Вечером на баскетбольной площадке

      Ребята сидели в столовой, жуя сэндвичи и запивая их недорогим соком. Хёнджин ждал прихода Сынмина определённого в другую группу в начале учёбы, которая была известна своими «неодекватными» поступками. Просто там собралось много «талантливых» студентов, поэтому Мин всегда приходил с новыми историями. Джинни и Мин часто собирались у первого дома и весело проводили время. Чан изредка бросал какие-то неопределённые вопросы, а Чонин, жуя сэндвич, отвечал на них, разглядывая просверленный им же за несколько месяцев учёбы, идеальный профиль Бана. Бан тоже часто зависал на лице или руках Яна, но последний конечно же этого не замечал и ныл Хёнджину о невзаимной любви. Джинни и вправду не понимал, как эти двое ещё не встречаются, но не вмешивался, что бы не помешать. Чан и Чонин жили в одном районе, поэтому часто ездили на одном автобусе домой, много болтали и смеялись, старший врегда соглашался на всё, что предлогал Ян, потому что просто не мог отказать. Также они ходили в один клуб танцев, куда их пригласил Минхо, это было любимым увлечением последний год. — Всем привет, — поздоровался, появившийся около Хёнджина Сынмин, — У меня есть для вас новая история, — с усмешкой проговорил Мин.       Ребята оживились и с открытыми ртами слушали забавные рассказы. Чан с умилением наблюдал, как Чонин хлопал в ладоши и подпрыгивал на месте от удивления, так что его волосы немного разлохматились. Бан аккуратно поправил вылезшие пряди друга, Ян повернулся и улыбнулся самой искренней и лучезарной улыбкой, какую только видел Чан.       Обычно, после пар ребята разъежались по домам, а к вечеру собирались на баскетбольной площадке. Сегодняшний день не был исключением, и к 8 вечера Чонин шёл к назначенному месту. Чан уже был там, Ян был рад, что они оказались вдвоём, поэтому подсев рядом, парни начали разговор об обыденных вещах. Енни пошутил, что Бан старый, в их компании он был самым старшим и младшие часто шутили над этим. С хохотом Чан напал на Чонина с щекотками, он уже давно влюбился в заливистый смех Яна. Когда Бан каким-то образом оказался лежащим на Чонине, было немного неловко. Старший сел и отвёл взгляд, меняя тему разговора. Пришедший Джинни разрядил обстановку, позже появился и Мин, которого отправили за напитками и закусками. Сынмин быстро вернулся с полными руками еды. Ребята ели и болтали обо всём. — Чем теперь займёмся? — Мин заинтересованно посмотрел на всех ребят. — Вы ещё спрашиваете, пф, конечно же играем в бутылочку, — с азартом заявил Хёнджин. — Ничего глупее придумать нельзя, — разочарованно бросил Чонин, допивая свой сок и после швыряя пустую банку прямо в мусорку. Остальные просто хмыкнули. Чонин и Чан сели по обе стороны от Джинни, а Мин напротив Хвана. — Давате я начну, — выдал Джинни, — И правду можно выбрать только 2 раза подряд! — предупредил Хван. — Хорошо, Чонин, правда или действие? — в ожидании чего-то интересного, задал вопрос Хёнджин, поставив руки назад, для удобства. — Пусть будет правда, — выбрал Ян, смотря на Хвана. — Кого ты считаешь наиболее привлекательным? , — спросил Хёнджин, переводя взгляд с Енни на, кусаещего губы и мявшего руки, Чана. — Если выбирать из всех, то пусть будет Минхо. Он очень красив.- произнёс Ян. Горевшие искорки ожидания чего-то, в глазах Бана погасли, и он просто неловко улыбнулся, услышав ответ Чонина. — Чан, — обратился Енни к другу, нервничая, незаметно для других. — Я тоже выберу правду, — Сказал Бан, сминая свои руки сильнее. — Вы такие скучные, — со вздохом хохотнул Хван. — С кем бы из нас ты хотел встречаться? — задал неожиданный вопрос Ян. — С Сынмином. С ним я чувствую себя наиболее комфортно. — произнёс Чан, далеко не правду. Чонин поджал губы, однозначно разочарованный словами Чана, и задержал взгляд на опущенных глазах парня. Хенджин смотрел на этих двоих и был удивлён их ответами. — Чего?! Какого хрена чувак, — возмущённо пробубнил Джинни. — Я думал между вами ничего нет, — хохотнул Чан. — Заткнись, действие, — всё так же пробубнил Хван, надув губы. — Ты должен станцевать для Мина, — азартно заявил Бан. — Да да, это должен быть приват, — смеясь, крикнул Ян. Хёнджин