In Which Cloud

      Было бы преуменьшением сказать, что Генезис с головой бросился в спарринги с Сефиротом и Анджилом. - Я пытаюсь стать лучше, чтобы мы могли сразиться с безумным Сефом, если до этого дойдет, - сказал Генезис после еще одного спарринга. Анджил и Сефирот посмотрели друг на друга в недоумении и пожали плечами.       Генезис был не из тех, кого можно просто остановить. Как только Красный коммандер что-то вбивал себе в голову, его было не переубедить.       Самым тревожащим было то, что он привел на их тренировки Клауда. Он сталкивался с Клаудом в искрах, летящих от стали, и хотя Генезис никогда не использовал против Клауда Стикс, его тренировочные бои с Клаудом были такими же интенсивными, как с Анджилом и Сефиротом. Когда Сефирот впервые увидел сражение Генезиса с Клаудом, он уронил челюсть, а Клауд в его голове содрогнулся в ужасе. - Думаю, я не должен удивляться, ведь его тренировал Сефирот, которого я знал, но он сражается как ты, - сказал Клауд.       Сефирот был скорее не согласен. Да, он видел в Клауде свое обучение и манеру двигаться, но младший Клауд сражался, как смесь Анджила и его самого. В одной руке Клауд держал стандартный широкий меч, а во второй – катану. Использование двух мечей разного размера? Даже Генезис удивился, когда Клауд в первый раз выбрал оружие.       Но сражался он хорошо. Его движения были быстрыми и разрушительными. Один взмах широкого меча отправил ничего не подозревающего Анджила кувыркаться к стене зала. Удар катаны вынудил Сефирота защищаться Масамуне. Конечно, в его стойках были недостатки, но они быстро исправлялись и иногда компенсировались.       Анджил и Сефирот быстро научились не недооценивать кадета. Он был силой природы. Если бы Сефирот не знал, что Клауда обучала его другая версия, он, вероятно, предположил бы, что Клауд – какой-то лабораторный эксперимент вроде него самого.       Рукопашный бой, очевидно, был слабым местом Клауда. Анджил с легкостью уложил подростка на мат, но, возможно, это было потому, что Клауд был очень легким и его несложно было бросить. Но Клауд также быстро восстанавливался, научившись падать так, чтобы минимизировать повреждения. Самое интересное, он довольно хорошо обращался с материей. Генезис был очень доволен прогрессом Клауда и удивлялся его находчивости. Лед и Огонь могли быть использованы для взрыва. Огонь и Молния использовались вместе, чтобы увеличить дальность действия Грома.       Сефирот ощутил сильное давление, выступив против Клауда. Было похоже на то, что Клауд мог предугадывать его движения и удары. Это было похоже на бой с ветром или с небом. А Клауд в его голове метался от безмерного удовлетворения прогрессом своего другого «я» к злости от осознания, что тем, кто обучал его, был другой Сефирот.       Когда они выступили против Сефирота втроем, Сефирот обнаружил, что чаще всего защищается от Клауда. Настолько часто, что он забыл о присутствии Анджила и Генезиса. Это был первый раз, когда Генезис застал его врасплох и отправил на пол, ударив огненным шаром в бок. - Проклятье, чокобо, ты действительно нечто, - рассмеялся Генезис, радуясь своей победе, в то время как Сефирот успокаивал уязвленную гордость. - Я? Это вы победили генерала Сефирота, - сказал Клауд, поднимая бровь.       Сефирот заметил лесть, направленную на Генезиса, чтобы потешить эго Красного коммандера, и, разумеется, Генезис раздулся от гордости. Анджил просто стоял в стороне, держа в руке стандартный меч, его грудь тяжело вздымалась от усталости. - Клауд, ты не должен пропускать занятия по прихоти Генезиса, - крикнул Анджил, но даже он понимал, что Клауду там делать нечего. На занятиях Клауду не могли сказать ничего, что не мог бы рассказать безумный Сефирот.       Клауд широко улыбнулся, и Сефироту стало интересно, что именно сказал или сделал Генезис, вытаскивая Клауда с занятий. Позже ему нужно будет посмотреть записи видеонаблюдения. - До экзаменов на Солджеров еще месяц, - сказал Клауд. – Перед этим у меня будет миссия.       Генезис посмотрел на подростка. - Миссия? Ты сейчас в пехоте, но я удивлен, что они действительно отправляют тебя на миссию.       Клауд медленно перевел взгляд на Генезиса. - Это редкость?       Анджил шлепнулся на пол тренировочного зала. - Нет, если ты там достаточно долго. Но ты поступил совсем недавно. Почему они?..       Клауд посмотрел на Сефирота, а потом на Генезиса, раздумывая. - Хм… Если мистер генерал об этом не беспокоится, думаю, и мне не стоит.       Он со значением посмотрел на Сефирота, который коротко кивнул. Тренировочная была под наблюдением, так что Клауд не собирался прямо указывать, о ком он говорит, но Сефирот все равно его понял. - Я уточню, - согласился Сефирот. - Клауд, ты помнишь какие-то миссии, когда ты был пехотинцем? – спросил Сефирот напряженно, обращаясь к соседу по голове. Клауд в его разуме шевельнулся. - После четырех лет гребаных опытов Ходжо я ни хрена не помню.       Сефирот решил, что тут нечему удивляться. Он был готов поспорить, что его другая версия тут тоже ничем не помогла. - Еще один раунд, Генезис? – спросил Клауд, поднимая широкий меч в правой руке. - Да, ифрит меня подери! – воскликнул Генезис. – Если так будет продолжаться и дальше, Чокобо, мне придется использовать против тебя Стикс. Ты уже дьявольски хорош. - Жду с нетерпением, - прощебетал Клауд. ***       Сефирот смотрел на экран, постукивая пальцами по столу. - Твое второе «я» будет в группе обеспечения безопасности, приписанной к филиалу Шинра в Джуноне во время пресс-конференции Президента в этом месяце, - сказал Сефирот Клауду по связи. - Не то, чтобы я помнил что-то подобное, но ладно. Клауд знает? – спросил Клауд. - Сомневаюсь. Кадетам подробности не сообщают, - объяснил Сефирот. - Хм… Другой ты убил Президента.       Сефирот не слишком удивился, услышав это. Учитывая все, Президент был не слишком приятным человеком. Сефироту понадобилось бы не слишком много времени, чтобы решить, что его полностью достал урод, называемый Президентом Шинра. - Возможно, нам лучше не рассказывать ему с учетом Сефирота, живущего в голове Клауда, - медленно сказал Сефирот. – Если мы расскажем, моя другая версия может посчитать необходимым использовать Клауда как соучастника в убийстве. - Если Клауд действительно убьет Президента по требованию твоего другого «я», это будет не соучастием, - указал Клауд. – Плюс, он уже избавился от Ходжо. Был ли это и правда несчастный случай, как утверждает Клауд, или Клауд хладнокровно убил его, в данный момент, уверен, не важно.       Сефирот откинулся на стуле, глядя на экран и обдумывая этот вопрос. - Если мы сами уберем Президента Шинра, чтобы твоему другому «я» не пришлось этого делать?..       Клауду, похоже, совсем не нравилась эта идея. - Сейчас Руфус – вице-президент. Не повредило бы немного повлиять на него. Мако – не возобновляемая энергия. - Повлиять? - В моем мире Руфус работал с первоначальной ЛАВИНОЙ. Он спонсировал их проекты и обеспечивал информацией в попытке убить своего отца и стать его преемником, - в связи отчетливо ощущалось раздражение Клауда. – Не то, чтобы его волновали убеждения ЛАВИНЫ. Он просто хотел трона. ЛАВИНА хотела уничтожить Шинра, потому что они верили, что добыча мако истощает планету.       Сефирот захлопал глазами, обдумывая все, что узнал о планете и Лайфстриме от Клауда. - И это так? - Да. Но их методы были очень экстремальными. - Если бы мы убили Президента Шинра… - Сомневаюсь, что в данный момент Руфус справится лучше. Прямо сейчас его совершенно не волнуют люди.       