится с братом?       — Ну… Уже не приемные часы, но… Если не будешь шуметь. Многие пациенты уже спят. — вздохнув произнесла мед.сестра.       — Я буду тихо. Обещаю.       — Хорошо. Они в одной палате: 101 — сказала сестра, протянув номер — У тебя минут 20 есть. — подмигнув сказала она сопровождая Дилана взглядом.       — Спасибо. Я быстро! — помахав лапой мед.сестре Дилан помчался на второй этаж, попутно врезавшись в ведро уборщика от чего тот стал сильно ругаться на Дилана, но ему было некогда останавливаться и извиняться. Он хотел убедиться, что брату ничего не угрожает.

***

Дилан мчался вдоль коридора словно находясь на соревнованиях по эстафете, стараясь миновать каждого кто встретится ему на пути. Он одновременно и бежал, и всматривался в номера на палатах, стараясь найти ему нужную. Пробежав еще парочку дверей, он повернул за угол и обнаружил вдалеке коридора овчарку читающего газету, он сидел напротив нужной ему двери, совсем один.       — Отлично, вот и она. — обрадовавшись Дилан подбежал к двери и хотел было открыть дверь, но его внимание привлекло отражение на окне в палату. Дилан посмотрел на морду овчарки, который к этому моменту опустил газету и уставился на Дилана.       — А я тебя заждался уже, Дилан. — произнес знакомый голос, он свернул газету и положил ее на столик.       — Не может быть… — произнес Дилан повернувшись мордой к овчарке.       — Что же, не узнал меня? — спросил немецкий дог разминая шею от долгих прочтенных страниц. — Это понимаешь ли обидно, и даже некультурно в какой-то степени.       — Рик? — удивленно спросил Дилан повернувшись к догу передом.       — Ну, а кто же еще? — саркастически спросил Рик, немного улыбнувшись.       — Рикки, это правда ты! — заключив в объятия вскрикнул Дилан.       — Так, держи себя в руках. Усёк? — серьезной мордой взглянул на Дилана. — Да ладно я шучу, я тоже рад тебя видеть мелкий! — в моменте он сразу же переключился на веселого пса, который схватил Дилана и начал теребить ему лапой голову.       После недолгого гостеприимства оба успокоившись присели на скамьи в коридоре. Рик достал из-под стола свои сигареты, сунул одну в пасть и поджег ее, с удовольствием втягивая каждый миллиметр соломки. Дилан же в этот момент начал кашлять от перегара летящего ему в нос.       — Когда это ты курильщиком стал Рик? — спросил Дилан с зажатым носом.       — С тех пор как поступил на службу в полицию. — ответил Рик, втягивая новую дозу никотина.       — Не боишься, что тебя выгонят за курение? — ехидно улыбнувшись спросил Дилан глядя на Рика.       — Не боись. Большинство собак не шибко любят вкус табака и никотина, курят их в основном только псы, чья профессия может свести с ума не только бешеными деньгами, но и чертовски большими рисками, вот почему таким как мы это разрешается. — объяснил Рик, смотря на палату Данте спокойно вдыхая и выдыхая дым за дымом.       — Это все по моей вине. Если бы я был ответственнее и осмотрительнее… То… *всхлип* с Данте ничего бы, не случилось. — приглушенно всхлипывая произносит Дилан, закрывая залитую слезами морду лапами.       — А ну немедленно прекратил реветь и быстро взял себя в руки тряпка! — вздернул Рик ударив лапой по столику от чего тот немного потрескался. Дилан сию же секунду остановился и посмотрел на него. Рик замер холодно уставившись на медленно угасающую сигарету в его пасти. А дождь за окном все лил, и лил, ни на секунду не прекращая, падая каждый раз сначала на металлический фасад возле окон, затем на железные трубы против скапливающейся воды. Напряжение в коридоре после сказанных Риком слов резко увеличилось, от чего даже Дилан почувствовал некую пульсирующую ауру от немецкого дога. Вытирая лапой слёзы далматинец невольно всхлипывает растерянно взглянув на пса от которого он только что услышал эти слова.       — Слёзы не помогут Данте поправится, — спокойно произносит Рик, откинувшись на спинку скамьи и посматривая на решетку вентиляции, втягивающую в себя зловонный запах перегара. — а уж тем более помочь тебе стать лучше.       — Это правда. — Дилан безнадежно опустил нос, уставившись пустым взглядом на белый плиточный пол.       — Но знаешь, был бы я на месте Данте, то не стал бы винить тебя за безответственность или её последствия, вместо этого я бы просто хорошенько вмазал тебе, как знак того, что ты был полностью прощён. — саркастически произносит Рик, формируя из своей лапы кулак и сверлящими движениями перетирая макушку Дилана.       — Прекрати Рик! Больно же! — смеясь говорит Дилан пытаясь убрать надоедливую лапу Рика со своей головы.       — Слушай меня внимательно Дилан. — Рик крепко хватает Дилана за плечи и смотрит своими уставшими глазами прямо ему в глаза. — Что бы не случилось, какие бы испытания или трудности не вставали на пути, ты должен всегда помнить и защищать тех кто подарил тебе жизнь, любовь, заботу, тех кто тебя взрастил, и тех кого растишь ты сам. — Рик кладет свою лапу на грудь Дилана, указывая кончиком пальцев на сердце далматинца.       — Помнить и защищать. — проронил в ответ щенок-подросток, глядя на немецкого дога.       — При всём этом… — Рик состроил одновременно и мрачную и переживающую физиономию. — Никогда не смей забывать о том — кто ты. — произносит Рик указав лапой в морду лица Дилана.       — Не волнуйся Рик, уж с этим проблем не будет. — улыбчиво отвечает Дилан неловко почесывая затылок, попытавшись отвлечься от этой нагнетающей обстановки. Душевный разговор был прерван внезапно вышедшей из палаты медсестрой, которая при выходе совсем немного уловила конец диалога.       — Ой, простите за то что прервала вас. — неловко выдавила из себя белая ретривер в белой фуражке.       — Ничего страшного. — отвечает Рик, уже рассевшись и облокотившись об столик. — Извините, это вы ведь з-заботитесь о Данте Далматине? — обеспокоено и взволнованно спрашивает Дилан у медсестры.       — Да, а вы я так понимаю его старший брат Дилан? — в ответ спрашивает она перелистывая планшет с документами в своей лапе.       — Да, конечно, э-это я. — немного замявшись отвечает щенок-подросток. — На прием к нему еще нельзя? — уже с более уверенным голосом спросил Дилан.       — Да что ты, конечно ты можешь его навестить. — тепло улыбнувшись ответила ретривер опустив голову ближе к Дилану.       — Спасибо вам большое! Рик, ты пойдешь? — с воодушевлением вскакивает Дилан, чуть не ударившись с медсестрой лбом к носу, но та вовремя среагировала.       — Я позже присоединюсь. — отвечает немецкий дог уже увлекшись чтением журнала. Дилан кивнул плечами и помчался поскорее внутрь палаты, однако его остановили, сестра схватила его за плечо и кое-что собиралась сообщить.       — Дилан, я забыла тебе сказать, что в палате находится еще кое-кто из твоей семьи, помимо Данте… — последние слова она сказала с закрытыми глазами и состроив сострадающий вид.       — Кое-кто, еще?.. — услышав последние слова медсестры, улыбка которая пару секунд назад украшала морду лица Дилана, пропала также резко как и появилась. Тело далматинца охватил лютый озноб, слух стал неотчетливым и невнятным, дыхание стало непрерывистым и тяжёлым, а разум стал мутнеть с необычайной скоростью, внутри начала распространяться пустота и безысходность. Почти те же ощущения чувствовал и Рик, но из-за его боевой подготовки к подобным ситуациям ему удается легче пережить эти эмоции и ощущения, которые сейчас переживает и Дилан.       — Покажите мне список тех пациентов, что числятся в этой палате. — выдавил из себя Дилан, уставившись на мертвую точку, зрачки бегали туда сюда не в силах остановиться, голос был лишен всякой радости и облегчения.       Медсестра тихо и без резких движений начала листать папку с пациентами. Спустя несколько секунд, она останавливается на одной из страниц, перебирает планшет на одну лапу и просовывает её Дилану. Тот же свою очередь осторожно и напуганно старается опустить свою голову, вспоминая у себя в голове лица всех своих братьев и сестёр, надеясь на то, что сработает обратный закон подлости, где окажется, что в списке пациентов была ошибка и помимо Данте в ней никого нет. Дилан наделся на такой исход, пока не увидел имя, имя которое он больше всего не ожидал здесь увидеть, которое он тут же сразу исключил из головы при вспоминании лиц своих родных… Имя пациента, точнее — пациентки…       — Долли. — проронила медсестра, горько глядя на шокированного щенка-подростка перед ней. Она с трудом убрала свой планшет с лап Дилана, которые буквально вцепились когтями в этот планшет глубоко поцарапав её до основания. Белый ретривер хотела посочувствовать Дилану и хотела было помочь Дилану хотя-бы отвести его самостоятельно к палате, но тут она увидела как Дилан уже было помчался к палате.       