Через взгляд скинуть тяжести боль
11 августа 2022 г., 15:19
Бушующие волны окутывали бледные ступни ног, что стояли в прохладной и прозрачной воде, от ветра у неё пробегали мурашки, волосы разлетались и забавно щекотали щёки, шелест густых деревьев ласках ей слух. Люмин стояла в воде и смотрела вдаль, словно пытаясь что-то понять, блуждая где-то в своих мыслях.
Звёзды на Опасном острове по особенному выделялись от предыдущих, здесь она могла увидеть настоящие скопления, что были похожи на северное сияние из миллиардов ярких огоньков, девушка могла с лёгкостью потеряться во взоре и голова была готова пойти кругом.. однако, её начало беспокоить новое поведение Кадзухи. Ей правда стало трудно его понимать, но она никогда не сможет пойти на то, чтобы сказать ему об этом, потому что боялась, что он предложит отступить, якобы их взгляды меняются как осенняя погода.
И дело было совсем не в этом, дело лишь в том, что когда они были в Мире Грёз Моны...
Это было самое красивое место, где она могла побывать, фантастические звёзды, летающие по всему этому месту, захватывающая вода, которая создавала настоящий шедевр и идеально вписывалась как в историю Моны, так и в её Мир Грёз. Глаза Люмин наполнялись восхищением, бывало на грани потери дара речи, в особенности, когда пробегала по водным плитам, слушая приятный звон воды, словно бегала по берегу.
Всё было хорошо, даже можно сказать отлично, их короткий разговор с Кадзухой и вправду помог им разобраться с проблемой, он часто с ней разговаривал, они даже шли рядом, иногда касаясь руками друг друга. В такие моменты Люмин таяла на ходу и покрывалась мягкими румянами.
Пока в один момент его не позвала Фишль, и настроение как рукой сняло. Нет, она не ненавидела её, дело в том...
— Мой храбрый оруженосец! Не мог бы ты соизволить оказать Принцессе Ночи благородную помощь?
— Безусловно, моя Принцесса, — улыбаясь ей в ответ, он пошёл за ней, чтобы помочь решить загадку.
Путешественница присела недалеко за ними, делая вид, что тоже пытается решить загадку, когда на самом деле тайком поглядывала на них, вернее, на их близость. Поначалу она не хотела обращать на это внимание, ведь, что плохого в том, чтобы просто попросить о помощи? Но с Люмин это явно не пройдёт, она собрала достаточно информации за эти дни и даже могла составить целый список.
Здесь присутствовала Мона, которая является подругой Фишль, и Люмин могла поспорить, что она разбирается в этих механизмах куда лучше, чем Кадзуха, который видел их впервые. Также, Фишль смотрит на него совсем не как на «оруженосца», это путешественница может объяснить тем, что та иногда отвечает без какого-либо «особенного» характера, выражаясь самыми обычными словами.
Пока она считала, сколько ей удалось набрать аргументов, она случайно прислушалась к словам юноши:
— Чтобы понять, как работает это устройство, достаточно повернуть эту стрелу так, чтобы она совпадала с во-о-н тем созвездием, а затем, как бы глупо это не звучало, слегка щёлкнуть по нему, и тогда он станет издавать свечение и уже потом расставить их в других местах, чтобы в целом получилось тоже самое, что и на рисунке, — он внятно объяснял принцип этих устройств, а Фишль внимательно слушала.
— Хм... о чём ты будешь думать, если я смогу соизволить себе повернуть её... — она дотронулась до механизма. — Вот так? — и тогда она нагнулась ближе к юноше, отчего он сглотнул слюну и насторожился.
Люмин затаила дыхание и почувствовала страшный холод, пробегающий по спине.
Он немного удивился, но всё же коротко вздохнул и не стал обращать внимание.
— Тогда, если самый крайний повернуть в другую сторону... — Кадзуха встал и подошёл к нему, поворачивая на пару градусов левее. — У нас всё получится!
— Ребята, Кадзуха и Фишль смогли решить загадку, мы можем продолжить путь! — радостно подлетел Оз к остальным и поведал важные новости.
Не сказать, что Люмин была рада этому успеху, единственное, что она могла сказать, так это что-то из разряда «Что это сейчас было?». Ей стало так обидно, хоть она и не могла объяснить по какой-то именно причине.