Сефирот медленно моргнул, поднимая ручку и записывая дату отправления Клауда. Экзамен на Солджеров будет в середине-конце марта. Анджил упоминал об этом, потому что собирался к тому времени сделать Зака Первым классом. - Руфуса защищает большинство Турков, - медленно произнес Сефирот. – Посеять в его разуме зерно сомнения… Чего это стоило в прошлый раз? - Руфус не сказал мне напрямую, но говорил, что почти умер. Он видел разрушения, причиной которых была Шинра… то, чего он никогда не видел и… - в связи вспыхнула искорка веселья, пока Клауд обдумывал следующие слова. – Когда мы сражались с твоим другим «я». Когда другой ты призвал метеор, Руфус возглавил Шинра и в попытке поразить его выстрелил из мако-пушки, чтобы пробить барьер, установленный твоим другим «я». Это сработало не совсем так, как ему хотелось, и планета оскорбилась. - Ясно… - не то, чтобы Сефирот мог просто… подняться к Руфусу и прямо сказать ему, что он должен прекратить использовать мако, потому что планета оскорбится. И Президент точно плохо воспримет, если Сефирот попытается убедить его перестать использовать мако. - Если ЛАВИНА преуспеет в убийстве Президента и Руфус получит трон… - начал Сефирот. - Наверное, ничего не изменится. Не до тех пор, пока Руфус не изменится внутренне. Он начинал не как хороший лидер.       Сефирот бросил взгляд на пачку документов для Генезиса и Анджила и… к нему пришла идея. - Что, если мы пригрозим уйти? - …Что? - Анджил, Генезис и я. Может, и Зак тоже. Верность большинства Солджеров принадлежит Солджерам Первого класса. Без Солджеров компания не справится с угрозами. - Что насчет Турков? – указал Клауд. – Хочешь сказать, для тебя нормально пойти против Шинра со всеми Солджерами?       Сефирот моргнул, глядя на папки на столе. - Думаю, твое другое «я» приручило одного высокопоставленного Турка. Турки преданные, если не сказать большего. - Сефирот, они не будут преданы другому мне больше, чем Руфусу. - Разве? Тогда мы заставим твое второе «я» расположить к себе Вельда. Может, даже самого Руфуса.       Недоверие и возмущение в связи были восхитительными. Сефирот посмотрел на электронное сообщение, полученное на его личную почту. Он обращался к Рено по поводу исчезновения Клауда с занятий. Или, скорее, по поводу кражи Клауда с занятий Генезисом.       Рено отправил видео с одним только смеющимся смайликом вместо темы. Что было любопытно, но вполне ожидаемо. Рено любил сплетни и, очевидно, любил следить за Клаудом, как выяснил Генезис.       Сефирот щелкнул по видео, и началось воспроизведение записи службы безопасности в одном из классов, где Клауд сидел по центру ближе к задней стене комнаты. Это было не лучшее место для Клауда, поскольку подросток был как минимум на полголовы ниже остальных ребят в классе, но с мако-улучшениями Клауда, возможно, это было не такой уж большой проблемой.       Дата в правом верхнем углу экрана показывала, что это было за день до их тренировки вчетвером. Это было неудивительно, поскольку Сефирот подозревал, что Генезис не сказал Клауду точно, когда именно будет тренировка. И Клауд еще не присоединился к их групповому чату.       Лекция была о преимуществах обладания разными типами материи на миссии. Это была замечательная, полезная информация для тех, кто раньше не имел дела с материей. Но Клауд не входил в это число. Так что для него эта лекция, скорее всего, была бесполезной. Ну, Сефирот подозревал, что то же самое можно было сказать о большинстве его лекций.       На записи прошло около минуты, перед тем, как дверь в класс распахнулась. Лектор запнулся при виде Красного коммандера, стоящего во всей красе со Стиксом в руке, осматривающего класс мако-глазами. Заметив Клауда сзади, Генезис направил клинок на Клауда, и на записи послышался его голос. - Клауд! - Да, Генезис?– слегка озадаченно спросил Клауд.       Генезис опустил меч и прошел мимо парт, схватив Клауда за воротник униформы и перебросив мальчика через плечо. Клауд невероятно смущенно хлопал глазами, пока Генезис разглядывал кадета, сидевшего рядом с Клаудом. - Ты отнесешь его вещи в его комнату, - объявил Генезис. - Д-да, сэр! – пропищал кадет.       Клауд болтался на плече Генезиса как тряпичная кукла, его живот упирался в наплечник Генезиса. И именно так Красный коммандер прошел к выходу из комнаты.       Клауд ошалело, но весело помахал своим одноклассникам и (Сефирот был совершенно уверен, что этот взгляд в камеру не был случайным) Турку за камерой. - Какого хрена?! – в связи ощущалось унижение Клауда.       Сефирот не мог его винить. Когда запись оборвалась, Сефирот опустил голову, и его веселье вылилось тихим смехом. Одна только дерзкая улыбка Клауда заставляла окружающих любить подростка. Сефирот подозревал, что это было результатом длительного пребывания вместе с его другим «я». Ему было интересно, находит ли другой Сефирот выходки Клауда такими же забавными, как и он. - Ты уверен, что с помощью Клауда мы не сможем за месяц завоевать расположение Турок? – спросил Сефирот, его веселье свободно струилось по связи. - Гайя… Серьезно? Не понимаю, как я стал таким…       Реакция Клауда была почти такой же восхитительной, как дерзкая улыбка младшего Клауда. Сефирот потянулся к связи и мягко коснулся находящегося в ней тепла, наполовину обиженного, наполовину униженного, но такого Клауда. - Я нахожу это невероятно интересным, - сказал Сефирот. - Ну конечно, - вздохнул Клауд. - Так может, другой я тоже. В этом случае, если другой я когда-либо обретет тело, он, возможно, вложит больше сил в развитие Клауда, а не в попытки терроризировать людей.       Клауд молчал, обдумывая это. Сефирот дал ему время, пытаясь придумать ответ на электронное письмо Рено с благодарностью за видеозапись. Затем он быстро переслал письмо Анджилу, добавив текст: «Скажи Генезису, в следующий раз не вести подрывную деятельность». Анджил, без сомнения, устроит Генезису лекцию на тему чести, мечты и правил. - Честно говоря, если вы трое объявите свой план Солджерам, подавляющее большинство последует за вами. У вас есть фанаты, ты же знаешь, - Клауд казался таким подавленным из-за этого. Что было странно. - Так даже лучше. Если Руфус все же не станет нас слушать, мы натравим на него фанаток. Тогда ему придется прислушаться к нам. ***       Через два дня после отъезда Клауда в Джунон, Сефирот серьезно задумался самому полететь в филиал Шинра, чтобы вернуть блондина.       Во-первых, Генезис стал невыносим в первый час после отбытия Клауда. Нытье Зака началось на второй день. Если бы Сефирот еще раз услышал «Когда вернется Спайки?!», ему пришлось бы взяться за Масамуне.       Даже Клауд в его голове стал невероятно беспокойным. Когда Сефирот подергал связь, Клауд просто ответил: «Плохое предчувствие. И все».       Анджил выражал свое беспокойство, читая больше лекций, чем обычно. На самом деле это настолько раздражало, что Сефироту это, в конце концов, надоело, и он хлопнул ладонями по столу, заставив деревянные ножки задрожать под давлением. Тогда его настроение заметил даже Клауд в его голове, и слегка шевельнулся, по связи донеслась вспышка тревоги. - Хватит страдать, Клауд не ребенок! Он подписался, зная, во что ввязывается, - сказал Сефирот тихим и опасным голосом. – Он не один. Он – часть команды. Это просто охрана! - Мы знаем, насколько он силен, - тихо сказал Анждил, положив голову на стол в зале для совещаний. Они устроились в одном из залов, чтобы заняться бумагами, но только Сефирот действительно пытался что-то сделать. – Не то, чтобы мы в него не верили. Просто… Это же Клауд. - Слушайте, если что-нибудь, что угодно пойдет не так, я лично поеду туда и все исправлю, - зарычал Сефирот. – Это просто охрана!       