Погружаясь всё глубже в...

Глава 101. Привет, меня зовут Птица

На следующий день, ближе к вечеру, после похорон Сталагмита, посетившая его вчера драконесса кружила над рекой. Светло-красная чешуя переливалась в лучах закатного солнца, янтарные глаза внимательно высматривали нужного дракона среди прибрежных камней и деревьев. Наконец она заметила его. Медночешуйчатый дракон сидел на берегу, склонившись над водой и глядя в своё отражение. Крылья были плотно прижаты к телу, хвост безвольно лежал на песке. Для того, кто знал Метеора, такая поза казалась неправильной — словно кто-то взял шумного, энергичного дракона и высосал из него всю жизнь. Драконесса бесшумно спланировала вниз, приземляясь на мягкий песок. Метеор даже не шевельнулся. Она подошла ближе, стараясь не производить лишнего шума, но медночешуйчатый дракон продолжал сидеть неподвижно, уставившись в воду. Драконесса сделала ещё несколько шагов. Совсем близко. Метеор всё ещё не реагировал. Вдруг его отражение в воде дрогнуло — рядом с ним появилось второе, светло-красное. Медночешуйчатый дракон резко развернулся, вскакивая на лапы и принимая боевую стойку. Красные глаза вспыхнули тревогой. — Нельзя же так подкрадываться! — выкрикнул Метеор, распахивая крылья. — Я всё же великий воин! Мог бы ненароком напасть на инстинктах и тебе бы не поздоровилось! Незнакомка отступила. — Прости, не хотела тебя пугать. — Никого ты не напугала! — Метеор тут же выпрямился, расправляя плечи и задирая морду. Грусть и уныние мгновенно исчезли с его мордочки, сменившись широкой улыбкой. — В Пиррии ещё не нашлось того дракона, который смог бы напугать Метеора! Я просто… проверял твою реакцию. Да, именно так! Но улыбка не касалась его глаз. Она была натянутой, фальшивой — маской, за которой пряталось что-то другое. Незнакомка видела это совершенно отчётливо. — Терять близкого дракона всегда тяжело, — тихо сказала она. — Тебе нет нужды скрывать свои переживания. — Я ничего не скрываю! — огрызнулся он. — И вообще, кто ты такая? Я тебя впервые вижу! Драконесса замолчала. Она открыла пасть, затем закрыла её снова, явно подбирая слова. Несколько долгих мгновений тишины повисли между ними. — Меня зовут Птица, — наконец ответила драконесса. — Птица? — переспросил Метеор, приподнимая бровь. — Какое-то оно… — Он осёкся, не закончив фразу, но по выражению его морды было понятно, что он хотел сказать. — Я видела тебя на похоронах, — продолжила Птица, игнорируя его недосказанность. — Нашего общего знакомого. Но наблюдала со стороны. Не хотелось привлекать к себе внимание. Сталагмит незадолго до смерти попросил меня обратиться к тебе. Сказал, что ты поможешь мне найти одного дракона. Метеор окинул драконессу оценивающим взглядом. Странная она какая-то. Появилась из ниоткуда, бесшумно подкралась, говорит загадками. Но чего у неё точно не отнять — она очень привлекательна. Светло-красная чешуя, янтарные глаза, изящная фигура. И никаких вычурных украшений, которыми обвешивались придворные драконессы. Метеор тут же расправил крылья пошире, выпячивая грудь. — Если тебя ко мне направил мой покойный наставник, то я буду только рад помочь! — объявил он с напыщенной важностью. — Я знаю множество драконов по всей Пиррии. Если я знаком с тем, кого ты ищешь, то обязательно помогу такой красотке! Он подмигнул ей и развернулся, демонстрируя медную чешую, которая сияла в лучах заходящего солнца. — Я ищу небесного дракона по имени Край, — Спокойно произнесла Птица. Метеор внезапно обернулся. — Не знаю такого, — резко ответил он. Птица посмотрела на него с подозрением, ясно видя его ложь. — Небо, семь звёзд, шесть лун и спешащий по всему континенту дракон, — произнесла она тихо, но чётко выговаривая каждое слово. Метеор застыл. Улыбка соскользнула с его морды. Красные глаза расширились, а хвост дёрнулся. Он уставился на драконессу с совершенно новым выражением — настороженным, изучающим. Кодовая фраза. Да ещё и не простая. С дополнением. Такую знали только самые близкие к Сталагмиту драконы. Те, кто был посвящён в его тайные дела. — Я не знал, что ты одна из нас, — проговорил Метеор, и весь его показной задор испарился. Голос стал серьёзным, взрослым — таким, каким он редко пользовался. — Кем ты на самом деле приходишься Сталагмиту? — Просто хороший друг, — ответила Птица уклончиво. — Поможешь мне найти Края? Метеор несколько мгновений смотрел на неё, взвешивая. Затем фыркнул. — Если не хочешь говорить — не надо. Я не из тех, кто лезет в чужие тайны. — Он развернулся к реке, расправляя крылья. — Только попрошу не отставать. Я быстрый! С этими словами Метеор мощно взмахнул крыльями, поднимая тучу песка и брызг. Он взмыл в воздух эффектным пируэтом, снова демонстрируя всё своё