Торжество лжи

— Что за исключительно прекрасная книга! — рявкнул Шэнь Юань, размашистым движением швыряя ту в стену, — Непредсказуемый сюжет! Глубокие и сложные персонажи! Восхитительный литературный язык! Ни капли не жалею потраченного на неё времени! — Не могу поверить, что ты дочитал её до конца, хотя любой хоть немного мыслящий человек сжёг бы этот прыщ на лице мировой литературы уже после двух абзацев, — фыркнул его брат, складывая на груди руки, — С такими книжицами не долго растерять последние мозги. Шэнь Юань подлетел к книге, подхватил её и небрежно швырнул в кучу с остальными вещами последней жертвы — Шэнь Юань неизменно врал, что с вещами пройти в дверь нельзя, и люди ему неизменно верили. Итак, Шэнь Юань и Шэнь Цзю охраняли дверь. Они были призраками, после смерти заточёнными в этом подземелье с прозрачным обещанием, что за каждого человека, что попадётся на их ловушку, срок их заточения будет становиться меньше. А ловушка та была предельно простой: в ряд стояли две одинаковых двери, а один из двух совершенно идентичных призраков был заклят говорить только ложь, в то время как другой — только правду. Угадавший нужную дверь проходил в подземелье дальше, на финишную прямую к заветным сокровищам; не угадавший мучительно умирал в яме со змеями. Вот и всё! И ловушка прекрасно работала, право слово — люди по какой-то загадочной причине доверялись Шэнь Юаню до смешного легко. До того, что ему казалось, что если он начнёт приветствовать приключенцев объявлением, что вода сухая, а небо зелёное, те всё равно самоубийственно будут тыкаться в неверную дверь. Лучше бы сроку его заточения и правда уменьшаться! Призрак кувыркнулся в воздухе, рассматривая потолок сквозь полупрозрачную ладонь и простонал: — Весело. Интересно. Совсем не скучно. Жить, умея только лгать, было, на самом деле, совсем не сложно — по крайней мере, Шэнь Юань привык столетия назад. Что было куда хуже, так это сжирающая скука — путники никогда не приносили ничего интересного! Найти одну-единственную книгу было праздником, и Шэнь Юань прекрасно знал, что из тем для обсуждения будет только она ещё года два. Внезапно, отвлекая призрака от его мыслей, в коридоре раздался какой-то шум. Выглянув за дверь, отделяющую их с Цзю-гэ зал, он увидел, как некий приключенец спасается от своры алых пауков — те обычно охотились на добычу абсолютно не свойственным паукам образом, вместо плетения паутины предпочитая кучей накинуться на жертву, отравляя её многочисленными укусами. Одежда незнакомого парня была порвана во многих местах, виднелась кровь: видимо, ему своя порция яда уже досталась и очень скоро тот рухнет, становясь обедом тварей. — Сюда! — крикнул Шэнь Юань, не собираясь терять потенциальную жертву. Парень бросил на него взгляд больших испуганных глаз и бросился за нужную дверь, слишком опрометчиво доверяясь незнакомому привидению. Шэнь Юань тут же захлопнул за приключенцем дверь, останавливая загребущие лапки пауков и в некоторой растерянности посмотрел на уже отрубившегося человека. — Цзю-гэ, помоги! — крикнул он, заинтересованно наблюдающему за этим близнецу, пытаясь поднять бедолагу. Его хилых призрачных сил на это было явно недостаточно. Второй призрак неохотно подлетел и, ворча, подхватил бедолагу за другую руку, помогая оттащить того на мягкую кучу одежды. — Ты всё правильно понял, я полон гуманистических порывов, — фыркнул Шэнь Юань, — Я помог ему совсем не для того, чтобы сделать его нашей жертвой. — Он сейчас просто откинется прямо в нашем зале, — возразил Шэнь Цзю недовольно, — Будет вонять. Вместо ответа Шэнь Юань подлетел к сложенным кучей рюкзакам и сумкам и, недолго покопавшись, вынул несколько склянок с зельями: — Ничто из этого наверняка ему не поможет, — пропел он, возвращаясь к бессознательному телу приключенца. И, не слишком заботясь о том, чтобы адекватно комбинировать лекарства, влил бедняге в рот сразу все. И замер, ожидая чего-то. То ли — что приключенец вскочит на ноги и рассыпется в благодарностях, то ли — что содрогнётся в последних судорогах и на месте откинет копыта. Однако ничего примечательного не произошло, лишь тёмные пятна на месте укусов несколько побледнели. Удовлетворённый этим результатом, Шэнь Юань отлетел назад: — Не готово, — торжественно заявил он. — Что у тебя готово? — вскинул бровь Шэнь Цзю, — Полутруп? Шэнь Юань неопределённо пожал плечами и с долей обиды заявил; — Добрый ты, ценишь все мои идеи. Шэнь Цзю помолчал, поджав губы, и неохотно кивнул: — Хорошо, делай со щенком что хочешь. Надеюсь, тебе весело. — Совсем нет, — рассмеялся Шэнь Юань, и так у них появился питомец. По крайней мере, питомцем, презрительно фыркая, называл его Шэнь Цзю. Шэнь Юань же нежно звал его сердечным другом и драгоценным товарищем — чем, естественно, прямо