Тёмный рыцарь

Зои

      — Мадам, пора вставать!             Люсинда, так звали горничную в доме Тимоти, раздвинула занавески и впустила солнечный свет в эту темную комнату. Зевнув и потянувшись, я наконец встала с кровати и надела халат. Я настолько была вымотанной и уставшей вчера, что интерьер этого замка прошел мимо меня. Каменные стены сохранили свою прочность и долговечность, как и вампиры, что живут здесь. Я прошлась по коридорам, трогая каждый уголочек и каждую бесценную вещь. Войдя в гостиную, для меня был накрыт стол. Так как вампиры не ели человеческую пищу это утро я провела одна. Я съела кусочек хрустящего хлеба с сыром и легкий салат. Из напитков у меня было вино, здесь так принято, как оказалось. Утро было ранним и холодным. Я надела кардиган и вышла на улицу. Работяги трудились около маленького сарайчика и пасли коров, женщины делали овощные заготовки и пели песни. Я вышла на задний двор и обнаружила Тимоти.             Он рубил дрова и бросал поленья Николасу, а тот, своей легкой рукой ловил такие тяжелые поленья и бросал на специально приготовленную стопку.             — А, наша птичка проснулась.             Я поворачиваю голову и вижу Августа, он чинил свой байк с местным мальчишкой. Удивительно, насколько люди могут обживаться с такими существами как вампиры и нисколько не бояться их. Глядя на них я впервые задумалась об этом. Даже когда мои глаза поймали взгляд Тимоти я нисколько не сомневалась в том, что смогу быть рядом с ним и не дрожать от страха, ведь я сама готова была отдать свою душу за его.             — Ты поела? — Тимоти надевает рубашку на голое тело и подходит ко мне с корзинкой свежей клубники.             — Да, но от ягоды не откажусь.             Я потянулась пальцами за первую попавшуюся клубнику и положила ее в рот. Сок стал стекать по уголкам моего рта и прохладный палец Тимоти смахнул его.             — Хорошо спала?             — Да. А вот моя внутренняя книга не очень.             — Пройдемся?             Мы решили обойти маленькую деревушку, которая являлась во владении Тимоти. Это было его личным хозяйством, но его имени никто не произносит, попутчики и туристы знают его как сэр Генрих, в честь своего сына.             Мы оказались рядом с озером и нашли небольшой камень. Усевшись поудобней я стала изливать ему свою тревогу.             — Иногда мне снятся сны, и они не мои. Мне кажется книга говорит со мной, посылая то ли знаки, то ли картинки. В одной из картинок я видела тебя. Я только сейчас это поняла: высокий мужчина стоял спиной ко мне в черном и длинном плаще, лица я не видела, но была уверена, что это ты. А рядом с ним стояла я. Не знаю почему, но, я думаю, мы связаны.             Молчание длилось долго, то ли он думал над моим словами, то ли совсем думал о том, что я свихнулась. Но я давно стала такой и умела все это скрывать. С десяти лет я стала жить другой жизнью, изгоняя ее суть.             — Я не считаю тебя свихнувшейся. Я думал о том человеке, что наложил на тебя заклятье. Книга ценный артефакт, его нельзя использовать так, как тебе заблагорассудится. Найдем его и найдем способ убрать все чары. Ты и твое физическое тело не пострадают.              — Я не знаю его и кто он такой, а вдруг у нас у нас ничего не получится?             Тимоти берет мою руку в свои холодные и сжимает ее, посылая электричество по всему моему телу.              — И я знаю, что нас ждет. Я не хочу, чтобы вы сражались за меня.             — Зои, в тебе заложен целый мир, ты самый ценная вещь во вселенной, с помощью тебя можно изменить целую вселенную.              — И с моей помощью можно истребить всех существ. Да, это я тоже видела. Будущее… вот что это такое. Я боюсь, впервые за всю мою жизнь.             — Я с тобой, верь мне, — он оставляет короткий поцелуй на моей ладони.             — Как?             Он коротко улыбается и отводит взгляд, срывает с земли маленький цветочек и цепляет за мое ухо. Наклонившись ко мне ближе, он шепчет:             — Я ведь не убил тебя!             Сердце сжимается, а моя внутренняя нить вспорхнула.              — Я сказал Люсинде приготовить для тебя платье, сегодня у нас особенный день, — я вопросительно посмотрела на него. — Праздник в честь урожая. И в честь новой гостьи. Сегодня ты лакомый кусочек!             Я не смогла скрыть своей улыбки и просто кивнула ему. С вампирами лучше не шутить и Тимоти знает, что я знаю и думаю про него. Вернувшись в свою комнату, я нашла на кровати белое платье, украшенное узорами и цветами. А также рядом лежал венок, что сплели дочери Люсинды. Я решила помочь ей и стала готовить угощения к вечеру.              Переместившись на улицу, мы оборудовали для себя специальное место под навесом, чтобы солнце не мешало нам и за моей готовкой наблюдали Тимоти, Август, Николас и Роберт и Тристан.             