Зак вздохнул. Он развалился на одном из больших кресел, перекинув ноги через один подлокотник и упираясь спиной в другой. - Я скучаю по нему. Спайки, возвращайся! Мы скучаем по тебе! - Перестань выть, щенок, - простонал Генезис. – Он вернется через… - он бросил взгляд на свой коммуникатор, упираясь грудью в кресло и свесив руки за его спинку, - … восемь дней. Они все вздохнули, и Сефирот почувствовал, как у него раздраженно дергается глаз. - Не веди себя так, как будто тебе все равно, - вздохнул Клауд.       Ладони Сефирота застыли, он нахмурился, слегка обеспокоенный тем, что Клауд озвучил его неприятные ощущения. Но все же… - Нет повода для волнений.       В связи раздался раздраженный вздох Клауда. - Может, и нет. Младший «я» силен, но это не значит, что он не попадет в беду. И он, и я обладаем сверхъестественной способностью притягивать неприятности.       Сефирот замер, на его лице застыло хмурое выражение. - Он будет в порядке. - Возможно, - согласие Клауда было каким-то вымученным, как будто он сказал это только для того, чтобы успокоить Сефирота, а не потому, что на самом деле в это верил. ***       Клауд, очевидно, был прав. Семь дней спустя сообщение о покушении на убийство Президента заставило Сефирота схватить Масамуне и умчаться в вихре кожи. Сообщение пришло от Вельда на личную линию связи. Охрана была атакована группой под названием ЛАВИНА. Если это была та самая ЛАВИНА, которую спонсировал Руфус, Сефирот его убьет. Ладно, может, он не станет убивать Руфуса. Просто покалечит его. Подвергнуть опасности жизни стольких людей из-за семейной ссоры?       Сефирот почувствовал, что закипает, и прищурился. Это был только вопрос времени, когда он выяснит, что именно происходит. Но кровавые следы, лежащие вокруг тела… трудно было сказать, кто из них был другом, а кто – врагом. К счастью, среди лежащих тел Сефирот не увидел яркую прядь светлых волос.       Это было единственным, что спасло бы Руфуса. Его и Президента. Ладно, Президент – это другая история.       В ту секунду, когда Сефирот переступил порог конференц-зала, гигантская, богато украшенная люстра обрушилась на голову Президента. Кровь была разбрызгана повсюду. Она окрасила стены, пол, стол, стулья. Осколки стекла и металла отломились от тяжелого светильника, когда он ударился о пол, раздавив Президента своим весом. Кровавая, треснувшая лампочка подкатилась и стукнулась о ногу Сефирота, пока он смотрел на сцену перед собой, на тело, которое буквально дышало несколько секунд назад.       Сефирот даже не знал, что сказать. Он посмотрел на свои забрызганные кровью брюки, а потом на Турка за спиной. Турк выглядел таким же ошеломленным, как и он сам. Даже Клауду в его голове было абсолютно нечего сказать. - Оцепите здание, - приказал Сефирот, развернулся и побежал по коридору.       Клауд, вероятно, был где-то в здании. И будь Сефирот проклят, если оставит его сражаться в одиночестве. Единственной проблемой было то, что Сефирот не имел понятия, где был подросток. Филиал в Джуноне был не настолько огромным, как штаб-квартира в Мидгарде, но все еще был невозможно большим. Чтобы найти Клауда потребуется больше усилий, чем убить Президента или Руфуса. Это будет проблемой, не так ли? - Проверь самое шумное место, - предложил Клауд. – Если мое второе «я» хоть немного похож на идиота-меня, тогда он, вероятно, будет в эпицентре катастрофы.       Это было не слишком большим подспорьем, но Сефирот решил, что это во всяком случае не навредит. Он рванул к комнате контроля пушкой Джунона и резко уклонился, когда из двери вылетело тело, врезавшееся в стену рядом с серебряноволосым генералом. Сефирот обнажил Масамуне, подойдя к двери и открывая ее метким пинком.       Клауд посмотрел на него с пола, где он лежал, держа в одной руке отвертку, а во второй – какую-то рукоятку. Он захлопал на Сефирота глазами, а потом пожал плечами. - Вы мне поверите, если я скажу, что я тут совершено ни при чем? – спросил Клауд, широко открывая свои голубые глаза.       Полная нелепость ситуации не ускользнула от внимания Сефирота. У него не было слов, чтобы описать бурю эмоций, обрушившихся на него. Облегчение, шок, удивление и (возможно, неуместное) веселье. Сефирот подавил смех и глубоко вздохнул, чувствуя, как из мышц уходит напряжение. - Можешь написать мне отчет об этом. - Разумеется, - согласился Клауд. ***       Клауд отступил на задний план разума Сефирота.       Он не был уверен, почему Сефирот, которого он знал, тренировал его младшее «я», но был совершенно уверен, что Сефирот не рассчитывал на полный хаос, по имени Клауд Страйф.       Он не врал, когда говорил своему товарищу по разуму, что не имеет понятия, как младший Клауд мог стать таким, какой есть. Возможно, в пехоте он часто ввязывался в драки, возможно, над ним издевались, но он никогда так сильно не нравился людям, которые должны были следить и наблюдать за ним.       И он был почти уверен, что другой Сефирот также не просил его младшую версию сделать это. Сефирот никак не мог это запланировать. Гайя, Клауд даже не знал, как реагировать на свое младшее «я».       Но опять же, Сефирот, с которым он делил разум, не был тем Сефироттом, которого он знал. Так что, предположил Клауд, было вполне возможно, что другой Сефирот сказал младшему Клауду про обретение союзников. В конце концов, Клауд всегда был сильнее, когда рядом были другие люди.       Ладно, его всегда спасал кто-то из окружающих. Дензел, Тифа, Марлин, Баррет, Юффи, Винсент, Нанаки, Сид… Они всегда вступались за него, когда он был в беде. И поэтому Клауд делал все возможное, чтобы помочь им, когда в беде были они.       Это было одной из причин, по которой он искал лекарство от геостигмы в одиночестве. Хотя Тифа сильно на него злилась… он чувствовал свою ответственность за кризис. Если бы он дистанцировался и умер в отдалении, может быть, они бы не так расстроились, когда случилось бы неизбежное.       Как оказалось, это было прямо противоположно тому, что чувствовали они. Но это не помешало Клауду думать, что лучше бы он умер, если его действия принесли столько боли и страдания его друзьям. Они так беспокоились за него, возможно, даже сильнее, чем когда он был рядом.       И это было больно: понимать, что он заставляет друзей страдать, но не желая их беспокоить. Клауд не знал, что сказать или сделать. Клауд никогда не был силен в разговорах.       А потом… они собрались. Они помогали ему в бою, еще раз, и Клауд осознал, что не одинок в борьбе. Ни когда он встречался лицом к лицу с Сефиротом, ни когда ездил в одиночестве на доставку. Никогда. Он исполнял их желания так же, как они исполняли его мечты. Он больше не был одиноким. Может быть, он никогда им не был.       Поэтому когда его забросило сюда, в голову Сефирота, он подумал, что может, это и есть ответ. Может быть, спасение мира было не в победе над Сефиротом, а в том, чтобы Сефирот никогда не потерял своих друзей. В конце концов, друзья Клауда спасли его от самого себя, не было оснований предполагать, что Сефирота не смогут спасти его друзья.       