мастерство полёта. Птица проводила его взглядом, не выказывая особого впечатления. Она спокойно расправила собственные крылья и взлетела следом — без лишних трюков и кульбитов, просто поднявшись в воздух и взяв курс за медночешуйчатым драконом. Метеор оглянулся через плечо, ожидая увидеть восхищение или хотя бы удивление. Но Птица летела за ним с абсолютно нейтральным выражением морды, не обращая внимания на его показуху. Медночешуйчатый дракон недовольно фыркнул, но ничего не сказал. Вместо этого он набрал высоту и устремился на север, к горам. Они летели молча. Метеор время от времени поглядывал назад, проверяя, не отстала ли Птица. Но драконесса держалась ровно, не отставая ни на длину хвоста. Её полёт был спокойным, размеренным — без суеты, но и без лишних усилий. — Так зачем тебе Край? — наконец не выдержал Метеор, замедляя полёт, чтобы лететь рядом с ней. — Это личное, — коротко ответила Птица, задумавшись о чём-то. — Ага, понятно. Тайны, секреты, всё такое. — Метеор закатил глаза. — А можешь хотя бы сказать, откуда ты знаешь Сталагмита? Птица молчала, глядя прямо перед собой. — Ладно, молчи, — проворчал Метеор. — Всё равно узнаю. Я всегда узнаю, что мне нужно. Они летели довольно долго. Метеор вёл Птицу через горные перевалы, минуя острые скалы и глубокие ущелья. Несколько раз он резко менял направление, будто проверяя, не следит ли за ними кто-то ещё. Внезапно Метеор пикировал вниз, к одной из скал, которая ничем не отличалась от сотен других в этих горах. Приземлившись на узкий выступ, Метеор оглянулся, проверяя, за ним ли следует Птица. Так они добрались до секретного прохода и, наконец, до самого места назначения. Птица замерла, и из её пасти вырвался тихий ахающий звук. Перед ней открывалась огромная пещера — нет, целая система пещер, уходящая вглубь горы. Но дело было не в размере. Прямо внизу расположилась миниатюрная деревня. Дома воришек, построенные из чего-то похожего на обожжённую глину. Между ними сновали маленькие фигурки — воришки, занятые своими делами. А рядом с ними, совершенно естественно, двигались драконы. Освещение в пещере было неравномерным. Сверху, через трещины в своде, пробивался последний свет закатного неба, фильтруясь через слой мха, росшего на камнях. Это придавало всему зеленоватый оттенок. Но основной свет давали факелы, расставленные по всей деревне. Несмотря на поздний час, жизнь в деревне кипела. Птица видела воришку, работавшего за гончарным кругом, а рядом с ним небесный дракон придерживал хвостом стопку готовых горшков. Чуть дальше группа воришек разгружала тележку, а дракон помогал им, таская мешки, которые были бы слишком тяжелы для людей. Где-то раздавался стук молота по наковальне, где-то детский смех. Драконы же, как заметила Птица, жили в другой части пещеры — там, где своды были выше, а в стенах виднелись тёмные проходы, ведущие в отдельные логова. Её взгляд не доставал туда, но она могла различить движение в темноте. — Эй! Кого ты привёл, Метеор? Птица вздрогнула, вырванная из раздумий. К ним приближались два дракона. Стража, судя по их настороженным позам и внимательным взглядам. — Она очень важный гость от Сталагмита, — ответил Метеор, спускаясь по тропинке вниз. — Ей нужен Край. Вы случайно не знаете, где он? — У себя должен быть, — ответил один дракон из стражи. — Отлично! — Метеор кивнул, затем обернулся к Птице. — Добро пожаловать в Подгорск. Здесь воришки такие же друзья, как и драконы, — решил он рассказать на всякий случай. — Если ты только посмеешь кому-то из них навредить, то я позабуду, что ты красотка и любовница Сталагмита. Понятно? — Понятно, — спокойно кивнула драконесса, полностью проигнорировав последнюю часть. Метеор удовлетворённо хмыкнул и зашагал вперёд, минуя стражу. Птица последовала за ним, разглядывая деревню вблизи. Запах дыма, жареного мяса и чего-то сладкого смешивался с обычными пещерными ароматами. Воришки, мимо которых они проходили, с любопытством поглядывали на незнакомую драконессу, но никто не выказывал страха. Они миновали несколько домов и свернули к одному из зданий побольше. Дверь в него была приоткрыта, и изнутри доносились голоса — один явно драконий, другой тоньше, человеческий. Метеор без стука направился внутрь, и Птица последовала за ним. Внутри у широкого стола, заваленного свитками и рисунками, сидел небольшой дракон с тёмно-красной чешуёй. Рядом с ним устроился воришка-подросток с тёмными волосами и карими глазами. Они что-то увлечённо рисовали, склонившись над листом пергамента. — Нет, нет, огонь должен быть больше! — говорил воришка, размахивая миниатюрной кистью без краски. — И молнии! Добавь молний вокруг! Чтобы все сразу понимали, что он всемогущий! — Точно! — с энтузиазмом