Рик после услышанного краем уха имени знакомой ему далматинки впал в небольшой шок и сразу же вышел из него, поняв, что если Дилан увидет кого-то из семьи помимо Данте в реанимационной палате, то его психике точно настанет конец. Рик бросил журнал на пол и тут же рванул к Дилану, который в этот момент находился уже на пороге двери палаты. Немецкий дог повалил Дилана на пол, скрутив ему лапы и впечатав его голову в мраморную плитку. Рик хотел надеть на него браслеты, но тот отчаянно сопротивлялся, истерично выкрикивая имена своего брата и сестры, каждый раз выкрикивая наворачиваясь слезами. А медсестра ретривер убежала с криками прочь, пытаясь позвать кого-нибудь на помощь. При очередной попытке надеть наручники на Дилана, Рик получил хороший двойной пинок в морду, от которой он отлетел к журнальному столику. Освободившись от Рика, Дилан зашел внутрь палаты и обнаружил себя в почти что белой комнате, изумительно чистой и аккуратной. Аппараты жизнеобеспечения вместе с кроватями для больных располагались через раз, сначала кровать, а затем аппарат и так до конца палаты. Дилан отчаянно разыскивал койки своих брата и сестры. Коек было много и больных тоже. Дилан открывал каждую шторку с пациентами и каждый раз промахивался, в ней находились либо собака определенной породы, либо кот или даже крокодил. Поиски затянулись, потому что были уже слышны тяжелые звуки скрежета и лязга металла о металл, видимо Рик очнулся и пытается взломать дверь. Уже сузив круг до половины коек, Дилан нашел едва различимую деталь у обоих коек. На правом верхнем углу шторок были пришиты специальные белые значки с черными пятнами, похожие на далматинские. Тут же Дилан понял, что нашел их и открыл одну из шторок. За ней лежала юная далматинка подключенная к искусственной вентиляции легких, вид её тела снаружи был не из самых приятных: на передней и задней лапах были наложены шины и гипс которые были слегка подвешены над койкой, кожа и шерсть в некоторых местах были потрепаные, обугленые, а то и вовсе вырванные с концами, а на мордочке, пол глазами красовались два огромных уже заживающих фингала, будто с человеческий кулак, кусочек кожи возле пасти полностью отсутствовал оголяя парочку верхних зубов.       — Долли. — тихо и приглушенно отозвал Дилан, со слезами на глазах нервно дрожа пастю и кладя свою лапу на беззащитную и покалеченную головку своей сестры, которая медленно дышала с помощью специального аппарата.       — Кто с тобой это сделал? Может Рэй? Нет, я не верю в это. Может на тебя напали хулиганы? Тогда где в это время был Рэй? — пасть дрожала все сильнее с каждым новым словом, слезы текли рекой, а всхлипы стали слышны на всю палату.       — Почему это случилось с тобой! — вскрикнул Дилан, прижимаясь головой ближе к Долли.       — Мне сказали, что она лежит здесь еще до моего поступления. — послышался голос с соседней шторки.       Дилан тут же узнал хозяина голоса. Это был Данте. Он тут же повернулся к источнику голоса и обрадовался при виде своего брата.       — Данте? Данте! — радостно крикнул Дилан слегка отвлекшись от Долли. — Как твое плечо? Что тебе сказали врачи? — обеспокоенно спросил Дилан, рассматривая гипс и корсет на лапе Данте.       — Сказали, что травма серьезная, но жить будешь. — слегка оптимистично ответил Данте. — Вот только шрам останется после заживления, а заживать оно будет еще долго.       После воссоединения, в палате вновь воцарилась тишина, самая что ни на есть гробовая тишина. Только аппараты жизнеобеспечения издавали хоть как-либо звук. Как только Дилан показал Данте их сестренку, они оба впали в отчаяние, коварное отчаяние из-за которого не хочется ни есть, ни пить, а только страдать.       — Бедная Долли. — горько произнес Данте слегка коснувшись её головы своей лапой.       — Как это могло случится… — в недоумении спрашивает Данте, посмотрев на Дилана.       — Я не знаю. — коротко и холодно ответил Дилан, глядя на свою сестру, уже прекратив лить слезы и истерить. — Но я точно знаю, что в этом замешан Рэй. Я найду его, во что бы то не стало. — заявляет Дилан, уверенно глядя на отражение на экране прибора.       — Рик вот вот будет тут, что ты будешь делать? — беспокойно спрашивает Данте своего брата.       — Мне уже все равно, я приму наказание каким бы оно ни было. — твердо и решительно произносит Дилан глядя на своего младшего брата, а затем и на почти выбитую дверь в палату.       