Пока четверо занимались столами и стульями, Тимоти и я коротки поглядывали друг на друга. Не могу отвести своих глаз от того, как он выглядит при свете и без всей этой черной одежды на нем. И мне напрочь было наплевать на то, что он мог читать мои мысли. Я не обращала на него внимания, пока не случилось то, что случилось.             Деревенская жизнь шла ему на пользу, он среди своих, среди своей семьи. Мне было радостно наблюдать за тем, как он играл с ребятишками, как девочки бегали за ним повсюду и пытались догнать такого быстрого и ловкого Тимоти. К вечеру стол был накрыт и двери замка были открыты для всех.              Мне заплели косу и надели венок. Это старый обычай, в котором все молодые девушки должны были пристать перед гостями в цвете невинности и непорочности.             — Идем, красавица, время для танцев.             Тристан взял меня под руку и повел к самому центру всего веселья.             — Веселись, сестра.             Он отпускает мою руку и ее тут же подхватывает Роберт, кружит меня вокруг моей оси и передает Августу, который поднимает меня за талию и ставит перед Николасом, готовым подхватить и сделать несколько движений в вальсе.             — Боже, я сейчас упаду.             Делаю последний поворот и оказываюсь в руках Тимоти.             — Я не дам тебе упасть.             Сегодня в белой льняной рубашке и в песочных брюках. Моя грудь касается его груди, а руки оказываются в его руках. Наши взгляды встречаются и крепко накрепко задерживаются в одном направлении. Пока все хлопали в ладоши и пели песню на древнем языке, Тимоти кружил меня не отводя своих глаз.             — Твои руки! — я опускаю глаза и вижу как слова бегают по моим пальцам, переливаясь всеми оттенками белого. — Она злится на меня?             — Ммм…может быть…             — Зои!             — Да, Тимоти.             — Ты пьяна?             — Что? — я отвела глаза, но они тут же оказывались на Тимоти.             — Иначе я не могу придумать оправдание для твоих постыдных мыслей. Я все же знаю, о чем ты думаешь.             — И о чем же?             Ладони вспотели, в горле стало саднить. Зрачки Тимоти расширились и я четко и ясно видела как они наливались красным оттенком.              — Без лишних сомнений я могу сказать тебе лишь одно, твоя кровь сама меня зовет, но я никогда не прикоснусь к тебе, я никогда не причиню тебе зла.              — Это все ваше вино, мистер Шаламе.             — Вы в этом уверены, мисс Хендерсен?             — Теперь да. Иначе я бы не взглянула на вас, я смотрю на тебя иначе и не могу понять, почему. Я будто спала все эти годы, пока не появился ты. Теперь я стараюсь ловить все знаки, все нити, что пробиваются у меня внутри. Я думала, что книга сама управляет мной, но я ошибалась, это я управляю ею.             Я закрываю глаза и тянусь на свою нить, что горит серебром, хватаюсь за нее и сжимаю. Открываю глаза и смотрю на свои руки, которые покрылись цветами, лучами солнца, всем, чем одарила природа эту планету.              — Книга жизни! — шепчет Тимоти.             — Я готова узнать себя, узнать тебя, готова открыть свою душу, если это необходимо, — беру его руку и кладу на свою грудь. — Откройся мне!             Вены под глазами Тимоти вздулись, таковой была его реакция на меня. ему тяжело находиться рядом со мной, касаться меня.             Остальные вампиры выпивали за столом с местными мужиками, а женщины общались с другими молодыми девушками. Я решила уйти к себе и собрать все свои мысли в воедино. Может быть я делаю что-то не так, может быть из-за книги он опасается быть рядом? Смерть и жизнь не могут соприкасаться, этот баланс нельзя нарушать.             — К черту все правила!             Я сняла со своей головы венок и рванула к двери. Открыв ее я натыкаюсь на Тимоти, который смотрел на меня жгучими и красными глазами.             — Ты все еще хочешь узнать меня?             Я киваю ему так же быстро, как он влетает в мою комнату. Ветер обдувает мои щеки, и вот я лежу на его коленях в своей постели. Его ладони держат мое лицо, я закрываю глаза и маленькая слезинка катится по моей щеке. Чувствую как вздувается моя вена на шее, привлекая его внимание. Быть с рядом и знать, что он чувствует ко мне, было для меня главной вещью и реальностью.             В последний раз смотрю на него и прикрыв глаза и отпускаю свою руку, которая сжимала его. Губы Тимоти касаются моей шеи, сначала он нежно и медленно целовал мою горячую кожу, а потом я почувствовала его острые клыки. Боли не было, страха тоже. Глаза распахнулись и я стала ловить ртом воздух. Я видела его жизнь будучи ребенком и сиротой, видела как он рос, как стал королем, и как он стал одиноким и опасным.             — Зои!             Он отводит взгляд, чувствуя свою вину, но я возвращаю его глаза на себя. Убираю выпавшие пряди волос и подаюсь вперед.             — Эту связь не разрушить.             Он кивает мне в ответ и наши губи касаются друг друга.