кивнул дракон, добавляя новые линии на рисунок. — С молниями всё смотрится эпичнее! — Именно! Метеор бесцеремонно кашлянул, привлекая к себе внимание. — К тебе гости от Сталагмита, — объявил он. — Ищет тебя. И она какая-то особенная. Край оторвался от рисунка и обернулся. Его глаза с любопытством уставились на Птицу. Воришка рядом тоже повернулся, и его взгляд немедленно стал настороженным. — О, привет! — Край поднялся и подошёл ближе, склонив голову в приветствии. — Я Край. А это Кремень. — Он кивнул на воришку. — Он немного шалопай, но терпимый. — Сам ты шалопай, — проворчал Кремень, но улыбнулся. — Меня зовут Птица, — представилась она и сразу решила перейти к делу. — Мне было бы очень интересно поговорить с тобой о том, о всяком. Без лишних ушей. Метеор тут же насторожился. — Эй, погоди, — начал он. — Я вообще не понимаю, кто ты такая. И мне совсем не хочется оставлять тебя наедине с Краем. Он не боец, постоять за себя вряд ли сможет. Край не ответил сразу. Он осматривал драконессу, явно обдумывая что-то. — По какому поводу ты хочешь поговорить? — Слышала от Сталагмита, ты был очень смышлёным, когда был совсем маленьким, — ответила драконесса, делая акцент на последних словах. — Может, и догадаешься. Край замер. На какое-то мгновение его морда стала абсолютно нечитаемой. Затем он кивнул. — Метеор, уйди, пожалуйста, — попросил он. — И забери Кремня с собой. — Что?! — взорвался Метеор. — Опять какие-то кодовые фразы и загадки! Да что здесь вообще происходит?! — Пожалуйста, — повторил Край твёрже. Медночешуйчатый дракон издал возмущённое рычание, но развернулся к выходу. Он осторожно взял Кремня в лапу и унёс с собой. На что воришка сперва сопротивлялся, но недолго. Дверь захлопнулась за ними. Прошло несколько мгновений тишины. — Не подслушивайте там за дверью! — громко крикнула Птица. За дверью раздалось приглушённое ругательство Метеора и звук удаляющихся шагов. — Воришки это тоже касается, — добавила драконесса. Снаружи послышалось шарканье, затем тихие шаги, удаляющиеся в другую сторону. Наконец, оставшись наедине, Птица повернулась к Краю. — Теперь мы можем поболтать о многом… Край смотрел на драконессу, и в его голове проносились мысли. Намёк на то, что он был «смышлёным, когда был совсем маленьким». Акцент на этих словах. Другим подмечать это было бы не в тему, но она явно намекнула, что знает куда больше. «Она либо попаданец, о котором рассказывал Сталагмит, либо как минимум очень сильно с ним связана, — строил гипотезы Край. — Но как её вывести на чистую воду? Доказать, что она такая же, как я, но и самому не спалиться?» Говорить на другом языке было бы слишком палевно. Слишком прямо. Нужен был другой метод. Край сделал глубокий вдох и придал своей морде максимально серьёзное выражение. — Итак, — начал он, — о чём бы вы хотели поговорить? — Меня зовут Птица, и я представляю организацию под названием Единство. Я не попаданка, — последнее слово она произнесла странно, с акцентом, будто оно было из другого языка. — Но я знаю дракона-попаданца. Такого же, как ты. Край замер. Из всего, что он ожидал услышать, это было… совсем не то. — Ты… что?! — выдохнул он. — Почему ты… зачем ты мне это сказала? Просто так? В лоб? Птица пожала крыльями. — Не вижу смысла тянуть. Я не умею играть в игры слов. Лучше говорить прямо и на чистоту. Так проще для всех. — Игры слов? — переспросил Край, моргая. — Пустые разговоры, — пояснила Птица. — Сталагмит любил время от времени вести такие беседы. Намёками, недомолвками. — А-а-а, — протянул Край с пониманием. — Ты про то, что он любит пофилософствовать! Лить воду. — Куда он льёт воду? — удивлённо спросила драконесса, пытаясь понять, при чём тут вода. — Это просто выражение такое! — быстро объяснил он. — Означает говорить много, но по сути ничего не сказать. — Он внимательно посмотрел на драконессу. — И теперь мне точно ясно, что ты не попаданец, иначе бы поняла. Между ними повисла неловкая тишина. Птица смотрела на Края с нейтральным выражением, явно не зная, что сказать дальше. Наконец Край не выдержал. — Как ты сразу поняла, что я попаданец? Это тебе Сталагмит рассказал? Птица на мгновение задумалась, и на её морде появилось что-то похожее на печаль. — Можно и так сказать. Но всё было немного сложнее. Она отвернулась, глядя на рисунки, разложенные на столе. — Сталагмит очень хотел, чтобы мы встретились и кое-что обсудили, — продолжила Птица. — И сейчас, видя то, что здесь происходит… — Она обвела взглядом комнату, затем кивнула в сторону деревни за стеной. — Это ты создал идиллию между драконами и воришками? Благодаря опыту прошлой жизни? Край мгновенно преобразился. Его глаза загорелись, крылья расправились, а хвост взволнованно заколотил