Дилан пошел навстречу к двери, навстречу к Рику, но тут же он почувствовал странные вибрации от земли. Вибрации с каждой секундой становились все отчетливее и отчетливее. А сама палата начала будто бы дрожать.       — Ты тоже это чувствуешь Данте? — настороженно спросил Дилан у своего брата, который не понимал о чем он.       — Чувствую что? — опустив голову на бок спросил Данте.       — Какие-то… Вибрации? — вновь их почувствовав спрашивает Дилан, быстро посмотрев на стену позади Данте, откуда вибрации были сильнее всего. — Это не к добру. — высказал про себя Дилан подбежав к Данте.       — Что? Что такое? — переспрашивает его Данте, но уже более настороженно.       — Данте! Быстро бери оборудование Долли и кати их вон в ту будку медсестер! Сейчас же! — резко скомандовал далматинец схватив койку Долли и покатив её в будку.       Данте беспрекословно подчинился и подтолкнул парочку из оборудований к Дилану. Внезапно, они оба почувствовали странные пульсации и вибрации, что на земле, что в воздухе. Неожиданно, вибрации резко стихли. Стало настолько тихо, что даже аппараты жизнеобеспечения других пациентов были слышны хором даже через всю палату.       — Что это было? Конец света?! — чуть ли не вскрикивая спросил Данте, держа одно из оборудований Долли.       — Возможно просто обычное землятресение. — попытался логически ответить Дилан. — Так, давай-ка вернём Долли и её оборуд… — позади Данте раздался мощный световой взрыв, из-за которого все трое оказались от завалами крыши.

Через некоторое время.

      Обломки сыпались с потолка словно снег, очень большой и смертельно опасный снег. Пыль по комнате летала просто чудовищная. Дилан лежал под одним из обломков, а перед его глазами он видел как какое-то темное петно быстро и неаккуратно двигалось вверх и вниз над каким-то белым пятном, что-то бормоча и умоляя. Как только зрение и голова прояснились, Дилан с трудом вспомнил последние события, а как только память вернулась — то он с ужасом оглядел всю плачевность ситуации в которую он попал вместе с Данте и… Долли! Убрав с себя обломок Дилан тут же вскочил подбежав к Данте, который отчаянно пытался провести ей непрямой массаж сердца…       — Дилан! Помоги мне! Она умирает! Долли умирает!!! — истерично кричит Данте, со слезами надавливая на грудь Долли.       — Отойди, дай мне. — решительно произносит Дилан послушав сердце Долли, которое к сожалению остановилось…       Взяв инициативу в свои руки, Дилан принялся выполнять непрямой массаж сердца, положив свои лапы ей на грудь и начав надавливать на неё, с каждой секундой все интенсивнее и усерднее, каждый вздох и выдох стоил жизни не только для Долли, но и для Дилана, который уже вдоволь надышался пылью и из-за которой начал задыхаться, но остановиться не мог — жизнь Долли была в его руках. Если он не справиться, то это означал лишь конец, и только конец. Массаж длился уже около часа. Силы Дилана были уже на исходе, но упорства было ещё достаточно в запасе.       Спустя полтора часа сердце Долли вновь забилось. Данте был радостен, он знал, что не зря молился. Дилан со спокойной душой упал на землю, громко и хрипло закашляв, после того как надышался пыльного воздуха. Они вытащили с койки матрас и уложили на нее Долли, а сами уселись возле неё на одном из обломков. Хуже всего из их двоих чувствовал себя Дилан. Передние лапы были посиневшие от длительной и продолжительной нагрузки, а морда и шея были красными от долгого кашлянья и чихания, глаза его были вечно мокрыми и красными.       — Знаешь что Данте? Пока у меня еще есть силы говорить, я хочу сказать тебе, чтобы ты передал всем остальным мои последние слова.       — Никаких последних слов не будет! — вскрикнул темный далматин ударив лапой по земле. — Ты обязательно выживешь Дилан, ты обязан выжить! Что же мы будем делать без тебя, главного чистюли?!       Дилан улыбчиво посмеялся в ответ и посмотрел на замурованный потолок из которого сочился свет.       — Как думаешь, нас быстро найдут? — спросил Данте стараясь занять себя и Дилана разговором.       — Конечно быстро! Даже не сомневайся об этом! — стараясь выглядеть оптимистично отвечает Дилан, сквозь боль стараясь улыбнулся своему братику, который был напуган сильнее чем он.       — Значит будем ждать. — сказал далматинец в темных цветах.

