Гвоздики

— Шеф, там это, вам опять букет принесли, — мялся на пороге один из сотрудников. Через пару секунд в кабинет занесли огромный букет кроваво-алых гвоздик. Положили на стол и тут же удрали, трусы и заики. Понабрал работничков!       В букете записка:

«Хакер компьютер решил починить,

Дёрнулся, к столику ухом приник.

Сердце не бьется и глазки вскипели —

Ждите поминок на этой неделе.»

      От гнева смёл всё со стола, в том числе и этот сраный букет. Кому, вот кому это надо? Постоянно эти записочки приходят! С самой смерти брата. Больше месяцы прошло, а они каждый день… Кто-то явно надо мной потешается. И этот кто-то — в моей же компании. В подчинении остались одни подозреваемые. Работа не идёт, не сосредотачиваюсь.       В дверь опять стучат. Не заходят, пока не разрешу. Разрешаю. Хуже уже не станет. — Шеф, у меня новость, — в кабинет заглядывает мой дорогой рыжий друг Арсенька. Славный парень, женатый, дружим давно. Но он стоит в моём списке чуть ли не первым. Уж слишком он чист. — Только быстро, — тороплю его, устало прикрывая глаза. — Это по поводу… — он запнулся и оглянулся. — По поводу Кости, помните, вы просили? — Помню. — Так вот, я говорил с его одногруппником. Не учился он не в какой Англии, диплом уже проверил, фальшивка. Сам он из Германии, закончил юридический. И живёт недалеко.       Вспоминаю, когда брал на работу своего нынешнего секретаря, не удосужился проверить его досконально, уж слишком всё быстро происходило, да и брат настаивал на нём. — И что мне с этой информации? Пойти, шантажировать его? — закатил я глаза, даже не глянув на рыжего. — Дело в том, что в Германии он прожил пять лет. Не просто ради обучения. Он, — при всём своём невеликом росте, парень наклонился к моему столу и уже тише продолжил. — В общем, он работал в «Ferrum», там же, где и Игорь Орлов.       Я резко сел в кресле и взял в руки досье Кости. Два года проработал юристом в Германии. Семнадцатый и восемнадцатый год. Игорь Орлов, наш давний друг семьи, а сейчас и соперник по бизнесу, в том году перевёлся в «Ferrum», хотя отец и не хотел его отпускать. У них тогда ещё скандал случился, но в итоге они как-то договорились. Через год отца не стало, его бизнес перешёл в наши с братом руки, а Игорь Орлов вернулся. — Они… вполне могли пересекнуться, -начал я. — Но… — улыбка с лица Сени тут же исчезла. — Игоря я проверял, он чист. Его связь с Костей здесь никак не играет. — Как? Васнецов может быть его помощником, или хуже того, его крысой. Максим Владимирович, вы же должны это проверить… — Сеня, у меня сейчас нет времени, — отмахнулся я, но за работу заплатил. Сенька такой парень, что за вознаграждение сделает всё, что попросишь, вот только потом не отстанет. Гонится за деньгами и никак не может их догнать. Собственно, только поэтому он здесь и работает.       Он уходит, а я принимаюсь за Костю. Нужно проверить всё, университет, работу, друзей, родню.       К слову, сегодня ужин с кузиной. У Лики свадьба, а дальше семья, дети, личная жизнь, хочет побыть с любимым братом. Только вот я сомневаюсь, что побыть она хочет со мной, а не моими деньгами. И ресторан выбрала самый дорогой, брат же угощает беременную. И женишка своего притащит.       