по полу. — Тебе нравится?! — выпалил он, подскакивая ближе. — Правда нравится? Я вложил сюда душу! Всё, что знал, всё, что помнил о том, как люди и… ну, другие существа могли жить вместе! Я так рад, что нашёлся ещё один дракон, который ценит это! — Он закружился на месте. — Если хочешь, я могу всё тут показать! У нас тут такая система устроена! Воришки помогают с тем, с чем не справляются драконы, а драконы с тем, с чем не справляются воришки! И никто никого не ест! Представляешь?! — Это было бы здорово, — искренне улыбнулась Птица. — Но сперва нам нужно поговорить. Край осёкся и сел на задние лапы, стараясь выглядеть серьёзнее. — Ты хочешь поговорить о подсказке? Птица покачала головой. — Мне хотелось поговорить о другом, — призналась она. — Но раз речь зашла про это, то было бы неплохо обсудить. Видишь ли, мой… друг… он поведал об этой подсказке от странного дракона. И этот друг хотел бы узнать, что затеял тот странный дракон. Да и, по правде говоря, я сама тоже.Подсказка, оставленная моему другу, звучит так: «Смотри на своё отражение и прыгай». Край нахмурился, обдумывая слова. Затем он кивнул. — Хорошо. А моя: «Не бойся, доверься чутью и дыши». — И что ты думаешь об этом? — Я не сильна в загадках, — призналась она. — Совсем не понимаю, что к чему. — Ладно, давай порассуждаем вместе, — оживился Край. — Смотри, у нас две подсказки, и обе явно ведут к одному месту. К тому, кто нас сюда отправил. «Смотри на своё отражение». Где ты видишь отражение? В зеркале, в воде! В озере, в реке, в море! А «дыши» в моей подсказке может означать дышать под водой! Может, этот ледяной дракон живёт где-то под водой? В подводной пещере? Морские драконы могут дышать под водой, и, может, он хочет, чтобы мы нашли способ туда попасть? Пока это самая логичная, как по мне, теория. Птица молчала, явно о чём-то вспомнив, когда небесный упомянул о воде. — Третья теория: отражение — это не буквальное отражение, а метафора! — Край взволнованно заколотил хвостом по полу. — Что, если нам нужно найти место, которое отражает что-то из нашей прошлой жизни? Что-то знакомое? А «дыши» означает расслабиться и позволить воспоминаниям нахлынуть? Или всё может быть проще, и мы должны прыгнуть в какое-то зеркало, где, доверившись чутью, сможем его найти. Птица подвела лапу к подбородку, о чём-то сильно задумавшись. — Третья теория! — Край не унимался. — «Прыгай» и «доверься чутью». Что если это про буквальный прыжок? Прыжок веры, как в тех фильмах! Когда герой должен прыгнуть со скалы или в пропасть, доверяясь своей интуиции? Может, есть какое-то место, где нужно прыгнуть вниз, и там будет вход? Он замолчал, обдумывая дальше. В то время как Птица совсем потерялась в своем сознании. — Четвёртая теория, — Край сел, глядя прямо на Птицу. — Ледяной дракон. Лёд. Отражение. Что, если речь идёт не о воде, а о льде? Лёд тоже отражает! А «прыгай» может означать прыгнуть на лёд или через лёд. «Дыши» — не задерживай дыхание от страха, дыши спокойно, даже когда холодно. Или что во льду можно дышать. Может, он живёт где-то на крайнем севере? Или на вершине ледяной горы? Наконец Край закончил, и, похоже, Птица тоже. — Что думаешь? — спросил Край. — Что-то из этого звучит правдоподобно? — Как-то… — запнулась драконесса, не зная, что ещё ответить. — И я о том же! — резко поднялся дракон. — Подсказки не говорят где, они скорее намекают, что нужно сделать. Нет ни одного намека на конкретное место! Если речь о воде, то ты знаешь, сколько рек и озер в Пирри? А если речь вообще о море или океане? Такое невозможно найти! Если про лед, то лететь в ледяное королевство во время войны… Мерзнуть, и не факт, что там будет, что мы ищем. А если это зеркало? Какое-нибудь карманное/зеркальное измерение? Нам нужна подсказка с местом. Иначе никак! — Ты прав, — согласилась драконесса. — Без ещё одной подсказки мы точно не найдём нужное место. Можем пока не думать об этом и перейти к главному. — К главному? — переспросил Край. — К Единству, — ответила драконесса. — Именно за этим я и пришла. — О! Сталагмит немного рассказывал мне об этом. Но я хочу услышать больше! Птица кивнула и устроилась поудобнее. — Цель Единства — это объединение разумов. Но не так, как ты, возможно, подумал. Каждый дракон останется при своём уме. Это не коллективный разум, где все думают одинаково. Нет. Просто драконы смогут подключаться к Единству и получать знания. Или общаться с другими драконами на расстоянии. — На расстоянии? — переспросил Край. — Как далеко? — Любое расстояние, — ответила Птица. — Хоть через всю Пиррию. Ты сможешь показывать воспоминания другим драконам. Или то, что видишь прямо сейчас. Передавать мысли, идеи. Много чего ещё. — Это же… это же как интернет! — выпалил