Побег из менора: твист.

Путешествия во времени всегда заключали в себе кучу парадоксов. Один известный герой фантастического сериала, который любил на досуге смотреть мистер Грейнджер, однажды сказал, что путешествия во времени и временные петли дают ему головную боль. В каком-то смысле, это было совершенно справедливо: ведь если по-настоящему задуматься, то все эти причины и следствия, тысячи возможных способов изменить исходы, потенциальные столкновения с самим собой и попытки разобраться, что в конечном итоге послужило триггером – однозначно обеспечивали не просто головную боль, а проблемы намного посерьёзнее. Вот только Гермиона Грейнджер обычно избегала задумываться обо всех этих теоретических дилеммах. Наверное, немаловажную роль в том, что путешествия во времени она принимала довольно легко и особенно не морочилась бесконечными рассуждениями о логистике и интуитивном отказе мозга все это воспринимать сыграл тот факт, что она пользовалась маховиком времени ещё с третьего курса. С детской непосредственностью откручивала редчайший артефакт на несколько часов назад и переносилась в прошлое, чтобы в конечном итоге получить знания сразу на двух уроках одновременно. Немыслимое расточительство волшебной энергии и ресурсов, если задуматься с точки зрения логистики, и бесценная практика, не раз пригодившаяся ей в будущем. Особенно сейчас. Оглядевшись по странам и в который раз мысленно сориентировав себя в коридорах Малфой-менора, Гермиона сосредоточилось. Если уже менять прошлое или хотя бы удостовериться, что для них всё и на этот раз закончится благополучно, то неудивительно, что она оказалась здесь. И судя по дате на календаре, висевшем возле камина, именно сегодня егеря должны притащить в Малфой-менор золотое трио. А настенные часы оповещали, что до того самого часа «икс» осталось не так уж много времени. Конечно, Гермиона не имела ни малейшего представления, кто из домочадцев менора сейчас находится и где, но решила попробовать разыскать Драко. Поправив на запястье «одолженный» у Нарциссы браслет, Гермиона позвала домашнего эльфа. Послушное существо вмиг материализовалось возле молодой женщины, тут же зафиксировав глазами семейную драгоценность и послушно склонившись в низком, почтительном поклоне. – Госпожа изволила позвать Лику? Чем Лика может помочь госпоже? – Проведи меня в спальню хозяина Драко, – холодно отчеканила Грейнджер, и послушный слуга с низким поклоном бросился исполнять приказ. Какое-то время Гермиона молча следовала за ним, на всякий случай запоминая дорогу. Коридоры менора для чужаков всегда напоминали лабиринт, и ориентироваться в бесконечных изгибах и поворотах мог лишь тот, кого сам менор признавал «своим». Комната младшего Малфоя располагалась на втором этаже, а сам Драко с хмурым видом лежал на постели и пытался читать. Вот только смотрел он куда-то мимо страницы, и судя по всему, уже достаточно долго. Не снимая капюшона и потеплее укутавшись в мантию – в меноре было достаточно прохладно – Грейнджер взялась за ручку двери, обращаясь к эльфу. – Ты можешь идти, Лика. Дальше я сама. Когда домашний эльф с громким хлопком исчез, Грейнджер огляделась по сторонам и проскользнула в спальню Драко. – Это ты? Что ты тут делаешь? – вскочив на ноги, Малфой одним взмахом волшебной палочки наложил на комнату заглушающие чары. А потом для надёжности добавил ещё и отводящие внимание. – У нас не так много времени на обмен любезностями, Драко, – отмахнулась от него Грейнджер, ни на мгновение не теряя серьезного выражение лица. – Сегодня может произойти что-то довольно необычное, и я надеюсь, что ты не подкачаешь. Я слышала, что егеря сегодня притащат сюда пленников, просто запомни: если тебе нужна помощь, призови Добби. Он теперь свободный эльф и поможет. А ещё, не забывай, что если кто-то отберет у тебя в бою волшебную палочку, ему потом сподручнее будет сражаться ею в будущем. Прошу тебя, не пытайся проанализировать. Просто помни. – Ничего не понимаю, – Драко недоуменно покачал головой. – Что ты хочешь мне этим сказать? Что все это значит? – Когда придёт