Говорю Косте, чтобы вызвал Юлю. Надо же сводить девушку в ресторан на свидание, хоть и неполное. К ней я присматриваюсь уже давно, но с инцидента месячной давности, я лучше присматриваюсь к людям. Думал поменять окружение, но для начала нужно найти убийцу. Юля тоже попала в этот список, но лишь потому, что долгое время находилась рядом со мной и Назаром. С братом они сдружились, тот её одобрил. У нас даже был конфетно-букетный период, свидания, подарки, сюрпризы, завтраки в постель и всё в этом духе. Жалею, что тот период прошёл и я уже не могу смотреть на девушку туманно-влюблёнными глазами. Мой разум должен быть чист.       Сама Юля приехала из Москвы. К родственникам. Знакомились, хорошие люди. Выучилась на дизайнера в престижном университете, её ещё мой отец нанял. Хорошая девушка, нет судимостей, с юридической точки зрения чиста. Но всё равно держу её рядом. В оном случае понадобится поддержка близких.       На работе как всегда бардак. Управляющая не справляется с работой. Дарья Павловна, тридцать шесть лет, молодая управляющая финансовым отделом. Ничего не может сделать нормально! Мнётся постоянно, ревёт, психует, истерит. Не могу её больше терпеть! Все на неё постоянно жалуются.       Хотя под нежным цветочком может скрываться целый, малюсенький, но кактус. У неё ещё та история. Жена главы полицейского отдела, с которым нам довелось однажды встретиться. Неприятный мужик. Такой если захочет — убьёт в какой-нибудь подворотне и избавиться от тела весьма искусным способом. Но нет, не своими руками. У него везде должны быть руки, а ещё глаза и уши. Поэтому к Дарье я приглядываюсь особенно чательно, но та не походит на шестёрку господина Суворова. Уж слишком она глупа. Да к тому же истеричка.       Обедаю с Костей и завожу непримечательную беседу. Тот пользуется случаем и отпрашивается на завтра. Великодушно разрешаю, не узнавая подробности. Считай, за тобой уже идёт слежка, дружок.       Встречаемся с Юлей у входа в ресторан. Та как всегда прекрасна, в облегающем чёрном платье с глубоким декольте и вырезом вдоль бедра. Рисковая девочка. Волосы собраны вверх, открывая взор на обнажённую спину. Прямая, почти что аристократическая. — С тобой что-то не так? — интересуется девушка и гладит мою щеку. С силой убираю её, подставляю локоть. Не хочу сейчас. Хочу, но не сейчас. — Устал. — Что-то в последнее время ты часто устаёшь.       Прозвучало как упрёк. Подавляю в себе все желания сейчас просто схватить её и поцеловать. Или убежать вместе, там, где не будет ни проблем, ни Кости, ни Орлова, ни даже этого Суворова. Чтобы только она и я. Но подавляю в себе это желания.       Не нравиться мне женишок моей кузины. Скользкий тип, такие обычно ведут себя после зоны. Вышли, заграбастали какую-нибудь богатенькую фифу и прикрыли свой зад. И он тоже прикрыл, только вот непонятно от чего. Вероятно, сидел. Вероятно, за убийство. Вся правая рука вытатуирована. Лика вот тоже, собиралась тату делать, по примеру жениха. Ничего, на него следствие уже ведётся. — Мама приглашает тебя на ужин. Хочешь, со своей этой вот… — Лика недовольно кривится в сторону Юли. Не долюбливают они друг друга, ещё тогда, на открытии галереи сцепились. Не понравилось моей кузине критика Юли. Конструктивная, между прочем. Та без каких-либо намерений оскорбить честно высказалась, а Лика восприняла это слишком остро. Нам с Назаром пришлось их разнимать. Брат тогда простыл ещё, плохо себя чувствовал, накатывала слабость, а они вон сцепились без повода. Как и сейчас. — Хорошо, в среду буду, — ответил я, пока здесь не началась третья мировая. Что же, давно мы с тётей не виделись. С той самой холодной ночи.       Утром прихожу позже обычного, а на столе уже лежит букет гвоздик. Записка.

