2015.

Через пелену сна протискивается звук будильника поставленного на 9:00. Хан приоткрывает глаза, сонно отключая будильник, что был поставлен для установления режима. Родители уже ушли, а значит никто не будет препятствовать ему снова заснуть до двенадцати часов дня. «Ещё 15 минуток…» Джисон не думал, что летом ему пригодится эта фраза. Недосып ударил в голову, что мигом оказалась на подушке. Томно вздохнув полсе минут пятнадцати лежания на кровати Джисон привстал на локтях, намеренно пытаясь не прикасаться левым к кровати (ибо на нём ожог)и приоткрыл глаза. Взяв наушники с тумбочки он подключил их к телефону и начал поиск мелодии. «First Love/Late Spring» Джисон любил эту песню. Хоть она и была прошлогодней. С музыкой он точно заснёт быстрее. Только он положил голову на мягкую подушку, как глаза сами закрылись. Прилив спокойствия и желание спать после двух часовой ночной прогулки дали о себе знать.Джисон снова провалился в сон. … Хан очнулся от небытия, но вставать напроч не хотел. Просто лежал, хотел заснуть обратно, ворочался и вздыхал. Но открыть глаза все-таки пришлось: яркий луч солнца пробился через призакрытые белые шторы и пытался пробудить его от сна. Взяв телефон в руки, Джисон произнес «смешок боли», на часах было, 13:38, а на экране телефона высвечивались сообщения от Чана. Чан Ты там умер что ли? Хватит спать (Отправлено в 12:46) И ещё двадцать семь непрочитанных сообщений. Как ни как, Бан Чан его лучший друг, читать его сообщения для Джисона стало уже традицией. Разблокируя телефон, Хан первым делом зашёл в KakaoTalk. Ответил на все сообщения, а потом встал с кровати, сбрасывая одеяло и надевая свои тапочки. Преодолев все углы в квартире он включил вытяжку, набрал в железный наплитной чайник воды из-под крана и поставил его на плиту. Быстро защелкала плита от напряжения. Загорелся газ, и вода в чайнике начала кипятиться. Взяв свою любимую белую кружку он насыпал туда две ложки сахара и положил пакетик его любимого черного чая, упаковку которого он еле — как нашел на прилавках того самого магазина, в который он с ребятами ходил сегодня ночью. Из-за пересыпа ему хотелось спать, хотя он проспал 12 часов. Он просто сидел на стуле и смотрел на чайник. Он был железный, со свистком. Чайнику было года три или два. Джисону просто нечего было сказать, да и подумать. Когда же чайник звонко засвистел Хан поднялся со стула и направился к плите. Отключая подачу газа, он взял прихватки и из чайника налил кипяток в кружку. Капля горячей воды попала на левую руку, на что Джисон рефлексорно поставил чайник обратно на плиту и схватился за место на руке, куда попала вода. Сначало на миллисекунду Джисон не чувствовал боль от капли горячей воды, но потом кипяток одарил волной боли. Где-то глубоко в душе он обложил трехэтажным матом этот чайник. Джисон быстро засунул место ожога под холодную воду. — Чертов чайник! — вся злость и раздражение этого мира сейчас кипела в нем. — самое худшее утро! Казалось бы, что может быть ещё хуже? Ещё хуже может быть то, что дома из еды остался только сухой завтрак, так ещё и тот, который он больше всего ненавидит. — прийдётся есть сухой завтрак…- томно вздохнув, Джисон достал тарелку, молоко из холодильника. Идея резко пришла в голову. Джисон немного задумался, нахмурился и прищурился. — я же мог сходить кофейню…- жест «рукалицо» идеально подошёл к ситуации. — ладно, тогда выпью чай и и пойду собираться. Джисон постоянно разговаривал сам с собой. Это было его привычкой. Выпив чай одним залпом, Хан пошел в свою комнату. Он одел черную рубашку, хотя и понимал, что пока дойдет до кафе, вероятно умрет от жары, синие изношенные джинсы с протертыми коленками и свои любимые носки с вышитыми котиками, они были белыми, но сторона на стопе всегда была серо — коричневого цвета. Он решил взять с собой фотоаппарат, хотя и понимал, что вероятно ничего сфотографировать не получится. Пытаясь надеюсь кеды, пальцы Джисона покраснели из-за раздражения кожи. Поняв, что он забыл телефон