Тем не менее, они действительно прошли дальше, только вот теперь Кадзуха шёл с Фишль и разговаривал о... звёздах?!
От такого ей стало даже тяжело дышать, почему он говорит с ней о звёздах? Если это их тема? К тому же, Люмин с трудом верилось, что этой девушке нравилась эта тема, тогда.. в чём же подвох?
Она нахмурила брови и ускорилась, чтобы уйти от них подальше, например к Моне, которая, кажется, тайно нуждается в чьей-то компании, потому что сейчас ей было тяжелее всех.
С этого момента Фишль не отходила от него ни на шаг, а что самое неприятное — он был не против этого, лишь улыбался ей в ответ и хлопал добрыми глазками, как будто их двоих никто не видит. Как будто их не видела Люмин.
Ведь ещё вчера они почти держались за руки, а сегодня это казалось сладким сном. У неё в голове, наверное, появился уже сотый комочек с вопросами без ответов.
— Слушай, Люмин, помоги мне, пожалуйста, доставить эти корзины до костра... ну, ты знаешь, что я бы и сама спра-а-вилась, просто...
— Без проблем, — сухо бросила девушка и пошла помогать Синь Янь, а та лишь радостно кивнула.
Она всем сердцем не хотела смотреть на то, как они «мило» общаются стоя на берегу океана. Взгляд её был нахмуренный, а рывки резкие, словно готовится запустить эту корзину в небо, позже чуть ли не с грохотом ставя их на стол.
— Если ты согласилась из жалости, то пожалуйста, не надо, я хочу с оптимизмом всё сделать, не пойми меня неправильно, — это заметил Музыкант.
И тогда она будто прозрела и округлила глаза в удивлении от собственных поступков.
— Я... я не хотела, само как-то получилось, думала, она будет тяжелее, вот и взяла собрав все силы, ха-ха, — демонстрируя свой рывок, проговорила Люмин, натягивая улыбку.
— Ой.. тогда извини меня! Кажется, сегодня был самый тяжёлый день для всех нас... — та склонила голову, но почти сразу её подняла и улыбнулась в ответ, взяв в руки ещё не приготовленную еду.
— Ах, да ничего страшного, — развела она руками по сторонам. — Ты права, сегодня все трудились не покладая рук, конечно, здесь никак не устать.
— Да, наверное, только Кадзуха и Фишль ни капли не устали, вон как брызгаются, ха-ха, — метнув на них взгляд, та продолжила с готовкой.
А Люмин резко остановилась, словно окаменела, когда увидела их счастливые улыбки на лицах и до боли радостный смех.
Фишль брызгала того водой, и произносила разные магические заклинания, которые только что придумала ради забавы, а тот лишь смеялся с её чудоковатости и, в какой-то степени, даже умилялся.
От этого путешественнице стало плохо, она еле держалась на ногах, даже несмотря на усталость, они бы всё равно устойчиво стояли, но сейчас... ей пришлось облокотиться о столик. Сердце так сильно билось, будто что-то пронзило.
После того, как они вышли из воды, запыхавшись и иногда вспоминая некоторые моменты, Люмин кидала косые взгляды на Фишль, фыркая себе под нос и даже не думая ей лживо улыбнуться, бросая лишь серьёзный взгляд. А Кадзуха делал вид, что так и должно быть, словно не замечал её.
Когда все вкусно ужинали, она почти не спускала с неё глаз, резко откусывая овощи, громко глотая коктейль из кокоса.
Руки сжимались в кулак, когда та мило строила глазки, чтобы он подал ей то, до чего она не могла дотянутся, зубы скрипели, когда Кадзуха сам к ней подсел и начинал разговаривать, когда он...
Взгляд Люмин резко опечалился, потому что к ней он так ни разу и не подсел... Это был самый худший ужин в её жизни.
Лживо улыбнувшись Паймон после ужина, та сказала, что останется на Опасном острове, чтобы разобраться кое в чём.
— Ты уверена, что тебе не нужна помощь? — жалобно говорила малышка Паймон, замечая совсем не блестящие глаза путешественницы.
— Нет.. спасибо тебе большое, но ты лучше возвращайся с остальными, уже довольно поздно, пора спать.
— Может, лучше завтра сходим вместе? Паймон будет волноваться!