«Сидели в подъезде веселые дети

И пальцы ломали мальчику Пети

Громко звучал звонкий, радостный смех.

Нет ничего лучше детских потех.»

      На этот раз не отбрасываю бумажку. Она отличается от всех предыдущих. Ниже значится адрес. И время. Восемь вечера. Поздновато для встречи.       Вызвал такси. Ехали долго, постепенно городские высотки сменяли небольшие дома, спальные районы, и наконец, пригород. Почти три. Пока осмотрюсь. Непримечательное кафе «Как дома». Старое кричаще название, расписание рабочего дня и вывеска «Закрыто». Мне это не мешает дёрнуть дверь, которая и правда «клоусд». Не удивлён. Дёргаю посильнее, потом обхожу кафе с другой стороны. Чёрный ход открыт. Захожу внутрь, прохожу через кухню. Везде выключен свет. Выхожу в зал, но и там темень. Решил бы, что и правда никого нет, но в следующем старом компьютерном зале пару мониторов работают. И одинокая свеча горит посреди комнаты. Дверь за спиной резко закрывается, в комнате становиться ярко от света во всех мониторах. Включаются динамики, от которых на секунду становится глухо, а после со всех сторон раздаётся один и тот же стишок. Детские голоса звучат повсюду. Разные — весёлые, усталые, грустные, безразличные. И детский плач. Я падаю на пол. Не могу вынести.

«Сидели в подъезде веселые дети

И пальцы ломали мальчику Пети

Громко звучал звонкий, радостный смех.

Нет ничего лучше детских…»

      Кто это и что, я представить не могу. Падаю в обморок.