он наконец с радостью в голосе. — Я не знаю, что такое «интернет», — призналась Птица. — Но, возможно, ты прав. — Погоди, погоди, — Край подскочил на лапах, начиная расхаживать взад-вперёд. — А как это будет работать? Любой дракон сможет лезть в голову к другому? Читать мысли без разрешения? Это же опасно! — Нет. Каждый дракон сам будет решать, кому давать доступ и с кем разговаривать. Ты сможешь создавать отдельные… отдельные каналы связи по желанию. Только для тех, кого выберешь. — Как приватные чаты! — обрадованно воскликнул Край. — Или как группы в мессенджерах! — Опять эти странные слова… — вздохнула драконесса, но продолжила. — Цель Единства — мир и гармония. Поэтому мы ввели Закон Единства. Если член Единства попытается сделать что-то плохое другому дракону, то он испытает на себе то же самое, что и его жертва. — Что? Прямо физически? — И физически, и эмоционально, — подтвердила Птица. — Если ты причинишь боль — ты её тоже почувствуешь. Если обидишь — испытаешь ту же обиду. Таким образом дракона просто загрызёт совесть, и он не станет делать никакие плохие поступки другому дракону. — Это же… — Край присел, обдумывая. — Это же принудительная эмпатия. Ты буквально заставляешь драконов понимать, что чувствуют другие. — Да, что-то в этом роде. — согласилась Птица. — А что насчёт мелких вещей? Если я, например, случайно наступлю кому-то на хвост? Или съем чью-то добычу по ошибке? — Закон работает только на злонамеренные поступки, — пояснила драконесса. — На мелочи он не реагирует. Только когда дракон действительно хочет сделать плохо другому. Специально. Край кивнул, но всё ещё выглядел задумчивым. — А как вы определяете, что злонамеренно, а что нет? Намерения — это сложная штука. Иногда драконы сами не знают, почему делают то или иное. Птица замолчала, явно не ожидая такого вопроса. — Это… сложно объяснить, — наконец сказала она. — Дракомантия это учитывает. Самое главное в Единстве и самая большая сложность — это безопасность. Мы продумали очень много, как сделать его максимально безопасным при помощи дракомантии. И в крайнем случае дракон всегда может покинуть Единство. В любой момент, по своему желанию. Это главное правило. Никогда и ни при каких обстоятельствах Единство не должно превратиться в диктатуру или коллективный разум под волей одного дракона. — Это хорошо, — согласился Край, немного расслабляясь. — Очень хорошо. Возможность выхода — это важно. Птица кивнула и продолжила: — Также Единство привязывается к душе. После смерти дракон отправится в отдельный мир душ, где они могут продолжить жить, получать знания, делиться с живыми и так далее. — ЧТО?! — выкрикнул он. — Жизнь после смерти? Ты серьёзно? Это же… это же невероятно! Это решает один из главных вопросов существования! Это… — Но у них очень большие ограничения, — перебила его Птица. — И они никогда и никак не смогут вернуться к жизни. Эта часть ещё в разработке, так что я не буду долго об этом рассказывать. Небесный дракон сел обратно, но было видно, что мысли в его голове проносятся с бешеной скоростью. — А как вступить в Единство? — спросил он. — Нужно какое-то специальное заклинание? Или ритуал? — Нужно пройти Искупление, — ответила драконесса. — Это ритуал, в котором я соприкасаюсь с драконом и показываю ему все его плохие поступки. Таким образом дракон может искупиться. — Все плохие поступки? — медленно переспросил он. — Абсолютно все? — Да, — подтвердила Птица. — Но если у дракона слишком мало плохих поступков, то его не сильно это коснётся. И на нём будет работать Закон Единства, про который я говорила ранее. А драконов, которые совершили много плохого… Им будет тяжелее. — Это же… это же конфронтация со всеми твоими ошибками, — прошептал Край. — Со всем, что ты когда-либо делал неправильно. Это страшно. — Это необходимо, — твёрдо сказала Птица. — Только так мы можем быть уверены, что в Единство не войдёт тот, кто хочет причинить вред другим. И только так драконы могут по-настоящему измениться. Драконы из Единства, будь они мёртвые или живые, в любой момент могут покинуть его по своему согласию. Или быть изгнаны из-за нарушений. Правда, пока мы экспериментируем со всем этим. Есть ещё много подробностей, но я решила обойтись кратко. В дальнейшем мы можем обсудить больше. Край молчал несколько долгих мгновений. Его взгляд был прикован к полу, хвост застыл неподвижно. Наконец он поднял голову и посмотрел на Птицу. — Ты хочешь сделать псионическую связь. — Трудно, когда ты не понимаешь все эти слова… — у Птицы начала болеть голова. — Это то, о чём ты рассказала, — объяснил Край, оживляясь. — Телепатия, передача мыслей на расстоянии, общий банк знаний. Только с некоторыми изменениями и дополнениями. В