Девушка снова, уже в который раз бросила лживую улыбку, со словами: «всё будет хорошо» и посадила её в лодку, махая рукой и обещая, что совсем скоро уже вернётся.
Мысли никак не могли успокоиться, она была окружена ими, они съедали и словно пытались уничтожить девушку. Та всеми силами отказывалась понимать то, что ощущает дикую ревность. Смотреть за тем, как те веселились и сближались со скоростью падающей кометы, оказалось в разы больнее, чем любой бой, который мог прийти на память, это режущее чувство, словно её хотят раздавить или пронзить множествами копьями, целясь прямо в сердце.
Знакомство с моральной болью было самым худшим.
Она сидела на берегу и в этот раз была совсем одна. Да, безусловно, это уже привычно, но за эти дни та смогла привязаться к душевной компании... И теперь жаждет, хочет вернуть или ощутить его присутствие в такой атмосфере хотя бы ещё один раз... Люмин наклонилась к коленям и закрыла глаза, мечтая о том, что всё это лишь долгий сон.
Кадзуха, конечно, заметил странное поведение девушки, но не стал гнаться за ней, подумал, может хочет разобраться в себе, или просто побыть одной. Это естественно для него, даже ему иногда требуется побыть наедине с собой, чтобы подумать или порассуждать над чем-то в одиночку.
Когда он ложился спать, то долго не мог уснуть, много ворочался и не переставал думать о Люмин. Её образы, рассказы и голосок занимал все его мысли, одновременно с тем, как он с ней общается, много или мало проводит время, правильно ли вообще поступает? Это всё казалось странным сном.
Сегодня юноша бесспорно видел, как та косится на Фишль, она была готова уничтожить одним лишь взглядом, но он не мог понять одного — почему? За что она так с ней? Неужто поссорились? Хотя Фишль не кажется тем человеком, кто любил бы споры и разногласия. Тогда у него возникало множество вопросов, на которые мог ответить только если напрямую спросит у путешественницы. И это ему как раз не нравилось.
Фишль тоже не могла сомкнуть глаз, потому что была в полной растерянности, она замечала все эти взгляды на ней и то, как сильно они давили на неё, отчего той становилось некомфортно. Она не могла понять, чем это заслужила? Где же провинилась? Это очень расстроило её, ведь раньше Люмин хорошо к ней относилась, даже подыгрывала вместе с остальными, а теперь внезапный хмурый вид, словно та хотела закопать её одним лишь взглядом.
Поворачиваясь на другой бок, затем обратно, потом вовсе на спину, та не могла успокоиться, проводя свою первую бессонную ночь на Архипелаге.
***
Все начали просыпаться от ярких лучей тёплого солнца, одновременно чуя богоподобный, невероятно вкусный запах. Конечно, первым проснулась Паймон и прямо вскочила, туманным взглядом пытаясь понять, откуда же доносится столь чудный запах. В итоге, когда все столпились у Люмин, то увидели готовые завтраки на каждого, это была жареная рыба-тигр и... рыба-белка? У Паймон на полном серьёзе начинали течь слюнки. Ни для кого не секрет, что путешественница готовит вкуснейшие блюда, стоит ей дотронуться до плиты или других её представителей, как своими золотыми руками она создаёт самые сытные и вкусные блюда. — А-а м-можно Паймон двойную.. нет, тройную порцию!? — Ого, ты сегодня прям в ударе, спасибо тебе большое, а то я уже начинала думать, что сегодня мне придётся этим заняться, нет, ты не думай конечно... мне не трудно, просто.. — с блеском в глазах говорила Мона, которой иногда казалось что её бурчание в животе слышат даже чайки, летающие высоко над головами. — Да, решила сделать маленький сюрприз на завтрак, всё-таки, мы славно потрудились и должны хорошенько отдохнуть от всего, — улыбчиво сказала Люмин и раздала всем по порциям, накрыв на стол. Никто не мог сдержать своего восхищения, когда откусывали первый кусочек... — А это точно жаренная рыба-тигр? — пробует на вкус, — текстура, кажется, другая, — заинтересовано говорила Синь Янь. — Ах, да, этому рецепту меня научила Кэ Цин. Она называет его «Спасительная рыба» — уточнила она. — Ого... ты даже умеешь готовить