Химера из другого мира

Путем экспериментов Томока поняла несколько вещей о своей связи с силой скорости. Для начала выдвинув несколько теорий о том, что произошло во время ее противостояния с ниндзя из чужой деревни. — Учитывая всё произошедшее, я не могу повторить то, что произошло со мной раньше, с моим нынешним количеством чакры. Не говоря уже о том, что портала здесь раньше не было. Тем не менее, это чувство, оно мне знакомо. Возможно, ранее портал был чем-то заблокирован, постоянно через него просачивалось малое количество силы скорости, которой хватило в конечном итоге на её полное раскрытие. Следуя этому ходу мысли, вполне возможно, что сила скорости отступила, как плотина, содержащая воду. Затем, когда блокада была прорвана, вся та подкрепленная скоростью сила хлынула в меня. Теперь, когда путь открыт должным образом, эта сила будет течь только в нужном для меня количестве, даже если я увеличу размер портала. Как ты думаешь, Курама? — Я мало знаю об этом. — Честно говоря, Курама не особо интересовался причинами этого вопроса. — Ну, это не имеет значения. Мне все еще нужно будет потренироваться с этим и выяснить, что я могу с ней сделать, а также найти наиболее эффективный способ для использования этой силы. Но перед этим, — с улыбкой Томока начал концентрироваться. Втолкнув свою волю в свой разум, она начала перекраивать его. Из земли в небо возвышалась массивная черная башня. На его вершине красовались четыре изогнутых шпиля тянувшихся к порталу, словно удерживая его. Эта башня была построена исключительно из соображений эстетики. В конце концов, это было похоже на башню Саурона из «Властелина колец». Довольная своей работой, Томока решила вернуться в реальность. Медленно она снова открыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть пару черных сфер, смотрящих на нее из двери комнаты. В мгновение, длившееся, казалось целую вечность, выражение лица девушки у двери изменилось. Удивление, облегчение, тревога, гнев, множество эмоций появлялись одна за другой и обратно. — ТОМОКА! — Не в силах больше сдерживать свои эмоции, Нозоми бросилась к своей лучшей подруге. Бедняжка последние двадцать четыре часа ужасно беспокоилась. Для нее эти эмоции были, как американские горки. Томока, с другой стороны, чувствовала себя немного противоречивой. Видеть, как Нозоми так беспокоится за нее, было трогательно, но в то же время это заставляло ее чувствовать себя виноватой. Не зная, что сказать, она вместо этого решила промолчать, обнимая свою дорогую подругу. Некоторое время в комнате слышались тихие рыдания, когда Нозоми избавлялась от всего стресса, который на нее наложила эта ситуация. Томока, со своей стороны, мягко расчесывала волосы Нозоми. Через некоторое время плачущая девушка наконец успокоилась. Когда они разделились, Томока снова смогла увидеть лицо Нозоми. Ее глаза были красными и опухшими от слез. Ее брови нахмурились, а щеки надулись. Было более чем очевидно, что Нозоми злится. — Томока, ты дура! Дура! Дура! Дура! — Теперь, когда ее беспокойство и страхи ушли, пришло время гнева Нозоми. Она ударила Томоку по голове своими маленькими кулачками. Несмотря на то, что она была зла, она все же взвешивала свои удары, чтобы не причинить вреда своей подруге. — Прости! Эй… Ну же перестань! — Несмотря на то, что Томока была в порядке и могла уклониться от ударов, она решила этого не делать. Она действительно заслужила то, что с ней сейчас происходило, она заслужила наказание за большую дерзость. — Пообещай мне, что больше не будешь делать ничего подобного, иначе я не остановлюсь! — Обещаю! — Как только она сказала это, Томоку погрузили в объятия. Мягкий смешок сорвался с ее губ, когда она ответила тем же. — Я не хочу потерять тебя… — Эти слова сорвались шепотом. Однако из-за их близкого расположения этого было достаточно, чтобы Томока чётко услышала сказанное её подругой. — Конечно, я обещаю. — Формулировка была немного странной, но Томока не возражала. Нозоми была всего лишь четырехлетним ребенком, и Томока знала, о чем та думала в данный момент. — Навсегда и навсегда. — объятия Нозоми стали крепче, как будто Томока может исчезнуть, ​​если она её отпустит. — Н-н, во веки веков. — В этот момент Томока не обратил на это особого внимания. Она просто соглашалась, чтобы Нозоми успокоилась. — Это обещание. Если ты его нарушишь, я никогда тебя не прощу. — Отпуская, Нозоми сказала эти слова серьезным тоном. Прежде чем Томока успела ответить, ее внимание привлекла открытая дверь в ее комнату. Там стояли ее родители. В этот момент она поняла, что облажалась. Нозоми — это одно, а успокоить родителей — совсем другая проблема. — Я могу пожелать только удачи. — Сказал Курама веселым голосом, скрывающий свой смешок. — Да, мне она понадобится…