научной фантастике это часто встречается. В книгах, фильмах, играх… — Он осёкся, заметив непонимающий взгляд драконессы. — В общем, это не новая идея. Но то, как вы её реализуете… это действительно впечатляет. — И что ты думаешь об этом? — спросила она с явной надеждой в голосе. — Ты хочешь присоединиться к Единству? — На самом деле… Да и нет, — Край явно сомневался в решении. — Во-первых, пока это всё на словах. И звучит это очень… заманчиво. Слишком хорошо, если честно. Мне хочется увидеть всё вживую. Понять, как это работает на практике, а не в теории. — Никого не призывают и не заставляют насильно присоединиться к Единству, — спокойно сказала она. — Более того, я буду рада, если драконы в Единстве и вне Единства будут спокойно жить вместе. Сосуществовать. Это одна из главных целей — показать, что мы не угроза. — Вот это уже вторая проблема. Ведь расизм никуда не денется. Только теперь к племенам добавятся ещё и драконы из Единства. Другие драконы будут смотреть на членов Единства с опаской и осторожностью. Будут бояться. А страх порождает ненависть. И теперь я понял, о чём говорил Сталагмит. Он предупреждал меня об этом. — Сталагмит говорил похожее, — подтвердила Птица, опуская взгляд. — Он понимал риски. Край несколько мгновений смотрел на неё, затем его глаза расширились, будто он только что осознал что-то важное. — Я понял проблему. И у меня вопрос. Смогут ли воришки попасть в Единство? Птица замерла. Такой вопрос явно застал её врасплох. Несколько долгих мгновений она обдумывала ответ. — Нет, — наконец ответила она. — Единство только для драконов. На морде Края появилось плохочитаемое выражение. Он отвернулся, глядя в сторону. В его голове проносились мысли, одна противоречивее другой. «Это расизм, — думал он. — Чистой воды расизм. Разделение по видам. Но…» Он вспомнил свою прошлую жизнь. Вспомнил, на что способны люди. Войны, геноциды, рабство. Вспомнил слова Сталагмита о том, что воришки опасны именно своей непредсказуемостью, своей способностью объединяться и создавать оружие. «Как бы мне ни хотелось… но я вынужден согласиться с наставником, — с горечью признался он себе.». Но эта мысль не приносила облегчения. Только тяжесть в груди. — Тогда перейдём к главной теме, — продолжил Край. — Сталагмит доверил мне особое задание, помимо создания деревни. Он сказал, что однажды сюда придёт особенный дракон, и я должен буду дать ему кое-что. Тогда он не говорил ничего конкретного, но теперь я понял, о чём речь. — Он кивнул в сторону выхода. — Пойдём. Я покажу. Птица молча последовала за ним. Они вышли из дома и направились через деревню к противоположной стороне пещеры. Воришки и драконы, мимо которых они проходили, с любопытством поглядывали на них, но никто не останавливал. Наконец они добрались до широкого открытого пространства у дальней стены пещеры. Здесь было установлено несколько мишеней из соломы и дерева, а рядом стояли стойки с какими-то странными конструкциями. Прямо сейчас два дракона стояли на задних лапах, поддерживая себя крыльями и хвостом, а на их передних лапах были закреплены странные устройства. Они целились в мишени и… *Тунг! Тунг! * Два коротких звука, и в мишенях появились стрелы, вонзившиеся глубоко в солому. Птица замерла, уставившись на происходящее. — Это… — начала она. — Арбалет 3000-инатор модель 14, — закончил Край. — Модифицированные под драконьи лапы. Есть ещё похожая модель, и активировать её можно одной лапой! Задание Сталагмита было создать оружие и подготовить армию, снабдив её этим оружием. — Он с гордостью посмотрел на тренирующихся драконов. — И я справился с этим заданием прекрасно. Посмотри, как точно они стреляют! А дальность поражения достигает… — Это ужасно, — перебила его Птица. Край обернулся и увидел, что драконесса смотрит на него с яростью. — Драконы и так постоянно убивают друг друга, — продолжила она, с трудом сдерживая гнев. — А с этим оружием станет только хуже! Это ужасное оружие, которое не должно существовать! Ты понимаешь, что ты создал?! Ты дал драконам способ убивать ещё проще, ещё быстрее! — Я сам не хочу создавать смертоносное оружие! — огрызнулся Край. — Думаешь, мне нравится, что война станет ещё более ужасной и извращённой?! Мне самому это не нравится! Но это было создано для защиты! Теперь, когда я услышал, что представляет собой Единство, я убеждён: драконы посчитают его огромной угрозой и захотят уничтожить. Они будут верить, что Единство порабощает умы, и вести пропаганду. И что ты сделаешь тогда? — Он ткнул когтем в её сторону. — Когда на тебя и Единство обрушится армия разгневанных драконов?! — Я ЗНАЮ! — крикнула Птица, и её голос эхом разнёсся по пещере. Все драконы на тренировочном полигоне замерли, повернувшись