качнулся, опустив голову на руки и что-то пропищал. Мин смеялся, смотря на Джинни. — Ладно, мелкий, твоя очередь, — выдыхая, сказал Хёнджин. — Действие, — спокойно выбрал Ян — Как насчёт того, чтобы поцеловать Чана, — решил действовать Хван. — Я не буду этого делать, — отказывался Ян, теребя низ кофты и опустив голову. Бан сглотнул, подходящий к горлу ком. — Ты не можешь отказаться, это всего лишь поцелуй, — настаивал Хёнджин. Чан подошёл к Енни и присел рядом. Уши Чонина пылали, и он надеялся, что это никто не заметит. Ян закрыл глаза и сильнее вцепился руками в кофту, почувствовав чужое дыхание. Бан думал, что сердце просто выскочит, когда прикоснулся к мягкой щеке младшего, оставив лёгкий поцелуй. — Прости, — негромко произнёс Чан, немного отодвинувшись от парня. — Так мерзко, — произнёс мысли вслух Чонин, всячески пытающийся скрыть руками красное от смущения лицо. Мерзко Яну было от самого себя, потому что он просто боялся показать настоящие чувства. — Не думал, что тебе настолько противно, — сказал Чан, опустив голову и закусив нижнюю губу от сожаления. Пока Чонин сидел с печальным лицом, думая о только что сказанном, Бан попрощался и решил побыть один.       Идя по, испорченной временем, плитке Чан жалел, что согласился играть в эту ужасную игру и насильно поцеловал Яна. Парень считал, что совершил непоправимое, их дружбе пришёл конец? Ему было очень стыдно. Он всячески заботился о младшем и тайно любил. Присев на лавочку, Бан опустил голову и погрузился во тьму.       Чонин опомнился когда Джинни заговорил: — Ты действительно слепой или прикидываешься? — Я…., я пойду за ним, — нерешительно произнёс Ян. Чонин вскочил и побежал, он не мог отпустить Бана. Он нужен Яну. Енни признается ему, даже если получит очень неприятные слова, но будет рядом. Наконец увидев сидящего в одиночестве Чана, Чонин пошёл к нему. Аккуратно присев рядом, Ян пытался восстановить, сбившееся дыхание. — Чан...,это было мне не противно… Мне был не противен твой поцелуй, — немного увереннее произнёс Чонин, смотря на опущенную голову друга и ожидая, что тот посмотрит в почти слезящиеся глаза Яна и что-то скажет, но Чан молчал. К горлу Бана подкатил большой ком, не дававший произнести ни звука, мысли путались, не получалось сосредоточиться и Ян решил уйти, подумав, что только мешает Чану своими никому не нужными (конечно же нужными) словами. Бан не знал, что должен сделать сейчас, но надеялся, что может всё изменить. Ян шепнул, от волнения неразборчивое, -"Прости» и встал, собираясь уйти в неизвестном, ему самому, направлении, как вдруг его запястье резко, но нежно обхватила чужая рука. — Нини, Не уходи, — аккуратно прошептал Чан, боясь спугнуть, немного дрожавшего от всей этой ситуации, Чонина.        flahsback Когда-то, на одной из тренировок ребята заговорили о девушках и, Чонин сказал, что если у него появится девушка, она будет звать его «Нини», но больше никому не позволял себя так называть, просто это форма имени заставляла его смутиться и очень ему нравилась.        end flahsback Сердце Енни замерло, как стрелки часов из которых вытащили батарейки. Бан немного потянул руку на себя, что бы Ян снова сел рядом. От волнения Чонин искусал все губы и в тоже время был счастлив от мысли, что Чан не отпустил его. Откинув все ненужные мысли и сомнения, Ян первым поддался вперёд, обхватив напряжённые плечи Чана, заключил его в самые нежные объятия, передав через них все свои чувства. Енни обнял Бана совсем не из жалости, а потому что захотел, он столько раз желал сделать это, когда они находились рядом, но сдерживал себя, иначе это могло показаться странным окружающим. Чан слегка вздрогнул, но тут же обхватил руками Чонина и уткнулся головой ему в плечо. Ян слышал, как быстро бьётся сердце Чана и улыбался, потому что его собственное билось так же. Они даже не обратили внимания на перегоревшую в ближайшем фонаре лампочку, решившую оставить парочку наедине.       Где-то в доме на седьмом этаже Хенджин рисовал, готовящего ужин только им двоим, Сынмина. А где-то в парке, в темноте, на давно покрашенной лавочке, сидели, обнимаясь, два влюблённых по самые уши студента, совсем не чувствуя вечернего холода.