Но потом он начал узнавать генерала. Как человека, чьи ожидания сильно превосходили его возможности. Его собственные знания о Сефироте, о безумном Сефе, как продолжал называть его Генезис, всегда казались важнее жизни. Клауд никогда не знал человека, стоящего за Богом. Это сильно напоминало ему ярлык героя, который приклеился к нему после падения метеора. Он не хотел этого титула, но это не мешало людям так его называть.       И это заставило Клауда направлять Сефирота в различных ситуациях. Он никогда не понимал, как нужно поступить или что сказать, так что это было очень похоже на то, что он нащупывал ответы, которых у него не было, ища в темноте истину, которую он не знал.       Постепенно с помощью Сефирота Клауд научился общаться. Клауду было легче понять, что говорить, потому что это были те же слова, что когда-то убедили его самого. И это сработало с Сефиротом так же, как однажды сработало с Клаудом.       Он спокойно существовал в разуме Сефирота, испытывая облегчение от того, что друзья Сефирота так же верны ему, как Тифа и остальные были верны Клауду. На этот раз все сложится лучше. И если даже он никогда не сможет взаимодействовать ни с кем вне Сефирота, это было нормально. Потому что мир был бы лучшим местом.       А потом в разуме его младшего «я» появился Сефирот, которого он знал.       Отражение в зеркале потрескалось, и Клауд остался разбитым, не понимая, почему он не может убежать от этого человека. Он не знал, что сделать или что сказать, чтобы все исправить. Была ли это его вина, что безумный Сефирот появился в этом спокойном мире, где Сефирот заслужил счастье и верность друзей.       Но затем, младший Сефирот, которого он стал узнавать, снова удивил его.       Однажды он уже забыл, что рядом с ним есть друзья, даже если не физически. И, похоже, это был второй раз, когда он забыл, что у него есть друзья.       Анджил, Генезис, Зак, Сефирот… Они поняли. Они хотели, чтобы он был рядом, хотели остановить безумного Сефирота, чтобы они могли жить спокойной жизнью. И они хотели сделать это вместе с ним.       Но, Гайя, это было так трудно. Было трудно осознавать, что твое существование, возможно, было причиной того, что мир сгорит. Клауд сделает все, что в его силах, чтобы остановить безумного Сефирота, но что, если этого будет недостаточно? Что, если Сефирот, которого он знал, уничтожит этот мир так же, как убил множество людей в мире Клауда?       Он не мог этого знать. И все становилось еще запутаннее, когда его младшая версия открыто насмехалась над Сефиротом, которого он знал, подшучивая над ним или отчитывая его.       Если Клауд выберет этот мир вместо своего, он может приговорить свое младшее «я» к смерти.       За исключением того, что его младшая версия не верила, что безумный Сефирот убьет их. Его младшее «я», похоже, не находилось под влиянием безумного Сефирота. В его младшей версии не было ни капли от безумного Сефирота, которого он знал, за исключением, возможно, того факта, что его младшая версия была невероятно сильной и умной. Клауд был совершенно уверен в том, что будучи кадетом, он не был таким умным.       Если бы он остался здесь, в голове Сефирота, возможно, так было бы лучше для всех.       Но Сефирот разрушил эти планы, спросив, что им делать, если безумный Сефирот найдет способ выбраться без тела Клауда, обеспечивающего связь.       Клауд чувствовал смятение. Он ощущал себя губкой, которую выжимали и выжимали, не давая впитать ни капли воды. Казалось, что он узнал, что такое счастье, только для того, чтобы его отняли.       Слова Аэрис ему не помогли. Если Клауд выберет этот мир вместо своего, он фактически уничтожит свой старый мир.       Клауд не питал иллюзий. Он понимал, что его мир не был счастливым. Погибло столько людей. И он не лгал, когда сказал, что в этом мире так много нужно сделать, и так много можно потерять, реши он остаться.       Этот мир был бесконечно более ценным, чем его собственный, обреченный мир. Если безумный Сефирот, которого он знал, не решит разрушить его до основания. Клауд не был уверен, сможет ли вынести это еще раз. Он не знал, достаточно ли силен, чтобы продолжать бороться после стольких потерь.       И Сефирот этого мира…       Ладно, Клауд был не самым проницательным человеком в мире. Он был совершенно слеп, когда дело касалось чувств и эмоций. Но даже он понимал, что Сефирот этого мира начал испытывать к нему чувства. Они были такими чистыми, искренними, достигая его сквозь связь.       К нему. К Клауду. К тому, кто был в разуме Сефирота восемь с лишним лет. Романтические чувства.       О Гайя, почему к нему?       Если бы Клауд не ощущал каждую эмоцию Сефирота, он, возможно, никогда бы этого не заметил. Но дело было в том, что Клауд был так сильно с ним связан, что понял, что генерал начал влюбляться в него, даже если сам Сефирот еще не понял этого.       Он никогда не думал, что Сефирот может так сильно кого-нибудь любить.       Это было единственной причиной, по которой он рассматривал действия безумного Сефирота через эту призму. Может, это было отчаяние? Любовь? Если это была любовь, это было самое болезненное, агонизирующее чувство, которое Клауд когда-либо видел.       Но этот Сефирот, который свободно делился своими эмоциями в связи и любил его?       Гайя, было бы намного проще, если бы Сефирот мог просто перестать испытывать к нему эти чувства. Клауд был не из тех, кто знает, как на них отвечать, но, похоже, Сефирота это не волновало. Сефирота, который мечтал отдыхать на его плече после долгого дня или обнять его со спины. Сефирота, который фантазировал о том, чтобы сразиться с ним, а потом взъерошить ему волосы, как младший Клауд делал с ним.       Это тревожило бы, не будь эмоции Сефирота спокойными. Клауд не стал бы отказывать ему. И он этого не делал, пока Сефирот не спросил, нравятся ли ему цветы.       И это было больно. Хотя он отчаянно пытался скрыть эти чувства от Сефирота. Это было похоже на сквозной удар Масамуне. Или наблюдение за тем, как умирает Аэрис, снова и снова. Все, что он мог представить – те цветы, что когда-то подарила ему Аэрис и засунула под его ремни.       Эту боль причинил ему другой Сефирот. И было бы несправедливо, заставь Клауд испытывать ее этого Сефирота.       Но… Гайя, это было больно.       И эмоции Сефирота по отношению к Клауду стали какими-то горько-сладкими.       Не то, чтобы Клауд не мог представить себя с этим Сефиротом. Мог, и легко. Но он не хотел стремиться к мечте или давать Сефироту надежду на то, что может никогда не случиться. Клауд провел последние восемь лет, наблюдая, как этот Сефирот превращается из мальчика в мужчину. В мужчину, который нашел свою любовь в том, кто не может ответить взаимностью, не сделав выбор, который потенциально уничтожит целую планету.       Как вообще он мог выбрать?       Но его друзья были готовы ждать. Зак был готов ждать его. И Сефирот совершенно ясно дал понять, что хочет, чтобы он был рядом, даже если этот выбор приведет сюда безумного Сефирота. Это была цена, которую они были готовы заплатить.       Этот выбор казался эгоистичным. И этот выбор должен был сделать Клауд. А не кто-то еще.       Поэтому Клауд наблюдал. И ждал. Потому что если сейчас этот мир не испытывал острой нужды в нем – если Сефирот не испытывал острой нужды в нем – тогда он мог не торопиться, принимая решение и наблюдая за безумным Сефиротом, которого он знал, через взгляды и поступки своей младшей версии. ***       Ручка, которая находилась в руке младшего Клауда оказалась рычагом включения мако-пушки Джунона. Которая, по-видимому, подверглась опасности захвата ЛАВИНОЙ.       