Зло

      На светлую голову потрепанного скелета падали белые и черные хлопья снега. Буквально секунда до того, как два хранителя баланса вновь вцепились друг в друга, буквально поссорившись на каких-то мелочах, хотя для них это могли быть и не мелочи. Но стоит ли оно таких больших последствий? Очевидно, что нет. Кросс задрал голову к верху, на секунду ослепнув от яркого белого зимнего неба. Они редко когда наблюдали открытый мир, не каждым монстрам удостоилось пройти свой путь на счастливую концовку. И теперь, раз получилось оказаться тут, почему бы просто не присесть на какое-нибудь поваленное погодой дерево и насладиться остатками того тепла, что дарило им солнце сквозь облака.       Дрим воткнул двузубчатые вилы своему брату в шейные позвонки, но они ожидаемо проскользнули между зубцов, а сам противник довольно улыбался, не собираясь отступать. Смотрели друг на друга, пилили взглядом и хотели вцепиться зубами в горло, но что-то сдерживало обоих, словно какой-то ремень безопасности. Хороший ремень, Кросс бы хотел такой же в свое время... Найтмер взялся за ствол золотых вил, его кости неприятно зашипели, словно от кислоты, но улыбка никак не сходила с лица.       — Бездарен до мозга костей. Даже монстров уводишь у меня. — Дрим дернулся и оттолкнул своего темного брата, оперевшись о вилы, и как только его тело перестало шипеть, оторвавшись от них, вилы быстро преобразовались в копье. На взгляд гвардейца это очень интересное оружие: корона Дрима состояла из светлой магии и могла менять форму по нужде, создавая для него предметы самого удобного типа. Видимо, только из уважения к своему прошлому хранитель позитивных эмоций еще не начал обращать ее во всякие кружки для кофе или ложки, когда не мог их найти.       — В семье не без урода. — парировал Дрим, насмехаясь в ответ и поддерживая конфронтацию. Копье в его руках ловко завертелось и резкими ударами наносило шипящие попадания по брату, подставлявшему позицию для защиты. Один удар о предплечье, другой удар сразу по поднятому голеностопу, еще один по плечевой кости — явно болезненный, и последний — тыльная сторона копья прямо в позвоночник. И только от последнего удара Кошмар захотел увернуться, образовывая пустующую дыру в его теле.       Традиционная семейная игра продолжалась! Темная магия зашипела от опасной близости со светлой магией, и векторы взметнулись по бокам, хлынув вперед. Дрим выставил копье вертикально и провернул по кругу перед собой, создав светлый щит. Несколько векторов получили свои повреждения, но меньше чем через секунду метнулись следующие. Светлая магия вспыхивала яркими фонарями, отбивая каждые новые сгенерированные векторы, пока Найтмер зарастил дыру в своем теле. Темные атаки заставили противника отшагивать назад, а хранитель негативных эмоций шагал следом, постепенно пригибаясь, превращаясь в общую темную жижу и неожиданно вздымаясь гигантской волной над Мечтающим, почти поглотившей его, отвлекающегося на мелкие атаки. Но еще одна, более крупная вспышка позволила ему защититься.       Кросс любопытно посмотрел на Найтмера, где в нескольких метрах Хоррор уже срубил одно трухлявое толстенькое деревце и трое скелетов уютненько присели сверху на него, весело болтая ножками. Да, это была драка только между братьями, их внутренний семейный конфликт, который никак не касался Даста, подкидывающего кусочки походных сухарей в рот Хоррору, и Киллера, весело подставляющего на камеру смешные фильтры. К слову, последнее было неплохим способом найти своего Босса в темном углу комнаты, фильтры прекрасно его обнаруживали, что явно веселило подчиненного.       