Осколки моей судьбы

      — Портман младший слушает. Дело Майеров? Уже открыли в нескольких полицейских участках... Не думаю, что нам стоит вмешиваться. Этого мальчишку ищут профессионалы, разве мы сможем что-то сделать?       Парень, почти студент, запутался рукой в волосах, недовольно выдыхая. Брат опять оставил его дежурить и разбирать кучу непонятных файлов, а сам где-то расслаблялся.       — Я сообщу об этом чуть позже брату. У меня есть свои дела, попрошу заметить. Желаете, чтобы мы ускорились? Хм, смотря сколько предложите за нашу работенку. Нами ведь не так просто манипулировать.       Макото откинулся на спинку кресла, расплываясь в добродушной улыбке. Кажется, он выйдет на это дело вместо своего брата — Марка. Тем более тот все реже появлялся в компании, скидывая дела на него. Интересно почему? Ведь он так грезил стать детективом или полицейским... Ещё и слухи пошли, что мафия была готова проснуться. Не замешан ли в этом брат? В городе как раз шептались о двух группировках, но это дело Макото в подробностях не изучал, потому мог только предполагать.       Сейчас же стоило вернуть наследника фирмы, чтобы тот раскрыл секрет борьбы с этим тварями, ведь это был второй дом, который не подвергался нашествиям загадочных тварей, до недавней ночи. Об исчезновение Сиврэна твердила каждая вторая новостная лента. От этого нельзя было скрыться. Думается Макото, что это задело молодого наследника.       Сбросив звонок на рабочем столе, он вернулся к разбору файлов. Точнее хотел вернуться, но в итоге проходил очередной круг по кабинету. А после и вовсе стал названивать брату. Когда иконка загорелась зелёной, светловолосый улыбнулся.       — Макото, прекращай звонить по ночам! Ты должен дежурить, а не отвлекаться на разговоры с кем-то. У меня вообще-то гости и пару неотложных дел. Слышал Л. А. вышел на нас недавно, думаю нам не поздоровится, если не заляжем на дно.       — Не узнаю! Не думал, что ты боишься какого-то неизвестного человека. Да, он держит в страхе пол города, но его никто не видел. Думаешь, не победишь его один на один? Да, и у нас сейчас дельце по раскрытию похищения Майера. Как думаешь Л. А. замешан в этом?       — Не будь так тороплив в расследовании. Нужно взвесить многие факторы. Про Л. А. ничего неизвестно. Хотя именно он, кажется, сообщил о смерти Сиврэна... Я подумаю ещё над этим, но не сейчас.       Марк исчез, но аппарат не трогал, потому можно было расслышать ещё пару интересных слов, пока машина не решилась выключиться самостоятельно:       — Да, Мей. Я вместе с братом занимаюсь расследованиями. Чаще они ничем друг от друга не отличаются. Люди даже в прогнившем мире продолжают существовать и пакостить друг другу. Мне бы хотелось сделать перерыв в этом, чтобы полностью отдаться делу о бабочках.

***

      — Я просил не набирать мой номер. Одна из организаций точно может засечь этот разговор, потому советую понимать быстро. Ты должен держать его у себя столько, сколько сможешь. Моя же цель отвлечь общественность. Сделаем так, чтобы все забыли о семействе Майер.       Джастин уже хотел сказать что-то против, но мужчина на проводе быстро отключился, и недовольство повисло в воздухе. Парню с татуировками пришлось гневно говорить в пустоту слова, которые не имели никакого смысла:       — Подонок, даже не заикнулся о деньгах. Вертит мной, как ему заблагорассудится! Хитрый черт! А я ему ещё и наивно верю.       Развернувшись к подвалу, он резко открыл дверь и ни о чем не думал. Пока вдруг мимо него не проскользнула тень. Джастин поймал юнца за руку, прижимая к стене, и недовольно зашипел:       — Я же просил быть хорошим мальчиком и сидеть тихо. Ты думал, что я тебя так просто отпущу? Ты мне за многое должен ответить... Особенно за отсутствие оплаты! Как думаешь за сколько я могу тебя продать? А может лучше сразу пустить на органы?       Он водил ножом, который так и не убрал, по нежной шее, останавливаясь на животе. Лезвием чуть надавил на рубашку, разрезая ее в некоторых местах. Но увидев в глазах напротив дрожь и необузданный страх, уронил свое оружие.       Мэлс удивлённо смотрел на своего похитителя и боялся даже пошевелиться. Пока голос мужчины с татуировками не разрушил тишину вновь:       — Ты ведь совсем ребенок. Что только не придумают люди для своего развлечения... Убивать тебя я не намерен, можешь перестать дрожать. Или все богачи такие хрупкие и пугливые?       Он усмехнулся как-то так по-доброму, поднял нож с пола. Развернувшись, Джастин направился в сторону кухни. Краем глаза наблюдал за парнем и продолжал свою речь:       — Посмеешь повторить попытку побега, свяжу снова и больше не отпущу. А об этих тряпках долго не грусти, здесь хвастаться не перед кем.

***

      Блондин неуверенно стучался в дверь, за которой слышался грубый голос босса. Кажется, тот говорил по телефону. Неудачно. Набравшись смелости, Эдуард заправил прядь волос за ухо и переступил порог кабинета.       — Господин, вас кто-то разозлил? Может я могу это исправить? Совсем не понимаю, зачем потребовался вам сейчас. Рабочий день, ведь уже закончен. Я собирался уходить домой, но если того требуете вы, то я останусь.       Взмахнув рукой мужчина, указал подчинённому на диван — предложил сесть, а значит и остаться на время. Сам Л. А. поднялся, чтобы поставить перед светловолосым торт и бутылку вина, пока только одну. Телефон же был заброшен на столе.       Эдуард улыбнулся, скрывая за этим свое смущение. Сегодня в планах остаться у босса надолго. Почему? Парень совсем не умел пить, но сказать об этом боялся, боялся не угодить своему идеалу.       Они какое-то время смотрели друг другу в глаза. И вселенная будто бы остановилась в этот момент. Между ними проскочила искра, которая с одной стороны выражала заинтересованность, с другой же — преданность, граничащую с влюбленностью.       Л. А. нагло изучал подчинённого, сидящего так невинно рядом с ним. Сам мужчина наверняка успел раздеть его несколько раз своими зелёными глазами, в которых так любил теряться Эдуард. Хотя эти фантазии он не торопился воплотить в реальность. Что-то останавливало. Как минимум то, что они должны находиться только в служебных отношениях. Как максимум то, что его любовь ещё ни разу не заканчивалась хорошо для объекта воздыхания.       — Так и будем хранить с тобой молчание, Эдуард? Я планировал слушать восхищённые речи о себе. Знаешь, они так хорошо у тебя получаются. Как жаль, что ты не говоришь их мне каждый день.       Мучал несчастного блондина, а тот, прикрывая глаза, дабы скрыть бурю эмоций, по-детски расплывался в улыбке. Тянулся к своему идеалу и совсем ни о чем не думал. Как бы ему хотелось, чтобы все те фантазии в глазах Л. А. исполнились и поскорее. Но смогут ли они переступить эту черту?