Сефирот просмотрел отчет Клауда, в котором детально описывались обстоятельства, приведшие к тому, что Клауд разобрал механику мако-пушки Джунона. Отчет начинался конференц-залом, где Клауду дали задание заменить лампочки в люстре, и заканчивался тем, что Клауд убрал рычаг «Вкл.» с пушки. Независимо от того, сколько раз Сефирот прочитал отчет, в нем все еще не было смысла.       Не то, чтобы младший Клауд плохо писал. На самом деле, отчет Клауда был безупречен, что, несомненно, было вызвано влиянием другого Сефирота. Разумеется, в официальном отчете не было упоминаний о голосе в голове Клауда, который, скорее всего, и представил информацию о ЛАВИНЕ.       Но последовательность событий… Сефирот покосился на бумагу в руке, размышляя, был ли в словах Клауда какой-то тайный смысл.       Я решил удалить источник питания пушки, чтобы предотвратить возможность того, что злоумышленники воспользуются оружием.       Сефирот уставился на рукоятку в ладони и вздохнул. Что ж, это было очень эффективно. Сефирот даже не знал, что бы сделал он сам, если бы ему нужно было бы запустить мако-пушку Джунона без рычага включения. Пушка была огромная и мощная, но если ее нельзя было включить, она становилась просто куском металла.       Он раздумывал, не завернуть ли рычаг в подарочную бумагу и отправить Риву. Без сомнений, как только глава отдела городского развития поймет, что это такое, он сочтет это чрезвычайно забавным.       Другое дело – смерть президента. Руфус, разумеется, был в восторге, что перед ним открылась эта вакансия.       Если верить словам товарища по его разуму, атаку спровоцировал сам Руфус. Если это правда, тогда…       Сефирот ощутил медленное приближение головной боли и потянулся к связи, мягко толкая Клауда. Клауд медленно открылся, но Сефирот знал, что он весь во внимании. - Твоя другая версия отсоединила рычаг включения мако-пушки Джунона, - медленно начал Сефирот.       В связи донеслось эхо неверия Клауда, и он тихо ответил. - Зачем?.. - Чтобы предотвратить использование пушки ЛАВИНОЙ.       Клауду, похоже, нечего было сказать. Говоря по справедливости, Сефирот тоже не знал, как на это реагировать - Я подозреваю, что он также убил Президента Шинра, - комментарий Сефирота был спокойным и взвешенным. – Случайно, - добавил он, подумав. - И как мое второе «я» доходит до случайных убийств? - Назначили солдата, который должен был заменить разбитые лампочки на люстре в конференц-зале, где Прзидент Шинра в тот день собирался провести собрание. Каким-то образом эта работа досталась первому же пехотинцу, проходившему мимо двери, кем оказался рядовой Страйф, сопровождаемый турком, Рено. Рено помогал рядовому Страйфу, поддерживая лестницу, в то время как рядовой Страйф сражался с лампочками, так как они были очень туго закручены. Чтобы нормально вытащить лампочку, понадобилась отвертка. Позже, в 3:00 поступило сообщение о вторжении террористической группы под названием ЛАВИНА. Вот когда Вельд позвонил мне и проинформировал, что в Президента стреляли.       Молчание Клауда тревожило, но он медленно собирал части головоломки. - Люстра упала… - Видимо, она была плохо прикреплена к потолку. Это точно никак не могло быть вызвано заменой лампочек.       Наступила тишина, и Сефирот обмяк в кресле, уронив голову на стол. До чего докатился мир, в котором младший Клауд совершает непредумышленное убийство? Рено, конечно, подтвердил, что все, что сделал Клауд – заменил лампочку. Сефирот не был уверен, прикрывал ли он Клауда или действительно ничего не видел.       То, что Ценг повторно это подтвердил, ничем не помогло.       И, вдобавок ко всему, Вельд встретился с Клаудом. Вельд, который, как известно, был кем-то вроде отца всем Туркам, встретился с Клаудом.       Теперь младший Клауд был под защитой Турков. Неофициальной, конечно, но это объясняло то, почему кадет с утра не появился на занятиях. Если Клауд не выйдет из этого с парочкой новых сталкеров, Сефирот будет очень, очень удивлен. - Рено был там… - Мне позвонил Вельд, - повторил Сефирот. - … Вельд встретился с Клаудом… - Клауд, видимо, с трудом это переваривал. Сефирот мог посочувствовать этому, учитывая, что между личным прошлым Клауда и хаосом в жизни младшего явно существовал разрыв. Вероятно, в результате влияния другого Сефирота. - Надеюсь, мы получим его обратно, - сказал Сефирот, но в его голосе не было уверенности. ***       Клауд вспомнил тот момент, когда Ценг допрашивал его в конференц-зале.       Как и в первый раз Клауд с благоговением оглядел помещение, отметив красивую люстру и красный плюшевый ковер. По центру комнаты стоял деревянный письменный стол и такая же парта. - Клауд…       И снова голос мистера генерала! - Интересно, дело в рычаге, - прощебетал Клауд Сефироту в голове. – В конце концов, это показалось мне более простой задачей, чем «защита пушки». - Так и было. Абсолютно. Но я не думаю, что Шинра нравится, когда ты ломаешь их игрушки, - вздохнул Сефирот. – Просто… не выводи из себя Вельда. - Что вы имеете в виду, мистер генерал? – невинно спросил Клауд. – Я никогда не выводил из себя никого из Турков.       Раздражение Сефирота почувствовалось сквозь связь, когда открылась дверь. - Наверное, они собирались оставить тебя на несколько часов томиться и нервничать, - прокомментировал Сефирот. – Это обычная тактика – заставить людей напрягаться из-за пустяков и выбалтывать больше, чем они планировали.       Клауд моргнул, наблюдая, как в дверь вошли Ценг и Вельд. Он улыбнулся и с энтузиазмом помахал Ценгу. - Привет, мистер Ценг! - Страйф, - отозвался Ценг усталым, но довольным тоном. – Я надеялся, что ты сможешь избежать проблем. - Проблем? – Клауд выглядел очень удивленным, его голубые глаза были широко открыты. – У меня проблемы? - Обычно ты – их причина, засранец, - хмуро сказал Сефирот в его голове.       Клауд захлопал глазами, гадая, на что намекает Сефирот, но обратил внимание на Ценга, когда тот заговорил. - Страйф, это Вельд. Сегодня он будет тебя допрашивать, - прокомментировал Ценг ничего не выражающим тоном.       И – ооо – на этот раз все было серьезно. В прошлый раз они назвали это «интервью». На этот раз они действительно назвали это допросом. Клауд дерзко улыбнулся Ценгу. - Ага, окей, мистер Ценг! Что вы хотите знать?       Видимо, Ценг ожидал не такого ответа. Ценг посмотрел на Вельда, который в ответ посмотрел на Ценга, перед тем, как Вельд медленно двинулся к стулу и занял место. - Привет, мистер Вельд! – чирикнул Клауд. - Доброе утро, Страйф. Как ты себя чувствуешь? Это была твоя первая миссия, верно? – спокойно сказал Вельд. - Немного хочу спать, - признался Клауд. – Но в целом хорошо. Вы работаете в том же отделе, что и мистер Ценг, мистер Вельд? У вас такой же костюм. Как и у сталкера №1 и сталкера №2!       На лице Ценга промелькнула веселая усмешка, а потом он снова сделал серьезное лицо. Вельд медленно моргнул, явно сбитый с толку поведением Клауда. - Знаешь, ты мог бы называть их по именам. Я думал, тебе нравятся эти зверьки, - сказал Сефирот. - Они еще не представились мне по-настоящему, - прощебетал Клауд. – Плюс, сталкер №1 и сталкер № 2 легче запомнить. - Да, - кивая, медленно ответил Вельд. – Я здесь, чтобы задать тебе вопросы по поводу последней миссии. - Дело в лампочке? – спросил Клауд, распахнув глаза. – Я неправильно ее вкрутил? Она сломалась? О нет, Президент разозлился?       