по совершенным рецептам... это невероятно, — Мона пыталась есть медленно, чтобы не показаться диким зверем, потому что эта еда была до мурашек вкусной и сочной. — Ну, к сожалению, я знаю только этот, и то, это случилось как-то... случайно. Девушка обратила внимание, что за столом не хватает одной персоны — Фишль. Оглядевшись, та заметила, что она всё ещё спит... может они так долго «развлекались» что легли под утро? Как раз совершенно «случайным» образом Кадзуха тоже выглядел сонным. Та нахмурила брови и продолжила есть. Ей как-то было безразлично, что они там вытворяли и что между ними произошло, сейчас она хочет насладиться завтраком, как и все остальные. Это она пыталась твердить самой себе, пытаясь не отвлекаться на такие вещи. Да, ей было обидно и досадно, но она ничего не могла с этим поделать. — Фишль всё ещё спит? — запивая коктейлем, спросила Синь Янь у остальных. — Миледи поздно легла сегодняшней ночью... но я попытаюсь её разбудить, — вежливо проронил Оз и отправился будить Принцессу. Ну, теперь точно всё сходится, — убедившись, подумала у себя в голове путешественница, резко втыкая палочку в рыбу-тигр, разламывая её на кусочки. После нескольких попыток её разбудить, та всё же встала и сонно подошла к столу, где все ели сочную рыбу из двух восхитительных блюд, у той побежали глаза, в поиске своей порции, как увидела колкий взгляд на себе от Люмин. Она тут же отвела взгляд и схватилась за плечо. Словно не в своей тарелке. — Присаживайтесь, «Принцесса» — бросила Люмин с серьёзным видом, а затем продолжила есть. Та действительно была в недоумении, почему она так с ней начала обращаться? Но всё же она неуверенно присела... Фишль, конечно, не могла быть до конца уверенной, и посмотрев в другие тарелки, где точно лежала рыба-белка и рыба-тигр, а у неё... было лишь второе блюдо. И тогда она смогла с лёгкостью догадаться, кто делал этот завтрак. Взгляд её стал печальным и встревоженным, ведь ей, кажется, устроили целую войну против неё или же кинули самый настоящий вызов. — Почему не ешь? Стоп.. а где... — Мона сразу посмотрела на Паймон, как и другие обернулись на неё. — А-э-э, ч-что вы так смотрите на Паймон?? Это не я! — пищала малышка, убирая крошки со своего рта. — Паймон! Ты съела её порцию?? — довольно грубо бросила Синь Янь. — Э-э-э.. ну.. просто я думала, что она.. ну.. — взгляд её забегал по разным уголкам. Фишль окончательно стала грустной и лицо её осунулось, ведь теперь она думает, что подговорили даже Паймон. От чего сильнее стала ощущать себя лишней. Люмин заметила ухудшение в её состоянии, и то, как жалобно она смотрит. Тут же она открыла свои глаза и сжала кулаки, отводя взгляд. Ей стало так стыдно, что обидела ни в чём невинную девочку, которая, по всей видимости, даже не в курсе всех событий насчёт Кадзухи, может быть она и вовсе не хотела и даже не задумывала что-то против неё, не хотела лезть в их дела и портить то, что между ними начинается. Она побледнела и опустила голову, слушая нотации для Паймон от Синь Янь, она не кричала на неё, пыталась объяснить всё спокойно. От чувства вины к себе за такой ужасный поступок, та не придумала ничего лучше, как отдать свою порцию рыбы-белки Фишль. — Держи, возьми мою, я всё равно её, кажется, уже переела будучи в Ли Юэ. Принцесса Ночи в удивлении подняла голову на девушку, совершенно не понимая, что здесь происходит, и главное — как к ней обращается Люмин? Недавно она кидала на неё косые взгляды, а теперь отдаёт ей свою порцию. Но та не смогла отказать и улыбнулась. — Эм-м.. у Паймон частенько такое бывает.. прости её. — С твоего милостивого поступка и сожаления о содеянном, я не могу позволить себе держать зла на великую путешественницу, — улыбнувшись, робко промолвила Фишль, забирая из её рук блюдо, после чего приступая к завтраку. Насытившись, она потянулась руками вверх и вздыхая, радуясь, что наконец всё наладилось, и никто не держит на неё зла, возможно, что-то и случилось, но Фишль надеялась, что этому пришлось конец. А Люмин, действительно, больше