врал. «Сердечный друг» очнулся через два дня и Шэнь Юань тут же участливо накормил его оставшимися от самых свежих жертв пайками, напоминая наседку, хлопочащую вокруг своего птенца. В начале они почти не разговаривали — приключенец просто просыпался и тут же засыпал, огорчая подобным однообразием призраков (даже Шэнь Цзю, несмотря на его пламенные заверения, что человек ему совершенно не интересен). В один день он очнулся и слабым голосом прочитал вслух: — …Один из призраков всегда врёт, а другой всегда говорит правду? Шэнь Юань рассмеялся: — Да ты прямо учёный муж. Немногие из вояк, что сюда доходят, умеют читать. — Это, конечно, была ложь, — обычно сквозь паутину ловушек могли пройти лишь люди неплохо образованные и исключительно смекалистые. И на учёного мужа парень походил меньше всего: с его-то девичьим лицом и наполовину раздетый, он больше напоминал проститута, но Шэнь Юань воздержался от таких сравнений. — Почему вы спасли меня? — спросил парень жалобно, комкая в руках одеяло. — Ты мне понравился, — улыбнулся Шэнь Юань, гладя приключенца по голове, — Я подумал, что ты заслуживаешь жить. Парень посмотрел на него растерянно, и призраку показалось, словно тот сейчас заплачет — так тронут казался приключенец. — Кхм… — неуверенно издал Шэнь Юань, странно чувствуя себя под подобным жалобным взглядом, — Как тебя хоть зовут? — Ло Бинхэ, — пробормотал тот, — А вас? — Его зовут Шэнь Юань, — раздался из угла вечно недовольный голос стража правды, — А меня — Шэнь Цзю. — Ему очень приятно познакомиться, — пакостно прощебетал Шэнь Юань. Ло Бинхэ круглыми глазами посмотрел на неотличимых близнецов и с этого момента их жизнь втроём началась. Ло Бинхэ всё ещё много спал (Шэнь Юань не помнил такого эффекта от паучьего яда и с некоторым смущением подозревал, что дела всё же в залитых в парня зельях), а в оставшееся время Шэнь Юань «нахваливал» ему прочитанные за последние десятилетия книги, счастливый наконец найти ещё одного собеседника. В один прекрасный день Шэнь Цзю наконец безжалостно произнёс очевидный факт вслух: — Ты не сможешь сидеть здесь вечно, — сказал он, обращаясь к Ло Бинхэ. — Тебе не место в этом склепе: ты либо идёшь за сокровищем, либо возвращаешься на поверхность. А иначе скоро издохнешь либо от голода, либо от отравления. Взгляд Ло Бинхэ моментально потемнел: — Я не собираюсь покидать учителя. То, как Ло Бинхэ начал называть Шэнь Юаня учителем, никто толком и не понял, включая, кажется, его самого — просто злополучное слово вырвалось из его рта после очередной лекции, и с тех пор не покидало уст приключенца. Разочарованно вздохнув, Шэнь Юань подтвердил: — Никто не смог бы жить на наших скудных запасах. — Ложь, на самом деле людям, практикующим инедию, это было по плечу. — А-Юань согласен, видишь? Проваливай. — Учитель?.. — Ло Бинхэ, казалось, проигнорировал фразу Шэнь Цзю, обращая на учителя жалобный взгляд. Тот замялся, чувствуя, что впервые за сотни лет не знает, что соврать. Что соврать на прощание. — Ничего… Мы обязательно скоро встретимся, — наконец выдавил он. И, сам не понимая, что на него нашло, вдруг подлетел ближе, оставляя на лбу Ло Бинхэ быстрый поцелуй. Тот замер, распахнув рот и медленно, снизу вверх, густо залился краской. В глазах его горела безумная гамма чувств, но больше всего средь тех оказалось чистого восторга. Тем временем Шэнь Юань быстро затараторил, твёрдо решив, что Ло Бинхэ будет жить: — Я страж правды. Небо зелёное. Вода сухая. Та дверь, — он махнул вправо, — верная. Ты меня понял? Ло Бинхэ растерянно заморгал, словно только после вопроса очнулся от какого-то сладкого сна, и быстро закивал: «Да-да!». Шэнь Юань облегчённо улыбнулся, наблюдая, как Ло Бинхэ подходит к островку между дверями и, не колебаясь ни секунды… Дёргает ту дверь, на которую только что указал Шэнь Юань! — Стой! — что есть мощи заорал призрак, но было поздно: под поражёнными взглядами стражей Ло Бинхэ без единого звука рухнул в раскрывшуюся под ним яму. Шэнь Юань пустым взглядом наблюдал, как убийственный механизм закрывается, поглотив в себе его единственного друга за последние несколько десятков лет. — Прекрасный день, — хриплым голосом пробормотал он и Шэнь Цзю, изменив своей вечной язвительности, сочувствующе положил руку ему на плечо. — Заведёшь нового, — неуверенно утешил Шэнь Юаня брат. Как вдруг… раздался грохот, и пол под ними пошёл трещинами. В щель между камнями высунулась знакомая рука, и вдруг на поверхности показался Ло Бинхэ, сверкая алой демонической печатью на своём лбу. — Учитель! — неунывающе воскликнул он, махая ему свободной рукой, и Шэнь Юань почувствовал, как его собственное тело мерцает, становясь ещё более прозрачным — если бы он был человеком, то грохнулся бы в обморок! Кто ж знал, что Ло Бинхэ окажется Священным демоном?!