Сделай так

      Тихая холодная ночь. Хотя в Доме никогда не бывает тихо. Если хорошенько прислушаться, то можно услышать гул из стен Псарни или чьи-нибудь шаги, если принюхаться, то обязательно уловишь запах сырой земли и свежей листвы, а если присмотреться, то рано или поздно промелькнёт какая-нибудь тень. Дом кипел жизнью в любое время суток. Поэтому совершенно не удивительно, что Крысиный вожак, по-крысиному пугливо оглядываясь по сторонам, бредёт в темноте коридоров. Он почти ничего не видел в темноте, сквозь свои зелёные очки, что почти ощутил себя Слепым. Вот только Хозяин Дома никогда не натыкался на стены и одинокие коляски, а шёл как зрячий, не взирая ни на какие препятствия, а Рыжий врезался во все, что попадалось на пути и спотыкался, словно о воздух. Зато слышал он все отлично: шум в спальнях и классах, переговоры картежников и такие же одинокие шаги в другом конце коридора.        Чей-то силуэт, совсем слегка хромая, направлялся в сторону Рыжего, который замер с готовностью сбежать при любом признаке опасности. Но опасности не было. В место неё был Птичий Папа. Без своей трости, в какой-то до беспредела растянутой водолазке и со связкой ключей, которая ни разу не звякнула в его руке, он медленно ковылял по коридору, заложив руки за спину.       — Какая встреча! — радостно поприветствовал Рыжий и отвесил шуточный поклон.       — И тебе здравствуй, — отозвался хриплый голос.       — Не перекуришь со мной? — пригласил крыс, доставая из кармана джинс помятую пачку сигарет.       — Почему бы нет, — согласился Стервятник.       После короткого диалога уже два силуэта степенно зашагали на Перекрёсток-место улицей не являющееся, но очень даже ей считающееся. По пути оба молчали, но никакой неловкости между ними не было. Вожакам соседних стай было вполне комфортно друг с другом. Как-никак близкое соседство и тонкие стены делали их почти одной стаей.