***

      Это произошло на открытии галереи. Лика тогда начала вести свой бизнес, не без помощи родителей и наших с братом вложений. В тот вечер Назар плохо себя чувствовал, у него явно был жар, но брат был настолько упрям, что не мог этого признать. Его жена уговаривала уйти пораньше, но тот не мог пропустить великое событие. Помнится, первый казус начался ещё вначале выставки. На речи кузины везде вдруг выключился свет, стали раздаваться какие-то звуки с улицы, но с этим быстро разобрались.       Я вывел Назара на улицу, предварительно накинув на того своё пальто, ведь он своё никак не хотел брать. Обсуждали нашу с Юлей помолвку. На этом вечере я и хотел сделать ей предложение, но из здания резко послышался шум выстрела, свет выключился, люди начали паниковать. Мы вернулись назад и пытались всех успокоить, но вокруг стоял балаган.       Тогда в Назара выстрелили. В спину. В темноте. Народ замолк, все врубили фонарики и ужаснулись. Я стоял столбом и не уследил, кто это был. Смотрел на брата, трогал его руки, лицо. Теперь его не будет беспокоить жар.       Вся моя жизнь перекосилась. Под подозрением были все. И я зарёкся, когда найду эту гниду, сдерживать себя не буду. Жизнь за жизнь.       Останавливало меня только одно. Юля. Я не знал, готов ли потерять её ради мести.       Я не спал ночами, искал информацию на всех, кому Назар мог перейти дорогу. В подозрениях была даже семья. Лика вон, к примеру, не сказать, что когда-либо питала нежные чувства к кузену, но всё равно ждёт не дождётся своей свадьбы. Её-то и на похоронах не было, как и её мать, чтоб их…       Прихожу в себя. Кто-то явно решил меня помучить. Цветы эти, стишки дурацкие. К чему всё это, не могу понять. И я уверен, что это связано с убийством брата! На следующее же утро мне пришёл подобный букет. И на его похороны тоже.       Встаю с пола. Вокруг темнота, свеча догорела. И сколько, интересно, я здесь провёл? Дверь заперта, выйти не получается. Выглядываю в окно, темень. Надо бы позвонить кому-нибудь, но не знаю, стоит ли им доверять. В тот вечер там была вся моя команда, знакомые и друзья. Есть только один правильный вариант.       Она безоговорочно помогает мне, даже домой к себе везёт. Давно я тут не был. Вещи стоят всё так же, как он их и оставил. Одежда его на месте. Даже рабочий стол не убран. Да уж, Назар был тем ещё разгильдяем.       А Маше и того хуже. Сколько бы не уговаривал, она хочет остаться жить здесь. Не уверен, поможет ли. — Так что ты там делал в позднее время? Ещё и взаперти. Тебя похитили? — заходит за мной невестка, стоит у двери. — Можно сказать и так. Понимаешь, сейчас я никому не могу доверять. Даже собственной семье. — С Юлей как? Сделал предложение? — Какое там… — махнул я рукой и сел за стол брата. — Ничего не выйдет. Юля поймёт, а мне… Не смогу я дальше так жить, вот здесь у меня эта гнида сидит, — усилено показываю на горло.       Маша оставила меня одну. Долго я ещё сидел вот так вот, в темноте, да при свете луны. Стало любопытно, хранил ли брат ещё оружие в своём столе. Хранил, хотя уже без надобности. При виде огнестрельного оружия руки зачесались. Как бы глупости не натворить. Смотрю, одной пули нет. Странно, он ведь всегда хранил их в полном составе, неужели использовал?       Ухожу домой посреди ночи. А там темно и холодно. Нет, не от одиночества. Реально холодно. Окна открыты настежь. Включаю свет и вижу ужасную картину. Кровь. И тушки птиц. По всему дому. Вонь стоит отвратительная. Нахожу на полу интересную улику. Не убираю балаган, завтра вызову знакомого криминалиста, он здесь всё осмотрит, может ещё что найдёт.       На работе встречает Костик с радостной новостью: никакого букета не наблюдается. Странно, двенадцатый час. Я уже весь дом проверил, больше никаких следов. Сначала осматриваю свою команду, но никого подходящего не нахожу. Иду к Косте. Сидим у меня в кабинете, обстановка напряжённая. — Куда это ты вчера ходил? — интересуюсь как бы между прочим, пока пьём кофе. Парень и сам догадывается, что это не просто любопытство. — На свидание. С девушкой, — буркнул Костя и опустил глаза. Разочаровываешь меня. — И зовут её Игорь?       