— Ты умница, Вики.

Оставив горы трупов позади себя, я сдерживала слезы. Не могла не сдерживать. Они, казалось, все кончились под натиском злости и разъяренности. Я стояла на краю, перед этим прокричав, что все, война окончена. Что закон Неприкосновения отменил сам Шепфа. Что Мальбонте больше нет, и опасность, до этого опасно висящая над небесами, пропала. Я её убрала собственными руками, такими поначалу хрупкими. Я, обычная Непризнанная, дочка умершей Серафимы Ребекки. Она бы мной гордилась, я верю в это. Из всей толпы я различила силуэт Люцифера, который все ещё находился не в человеческом облике. Через пару мгновений, мой взор наткнулся на уже обычного Люци, уставшего, придавленного к земле скорбью, но все такого же сильного. Он смотрел своими алыми глазами прямо на меня, сначала испепелял этим взглядом, а после обнял. И физически обнял. Взлетел на эту гору, встал передо мной, бережно обхватил мои плечи и прижал к крепкой, напряжённой груди, которая нервно вздымалась и опускалась с каждым мигом. Я, все ещё напуганная, вжалась в него настолько сильно, насколько смогла. Скомкала трясущимися пальцами его порванную местами одежду, и позволила дать себе слабину после этого долгого и кровавого пути - разревелась в голос, словно маленькая девочка, и стала шарить своими пальчиками по его телу, пытаясь, словно слепой котенок, найти тепло. И он мне его дал. Крепче обнял, уткнувшись своим лицом в мои пыльные волосы и, вроде как, шмыгнул, или это обман моего слуха, но я замерла. — Ты умница , Вики, — Он медленно отстранился от меня, провел большими пальцами по моим мокрым щекам, и опустил взгляд на дрожащие, покрасневшие от своих же укусов губы. — Ты огромная умница. Эти слова заставили меня зайтись в ещё одном истерическом припадке, и мы уже не стеснялись — разделяли эту боль на двоих, прижимались друг к другу отчаянно, пытаясь отнять у самих себя боль и выбросить её, убрать её. Мы скорбили по ушедшим — Сэми, Ади, Винчесто, Азазель, Мисселина, Энди, Дино, Мими.. Ребекка, моя мама. И ещё немыслимое количество убитых ангелов и демонов, пропускали всех через себя, пытались это принять, а не отвергнуть. Боль от умерших не уходит. Она притупляется и шумит на заднем фоне. Но ты можешь её облегчить – отпустить все плохое и оставить её в памяти лишь тёплыми воспоминаниями.