Недолго думая, скелет двинулся к ним, перебирая ногами по рыхлому снегу. В конце концов, старые знакомые. На подходе все трое повернули головы к нему, Даст поздоровался, Хоррор кивнул, а Киллер скорчил недовольную рожу, что даже вызвало короткий смешок. Да, его забота о Боссе выше всяких личных интересов. Кросс немного переживал по причине ухода, так как тогда у Найтмера еще наблюдались некоторые тревожные намеки на расстройства. Их всех сложно назвать психически здоровыми, но постоянное влияние негативных эмоций регулярно сказывалось на таком удивительно сдержанном скелете, что не могло не восхищать. И все же, пока есть кому за ним присмотреть, это не будет колоть совестью в душе гвардейца.       — Сап. Как здоровье? — искренне поинтересовался скелет, присаживаясь на дерево прямо рядом с Киллером.       — Хреново.       — Сойдет.       — Отвали.       Хором ответили парни, пока Даст закинул в разинутую пасть Ужасу еще один сухарь. Все как всегда, у всех стабильно. Кросс похлопал маленького Убийцу по черепушке, словно старший братик, на что тот недовольно по-собачьи зарычал.       В удалении от них Найтмер выстрелил темными векторами в снег и острые колья возникли прямо под его светлым братом, подкинувшим себя высоко в воздух с помощью светлой магии и образовавшим корону в лук. Три светлые стрелы попали бы точно в Кошмара, если бы он вовремя не рассеял свое тело. Темная лужа возникла в другом месте и его туловище быстро образовалось там. Дрим эффектно приземлился на снег, провернув кувырок по поверхности, чтобы пощадить свои ноги от сильного удара, и в этот момент в него начали метать новые векторы. Нда, стабильность — залог адекватности хранителя кошмаров.       Светлый хранитель быстро вскочил на ноги, пробежался от забора тёмных кольев, как от пулеметной очереди, но прямо перед ним возникла новая темная волна и Кросс был готов поклясться, что увидел в ней зубастую пасть. Как нехорошо, когда против тебя Найтмер... От такой подставы парни дружно взвыли в поддержку своего босса, как трибуна восторженных зрителей, и гвардеец даже подумал, а стоит ли ему так же поддерживать Мечтающего. Было бы хорошим вопросом, если бы между ними не было таких натянутых отношений. Может быть когда-нибудь потом.       Резко прямо перед его глазами, прикрыв собой зрелище из бойни двух полу-богов, появилась знакомая полосатая пачка попкорна, которую гвардеец на рефлексах успел поймать, как и остальные три зрителя, каждый со своими персональными вкусностями. Хоррор довольно заглянул в тару и достал оттуда слайс бекона, быстро пропавший между его острых зубов. Даст получил свой стакан с чем бы то ни было, Киллеру выдали ведро картошки-фри и мисочку кетчупа. А в полосатом пакете оказался не попкорн, а шоколадное печенье. Вся тройца повернулась в сторону Кросса и очень позитивно поздоровалась. Гвардеец повернулся вслед за ними и чуть не словил приступ души.       Да, частые семейные драки всегда обзаводились своим зрителем, но увидеть в их числе предпочитающего находиться в вечном отдалении Разрушителя довольно неожиданно. Запаковавшийся в мешковатую темную одежду, похожую на обрывки какого-то бродяги, он незаметно даже для бдительного Кросса присел рядом и одарил всех пайком, что происходило, судя по реакции шайки убийц, не в первый раз.       — Эм... Привет? — неловко поднял одну руку скелет. Раньше он никогда не видел его так близко и происходящее немногим напоминало ему бред в своей черепушке. Но Разрушитель миров поднял руку в таком же приветственном жесте, не отвлекаясь от зрелища, после чего показал жест назад. В эту же самую секунду кто-то неожиданно положил руку на плечо.       — Йау, бро, ты зависаешь тут без меня? Как ты мог?! — прозвучал знакомый голос и рука, просунувшаяся через плечо, вытащила три печенья, зажатые между фаланг пальцев.       — Эпик? — Кросс с широкой улыбкой обернулся к своему старому бро, подмигнувшему ему в ответ.       — Конечно, амигос, не ждал меня. — Разрушитель подвинулся в сторону, оставив место между собой и гвардейцем, чтобы старые друзья могли посидеть вместе, что было довольно вежливо с его стороны, — Ув0жения тебе, приятель! — поблагодарил его Эпик и, оперевшись обеими руками, проскочил через дерево, усадив свою костяную задницу на пустующем месте, — Я так скучал по тебе, браток, ты не представляешь! — почти театрально всплакнув, уткнулся к нему в куртку лицом, уверенно поддерживая свои печенья, как какой-то ценный артефакт.       — Да ладно тебе, ты можешь их съесть. — он с легкой усмешкой поставил пачку печенья на свои колени и сам взял одно из них, довольно похрумкивая за продолжавшими меситься братьями. Кажется, они только больше навострили друг на друга зубы, не отвлекаясь ни на что другое. Еще немного, и станут центром вселенной друг друга.       — Я тебе эти, — удар, — ...отростки ща поотрываю! — в гневе проорал светлый принц, удерживая в руке один из векторов, противно шевелящийся, словно червь на крючке. Его руки вместе с контактом темной магии болезненно серели, когда обычно от них словно исходил теплый свет. Похоже, влияние магии очень даже взаимно, но даже так Кросс бы никогда не рискнул взять этот ужас в свои руки. Либо братья привыкли друг к другу настолько, либо хранитель позитива в лютом бешенстве.       Где-то сбоку, на периферии, проскользнуло яркое пятно. Фреш в светоотражающей куртке встал рядом с Разрушителем, оперевшись о бревно и поставив свою коронную, обклееную нелепыми попсовыми наклейками, биту рядом. Теперь гвардеец немного задумался, потому что Фреш редко бывает молчалив, тем более оружие свое он достает только в случае битвы, которой вроде бы пока нет.       — Черт, вы реально братки? Как будто одного из вас перепутали в род.доме. — Кросс безобидно хлопнул по голове разболтавшегося Эпика, не всегда следившего за языком. Дергать таких сложных представителей их вселенной по случайно ляпнувшей глупости было бы совсем нелепо. И всё-таки мрачный бродяга даже не обернулся, а Фреш сделал жест Пис, посылая волны мира знакомым лицам.       — Оу нет, бро, мы не братки, мы просто счастливые любовнички. — Фреш по-глупому улыбнулся, и Крест думал, что ему за это влетит, но, кажется, Разрушитель уже давно не реагировал на такие подколы. Фреш умел задалбывать одним своим присутствием и дергать всех за ниточки. Эпик в этом плане более продуман, задалбывая в основном только себя и без того самыми странными и чудными ситуациями, которые только способна породить его черепная коробка.       — О боже мой, у вас уже есть свои детки? — похоже, мемный лорд только рад подключиться в эту странную до безумия и чрезвычайно опасную беседу.       — Да, я хочу много деток, но братюня говорит, что это невозможно. — Фреш стер под темными очками воображаемую слезу, переходя на самую трагичную интонацию, что доступна его актерскому мастерству, если оно в нем, конечно не умерло, — Понимаешь... Дело в том, — хиппи чуть не икнул от драмы, — ...что мы оба мужчины.       — Оу боже, приятель, так вы уже переспали?! — кажется, в этот раз шутки зашли слишком далеко и оба скелета быстро получили связку синих нитей на свой грязный рот, пока обсуждение не добралось до постельных сцен. Да, они могли бы обсудить это прямо здесь... Эпик заметил в своей руке недоеденные печенья и тихонько взгрустнул, что не успел их догрызть. Забавно, ужасный разрушитель миров оказался довольно миролюбивым парнем, решая такие проблемы наиболее безопасным и практичным путем.       Кросс вздохнул от облегчения и закинул печенье в свою скеле-пасть, довольно облизываясь, потому что угощение действительно было вкусным. Братья же присутствие новых скелетов как будто бы игнорировали напрочь, занимаясь исключительно собой, удерживая и заключая взгляды друг друга только на собственной персоне. Может быть, что их начальники так просто разгружаются от давления собственной силы на их побитые жизнью плечи?       