Не дожидался, пока парень что-либо скажет. Бросаю на стол перед ним фотографии. Его, вчерашние. Виделись они в обычном кафе, где и людей много, но не так безопасно. Не скрывались даже. — Э…эм, шеф… — замялся парень, растерялся, глаза округлил. — Я всё объясню… — Объяснишь, — согласно кивнул я, но на душе почему-то всё ещё было тяжело. — Это… не то, что вы подумали… — Давай, рожай Костик. — Орлов Игорь — мой отец, — всё, что произнёс парень и замолк. Я тоже завис. Сел в кресле поудобнее. — Так значит, в Германии ты у него работал? — Да. — Почему к нам перевёлся? Ты… — Шеф, вы подозреваете меня? Так это не я, — залепетал парень нервно. — Не подозреваю. Почему к нам? — Мы поссорились. Сильно. Пострадали люди, и я ушёл. Не знал же я, что он вернётся именно сейчас.       Всё-таки есть в этом что-то хорошее. Человек, которому можно доверять. — Шеф, только не увольняйте. Мне больше некуда идти.       Не уволю, не дурак. Побежит к папочке обиженный и выложит всё, как на духу. — Не уволю, но… — парень выдох, но опять напрягся. — Устрой нам встречу, в каком-нибудь непримечательном месте.       Союзники в лице Костика и Орлова не помешают. Закапываю с тем топор войны, хотя бы на небольшой промежуток. Чательно проверяю Машу, та ещё штучка. Половина информации бесполезна. Слежу круглосуточно. — Шеф, — заходит Костя. — Мария, она… виделась с одним парнем. — Кто? — Проверил. Кажется, её брат. Илья. — И что с того? — Она… передавала ему конверт. Вероятно, с деньгами.       У той и правда сейчас состояние… Половина компании.       Хм, чем не повод? — Проверь-ка его. Не привлекай внимание. — Ага. А ещё… — Ну, что ещё? — резко получилось, устал просто. — Приходил Суворов, требовал личной встречи с вами. — Где был я? — Так, на встрече с Орловым… — Хорошо, будет встреча. Завтра, в двенадцать, в «Котелок» давай.       Ничего хорошего от Суворова не узнал, какие-то догадки и подозрения. Зато через пару дней была готова экспертиза. Сейчас и узнаем, кто в моём доме устроил зверятник дохлых птиц.       Не ошибся в подозрениях. На месте был найден кусочек ногтя. Накрашенного, женского. Сверив все ДНК девушек в моём окружении, нашёл. Та, которая всегда была рядом, прямо на поверхности, прячась за спиной брата-призрака. Но в голове это никак не могло уместиться! Единственный близкий человек… Теперь… я совсем один.       Маша была напугана, когда вокруг неё стояли трое мужчин и требовали объяснений. Молча плакала. Выгнал из комнаты Костика и Орлова. Мы остались одни. Я присел на корточки перед Машей, взял её дрожащие руки в свои, погладил их. Так же, как делала брат в детстве.       Я до конца не верил.       Потому что…       Всё, что угодно, но не это. — Маша, расскажи мне всё, и я тебе помогу. Я вижу, тебе сложно. Расскажи и я всё решу. Сбрось этот груз на мои плечи, — шептал я ей, медленно, ласково. Стёр слёзы с её лица, встал, достал из шкафа пистолет брата. При виде него Маша дёрнулась испуганно, поэтому не рисковал подходить. — Скажи, что ты сделала? — Я… нич… — Здесь найдены твои отпечатки. Он был использован тобой, совсем недавно. Так скажи, ради чего? — с напором спросил её. — Это была не я… не я… — бормотала она. — Маша, — грозно сказал я и девушка подняла на меня взгляд. Взгляд, полный сожаления и скорби.       Я выдохнул.       Я же говорил, не она. — Ты… подозреваешь меня? — Нет, уже нет. — А подозревал? — А есть в чём? — Твой дом.       Я замер. Перед глазами пелена, а в голове дурная мысль. Отложил пистолет подальше. — Ты за это Илье заплатила? — Откуда…? — посмотрела на меня недоумевающе. — Зачем? По чьему приказу? — наконец серьёзно спросил я. Девушка молчала. — Маша. Кто это был? — Это была я, но не… — Кто тебе приказал? — рявкнул тут же.       Да. Девушка раскололась.       Я знал! Знал, что брат не ошибся в ней!       Но также знал, что всё-таки и закончится. А всё закончится, я добьюсь этого любой ценой. Теперь точно нет, ради чего жить.       Недоумеваю, когда приходит ещё один букет с утра, а Костя отслеживает местоположение его отправки. Дом… моей кузины. Но… они за одно, что ли? Сестра как раз открывала сети цветочных магазинов… Чёрт! Опять тупик.       