Вельд открыл рот и медленно его закрыл. На его лице появилось выражение глубокой сосредоточенности, а потом он медленно заговорил. - Люстра упала на президента, - медленно произнес он. - О нет! Это ужасно! – лицо Клауда было идеальной иллюстрацией сочувствия. – Он поправится? Он ударился головой, как профессор Ходжо? Я должен отправить ему корзину с пожеланием выздоровления?       Вельд уставился на него, но Клауд не обращал на него особого внимания. Вместо этого, Клауд повернулся к Ценгу. - Президент любит яблоки, мистер Ценг? Или вместо этого отправить ему груши? – спросил Клауд. - Ты их поломал, - пришел по связи восхищенный голос Сефирота.       Клауд переводил взгляд с Ценга на Вельда, хотя его внимание было обращено вовнутрь. - Аууу, и я еще даже не упоминал о том, что профессору Ходжо действительно нужно было изучить гравитацию.       Сефирот в его голове засмеялся, и Клауд невинно захлопал глазами. - Мистер Вельд? – наконец-то спросил он, когда молчание слишком затянулось. - Прошу прощения, Страйф, - Вельд прочистил горло. – Не нужно никаких… корзин. Упавшая люстра весила около двухсот килограмм. Президент скончался от удара. - О нет! Какой ужасный несчастный случай! – сказал Клауд, широко открыв глаза. – Думаю, мы не знаем, почему упала люстра, не так ли? Похоже, что там были проблемы с проводкой или неправильная конструкция. Я имею в виду, если она была такой тяжелой, кто-нибудь должен был понимать, что ей нужна хорошая поддержка.       Вельд смотрел на подростка до тех пор, пока на его губах не появилась легкая улыбка. - Да, это действительно похоже на неисправность проводки или плохую конструкцию. Дело точно не в разболтавшемся болте. - Разболтавшийся болт? Не уверен, что я понимаю, мистер Вельд, - Клауд наклонил голову набок. - Ммм, и люстра, в конце концов, должна была проиграть гравитации, не так ли? – медленно сказал Вельд. - Я хотел бы сказать… все рано или поздно проигрывают в битве с гравитацией, мистер Вельд, - невинно произнес Клауд. - Так жаль, что у профессора Ходжо не было возможности изучить гравитацию. - Да, это так, правда? Не хочешь сказать мне, кто следующим проиграет в битве с гравитацией? – спросил Вельд с легкой, задумчивой усмешкой на лице. - Не знаю, мистер Вельд. Просто будьте осторожны, ладно? – чирикнул Клауд.       Вельд усмехнулся, рукой подзывая Ценга, который вывел Клауда из комнаты и сопроводил в казармы пехоты. Ценг весело улыбался. - Мы будем наблюдать за тобой, Страйф, - добавил он. - Жду с нетерпением, мистер Ценг, - сказал Клауд, помахав ему на прощание, когда зашел в помещение. - Ты, засранец, ты делаешь это абсолютно специально. - Конечно, мистер генерал. Я должен держать их в напряжении. - Я знаю, что говорил, что Президент – не хороший человек, но разве это было обязательно? Ты же понимаешь, что твои друзья обвинят в этом меня, верно?       Клауд медленно моргнул, ковыряясь в своем рюкзаке и доставая вещи для стирки. - Разумеется, мистер генерал. Но они, вероятно, обвинят вас во всем, что бы я ни сделал, так что я не вижу, в чем разница. По крайней мере, у вас есть веская причина ненавидеть Президента.       Мистер генерал был умен, вероятно, он мог понять, что имел в виду Клауд. И, конечно… - … Ты сделал это ради меня? – голос Сефирота был нерешительным, тихим, как если бы он не мог поверить Клауду. - Угум. Мне не нравится, когда кто-то причиняет боль моим друзьям. Никто не имеет права доставать моих друзей; мне все равно, кто бы это ни был, - прощебетал Клауд.       Сефирот помолчал еще несколько секунд. - Спасибо.       Клауд широко улыбнулся, забрасывая вещи в стирку. - Не беспокойтесь из-за этого, мистер генерал. Я уверен, что люди, которые должны были заботиться о вас, причинили вам много боли. Так что теперь моя очередь о вас заботиться.       И в первый раз в связи со стороны Сефирота появилось теплое ощущение, тянущееся к Клауду. Клауд крепко схватил его и не отпускал. ***       Экзамены на Солджер должны были быть сложными.       И, вероятно, они и были бы такими, если бы у Клауда уже не было улучшений. Он действительно готовился к ним, но только потому, что Сефирот в его голове ждал этого и сказал ему: «То, насколько хорошо ты справишься, определит насколько быстро ты продвинешься в Солджер». А пользоваться помощью мистера генерала на экзаменах было бы жульничеством!       Клауд не был жуликом!       Поэтому он готовился к экзамену, снова и снова читая материалы, записывая стандартные боевые стратегии и построения под руководством мистера генерала. Как только мистер генерал объяснял ему материал, Клауду было невероятно легко понять его.       Клауд говорил тому, с кем делит разум, что хочет справиться сам. Что хочет пройти своими собственными силами. Мистер генерал был не слишком рад, но он согласился, позволив Клауду попробовать самому.       Конечно, Клауд не был уверен, что Турки не вмешаются в результаты его тестирования. Неважно, сколько баллов он наберет, он был уверен, что Турки все равно одобрят его заявку. Было бы преступно оставлять его в пехоте с его мако-улучшениями.       При этом, все это не имело отношения к его соседям по комнате – Гарри, Дрю и Джейсону. Поэтому он помогал им, тренируясь с ними и занимаясь. - Эй, Клауд? – однажды вечером обратился к нему Джейсон, когда они пересматривали использование материи. - Да? – спросил Клауд, глядя на него с любопытством, пока его руки продолжали перебирать кучу книг рядом. - Почему ты все еще тусуешься с нами? – спросил Джейсон. Дрю и Гарри подняли головы, хлопая глазами. - Ты мог бы оставить их, - вставил Сефирот в его голове. Но Клауд подергал связь между ними. - Потому что мы друзья, и мне нравится помогать своим друзьям! – сказал Клауд. – Это ненормально? - Да, но… - Джейсон пытался подобрать слова. – Тебе это не нужно. Мы тебе не нужны. На тебя обратили внимание все Первые и Второй класс Фейр. Почему ты все еще тусуешься с нами?       Клауд моргнул, наконец-то поняв вопрос. -Ох. Что ж… Меня бы здесь не было, если бы вы, ребята, не присматривали за мной и не прикрывали меня при необходимости.       Гарри, прищурившись, с подозрением посмотрел на Клауда своими карими глазами. - Что ты имеешь в виду? - Хм… - Клауд выглядел задумчивым и напряженно прислушивался к посторонним звукам жучков. К счастью, сегодня их не было. – Ну, помните, когда мы только заселились, кто-то разыграл нас и покрыл постельное белье какой-то усыпляющей дрянью? - Да, к слову, спасибо за это, - сухо сказал Дрю. Клауд хихикнул и хлопнул его по спине. - Я извинился! Ладно! Что ж, я выяснил, что это произошло, потому что профессор Ходжо отдал приказ захватить меня, - сказал Клауд.       Все трое посмотрели на него с ужасом. Даже будучи кадетами они слышали о профессоре Ходжо и о тех, кто «пропал» из пехоты. Понимание того, что Клауд был одним из тех, кто мог исчезнуть, выбило их из колеи. - Что?! За тобой охотился профессор Ходжо?!– спросил Дрю с ужасом в глазах. - Похоже на то, - сказал Клауд, пожимая плечами. – Видимо, это больше не так, после несчастного случая, но в тот момент я не имел об этом понятия.       