Разрушитель справа от него поднял руку, привлекая внимание паразита, стягивающего нити со своей пасти. Они оба как-то немного всполошились, причем даже Эпик заметил этот момент, оставив попытки так же снять нити со своего рта голыми руками. Только лицо бы себе отшкрябал острыми фалангами. Яркий скелет положил руку на оставленную рядом биту и оторвался от собственной опоры, как только недалеко от них вдруг возник черный плавленный силуэт. Кросс агрессивно жевал печенье, успевшее попасть ему в рот, ибо за дальнейшим шоу понаблюдать остановились даже Дрим с Найтмером, не дающие друг другу проходу уже сколько времени. Вот это действительно неожиданно, когда сразу двух хранителей баланса схлестнуло в дрожи от эмоционального передоза. Тут уже обернулись все!       Разрушитель тут же перескочил через бревно и все, кто только сидел на нем, уже были готовы к атаке, но ничего не произошло. Вместо этого, выплывший из хаотичного пятна, художник довольно улыбнулся, предлагая всем свою натянутую улыбку, и двинулся вслед за ним, так же перескакивая через поваленное дерево.       Темный скелет от него, светлый — за ним, и ситуация ровно обратна близнецам. Нет, между ними не было драки, но напряжение и без того подскочило до предела. Один догонял, другой убегал, шаг в шаг, плечо в плечо.       — Рад тебя видеть, а почему ты еще в работе? — натужно выдавил художник, в любой момент готовый к битве, если бы был повод. Роскошная трещина на черепушке, оставленная его врагом, все еще красовалась в свете ядра. Видимо, Инку очень хотелось подойти вплотную, накрыть своей бесконечно тяжелой аурой противника и поймать его уже за шкирку, если бы тот так и не продолжал отходить назад.       — Не прикасайся ко мне. — прозвучал поломанный лагами голос, искалеченный, словно через редактор. Почти никто его не слышал, для многих все еще считалось загадкой, а умеет ли несущий смерть всем мирам говорить вообще? Голос менялся, прыгал с тона на тон, лагал, заминался, сменялся с мужского на женский, но полностью совпадал с интонацией говорящего и на всех присутствующих это наводило напряжение, если не дрожь в коленях.       — Кто нападает? Я нападаю?! — развел руки художник. Их следы на снегу напоминали игру кошки-мышки. Близнецы, оказавшись рядом друг с другом, водили головы вслед за ними, преследуя происходящее в ожидании худшего.       — Надо ли нам это останавливать? — решил уточнить Дрим, складывая руки на груди, но брат глянул на зрелище сомнительно, оценивая ситуацию.       — Пока никто не атаковал.       Художник заставил темного бродягу несколько раз обойти поваленное дерево и кое-как не напороться на куст, и с задним ходом тот справлялся довольно умело, дистанцию еще держал. Фреш тоже стоял наготове, цепляющий биту одной рукой и ожидающий сигнала своего любимого брательника. Хотя если бы Инк сделал что-то непоправимое, он бы и без намеков бросился на помощь — сомневаться не стоило. Видимо, для того паразит и был здесь.       — Почему ты вечно убегаешь, давай поговорим, у нас есть о чем поговорить, верно? — судя по ответному молчанию, общих разговоров разрушитель иметь не хотел. Как только его спина подкралась к близнецам, братья дружно расступились в стороны, лишь бы не мешать голубкам "любиться" и дальше. На секунду Инк почувствовал легкое предательство, — Не лишай меня нескольких секунд твоего убийства! Напади и я смогу легально раскрошить твое лицо.       Даже Дрим поежился от угроз, направленных не в его адрес, пока Найтмер чувствовал напряжение от темного скелета. Да, и ему, и брату отношение оказалось не по нраву, но разве это не дело Создателя и Разрушителя, верно? Значит, всё-таки этот шрам ему оставил именно он...       — Хей, почему ты убегаешь, я что-то делаю не так? — слишком настойчивый, слишком прилипала, когда какая-то идея озаряет его мозг. Но пока Кошмар ощущал напряжение от темного бродяги в попытках убежать от преследователя, Дрим неохотно сделал указывающий жест рукой своему брату, объясняя тем, что чувствует светлые эмоции. Странно, но Разрушитель будто бы только рад происходящему... Или это другое? Найтмер сделал ответный жест, подтверждая и мрачные эмоции в нем. Оба посмотрели друг на друга, зависли на секунду и недоуменно пожали плечами.       — Получается, так и должно быть? — уточнил светлый близнец, подходя к брату, чтобы не повышать голос и не привлекать внимание брачующихся. Его слова находили отклик в чужой душе, ситуация и правда складывалась из рук вон странная. — Этот придурок что-то задумал. — кратко ответили на тонкую подводку. Дрим охотно кивнул, соглашаясь, и хоть его заботы в основном касались именно баланса, но когда дела касаются Инка и Разрушителя, баланс всегда будет под прямой угрозой, — Может ли это быть связано с Саенсом? — неожиданно озвучил Кошмар, прищуривая глаза. Парочка начала закидывать взаимные оскорбления, и тут уже нельзя было заткнуть кому-то рот нитями, или это расценилось бы, как первая атака, а там до второй недалеко.       — Фреш тоже здесь, так что вполне. Получается, что это все ради отвлечения внимания?       — И для чего же, интересно? — с принцем Кошмаров было сложно спорить. О свидетеле в лице Найтмера Разрушитель знал просто прекрасно и наверняка осознавал их тесную связь с хранителем Мечт, так зачем ему было приходить сюда и привлекать их внимание, — Наше внимание...       — Не наше! — Дрима неожиданно озарило и он, наконец-то, рискнул прервать этот круг конфронтации между двумя, пестрящими своим напряжением, персонажами, — Инк, зачем ты здесь?       Художник обернулся и светлый лук стрелой энергии искрился в его сторону. Хранитель редко промахивался, долго оттачивая навыки боя, и стрелков среди них было немного. Пусть они и не могли прочитать эмоции друг друга, его брат увидел во взгляде второго принца истинные намерения и, предугадывая, как он поступит, коснулся побелевшей от укола светлой магии стрелы, обрамляя ее темным светом, отрицательным и пожирающим. Пусть искра позитива вряд ли могла нанести много урона художнику, но их комбинация могла наделить его кратковременным помешательством.       Зрители на трибунах не отрывались от передачи...       Инк почти презрительно хмыкнул, но сразу осек себя. Давление на коллегу было неуместным, стоило подобрать другой подход. Теперь, если он вступит в бой, против него будут трое сильнейших, пока его скелет начнет корячиться в приступе агонии с множественными личностями, склонными к шизофрении. Он здесь для другого. Он здесь для мести...       А Дрим смотрел прямо ему в глаза, не отводя прицела ни на секунду, готовый применить свой случайно образовавшийся магический транквилизатор, способный уложить такого слона, как Чернильницу. И Найтмер... наблюдал за тем, как Разрушитель плавно открывает портал прямо за его спиной. Колебания магии растягивали пространство... Но пространство, состоящее из энергии творцов — это паутина для паука Инка. И паук резко дернулся, разворачиваясь прямо к нему, пока принц Кошмаров закатил глаза от столь отчаянной попытки побега.       — А ты очень умен! — агрессивный вой прорвал короткую тишину, и в его развороте все увидели потенциальную угрозу. Вот оно, начало боя!       Художник отвел одну ногу назад, приподнимая руки для активации магии. Возможно, это мог быть и портал, а не атака, но Разрушитель не желал проверять и разрыв магии прямо над головой хранителя выпустил Фреша и его биту, звонко ударившую по травмированному черепу. Кратковременный звон заставил еще не отошедшего Инка затормозить на секунду, присесть и метнуть всплеск чернил, словно осколков стекла, поразить ди-джея в ответ. Фреш отскочил, Инк нанес ответный удар сразу по круговой, чуть не задев всех четырех. Разрушитель разорвал портал для себя и страж мультивселенной тут же направил удар на него, а отскочивший от круговой атаки Дрим наскоро выпустил стрелу, поражая агрессивного партнера по работе.       Кошмар лишь наблюдал, как художник падает на окрашенный в оттенки черного снег, и почти сразу его схватывает судорога. Так быстро?..       — Зачем так сразу? — не мог не прокомментировать, но сам себя лишь отвлекал от мыслей, как быстро сработала стрела. От их совместной работы или все же от чего-то другого? А разрушитель бросил жест благодарности, будто по иронии, и прыгнул в портал, а за ним и паразит, закрывая за собой слой материи.       — Я просто растерялся. Не дави! — Дрим вернул лук в форму нимба и бросил над головой, когда он вернулся на место, словно магнит.       — Уже не маленький...       Почти вся трибуна, ощутив безопасность и согласованность между ними, заинтересованно спрыгнула с поваленного дерева прямо к ним, громко топая и хрустя снегом, как ошалелые зеваки.       — Что с ним?       — Впервые вижу такое оружие, босс!       — Это заразно?       Кросс лишь подоспел поближе к Дриму, стараясь не испытывать никаких эмоций к своему бывшему Боссу и нынешнему, наблюдая за подергиваниями и тихим бредом хранителя мультивселенной. Довольно интересно... И не менее интересно, что братья так легко сработались вместе, когда было нужно. Пусть Мечтатель растерялся, но без вопросов принял помощь от близнеца, как бы абсурдно это не звучало.       — Похоже на одержимость. Но... Э-э, откуда эмоции? — для него, привыкшего работать со сборищем самых поехавших, отметить это было не так сложно.       — В смысле, вот это? — Дрим ткнул пальцем в коллегу, немного с сожалением наблюдая за истерией.       — Нет, я о том, что было до... — почти вся шайка Кошмара переглянулись, оценив жертву стрелы, и синхронно кивнули, оглядывая начальника в ожидании одобрения.       — Да ну, бред... — насмешливый хмык от светлого близнеца прозвучал больше с надеждой, чем с утверждением. Не удивительно, ему всегда было сложно читать эмоции с искрой негатива.       — Не соглашусь, — отрезал Найтмер, подпинывая ногу художника, — Мне тоже так показалось, — как всегда, мысли с прошлым боссом сходятся куда лучше. Неудивительно, почему он до последнего оставался с ним, — Но негатива в одержимости нет, как и позитива, полагаю. Но сама одержимость проявляется.       — Это может быть чем угодно, рано строить догадки, — очередной братский конфликт с зерном истины, — Возможность отыграться для поддержания имиджа, поднять навыки, еще чего-нибудь.       — Но это может быть чем-то, мы все его видели, такое хер спутаешь! — Киллер выпрямил спину, расставив руки по поясам куртки, где, как знал Кросс, могла быть его огневая мощь... Угрожает или дразнит? — Боишься признать свое поражение? Недоглядел за другом?       — Заткнись! — едко, но сдержанно. Дрим часто не мог до конца отпустить ситуации, в которых не преуспевал, как избалованный ребенок, но пообещал учиться мириться с неудачей, и пристальный взгляд Кросса, а так же лисья улыбка Киллера пригвоздила его к полу и заставило смиренно сложить руки, — Да... Не досмотрел...       — Что ж, тогда мы вас оставим, — Найтмер благодарно кивнул Кроссу за его работу над неустойчивостью Мечтателя, что немного смутило бывшего подчиненного, а Дрим озарился гневной обидой на мечника. Мог быть и сдержаннее! — Уходим.       Вся банда развернулась по приказу, направляясь за своим начальником, открывающим проход, возможно, на базу, возможно, куда-то еще. Пока не совершат преступления, не узнаешь, что именно шифрует повелитель Кошмаров. Киллер же напоследок с разворота щелкнул Дрима по бедру, пока последний возмущенно дернулся, что было забавно, потому что Убийца мельче по росту и, словно юркая лиса, сбежал вслед за остальными.       — Никаких манер, верно? — неловко просмеялся гвардеец, пытаясь поддержать своего нынешнего наставника. Хранитель светлой энергии особенно не пестрил ей сейчас, но... выдохнул, щурясь от недовольства. Многие жесты мелкого наемника довольно вызывающие и часто игнорируют понятие личного пространства. В прочем, может ему и правда зашла задница Дрима. Их одежда все еще имеет удивительный талант копировать их мета-тело, когда его нет.       — Ладно, здоровяк, давай дотащим его до дома, пока он в себя не пришел, — и все же трогать его задницу не стоило, все же хранитель терпеть не может роль овечки.