не сердилась на девочку, хотя ревность ни в какую не хотела покидать её, но она решила согласиться с тем, что лучше уж будет скрытая ревность, чем жестокая война между ними. Делая глубокий вздох, путешественница подошла к ронину, который убирал свою посуду и помогал убираться. Он был как ни в чём небывало, словно ничего не происходило, и никаких касаний рук не было. Ей стало не по себе, щекотка окутывала с новой силой, когда тот поднял на неё глаза. — Не мог подумать, что ты осмелишься отдать свою порцию, это очень похвально, хотя я был уверен, что тебе было некомфортно рядом с ней, — протирая свои сонные глаза, проговорил юноша. Девушка застыла на месте, неужели её так запросто раскусили? Хотя она вроде как всеми силами пыталась не подавать виду. — Я смотрю, ты не выспался, — перевела она тему, когда обратила внимание на слабый зевок ронина. — Ты права, сегодня я впервые не выспался за эти дни на островах, как странно.. — Бурная ночка? — Люмин метнула серьёзный взгляд. Она могла с лёгкостью признаться, что и знать не желает, что у него такого случилось этой ночью, отчего тот даже не выспался несмотря на то, что они смогли сидеть на пляже до полуночи, и Кадзуха после таких ночей всегда был бодр. — Не то слово... Люмин не верила своим ушам! Что за совпадение? Фишль проспала, а Каэдэхара не выспался!? Та просто не могла сдержать скрип зубов и надутые щёки, её охватила ревность с ног до головы, гадая, что они могли делать всё это время. Уже представляя разные картинки и сцены в своей голове, от чего становилось противно. Хотелось уйти сейчас же, метнуть на него стервозный взгляд и просто забыть о нём, но он готовился что-то сказать. — Просыпался каждые.. пол часа, наверное, давно я так плохо не спал.. Она остановилась. — А.. то есть, ты никуда не ходил этой ночью? — Нет, разве что, я хотел пойти за тобой, когда услышал, что ты остаёшься на Опасном острове, но подумал, вдруг ты хочешь побыть одной, и решил вернуться со всеми. Она в удивлении округлила свои глаза, и вся выдуманная её история испарилась, оставляя только давящую вину. — З-за мной? — девушка только что поняла, что могла спокойно позвать его с собой, ведь тогда она просто смотрела на звёзды и по пути собирала ингредиенты. Это могла быть... одна из лучших ночей, если бы просто позвала его с собой.. и в эту же секунду до неё дошло, что они даже могли приготовить завтрак вместе... — Ну да, я бы не отказался от идеи побывать там ещё пару раз, всё-таки, небо там восхищает меня в разы сильнее, чем здесь, — он слегка улыбнулся. — Вот как.. если хочешь, можем сегодня вернуться туда.. Кадзуха сглотнул слюну и притупился в алых глазах. — Прости, но я обещал показать Фишль, как правильно ловить рыбу. Она сжала своё плечо и отвела взгляд на бушующие волны и яркое солнце. В груди так сильно всё сжималось, что та не знала, как ответить ему на это, потому что попросту не хотела в это верить. Люмин не могла спокойно смотреть на их встречи, даже несмотря на то, что не держит зла на Фишль. От таких «приключений» её чувства усиливались в разы, когда понимала, что ревность растёт быстрее суток. Как бы ей не хотелось высказать всё насчёт этого повода, рассказать правду, что боится потерять ночные разговоры, что просто станет скучной для него. Она не могла, это слишком глупо. Кадзуха как ветер, пролетает сквозь листья и стебли, не оборачиваясь назад и не останавливаясь двигается вперёд. У неё было мало шансов. Даже если придётся смириться с этим, через боль, отчаяние и страх, путешественница не хотела терять встречи под ночным небом, разговаривать на различные темы и гулять по берегу. — Тогда может, как-нибудь в другой раз, — вздыхая, ответила она. — Да, это я и хотел сказать. Ну, мне пора, ещё увидимся, — он махнул рукой и ушёл к Фишль. Люмин не хотела знать, что произошло дальше, поэтому просто занялась своими делами. Весь оставшиеся день она проводила время с друзьями, наконец-то нормально поговорила с Паймон, обсудила пару вопросов с Синь Янь и помогла Моне, это отлично скоротало