Ложь, но Клауд не собирался рассказывать своим соседям о Сефироте в своей голове. - Какое мы… - Гарри указал на них троих и снова посмотрел на Клауда, - … имеем к этому отношение? Я имею в виду, никто из нас не говорил профессору Ходжо отвалить или что-то в этом роде. - Если бы вы это сделали, это бы очень плохо для вас кончилось, - голос Сефирота был мрачным, но Клауд внутренне улыбнулся. - Нет. Но вам не нужно было это делать. Вы были рядом, что означало, что Наука не могла заставить меня исчезнуть так, чтобы никто не заметил, - пояснил Клауд. – Неважно, что вы не знали об этом – так, наверное, было безопаснее – вы все равно помогли мне. Так что я возвращаю вам услугу, как друг! - Оооо.       Три кадета переглянулись и посмотрели на Клауда. - Что, если ты пройдешь, а мы – нет, -тихо спросил Гарри. - Тогда я помогу вам подготовиться к следующему разу, - легко сказал Клауд, не беспокоясь из-за их неуверенности в себе. Клауд знал, что никогда не провалится с мистером генералом в голове, прислушивающимся ко всему происходящему. – Но что, если мы все пройдем?       Джейсон улыбнулся, посмотрев на Гарри и Дрю, а потом – на Клауда. - Мне это нравится. Мы все пройдем. - Ребята, если мы все справимся, давайте устроим вечеринку, - сказал Дрю, поднимая книгу. – Отпразднуем!       Клауд помахал своими записями и положил их на стол посередине. - Итак, насчет материи… *** - Что это значит… победить волю Клауда?       Они снова собрались на четвертую официальную встречу «Товарищи по разуму нуждаются в терапии», но прямо сейчас Анджил думал не об этом. Вместо этого он переваривал информацию, которой поделился Сефирот после встречи с девушкой Зака.       Генезис поднял на него взгляд. Он был ужасно разочарован тем, что младший Клауд отклонил его приглашение, потому что на следующий день начинались экзамены в Солджер (кто бы что ни говорил о том, каким пронырливым был Клауд, он, очевидно, был достаточно благородным, чтобы заниматься и сдавать экзамен без помощи безумного Сефирота – что было вполне в духе Анджила). - Думаю, это значит именно то, что сказала Аэрис, - сказал Зак, удивленно глядя на Анджила. – Ну вроде того, что нам придется силой притащить его сюда. - Да, но… как это возможно? Если Клауд в голове у Сефирота, как мы победим его? – спросил Анджил.       Зак помолчал в раздумьях. - Клауд говорит, что нам, вероятно, придется отправиться в Лайфстрим, чтобы вытащить его оттуда, - прокомментировал Сефирот. – Чтобы это сделать, нам, наверное, придется убедить его или убить его. - Убить его… - повторил Генезис. - Только его волю в том мире, - сказал Сефирот, как будто это было самым легким в мире. - Ту же самую волю, которая сейчас скрепляет весь его мир? Эту? – саркастически спросил Гензис. – О да, давайте перейдем прямо к делу.       Сефирот скупо улыбнулся, глядя на своего рыжеволосого друга. - Я не говорю, что это будет легко. Клауд очень силен ментально. В конце концов, он воспротивился воле моей безумной версии. - Так что, мы войдем, победим его и убедим последовать за нами, и на этом все. Его тело появится здесь? – спросил Генезис. - И… если мы собираемся победить волю Клауда, это, вероятно, потребует большего, чем просто «появиться и начать с ним драться». Вероятно, нам будет нужно убедить его прийти сюда, - тихо сказал Анджил. - Предположим, что мы не сможем его победить,- Генезис посмотрел на Сефирота для подтверждения. - Что вполне возможно, - спокойно пожал плечами Сефирот. – Если взять в пример младшего Клауда, тогда старший… - Будет еще сильнее, - закончил Анджил, сложив руки на блокноте. – Если он трижды побеждал Сефирота в своем мире, я даже представить не могу, насколько сильна его воля, - он помолчал, а потом добавил, - Это же… не нанесет ему серьезного ущерба, да?       Сефирот помолчал. - Нет. Клауд так не думает. Конечно, если вы сможете убедить его прийти сюда, так будет лучше для всех, но если вам будет нужно уничтожить его волю, это не должно иметь на него никакого негативного эффекта. Это как уничтожить свой собственный призрак, болтающийся где-то там.       Это имело смысл. То, что Клауд не получит непоправимого ущерба от их рук, независимо от необходимости этого, слегка успокаивало. Анджил вздохнул с облегчением.       Генезис отбросил блокнот. - Ладно, сидение здесь ничего не изменит. Пойдемте на тренировку.       Спарринги теперь стали любимым занятием Генезиса. Анджил подозревал, что это из-за победы Генезиса над Сефиротом. Но здесь не было младшего Клауда, чтобы помочь Генезису, так что Анджил не удивился бы, если для Генезиса все обернется неблагоприятно. - Конечно. Это поможет нам слегка снять напряжение, - согласился Сефирот, вставая и направляясь к двери. ***       С Анджилом, Генезисом и Заком Сефирот ни капли не переживал, что проиграет.       Он задумался, что, если присутствие младшего Клауда действительно так давит на него. Знал ли младший Клауд, как воздействует на Сефирота? И хотя Сефирот знал, что Клауда обучала его другая версия, зачем обучать его так, чтобы он был идеальным противником для Сефирота? Хотел ли он просто вызова? Или его безумное я хотело, чтобы младший Клауд убил его, а потом править миром в качестве единственного Сефирота?       Сефирот блокировал еще один удар Генезиса, развернулся, чтобы встретить меч Зака, и с легкостью отбросил его. Он уже знал все их движения и мог предсказать следующие атаки. То, как он двигался, чтобы блокировать или парировать, было почти инстинктивным. Но Клауд…       Младший Клауд не был предсказуемым ни в коей мере. На самом деле казалось, что младший Клауд мог предугадать его действия с той же легкостью, как он предугадывал действия своих друзей. Это нервировало, учитывая, что за несколько месяцев до этого Сефирот ни разу не сражался с ним.       Он понимал, что предсказуемость их движений раздражала Генезиса. Из-за этого он чувствовал себя слегка неловко. Но то, что он мог предугадывать их действия, не было полностью его виной. Они просто были такими предсказуемыми. Вероятно, именно его бесстрастное поведение заставило Генезиса сделать безрассудный выпад, Стикс столкнулся с Масамуне, горящие глаза Генезиса отражались в зеленых Сефирота. Сефирот усмехнулся, когда Анджил и Зак окружили его, наблюдая, как он сцепился с Генезисом.       Действия Генезиса стали отчаянными. Неточными. Как будто его раздражало то, что без младшего Клауда Генезис не мог достать Сефирота. - Возможно, причина именно в этом, ты же знаешь, - вставил Клауд, явно наблюдая за ходом боя глазами Сефирота.       Сефирот блокировал Анджила и Зака, разрубив огненный шар Генезиса перед тем, как напасть на них.       Генезис сжал зубы, глядя на Сефирота, размахивая Стиксом. Анджил отскочил назад, но его широкий меч попал под замах Красного коммандера, разлетевшись под заряженным лезвием. Осколок поврежденного меча пролетел в воздухе, разрезав левое плечо Генезиса и заставив его споткнуться. Сефирот резко отстранился, взгляд его зеленых глаз был обеспокоенным. - Генезис! – закричали Зак и Анджил, подбегая к нему, когда Генезис скорчился от боли. - Ничего страшного. Просто царапина, - отмахнулся Генезис, глядя на Сефирота и Анджила. – Думаю, мы должны пожаловаться Лазарду на качество стандартных мечей.       Анджил выдавил смех, оценивая травму лучшего друга. - Ты все еще хочешь продолжать? – спросил он, пристально глядя на Генезиса. - Я хочу надрать задницу Сефироту, - фыркнул Генезис. – Но, похоже, чтобы это сделать, мне придется подождать, пока Чокобо не закончит с экзаменами.       Он снял наплечник и осмотрел рану, из которой капала кровь. Не то, чтобы раньше они не получали ранений. Для мечников, как они, это было практически само собой разумеющимся каждый раз, когда они тренировались друг с другом или вступали в бой. - Зак, ты принес материю восстановления? – спросил Анджил, глядя на своего ученика. - Ага, дайте мне секунду, - Зак поковырялся в кармане и вытащил зеленый шар. – Вот!       