Иду на ужин с тётей. Осторожно поглядываю на Лику и её женишка. Привёл Юлю с собой, за компанию, но та обижалась, что не уделяю ей должного внимания. Иногда выхожу «покурить», переговариваюсь с Костей. Тот выдаёт мне информацию. — Шеф, вы не поверите, — как-то восторженно сказал Васнецов. — Сеть цветочных магазинов «Blush» не принадлежит Лике Романовой. В шестнадцатом году открылась сеть под названием «ЦветОк», но спустя четыре года процветания, оно переименовалось в «Blush». Год, когда Лика встретила Сергея Семёнова. Что-то мне не нравится в этой истории. — Думаешь, хозяин «Blush» остался Сергей? — Скорее всего, да. С открытием галереи Лика там не появляется. Да и не сказать, что раньше чаще там появлялась. Она, скорее, как прикрытие. Всего лишь лицо, появляющейся перед журналистами. А всем заправляет Сергей.       Возвращаюсь за стол и не обнаруживаю там Семёнова с Юлей. Они стоят поодаль с тётей Вероникой, рассматривают какой-то антиквариат. Дядя Костя залипает в стену, до этого явно выпивший был. — Как идут дела в галереи? — спрашиваю кузину, а та вздрагивает. — Хорошо. Хочешь проверить? — Нет. Я тебе доверяю, — молчу, Лика тоже молчит. — А ты? — Что? — Доверяешь мне? — Что за вопросы? — нет, Лика не уклоняется от ответов. Скорее всего, действительно не понимает моего любопытства. — Да так. В субботу у моего друга день рождение, и я бы хотел устроить ему сюрприз. Можно провести его у тебя в галереи? — В честь кого праздник? — Ты его всё равно не знаешь. Костя, мой секретарь. — Устроишь целый праздник ради какого-то секретаря? — скептически подняла бровь кузина. Эх, разбалованная ты моя. Пока опасно ей что-то рассказывать, пока она живёт под одной крышей с Семёновым и собирается выйти за него замуж. Не поверит. — Не просто. Человек, которому доверяю. — Ты с ума сошёл? Что ты говоришь? Какое доверие? — Ты подумай над моим вопросом, ты же ещё не ответила.       Смотрю в сторону Семёнова, который уже нашёл общий язык с Юлей и тётей Вероникой. Быстро он. Поможет ли?       Прихожу на работу. Перед кабинетом подхожу к столу секретаря. — Костик, в субботу у тебя день рождение, и ты приглашён. А пока, купи букет гвоздик, как можно больше, и положи вот это, — кладу записку на стол. — Туда. — А… — парень растерялся. — Кому это? — Отправь на вот этот адрес. Скажем, в субботу, в пять, — кладу бумажку с адресом туда же.       На самом деле я не знаю, делаю ли всё правильно. Давно пора раскрыть карты, но я не могу поверить в две вещи: как и почему? Мне до сих пор не ясен мотив. И записки эти, не даром же они мне приходили. Их стоило бы выкинуть, но я продолжал складывать их одну, за другой. И сегодняшнюю тоже положил в шкаф, где хранился пистолет брата. Его я тоже относил на экспертизу. Нет, не он был орудием, слишком давно это произошло, и порох на нём недавний. Без сожалений взял с собой пистолет.       Пока остальные готовятся к запланированному празднику, я иду к брату. Не прощаюсь. Надеюсь, увидимся. Рассказываю всё ему, плачу.       Вечер. Время почти пришло. Гостей ещё нет. Расхаживаю по залу галереи, где и убили одного брата Соколова. Сегодня уйдёт из жизни и другой.       Рассматриваю картины. Здесь всё осталось так же. Из-за того происшествия у Лики было много проблем с полицией, прессой, до сих пор ничего не наладилось, я знаю, что бы Лика там не говорила. Для неё уже готовы определённые документы. Лика выберется. Она всё наладит, и сегодняшнее событие ей в этом поможет. Раскрытое преступление в этом же месте, с которым и полиция не справилась. Зато уйду не просто так. Кажется, от этого всем даже лучше станет.       Слышу лёгкое присвистывание. Да. Письмо дошло. И цветы, которые мне сразу же бросили в ноги. — Ну, ты чего? — улыбнулся я с издёвкой. — Не понравились? А я вот видел их каждый день? — Понравились? — спросил собеседник, стоя напротив меня. Оба напряжены. — Ага, уже вижу, как их будут носить мне на могилу. — Даже так? — приятно удивились. — А небольшой бонус понравился? — Вспомнил, наконец. Откуда? — Ты же не из Москвы. Мы были знакомы в детстве. Расскажешь, что произошло? — Нечего рассказывать. Просто ты был ужасным ребёнком. Ненавидеть твою семью было долгом каждого, кто попадал под её руку. — И ты тоже? — Брат. У нас не было родителей. В двенадцать лет мы жили практически одни. А таких мажорчиков как ты мы ненавидели. И родители есть, и крыша над головой, друзья, деньги. Но вам всё было мало. Издевались над слабыми, такими, как мы. Брат оказался трусом. Сдался. После этого он приходил ко мне, но… он остался слабаком. Мне он был не нужен. — А Назар? Что он сделал? Он же хорошо относился к тебе. Каков мотив? — А, этот ангелочек? Так… Это вышло случайно. В той заварушке ничего не было ясно. На самом деле пуля предназначалась тебе, — сказано это таким будничным тоном, будто ничего такого не произошло.       