Не оставляй меня здесь одного

      “Какой хороший вечер. И луна сегодня прекрасна, согласны?” Это то, что сказал бы Зейн тому, кто сидел бы с ним рядом. Но в ответ раздается низкое гудение двигателя корабля, и Зейн задумчиво вздыхает, делая еще один круг по палубе. Он бы хотел, чтобы другие тоже были здесь. Однако, ребята были внизу и спали в своих комнатах. Уже почти одиннадцать. Ниндзя легли спать еще час назад, потому что завтра очередная ранняя тренировка. Ну, не все ниндзя. Будучи ниндроидом, Зейну не нужно много спать, как другим. Хотя обычно он спит вместе со всеми, чтобы придерживаться графика. Но сегодня белый ниндзя решил не ложиться так рано, он хотел поразмышлять о последних сумасшедших приключениях своей команды. Так много чего произошло за всего лишь несколько недель. И это все, видимо, измотало всех. К сожалению, зло никогда не отдыхает, и они тоже. Возможно, поэтому Зейн не спит, ходит по палубе с тревогой и готовится к появлению очередного нового злодея прямо за углом. Конечно, вероятность внезапного нападения в это время, так еще на высоте в несколько километров, равна нулю. Но почему-то такие мысли могут пробраться в голову Зейна даже сейчас. Время спать. Лучше не позволять таким мыслям заходить слишком далеко.

_________________________________

Внизу палубы была кромешная тьма и мертвая тишина. Если бы не ночное зрение Зейна, он бы мог спутать стену с открытым коридором. Хотя в ночном зрении не было необходимости. Он накопил достаточно памяти за все то время, что здесь живет, и может спокойно ходить по коридорам даже с закрытыми глазами. Он поворачивает налево, затем направо, но останавливается посреди коридора. Что-то нарушило тишину. Зейн поворачивается в сторону шума. Исходит из комнаты Коула. Он не может понять, что это за звук с того места, где он стоит. Поэтому он подходит к двери и прислоняет свое ухо. И когда он закрывает глаза, чтобы сфокусироваться, он слышит звук... плача? Слабый и немного приглушенный из-за стены между ними, но Зейн все равно распознает неустойчивый звук сдавленного рыдания и даже икоты. Ниндроид приходит к выводу, что внутри явно кто-то плачет. Брови хмурятся, на его лице выскакивают эмоции замешательства и беспокойства. Множество вопросов начинают возникать в голове, и все они сверху донизу полны волнением. Но Зейн не может просто стоять и ничего не делать. Он должен понять, что происходит. Его рука сжимается в кулак, и он осторожно стучит в дверь. Звук сразу прекратился, и тишина повисла в воздухе. — Коул, ты внутри? Все хорошо? Ответа нет. Зейн нервно сжимает рубашку. И пробует снова. — Коул, можно мне войти? Снова ничего. И в тот момент, когда Зейн собирается постучать во второй раз, дверь открывается. Лицо Коула... в комнате. Он улыбается, хотя немного натянуто. Наверняка думает, что темнота скрывает следы слез и соплей, но ниндроид явно заметил это. Несмотря на неловкое напряжение, повисшее в воздухе, Зейн немного вздыхает с облегчением, видя лицо Коула. — Ох.. хей Зейн. Че как? Тебе нужно что-то? – Коул пытался не шмыгать, однако это не остается незамеченным. — У тебя... все в порядке? – он поднимает взгляд на Коула с беспокойством на лице. — Д-да. Почему не должно быть в порядке? – его голос “трескается”, поэтому это не помогает убедить Зейна. Он напрягается и крепче сжимает дверную ручку. Зейн вздыхает, ведь не хочет бегать кругами возле проблемы. Что, кстати, пытается сделать Коул. Больно даже не от лжи, а от того, что Коул выглядит так, словно расколется в любую секунду. Белый ниндзя расправил плечи и посмотрел на Коула с твердым выражением лица. — Позволь мне перефразировать. Я шел в свою комнату, чтобы лечь спать, но я услышал звуки плача отсюда. Точнее от тебя. Так что я подозреваю, что не все в порядке. И я хочу знать, что творится у тебя в голове, Коул. И не думай, что сейчас ты сможешь выдавить из себя лучшую ложь. Я буду стоять за твоей дверью, пока ты не расскажешь всю правду. – Зейн сохраняет голос напористым, но это не заглушает беспокойство в нем. Хотя Зейн звучал не слишком убедительно, они оба знают, что ниндроид относится к этому смертельно серьезно. И Коул знает, что лучше не продолжать потерянную битву. Улыбка на его лице немного спала: — Боже! Ладно, хорошо, ты победил. Но... эх, давай поговорим об этом внутри. Я не хочу будить остальных. – Восклицает Коул приглушенным голосом и жестом просит своего друга войти. Зейн кивает и следует за Коулом в комнату, закрывая дверь позади него.