к ним. Даже воришки в деревне остановились, глядя в их сторону. — Я знаю, — повторила она тише, но не менее эмоционально. — Сталагмит говорил это неоднократно. Что за нами может начаться охота. Что нас будут бояться и ненавидеть. Но я хочу верить в драконов. Хочу верить, что можно решить всё мирно. Что Единству удастся избежать войны и сосуществовать в мире с остальными. Край несколько мгновений смотрел на неё, затем его взгляд смягчился. — Тогда это подстраховка. На случай, если твоя вера не оправдается. Тишина повисла между ними. Драконы на полигоне неуверенно переглянулись, не зная, продолжать ли тренировку. Внезапно один из небесных драконов — тот, что проходил мимо — начал медленно пятиться к выходу. Его движения были осторожными, будто он пытался остаться незамеченным. Но Метеор, который наблюдал за тренировкой с края полигона, мгновенно заметил это. Медночешуйчатый дракон быстро переместился, преграждая путь небесному. — Куда это ты собрался? — спросил Метеор с подозрением в голосе. Небесный дракон замер, затем натянуто улыбнулся. — Я просто иду прогуляться, — ответил он слишком быстро. — Подышать свежим воздухом. В пещере иногда душновато. — В пещере душновато? — переспросил Метеор, прищуриваясь. — Серьёзно? Мы тут живём месяцами, и никому не душно. — Он повернул голову. — Эй, Край! Новенький какой-то подозрительный! Край и Птица обернулись. Небесный дракон увидел, что на него смотрят, и его глаза расширились от паники. Когда Край и Птица начали приближаться, дракон не выдержал. Он резко развернулся и попытался прорваться мимо Метеора. Но медночешуйчатый дракон был быстрее. Его лапа метнулась вперёд, зацепила небесного за заднюю ногу и дёрнула. Дракон с грохотом рухнул на пол, а через секунду Метеор уже прижимал его к земле, вывернув крыло и лапу в болезненном захвате. Небесный дракон зарычал от боли, пытаясь вырваться, но Метеор только усилил хватку. — Лежать! — рявкнул он. — И не дёргайся, если не хочешь, чтобы я сломал тебе что-нибудь! Край и Птица подбежали ближе. Драконесса посмотрела на лежащего дракона, затем на Края. — Он хотел доложить кому-то, — сказала она. — Об оружии. И о Единстве. Краю это очень не понравилось, но Метеору это не понравилось ещё сильнее. — Шпион?! — прорычал он и ударил пленника лапой по морде. — Кому ты собрался докладывать?! Говори! Он начал выкручивать лапу сильнее, и небесный дракон закричал от боли. — Прекрати! — резко крикнула Птица. — Не надо жестокости! — Он шпион! — огрызнулся Метеор, но немного ослабил хватку. — Он заслуживает… — Дай мне попробовать, — перебила его Птица. — Пожалуйста. Метеор и Край переглянулись. Медночешуйчатый дракон нахмурился, но кивнул. — Хорошо. Попробуй. Но я его держу. Птица подошла ближе и опустилась на колени рядом с пленником. Небесный дракон попытался отвернуться, но Метеор прижал его голову к полу. — Не надо, — прорычал дракон. — Не надо, что бы ты ни собиралась делать… Птица поднесла свою лапу ко лбу дракона. Их глаза одновременно побелели, став полностью белыми, без зрачков. Несколько секунд тишины. Затем дракон начал брыкаться. Сильнее, отчаяннее, чем раньше. — НЕТ! — закричал он. — НЕ ЛЕЗЬ МНЕ В ГОЛОВУ! ВЫЙДИ! ВЫЙДИ ОТТУДА! ЭТО МОЁ! ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА! Он извивался под Метеором с такой силой, что медночешуйчатый дракон едва мог его удержать. Крылья пленника хлопали, хвост молотил по полу, когти скребли камень. — ТЫ НЕ МОЖЕШЬ БЫТЬ ТАМ! — продолжал кричать он. — ЭТО НЕПРАВИЛЬНО! ЭТО… Внезапно Птица отшатнулась и упала на бок, тяжело дыша. Её глаза вернулись к нормальному состоянию, но с выраженным шоком. Метеор, потеряв концентрацию, ослабил хватку. Этого оказалось достаточно. Небесный дракон вырвался, оттолкнув медночешуйчатого, и бросился на Края. Его когти были нацелены прямо в горло, глаза горели безумием. — ТЫ! — завопил он. — ТЫ, КТО ДРУЖИТ С ВРЕДИТЕЛЯМИ! Я ВСЕГДА ТЕБЯ НЕНАВИДЕЛ! ВСЕГДА! ТЫ НАСТОЯЩИЙ ИДИОТ, ЧТО НЕ ДАЁШЬ ОРУЖИЕ ПЛЕМЕНИ! МЫ МОГЛИ БЫ ПОБЕДИТЬ! МЫ МОГЛИ БЫ СТАТЬ СИЛЬНЕЙШИМИ! Край попытался увернуться, но был слишком медленным. Когти полоснули по его боку, оставляя глубокие раны. Затем по плечу. Кровь брызнула на пол. — КРАЙ! — заревел Метеор и бросился вперёд. Он врезался в нападавшего всем телом, отбрасывая того от Края. Они покатились по полу, сцепившись в клубок из крыльев, хвостов и когтей. Метеор был сильнее. Опытнее. Он быстро оказался сверху, прижимая противника к земле. Его лапа метнулась к горлу небесного дракона, когти сомкнулись… И полоснули. Слишком глубоко. Слишком сильно. Кровь хлынула потоком. Небесный дракон захрипел, его глаза расширились от шока. Он попытался что-то сказать, но из пасти вырвался только булькающий