Пару часов спустя.

      — Дилан! — Дилану был слышен приглушенный голос Данте.       — Дилан! — голос вновь повторился, но уже был менее приглушён.       — Дилан!!! — выкрикнул Данте с большей силой в голосе и потрясывая Дилана. После третьего раза голос разбудил Дилана. Проснувшись и сфокусировавшись на Данте который напугано стоял возле Долли Дилан спросил его в чем дело. — Дилан, аппарат который вентилирует легкие Долли… Воздуха осталось только на час! — после этих слов, Дилана пронзил ужас, настолько, что даже сказать что-либо, ему не удалось пока Данте его не потряс. — Данте! Другого выбора не остается, нужно копать! — приказал Дилан собрав все свои последние силы и приступив к разборке завала.       Спустя около полу часа безрезультатных попыток.Оба далматинца упали на землю почти не способных пошевелиться. Тяжело вдыхая и выдыхая пыль Дилан посмотрел на груду тяжелых камней и железяк которые преграждают им путь, а затем посмотрел на умирающую на её глазах Долли, которая находилась буквально на последнем издыхании. Данте был полностью сломлен и впал в пучину отчаяния. Дилан же все еще пытался и пытался, не смотря на то, что ему самому жить осталось не так уж и много как и Долли. Лапы были до крови стерты об обломки и арматуры, лицо было грязным и исцарапаным, легкие не слушались его и всякий раз задыхались когда того не требует ситуация.       — Хватит уже Дилан, это безнадежно. — холодно и отчаянно произносит Данте, забившись в угол возле Долли.       Дилан в свою очередь бился лапами об землю, проклиная всего и вся, проклиная день когда они связались с эсперами, день когда они повстречали Рэя. Не было бы всего этого, то Долли и Данте не оказались в этом бетонном гробу, медленно и мучительно умирая.       — Ну почему именно наша семья?! *удар в землю* Почему именно мы должны мучиться за ошибки других?! *удар в землю* Почему… *удар* Почему. *удар* ПОЧЕМУ!!!!!!! — после четвертого удара Дилана, свет, что просачивался сквозь верхние обломки внезапно исчез.       Данте решил подойти к своему брату, но его оттолкнуло странное внезапно появившееся пурпурное свечение вокруг Дилана. Свечение медленно окутало тело самого Дилана, а затем он распространился по всем обломкам что окружали их в виде некоего пурпурного дымка или магнитного поля. Данте не понимал, что это, но он точно знал, что это странное явление исходит от Дилана. Когда он разглядел в темноте Дилана, то увидел как он резко встал с земли и поднял правую лапу, после чего бетонные обломки вдруг задрожали, а затем… Все они разом взмыли вверх, окутывая и окружая их всех, все они висели в воздухе, словно летали. Данте находился в полном изумлении от происходящего, ему даже казалось, что это сон, но он быстро понял как только укусил себя за лапу. После недолгого восхищения, Данте заметил как будто бы всем этим управляет Дилан и решил подойти к нему, вместе с Долли, которую он тащил на матрасе.       Приблизившись к Дилану, Данте оставил Долли позади, а сам решил подойти к брату. Как только Данте хотел взглянуть на морду Дилана, свечение тут же исчезло, а лапу Дилана резко опустилась вместе с Диланом, который судя по всему потерял сознание от перенапряжения. Данте ловко подхватил его одной лапой в результате чего потянул свою больную, но это было не так страшно как-то, что он только что увидел.       — Дилан, неужели ты… — Данте прервали какие-то огромные тени которые все больше приближались к нему.       