А у меня произошло. У меня рухнул целый мир. Вся уверенность испарилась. В глазах потемнело, и я дёрнулся в сторону. На меня победно взирали. Да, такого я точно не мог ожидать. До сих пор я преследовал цель отомстить за брата. Сейчас она не поменялась, но внутри что-то перевернулась.       Я. На его месте должен был быть я. — Как? Почему? — я ошарашено посмотрел на девушку.       Юля хмыкнула, прошла по залу, потрогала картины, храня молчание. Потом повернулась ко мне. — Говорю же, случайность. На нём было пальто, что я тебе подарила. Откуда же я могла знать? — она легко пожала плечами и улыбнулась. — Тогда… — мне уже не нужен был мотив. Просто… — Почему не убила после? Зачем заморочилась с этими стишками? — Уже после, я случайно узнала от Маши, что ты хочешь сделать мне предложение. Согласись, чудно всё вышло? От брата избавилась, вышла бы за тебя замуж, и тогда всё твоё — было бы моим. Убить тебя я могла в любое время, но тогда… Всё произошло бы гораздо медленнее. А ты… Оказался настырным. И со стальной психикой. — Маша. Зачем ты подбила её на это? — Да так, — девушка махнула рукой. — Мне было скучно, решила тебе поднасолить. Внушила ей, что убийца это ты. Подавленная девушка сразу мне поверила, но… оказалась слишком слабой. А я не люблю слабаков. — Не смей её трогать, — я резко дёрнулся к ней, но она вытащила пистолет и стрельнула в потолок. Выстрел меня оглушил. Прямо как в тот вечер.       Двери резко распахнулись и вбежала напуганная Лика. Она взирала на нас круглыми глазами. Двинулась было ко мне, но крик Юли и выстрел её остановил. — Не лезь, это только наше дело, — Юля направилась в мою сторону и направила на меня пистолет, Лика вскрикнула. В зал вбежал Сергей. Напуганный. — Что скажешь, Максик? Останешься со мной, или отправишься к брату? — Мне кажется, ответ очевиден, — я пожал плечами. Почему-то сейчас не было никакого напряжения. — Только вот скажи, если я правильно догадался, твой брат…       На этом момент Юля дрогнула и глазки её забегали. — Давай напомню, что ты о нём говорила. Он трус и не нужен тебе, так? Тем не менее, всё это время он тебе помогал? — Какая разница?! — вскрикнула Юля. — Помог же, Сергей? — я взглянул в сторону Семёнова, а потом и на Лику, которая стояла с круглыми глазами.       Юля выстрелила ещё раз, привлекая моё внимание. — Тебе какая разница? Это не имеет значение. — Так это правда?! — с ужасом спросила Лика и расплакалась. В зал вошёл Костя и Орлов.       Гости начали приходить, а Юля так же не отпускала пистолет. Никого не подпускала близко. — На какой-то момент я даже не поверил, что ты способна на это. И предложение я тоже хотел тебе делать. Могла бы и дождаться. — Не могла! Иначе… Иначе… — Ты бы полюбила меня, — вздохнул я и вытащил пистолет брата. Рука дрожала, но я уверенно держал рукоять. — Жаль, я уже это сделал, — я направил пистолет на Юлю. — Ты это не сделаешь, — усмехнулась она, но голос дёрнулся. — Макс, не нужно, — Маша хотела подойти ко мне, но передумала, посмотрев на Юлю. — Почему не сделаю? Это же так легко, — я выстрелил в сторону и вернул прицел на девушку. — Потому что ты такой же слабак. Ты ничего не стоишь. — Хорошо, — я согласно кивнул и пытался успокоиться. — Лика, — позвал я девушку, не глядя на неё. — В понедельник Костя даст тебе папку. Там — всё, что тебе понадобиться, чтобы разобраться с прессой. Доказательства для полиции. И все документы на компанию. И помни, что я говорил тебе за ужином.       Юля выстрелила первой, боялась, что ещё что-то растрепаю. Я этого ожидал. Реакция у меня молниеносная. Сил мне хватило нажать на курок, перед тем как свалиться на землю. Перед глазами потолок и люстра. Ха, надо было ещё сказать Лике, чтобы и её тоже поменяла. Старовата уже. Но… я уже сделал всё, что мог.       Интересно, брат тоже видел эту картину, или перед смертью у него перед глазами были близкие люди? Был ли я среди них?