звук. Через несколько мгновений он затих. — Перестарался… — прошептал Метеор. К ним подбежала стража — трое драконов с оружием, да и другая толпа собралась поглядеть, что случилось. — Всё в порядке? — спросил один из стражников, оглядывая сцену. — Что здесь произошло? Метеор молча указал на тело. — Шпион, — разозленно ответил Метеор. — Он напал на Края. Я… я не рассчитал силу. Стражники переглянулись, но кивнули. Один из них начал отдавать приказы остальным — убрать тело, очистить кровь. Метеор подошёл к Краю, который сидел на полу, прижимая лапу к ранам на боку. — С тобой всё в порядке? — спросил медночешуйчатый с беспокойством. Край не ответил сразу. Он смотрел на мёртвого дракона с выражением полного шока на морде. — Я… я не верю. Я считал его другом. Мы росли вместе. Конечно, мы не были близкими друзьями, но товарищами… Мы вылупились почти в один день. Именно поэтому, когда я посещал Сталагмита и случайно встретил его… мне показалось, что у него такие же идеалы. И я пригласил его сюда, думая, что мы все ещё друзья и… Метеор опустил взгляд, не зная, что сказать. Птица тем временем поднялась на лапы. Она всё ещё тяжело дышала, и на её морде читалось смятение. — Почему это не сработало опять… — пробормотала она, но достаточно громко, чтобы остальные услышали. Метеор обернулся к ней. — Что ты вообще хотела с ним сделать? — спросил он с подозрением. Птица посмотрела на него, затем на Края. — Возложить на его совесть и сострадание, — ответила она. — Я видела всю ту ярость в его голове… но он… — Не похоже, что он хотел меняться, — тихо закончил Край. — Да, — согласилась Птица. — Он не хотел делать это добровольно. И вот какая реакция… — Она замолчала, явно о чём-то думая. — Но что тогда с прошлым разом? Почему не получилось тогда? А что, если… В её голове сразу возник образ — первый случай, когда Искупление сработало. Она быстро сконцентрировалась, посылая мысленный зов. «Мракокрад? Ты слышишь меня?» Тишина. «Мракокрад?!» Снова тишина. Паника начала подниматься в её груди. Она обратилась к другому разуму в Единстве. «Терн? Ты видела Мракокрада?» Ответ пришёл почти мгновенно. «Не видела его, наверное, день. А что случилось?» «Он не отвечает на мои зовы.» После этого Птица связалась с другими, но все дали похожий ответ. В глазах Птицы появилась паника. Что если Искупление не сработало не дважды, а трижды подряд? Что если… — Эй! — Метеор махнул лапой перед её мордой. — Ты нас слышишь?! Птица моргнула, возвращаясь в реальность. Край смотрел на неё с пониманием. — Смогла ли ты узнать что-то от него? Но Птице сейчас было не до этого. Она снова сконцентрировалась на мысленной связи. «Терн, мне нужно, чтобы ты проверила одно место. Срочно.» «Какое место?» Птица мысленно передала образ. Место, где они хранили… «Я лечу туда прямо сейчас,» — ответила Терн. Птица наконец пришла в себя и посмотрела на Края и Метеора. — Мне не совсем получилось разобраться и разглядеть силуэт, — призналась Птица — Но он хотел доложить какой-то небесной драконессе с ошейником, это все, что мне удалось выяснить. Оба дракона сразу стали совершенно нерадостными. — Я знаю, о ком речь, — напрягся Метеор. — И если это правда Пик, то дела у нас очень, очень плохие. — Сталагмит сказал мне, — внезапно вспомнила Птица, — что важнее всего я должна поговорить с драконессой по имени Пик. Он сказал, что она должна быть следующей, к кому ты должен меня сопроводить. Метеор посмеялся, но смех вышел горьким, без капли веселья. — Теперь она сама прилетит сюда. Да ещё и с армией Северного крыла. После смерти Сталагмита они служат ей, а не мне. — Метеор едва сдерживался, чтобы не начать дышать огнем. — А там недалеко и до всей армии Небесного королевства. — Смерти Сталагмита? — переспросил Край, позабыв о своей ране. — Но… совсем недавно он был живой. Хоть и больным… Метеор замер, осознав, что сказал лишнее. В этот момент в сознании Птицы раздался голос Терн. «Я добралась до места.» «И?» «Я раскопала тайник. Нашла шкатулку.» Птица боялась услышать худшее. «Что там?» — спросила Птица, хотя уже знала ответ. «Угольки, — ответила Терн в гневе. — Много угольков. Всё сгорело. А ещё… записка.» «Что в ней?» «Ты уничтожил всё, что принадлежало мне. Теперь я уничтожил всё, что принадлежало тебе. Теперь мы в расчёте».» Птица истерически посмеялась вслух, привлекая внимание Края и Метеора. Она не могла поверить. Не понимала, почему не сработало. «Я думала… Я верила, что Мракокрад исправился. А он… он сделал такое…» «Что дальше?!» — гневно спросила Терн через связь. «Как мы продолжим делать Единство без дракомантии?! И что насчёт Мракокрада?!» Птица тяжело вздохнула, закрывая глаза. «Мракокрад точно не мог вернуть себе силы. Мы это учли. Но Единство…»