и наушники у себя в комнате, он раздражённо вздохнул, призакрыл глаза и снял кеды, и пошел в комнату в только одних белых носках с котиками. Но вдруг реальность размазалась в его глазах. Он понял, что настолько сильно торопился взять наушники и телефон, что подскользнулся, предварительно проскользил на полу пару сантиметров. Джисон совершил жёсткую посадку об ламинат и во время «посадки» ударился головой об пол. — ай…- Хан потёр место удара на голове и уже не скрывая раздраженность заговорил. — что ещё можно было от меня ожидать, да?! Почти переходя на крик он аккуратно встал с пола и принялся идти в направлении комнаты. Взяв телефон и наушники он зашагал ко входной двери. Замок двери щёлкнул. Джисон повернул ручку и переступил через порог. Лифт все ещё не работал, поэтому в виде способа передвижения пришлось использовать ноги. — вот и утренняя пробежка…- Джисон торопился, хотя сам и не понимал зачем, поэтому пришлось немного отдохнуть он похождений по лестницам. — только обычные люди по беговым дорожками бегают, а я по лестницам. Открыв стеклянную дверь и выйдя на улицу он прошел пару шагов вперёд и остановился, что бы посмотреть, где есть ближайшая забегаловка. Живот урчал от голода. С утра он выпил только чай. В минутах 3-х ходьбы от дома Джисона виднелось здание, а на шестом этаже многоэтажки была вывеска. Это было… — кошачье кафе?..- Джисон, конечно был не против сходить в такое кафе, но все же сомнения давали о себе знать. — ну и ладно, пойду туда. … Хан зашёл в здание и сразу же увидел лифт. Он был в примерно 10 метрах от входа. Войдя внутрь лифта с несколькими незнакомыми ему людьми он нажал на кнопку шестого этажа. Когда же дверь открылась, Джисон увидел кафе, а внутри много-много кошек! Хан пронырнул в дверь, и ему сразу предложили продезенфицировать руки. Он конечно это сделал, но это скорее было добровольно — принудительно, ведь оторванный заусенец очень больно щипал под влиянием антисептика. Сразу после этого ему сказали надеть белые резиновые тапочки и пройти в помещение, наполенное котиками. Когда он зашёл в само кафе, он увидел такую милую картину: белый котик с рыжими и черными пятнами сидит на столике, где принимают заказы, другой же, белый — отдыхает на белой широкой полке. Ещё один — серый, сразу же прибежал к ногам Джисона и стал тереться об него своей гладкой шерсткой. Хан прошел вглубь заведения. Какие-то коты сидели на «домиках» бывает, они достигали такой высоты, что были ростом с Джисона. Много котиков сидели на бардовых диванах, что располагались у стен. На широкой спинке дивана лежала белая кошечка, на которую Джисон сразу обратил внимание. Она даже ухом не повела в сторону нового посетителя. Хан подошел к столику и заказал себе капучино и пончик с начинкой из клубничного джема. Никто бы не сказал, что он любит пончики, так ещё и очень сильно. Когда он достал деньги, что бы заплатить за кофе и еду из его кармана вместе в деньгами появилась записка на жёлтой бумажке с номером Минхо. Увидев ее, он убрал записку обратно в карман. Джисону дали номерок и сказали выбрать место и сесть. Первым делом он пошел к той самой кошечке, что сидела на спинке дивана. Аккуратно сев на диван, он поднес руку к мордочке кошки, давая ей понюхать руку. Она понюхала и начала тереться об руку своими щёчками. — ваа… Какая ласковая! — Джисона распирало от счастья и милоты. Он сидел и гладил ее до того, как принесли еду с кофе. Он готов был просидеть там вечность, даже не смотря на то, что кофе там стоило 8 тысяч вон. Он обернулся, что бы начать свой завтрак, что по факту должен был быть несколько часов назад (т.