время, она смогла немного отвлечься от него и Фишль. И когда все дела были сделаны, даже те, которыми она никогда не занималась, стало невыносимо скучно. Смотреть на закат, конечно, было интересно и весьма заманчиво, но словно что-то не хватало, хотя раньше это не играло большую роль, попросту привыкла наблюдать за такими вещами одна. Теперь же, ей стало не хватать одного объекта, того, у кого были белокурые волосы, тонкий и чувственный взгляд, красивые речи и приятная аура. Нет, это совсем не Паймон, она ждала старого друга — ронина. Но он не придёт, и Люмин это знала, отчего склонила голову к коленям, закрывая свои глаза, его компания въелась в неё, осталась внутри и заставила привыкнуть к этому. Быстрая привязанность. То, чего девушка боялась. В такие моменты ей хотелось расплавиться и стать неодушевлённым предметом, или превратиться в звезду, чтобы бесконечно обитать и блуждать в космосе. В груди царило странное чувство, словно у неё что-то насильно отобрали, оставляя лишь большую и пустую дыру. И всё же, та не смогла не вспомнить сегодняшний разговор с Кадзухой, а вернее — последний на сегодня. Она долго раздумывала о его словах, особенно над последними: — Я обещал показать Фишль, как правильно ловить рыбу. В них точно был скрытый смысл. Нет, здесь играла вовсе не ревность, кое-что более серьёзное. Словно она чувствовала это своим сердцем, которое кричало, что здесь какой-то подвох. С резким взмахом она дёрнулась, когда смогла понять... Её сердце было готово разорваться на части, а колени задрожали, как осенний лист на кронах деревьев. Ведь... он что, собирается показывать, как ловить рыбу ночью? Она никогда бы в это не поверила. Теперь её душа была готова разорваться на части, неужели, Кадзуха соврал ей? Девушка предложила смотреть на звёзды, а не на закат.. Голову начало кружить. Он и вправду применил против неё отмазку, чтобы не идти туда? Теперь возникает вопрос, что он собирается делать потом? Ляжет спать или... Она не хотела даже на секунду представлять. Брови нахмурены, а глаза закрыты. Она мечтала лишь о том, чтобы это побыстрее закончилось. Юноша всё больше начинал отталкивать её, и она не понимала почему. Становилось нестерпимо больно, а тяжесть сдавливала грудь.***
Ночью, когда все давно легли спать, Кадзуха снова ворочался, в попытках уснуть, он чувствовал себя мерзостью, которая не могла решить, что делать со своей симпатией. Для него путешественница становилась чем-то большим, чем просто близкая подруга, с каждым разом всё чаще появлялось желание коснуться, или просто легонько обнять, дать понять, что он не избегает её, а вовсе ощущает симпатию. Она стала для него звездой на тёмном и туманном небе, светила ярче чего-либо, поглощала со скоростью света... Но нужен ли ей такой обыкновенный ронин? Это как... стражник и принцесса, необъяснимая пара. Может юноша и видел малейшие намёки на нечто большее, но разглядывать их он попросту отказывался, всё ещё думая, что это полный бред, такого не может быть. Конечно, так считал только он. Глядя на ночное и полное звёздами небо, Кадзуха вспоминал их встречи под открытом небом, их разговоры и короткие столкновения глаз, в такие моменты его сердце убегало в пятки, а грудь вовсе не ощущалась из-за сильной щекотки. Ему нужно было принять самое сложное для него решение, продолжить и пытаться, где исхода всего два, один из которых являлся самым больным и пронзительным, а другой сделает его самым счастливым на Тейвате. Когда луна достигла полночи, Кадзуха решил оставить этот вопрос до утра, но не всё так просто. Он поставил себе цель, что утром перед ним встанут два выбора — пойти с Люмин, погружаясь в мир эйфории и постоянных летающих ощущений, или свернуть с дороги и пойти с Фишль, благодаря которой он сможет отвлечься и попытается забыть путешественницу. Так и сделаю... — в мыслях проговорил юноша, поворачиваясь на другой бок. Было волнение, немного страха в предвкушении своего решения, но он не станет жалеть ни о каком выборе, пусть его сердце выберет, куда стоит идти.