Анджил взял у Зака материю и поднял ее, внимательно рассматривая рану Генезиса. - О, богиня, ты такой драматичный, - фыркнул Генезис, выхватывая шар. Он без раздумий произнес заклинание, с его ладони сорвались зеленые искры, а потом он бросил шар обратно Заку. – Вот так. - Твоя рана не исцелилась. Глаза Сефирота были широко открыты, пока он рассматривал порез, который все еще был виден и сочился кровью. Он с тревогой поднял взгляд на Генезиса. - Что? – Генезис с удивлением уставился на свое плечо и нахмурился. – Что за… Ты снова взял учебную материю, Зак?       Зак нахмурился, глядя на материю. - Если бы это была учебная материя, она бы не активировалась.       Что было правдой. Учебная материя при активации только засветилась бы. У нее не было других видимых эффектов.       Генезис колебался, слегка хмурясь. Потом он взял Cure и передал ее Анджилу. - Попробуй ты, - сказал он.       Анджил сделал то, о чем его просили, но рана никуда не делась даже после того, как рассеялась зеленая вспышка. Анджил перевел взгляд на свой сломанный меч и нахмурился. - Может… кто-то случайно нанес что-либо на лезвие? – предположил Анджил. – Какой-то яд или антиматерию?       Генезис пожал плечами. - Тогда я просто ее забинтую. - Ты уверен? Может, стоит пойти в Медотдел, чтобы проверить на яд? – спросил Зак, нахмурившись. - И вы, ребята, говорите, что это я драматичный. Это просто царапина! – фыркнул Генезис. – Я забинтую ее, и к завтрашнему дню она пропадет. Серьезно. -… - Клауд в разуме Сефирота сдвинулся, как будто что-то вспоминая. - Клауд? – спросил Сефирот, подталкивая.       Генезис прищурился, глядя на Сефирота. - Что? У большого Чокобо проблемы с этим? - Если… если рана не заживет… скажи Генезису, чтобы поставил нас в известность, - голос Клауда был отстраненным, но встревоженным.       Сефирот моргнул и повторил его слова, глядя на Генезиса.       На лице Генезиса появилось странное выражение. - Что? Что знает большой Чокобо? - Может, ничего, - сказал Клауд. – Но возможно…       Сефирот смущенно захлопал глазами, глядя на Генезиса. - Просто дай знать, если будут проблемы, - сказал он. – Сомневаюсь, что Клауд выдаст больше информации. В его воспоминаниях все было по-другому. - Ладно, пофиг, - сказал Генезис, закатывая глаза. - Тебе нужна помощь, чтобы перебинтовать его? – спросил Анджил, дотрагиваясь до плеча. - Делай что хочешь! – зарычал Генезис, отмахиваясь от руки Анджила. – Но не обращайся со мной как с инвалидом.       Анджил вздохнул и поднял свой сломанный меч, следуя за Генезисом, который выскочил из зала для тренировок. *** - Что ты имеешь в виду, что он пришел за тобой?       Голос Сефирота был серьезным, пока он обдумывал слова Клауда. Он спросил Клауда о его странном поведении после того, как вернулся в свою комнату, принял душ и высушил волосы. Вот когда он узнал о деградации. - Как я и сказал, Генезис пришел за мной. Если быть более точным, он пришел за твоими клетками, которые мне вкололи. Холландер сказал ему, что это – лекарство от деградации, - сказал Клауд тихо. – Разумеется, твоя другая версия уже была сброшена в Лайфстрим. Так что он не мог взять образцы у тебя.       Сефирот бросил полотенце на стол. - И это так? Мои клетки вылечат его от деградации? - Сомневаюсь в этом. Холландер был больше заинтересован в результатах эксперимента, чем в благополучии подопытных, - мрачно сказал Клауд.       Слегка усмехнувшись, Сефирот покачал головой. - Если это деградация, тогда как мы ее вылечим? - … Ты видел воспоминания о церкви, - сказал Клауд. – Вода… Вода была из Лайфстрима. Она выводит клетки Дженовы из организма. Без клеток Дженовы его организм справится с остальным. - Источник?.. – Сефирот нахмурился. – Но когда я ходил к Аэрис, там не было источника. - Да. Потому что она умерла и вызвала исцеляющий дождь из Лайфстрима, чтобы вылечить нас, - мягко сказал Клауд. – Но… в этот раз… Думаю, может быть и другой способ…       Сефирот медленно моргнул. - Вероятно, для призыва дождя ей просто нужна связь с Лайфстримом, - пояснил Клауд. - Твое тело в Лайфстриме, - осторожно сказал Сефирот.       Клауд замолчал, но в связи прокатилось спокойствие. - Похоже, мой выбор сделан за меня. - Мне жаль, Клауд, - сказал Сефирот. – Я не хотел… Я имею в виду… Генезис – мой друг… Я должен нести ответственность. А я снова полагаюсь на тебя. - Думаю, он уже считает себя моим другом. Он называет меня Большим чокобо, - сказал Клауд. – Все нормально. Если это действительно деградация, тогда ты можешь спросить Аэрис, сможет ли она это сделать. Я просто не хотел привлекать внимание к тому, что могло никогда не случиться. А Генезис склонен слишком остро реагировать.       Это было преуменьшением. Сефирот понял, почему в тренировочном зале Клауд молчал. Если бы тогда эта информация открылась Генезису, он, наверное, взбесился бы. Он бы предположил худшее… может, даже пошел бы к Холландеру. - Через три дня у нас будет ужин, - медленно произнес Сефирот. – К тому времени твое младшее «я» должен закончить с экзаменами на Солджер. Тогда мы сможем заняться Генезисом. - … Если… если это действительно деградация… Думаю, у моей младшей версии больше шансов добиться правды от Генезиса. Похоже, они с Генезисом стали довольно близки, - сказал Клауд.       Сефирот помолчал, глядя в темную гостиную. - Ты… Ты дал свои… мои клетки Генезису? Там, в твоем мире? - У меня не было возможности. Но… Не думаю, что сделал бы это, если бы мне представился случай. Генезис… Был не самым приятным человеком. И он, скорее, старался забрать клетки, а не попросить их.       Открытие было неприятным. Сефирот гадал, был ли хоть кто-то в мире Клауда, кто относился к нему хоть с каким-то уважением и достоинством. В данный момент Сефирот не удивился бы, узнай он, что Анджил тоже чем-то навредил Клауду. - Какими были твои друзья? – вместо этого спросил Сефирот.       Очевидно, этот вопрос задавать не стоило, потому что Клауд немедленно замолчал. Сефирот мысленно пнул себя за то, что задал подобный вопрос, когда Клауд только что сообщил, что собирается покинуть свой мир ради этого. Клауд больше никогда не увидит этих людей… никогда не будет с ними в тех же отношениях… - Прости… - извиняющийся голос Сефирота разнесся в связи, в попытке скрыть необдуманные слова. Ну, по большей части необдуманные. Ему было любопытно узнать про друзей Клауда, но если ценой было напоминание о мире, который Клауд собирался покинуть, оно того не стоило. - Нет… Я… - голос Клауда был настороженным, но не враждебным. – Им… здесь лучше. В этом мире. Есть те, кого я бы хотел… увидеть снова. Но…       Сефирот улыбнулся. - Тогда тебе нужно увидеться с ними.       Клауд в его разуме передвинулся. - Может, я так и сделаю… После… - Я бы хотел познакомиться с твоими друзьями, - осторожно сказал Сефирот. – Если ты не против. - … Я знаю кое-кого, кто будет рад тебя видеть, - вздохнул Клауд. – Я познакомлю вас. После…       Мысль была не закончена, но Сефирот задумался, что за человек был другом Клауда, который был бы рад познакомиться с ним. Особенно, зная, каким он был в воспоминаниях Клауда.       Сефирот надеялся, что это не фанат. Сефирот не стал бы отказывать Клауду, если это сделает его счастливым, но… Гайя, фанаты могли быть пугающими.