е. в 9:00). Он достал из кармана записку, включил телефон и начал записывать номер Минхо к себе в телефонную книгу. Он поднял глаза на белую кошку с тёмно-коричневым пятном на мордочке, что запрыгнула с нему на стол и уселасьнапротив Джисона, как вдруг он увидел как… Минхо оплачивает покупки в кафе, а потом садиться в другом конце помещения. Он испытал все возможные эмоции за одну секунду. Настолько неожиданное появление нового знакомого привело Хана в ступор. Он понервничал пару минут, а потом решился подойти к Минхо и заговорить с ним. Для него такое «мероприятие» уже стало как обычаем. Он всегда так сильно переживает, когда надо заговорить самому с не на столько хорошим знакомым. Он подошёл, случайно встретился взглядами с Минхо и неуверенно начал диалог: — привет, а… Что ты тут делаешь? — Джисон звучал очень неуверенно. — решил заскочить, на кошек посмотреть и кофе попить. А что? — да так, ничего. Просто увидел тебя, и…- у Хана закончились слова. Он просто не знал, что сказать. — и решил подойти? — а Минхо звучал уже не так холодно, как ночью. — ага. — Джисон отвёл взгляд. — можешь сюда пересесть, если хочешь.- он специально выделил «хочешь». — а, хорошо, я сейчас прийду! — Джисон спешно попледся к своему столику, чтобы взять оттуда все нужное. К тому моменту, как Хан вернулся, Минхо уже гладил белую кошку с черными пятнышками на носу, кончиках ушей и лапок. Он выглядел таким счастливым. — а… Можно присесть? — самое тупое, что только мог спросить Джисон. — да, конечно. — Хан поставил на стол стаканчик кофе и пончик в бумажной упаковке и сел на бархатистый бардовый диван. — а ты-то как здесь отказался? — ещё один зрительный контакт. — я? Да я вообще позавтракать пришел. — Минхо приподнял брови. — позавтракать? -, переспросил Ли. — ага. Я вообще в час дня проснулся. — на это Минхо еще больше поднял брови и тактично начал смотреть на стол, что бы понять ситуацию. «То есть он проснулся в 13 и решил прийти позавтракать сюда? Позавтракать? Серьезно?» Минхо усмехнулся с пустоту, пока Джисон пристально на него смотрел, выжидая реакцию. А потом завелся очень и очень длинный диалог. Ли иногда ухмылялся, отпивал из стаканчика свой кофе и отвлекался на котов, пока Джисон что-то эмоционально, и не специально громким голосом, с выраженной жестикуляцией рассказывал, перепрыгивая с темы на тему, иногда откусывая свой пончик. Вдруг заговорил Минхо: — ладно, мне уже скоро домой надо будет идти. Ты тут ещё останешься или тоже пойдёшь куда-то? — да не, я тоже домой пойду. — стаканчики из-под кофе уже были пусты у обоих, а от пончика Джисона осталась только упаковка. Им ничего не мешало уйти. — тогда расходимся? , — Минхо посмотрел ему прямо в глаза. — ладно, — с досадой сказал Джисон. Минхо встал с места, а Джисон встал после него, предварительно пооладив серую кошечку рядом. Рядом с выходом из кафе была мусорка для стаканчиков и упаковочек, на которой было написано: «Кидайте мусор сюда!», А над надписью был нарисован котик. В итоге, парни покинули помещение. Они молча зашли в лифт, Джисон пялился в пол, и только потому что если посмотрите ещё куда-то, вероятно собеседник захочет с ним поговорить. Звоночек лифта прозвенел, и дверь открылась. Они быстро покинули лифт, а затем и здание. Джисон поднял глаза на Минхо и заговорил: — пока, удачи! — Хан дружелюбно улыбнулся. Минхо просто кивнул, сказал «пока», но Джисон резко его одернул. — давай фотографию сделаем! Типо на память! — ну…- Минхо пару минут промедлил, а потом согласился. Раздался щелчок и из маленького фотоаппарата вылезла непроявившаяся фотография. Джисон потряс снимок пару минут и фотография проявилась: просто обычное селфи. — ладно, спасибо за компанию, пока! — пока. Пару минут Джисон посмотрел на силуэт уходящего Ли, а потом и сам удалился в сторону дома. Даже тогда, когда он зашёл в здание своего дома, даже когда он поднимался по этим чёртовым лестницам до шестого этажа, даже тогда, когда дверной замок щёлкнул и Джисон оказался внутри квартиры ему было так спокойно. И за все это время он понял одну вещь: находиться рядом с Минхо было как таблетка антидепрессанта для человека с депрессией. Джисон упал на кровать. — м-да…- ему все нравилось, все было хорошо, а «м-да» он сказал из-за боли в ногах. Его суставы будто бы сходили с ума и ныли. В любом случае, вероятно из дома он больше не выйдет, ведь остальные продукты питания у него есть.