время, ты сам поймёшь. Просто помни: волшебная палочка и Добби, - Гермиона ободряюще улыбнулась, впрочем, давая понять, что больше ничего не скажет. И судя по всему Грейнджер едва вложилась в собственные рамки и справилась и минутой не слишком рано. В фойе менора послышались голоса, кто-то вскрикнул от боли, кого-то судя по стуку с силой швырнули на пол. Потом под сводами поместья раздался визгливый смех Беллатрикс, ей вторил приглушенный голос Нарциссы и взволнованный баритон Люциуса. Какое-то время они переговаривались между собой, и Драко с ужасом понял, что одним из говоривших был Сивый. А потом в центре комнаты вновь материализовался их домашний эльф. – Лика виноват, и Лика очень извиняется, что вынужден перебить. Но Лика должен передать, что хозяин Люциус просит хозяина Драко срочно спуститься вниз. Малфой перевёл взгляд на свою посетительницу, но та лишь невесело усмехнулась. – Иди, тебя ждут, – а потом вдруг сделала шаг вперёд и запечатлела лёгкий поцелуй на щеке парня. Глаза Малфоя расширились от удивления, но молодая женщина только подняла ладонь к его лицу, ободряюще потрепала по щеке и кивнула. В следующую секунду Драко покинул комнату. Гермиона прекрасно помнила, что будет происходить здесь в следующие минуты, но слышать свои собственные крики боли оказалось испытанием, к которому она была явно не готова. А в гостиной комнате Малфой-менора события развивались, как по нотам, разыгрывая то самое представление, которое Грейнджер уже однажды пережила, правда, в качестве его главной героини. Ей стоило огромных усилий, чтобы сходу не ворваться в комнату и не прекратить истязания самой себя, не вызволить из подвала Гарри и Рона, но Грейнджер прекрасно осознавала: все это сделать она не может. Во всяком случае, не сейчас. Меж тем крики в гостиной умолкли, потом раздались голоса её друзей, вновь визгливый смех и подколки Беллатрикс, а потом ни с чем не сравнимые звуки завязавшейся битвы. Грейнджер ворвалась в комнату в самый последний момент, тщательно пытаясь держаться как можно подальше от себя самой. Кто его знает, быть может маггловские теории о невозможности двум сущностями одного человека находиться в одном пространстве окажется правдивыми, и если она столкнется с самой собой, то исчезнет? Такого допускать пока что было тоже нельзя. Впрочем, одно заметить она успела: крови на ковре не было, как и вырезанных на руке её самой из прошлого букв. Краем глаза Гермиона отметила, как сражаются Нарцисса и Драко. Вот только парень больше притворялся, что оказывает сопротивление, и при первой же возможности позволил Поттеру отобрать свою волшебную палочку. Гермиона видела, как округлились от удивления глаза Гарри, заметившего её саму: тёмную фигуру в плаще и капюшоне. Конечно же, Поттер не мог её не просто узнать, он вряд ли даже был способен различить черты её лица. За прошедшее время она изменилась хоть и не до неузнаваемости, но вполне значительно, однако наложенные на лицо чары конфузии предотвращали даже возможность подобного исхода. Принимая часть огня противника на себя, Гермиона отвлекала внимание от Добби и золотого трио, позволяя маленькому свободному эльфу беспрепятственно вытащить друзей из менора. Занятая сражением с ней самой, Беллатрикс упустила тот момент, когда в прошлой жизни запустила свой кинжал в воронку аппарации. В последний раз одарив противницу малоприятным заклинанием, Гермиона активировала портал. Тот самый браслет, который сейчас надёжно скрывался под длинными рукавами её платья и мантии. Одолженный у Нарциссы и предназначенный именно для таких ситуаций: иметь возможность удрать из Малфой-менора. Оказавшись в безопасном месте вдали от Уилтшира, Гермиона с облегчением вздохнула и прислонилась спиной к стволу многовекового дуба. Что ж, она преуспела в этой миссии, даже больше. Золотое трио и на этот раз спаслось из менора, Добби удалось спасти - воскресить, если говорить о её бывшей реальности, или просто сохранить ему жизнь. Все вообще закончилось намного лучше, даже если некоторую помощь и наводку пришлось дать ей самой. Временная петля замкнулась.