Он посмотрел на вверх и увидел как несколько обломков которые несколько секунд назад висели в воздухе начали падать на них. Данте не знал как поступить, что предпринять. А когда ему в голову пришла какая-то идея, его задумку прервал какой-то странный свист в воздухе, от которого у него заболело ухо.       Как только звук прекратился он заметил, что теней больше не было, а когда посмотрел на вверх то и обломков не было. Тут ему стало не по себе и теперь он еще раз задумался, спит ли он или не спит? Но всем его вопросам пришел конец как только он услышал чей-то незнакомый, грубый и низкий голос. После того как он услышал этот голос, его охватил страх и резкое напряжение в воздухе заставило его прижаться ближе к земле, но Дилана он не хотел отпускать и поэтому подошел ближе к Долли, которая продолжала спать в кислородной маске.       — Неужели ты меня не ощущаешь? — вновь послышался этот грубый и низкий голос, но уже громче обычного.       Данте настороженно огляделся вокруг и заметил только приближающийся в далеке машины скорой помощи, пожарных и полицию, а также наполовину разрушенную больницу. Засмотревшись на разрушения Данте периферийным зрением увидел силуэт пса. Как только он повернулся, то увидел сидящего на обломках пса породы Родезийского риджбека, одетого в белую мантию с изображениями золотого неизвестного герба в виде бульмастифа и различных знаков похожих на армейские звания. Риджбек усмехнулся при виде Данте и облокотился на один из обломков.       — К-кто вы? — первым спросил Данте, глотнув от страха перед этим псом, ощущая всю его давящую ауру.       — Я видел твое представление. Это было впечатляюще. — проигнорировав вопрос Данте риджбек указал лапой на лежащего без сознания Дилана.       — Э-это мой… — не успел Данте закончить предложение, как этот пёс тут же оказался возле него на расстоянии вытянутой лапы.       Риджбек не изображал никаких эмоций на своей морде, только холодную и сверлящую глаза жалость по отношению к Данте. Он выхватил Дилана из его лап и отшвырнул Данте в один из обломков, да так, что у него кровь из носа хлынула. Как только Риджбек вернул свой взгляд на Дилана, то его не было в его лапе. Спокойно оглядевшись по сторонам Риджбек почувствовал его присутствие позади себя, затем быстрым и точным движением схватил Дилана за горло.       — Не смей трогать его. — грозно рыча огрызнулся Дилан пытаясь вырваться из его хвата.       — Весьма неплохо. — снова похвалил он его. — Скажи, как тебя зовут? — вежливо и безчувственно спросил Риджбек глядя на активно пытающегося вырваться из его лап далматинца.       Подойдя к удобному обломку, он положил Дилана на землю и заковал в какие-то световые кольца которые обвивали все тело вплоть и до живота. Затем Риджбек надавил на свой черный ошейник на котором были разные кнопки и дисплеи с радиоволнами.       — Прямой приказ от командующего, 2 фаза будет начата с задержкой по непредвиденным обстоятельствам. Всем членам группы, собраться возле меня. — незнакомец закончил вещание, а затем вдумчиво посмотрел на Дилана, а затем и на Долли, которая лежала возле обломков вместе с Данте.       — Что тебе нужно? — пытаясь вырваться из кандалов прорычал Дилан.       — Мне? Мне ничего не нужно. — холодно ответил на вопрос, а затем наклонился к ошейнику Дилана, стараясь его прочесть, но Дилан всячески сопротивлялся. — Дилан значит.       — Кто ты такой?! — поубавив пыл спрашивает Дилан все еще скаля зубы.       — Один из 16 генералов его Святейшества Главнокомандующего Шпицхена. Генерал Гарм 13-й. ◾️13-й генерал Святого Ордена◾️ Зандер Гарм | 13-й | «Великодушный»