***

      На какое-то мгновение на диване Перекрёстка зажегся огонёк зажигалки, после чего тускло засветился кончик сигареты. Через минуту от этого кончика засветился ещё один, и теперь в коридоре первого этажа светились два красноватых огонька, словно два светлячка в ночи. Из далека так и могло показаться, но вблизи вожаки видели друг друга и достаточно хорошо.       — А ты чего в такое время по коридорам шляешься? — спросил Рыжий, стряхивая пепел с сигареты в импровизированную пепельницу, взявшуюся из ниоткуда.       Курильщик бы, увидев такую картину, испугался и укатил куда подальше. Ведь как иначе? Два ужасающих его вожака сидят вместе на Перекрёстке посреди ночи и вытворяют старожиловские фокусы. Но этих двоих ничего не смущало. Лица слегка освещались при каждой затяжке, а дым бледной тягучей струей исчезал в воздухе.       — Сегодня слишком сильно ноет колено, вот и решил прогуляться. А ты?       — Мне совсем не спится в Крысятнике. Решил попытать счастье вне его стен.       — И как?       Голос Стервятника был таким спокойным, что Рыжий расслабился и перестал оглядываться.       — Ну вот тебя встретил. Можно считать, что ночь уже не прошла даром.       В этих словах не было и капли насмешки, Рыжий правда так считал. Это чувствовалось. Вообще у старожилов Дома есть особая способность чувствовать слова, слышать чувства и видеть ощущения. Приятный подарок от Дома, в довесок ко всем неприятностям и острым углам.       Птичий вожак понимающе кивнул, и на Перекрёстке воцарилась тишина. Прервал ее Рыжий.       — Эй! А сделай так!       После этой фразы, Крысиный вожак с энтузиазмом затянулся и выдохнул пар кольцами. Дымовые круги медленно уплывали, постепенно растворяясь, а желтые глаза наблюдали за этим маленьким шоу.       — Ну хорошо.       Было слышно, что Стервятнику понравилась эта затея. Маленькая игра, чтобы развеять скуку. Вот только к чему она приведёт? Ведь один заядлый картёжник и шулер, знакомый с азартом, а второй сводник и извращенец, не знакомый со стыдом. Птица не хотел об этом думать, поэтому просто затянулся посильнее. Его лицо и длинные пальцы осветил оранжевый свет с кончика сигареты. Очень скоро в воздухе вновь появились кольца дыма, последнее из которых пронзила дымовая струя.       — Как всегда безупречен! — похвалил довольный голос.       Стервятник издал легкий смешок, означающий «а ты как думал?», после чего задумался на какое-то время.       — А теперь ты сделай так.       Птичий Папа сделал последнюю затяжку и наклонился к подлокотнику дивана, выпуская серый дым так, что тот водопадом медленно «стекал» с подлокотника и исчезал. Крыс внимательно наблюдал, а когда желтые глаза выжидающе и с вызовом посмотрели на него, тоже сделал последнюю затяжку почти до самого фильтра, выкинул окурок куда-то в сторону и наклонился к подлокотнику со своей стороны. И вот дым образует «водопад», только происходит это не долго. Рыжий сделал резкий вдох и закашлялся. Остатки дыма вылетали из кашляющего вожака быстро исчезающими облачками. Когда он откашлялся, то увидел довольного Стервятника.       — Как и всегда, ты похож на клоуна.       Звучало как вердикт, но спорить не было ни нужды, ни смысла. Так светлячки исчезли с перекрёстка, но вожаки второй и третей групп никуда не делись. Рыжий придумывал «задание» для Стервятника в их маленькой игре на слабо. Только вместо вопроса «а слабо?», было утверждение «сделай так». Оно не оставляло выбора. Почти как карточный долг, работающий в обе стороны.       — Стервятник, сделай так, — таким голосом Рыжий обычно заигрывал с кем-то, а сейчас давал указания такому же полуночнику, как и он.       После сказанного, Крысиный вожак лёг на диван, демонстрируя, что требуется от собеседника, и встал с нагретого места, освобождая его. Не колеблясь, Стервятник лёг на диван и вопросительно посмотрел на крыса, который быстро пристроился на нем сверху, садясь на уровне таза.       — Удобно? — только и спросил спокойный голос с хрипотцой.       — Вполне, — ответил сверху надменный и звонкий голос.       Птица показал острые зубы, вытянув губы в усмешке. Ему не пришлось думать долго. Следующее «сделай так» пришло на ум быстрее чем Логи разносили новую информацию.       Сказав заветные слова, Стервятник стянул с себя водолазку. Показалось худое бледное тело. Рёбра выпирали, слегка впалый живот вздымался при дыхании. Тонкие руки легли на живот, сложённые в замок из длинных и худых пальцев с чёрными длинными ногтями. Таким позавидует даже Крыса. А вот Рыжий замер. Не ожидал он такого от Птичьего вожака.       — Не боишься, что детишки ненароком увидят тебя в таком виде? — спросил он, насмехаясь.       В ответ последовало только «сделай». Все же умел Стервятник командовать, поэтому крыс быстро выполнил его желание. Гавайская рубашка легла рядом с водолазкой на спинку дивана, высвободив не менее худое, чем у Стервятника тело, покрытое синяками и веснушками, где-то порезами и шрамами, а если приглядеться видны следы от корсета, который вожак второй, скорее всего, совсем недавно снял.       Холодные пальцы Крысиного вожака пробежались по оголенной коже Птичьего Папы, пуская волну мурашек. Птица в ответ довольно скалил зубы.        — Теперь сделай вот так.       Рыжий сложил руки в замок и поднял над головой. Хитрая и самодовольная ухмылочка играла на его губах, но в этот раз Стервятник не спешил выполнять задание. Желтые глаза уцепились за зелёные стёкла очков. Они его раздражали даже в темноте ночи.       — Тогда ты сделай так.       Птичий вожак потянулся к металлической оправе огромных зелёных очков и снял их с лица крыса, складывая руки в замок и поднимая вверх вместе с очками. Теперь на него смотрели печальные глаза. И это был уже не похотливый и дурной Рыжий, а все понимающий и много чего знающий Смерть.       — Неужели тебе нравится это? — тихо спросил крыс, отводя взгляд.       — Нравится, — просто и без лишних слов ответил Стервятник, — и тот, кто в очках мне тоже нравится.       После этих слов серые глаза с надеждой и испугом смотрели в уверенные и пронизывающие желтые. Фирменный взгляд Сфинкса. От него тело пробирала дрожь.       — Мне нравишься ты. Будь ты Рыжим или Смертью. Две стороны одной монеты.       Хриплый голос успокаивал, а слова сказанные этим голосом что-то включили в рыжей голове, и теперь печальные серые глаза приобрели нахальный блеск. Птица издал довольный смешок, заметив это. В следующую секунду прозвучал звонкий голос:       — Сделай так.       Рыжий сжал руки Стервятника в своей у него над головой, наклонился к бледному лицу и поцеловал тёплые губы. Поцелуй был аккуратный, неглубокий и нежный, а свободная рука крыса блуждала по чужому телу с неменьшей аккуратностью. Птица поддавался движениям, извивался и слегка постанывал в поцелуй, когда ловкие пальцы проходили по особо чувствительным местам. Но вожак второй остановился, убрал руки и просто заворожённо смотрел на вожака соседней стаи.       — Дашь сделать, что пожелал? — вскоре спросил Стервятник, слегка приподнимаясь.       Но его остановили. Рыжий заставил его лечь обратно, лёг сверху и обнял. Просто обнял. Аккуратно и без какого-то подтекста.       — Потом. Сейчас просто обними меня, — тихий голос крыса раздался над ухом.       Птица тепло улыбнулся, чмокнул веснушчатое плечо и обнял его в ответ.       — Хорошо.