_________________________________

Внутри темно, но не так темно, как в коридоре. Спасибо лунному свету, который проникает через иллюминатор. Зейн может рассмотреть друга лучше, и его взгляд заметно дольше задерживается на лице Коула. Его щеки окрашены в темный оттенок и до сих пор видны дорожки слез, хотя Коул пытался вытереть их рукой. Затем уже растрепанные волосы Коула привлекают его взгляд. После он возвращается к бурным глазам черного ниндзя. Зейн прикусывает нижнюю губу. Он огорчен этим зрелищем. Коул сидит на своей кровати. Согнул колени, скрестил руки и положил их поверх. Зейн следует его примеру и садится рядом с ним. Ноги свисают с кровати, а руки лежат на коленях. Он уставился на щеку своего друга, а тот, в свою очередь, сознательно отводит взгляд, отказываясь устраивать контакт глазами по какой-то причине. Зейн смотрит на него и не говорит ни слова, тем самым поддерживая своего друга тишиной. Также он ждет, пока Коул будет готов объяснить. Коул делает глубокий вдох, нервно дрожа, пытаясь выдавить из себя слова. Это занимает две попытки, прежде чем они покидают его рот. — Т-так... ты знаешь, как я превратился в призрака и все такое прочее? Что же... Я продолжаю думать об этом. Про ту ночь, когда вы все... забыли обо мне. – Он сильнее сжимает свои локти и сглатывает комок в горле. — Я просто… Я не могу выбросить это из головы.. Как- как будто если бы я проснулся и больше не существовал? Если я когда-нибудь просто исчезну, и вы, ребята, даже- даже не вспомните меня. Или части меня начнут исчезать. Медленно, но верно- пока- пока весь я не исчезну, и вы не поймете, пока не станет слишком поздно или... Из-за панического удушья он не мог продолжить говорить этот бред, зрение становилось не четким из-за новых наступивших слез. Зейн хочет заговорить, но Коул перебивает его, прежде чем ниндроид успевает вставить слово. — Я знаю- знаю, я напуган многими вещами, даже если я говорю, что я не напуган. И я знаю, что, наверное, то, что это может случится один процент из миллиона или что-то в этом роде. И мне вообще не следует волноваться- но... но- но, Зейн, мне страшно. Что если на этот раз я реально исчезну, что если... что если что-то случится и я даже не смогу вернуться. И-и что если затем вы, ребята, просто забудете меня? И я бессилен что-либо изменить? Я-я боюсь. Я не хочу оставлять вас... Я- я не хочу, чтобы ты оставлял меня... только не снова. Слезы еще быстрее шли вниз из его глаз, затем капали с подбородка на его колени. Он издает еще несколько звуков сдавленных всхлипов и икоты. Пытается избавиться от них как можно скорее и как только может, но безуспешно. Коул не хочет, чтобы Зейн видел его в таком виде: отворачивается, чтобы привести себя в порядок, однако от этого Зейн только сильнее хмурится. Коулу потребовалась около минуты, чтобы взять себя в руки. Он никак не хочет идти на зрительный контакт с Зейном, поэтому он смотрит ему на нос. — Хах… Я бесстрашный лидер команды, и я боюсь таких маленьких вещей, как эта? Эт- это смешно. - Он сухо усмехнулся, расправил свои дрожащие плечи, пытаясь стряхнуть это даже сейчас. Когда Коул закончил говорить, ниндроид положил свою руку на его плечо. Это тепло, и еще это расслабляет. Поэтому Коул использует всю свою силу воли, чтобы снова не сломаться. — Коул, я не знал, что ты думаешь о таких вещах. Мне очень жаль, что я не заметил этого раньше. — Не извиняйся. Ты не мог этого знать, потому что я не говорил никому... даже сейчас. — ...Все еще. Мне жаль. И если бы я знал, я бы помог нести меньший груз. Я знаю, ты всегда стараешься выглядеть сильным для команды. Но возможно... возможно, мы с самого начала возложили на тебя этот груз. И я бы хотел извиниться за это. – Зейн смотрел вниз, чувствуя стыд и разочарование в самом себе, потому что не заметил этого раньше. Коул кивает, тем самым принимая извинения, хотя он думает, что Зейну не нужно извиняться. — Все хорошо. От части это и моя вина тоже... Я думаю, я действительно ставлю команду на первое место, забывая о себе. Я просто не хочу, чтобы что-нибудь случилось с вами. Зейн нахмурился: — Ценой самого себя? Это нечестный компромисс. Если вас что-то беспокоит, лидер вы или нет, вы обязаны сказать об этом одному из нас. Остальные поймут. И я думаю, что я говорю от лица всех нас, когда я сказал, что не хочу, чтобы ты взваливал все на свои плечи. Плюс, учитывая твое затруднительное положение, я думаю, что я был бы лучшей персоной, с которой ты мог бы поговорить об этом, так как я и сам был в подобной ситуации. Коул от удивления приподнимает бровь, но мгновенье спустя до него доходит: — А, точно. О-ох ты имеешь в виду мх... вся эта история с твоей смертью... Прости, я не хотел... — Нет, все в порядке — говорить об этом. Я скажу по своему опыту, я сам был довольно напуган. Смерть — это не простая штука, которую можно так легко проглотить, ниндроид ты или нет. Как и ты, я не хотел никого оставлять позади... Думая об этом, я чувствую огорчение даже сейчас, – Зейн поворачивается к Коулу, чтобы встретиться с ним взглядом, — но ты хочешь знать, что заставило чувствовать меня лучше? — Да...? — Думаю о том, что вы все всегда рядом, несмотря ни на что. Зная, что ты сделаешь все возможное, чтобы найти меня. Зная, что я на самом деле никогда не буду один. Имеет ли это смысл? Коул медленно кивает: — Я думаю? — Ну не глупо думать о том, что было бы, если бы ты исчез. Но добавляя к этой мысли, тебе следует знать, что если ты все-таки исчезнешь, мы найдем тебя. Не важно как. Будь это в этой реальности или в другой. Куда бы ты не пошел, мы последуем за тобой. Мы защитим тебя всем, что мы имеем, если такое случится. Мы бы никогда не оставили тебя позади. — Рука Зейна движется вверх к руке Коула и дает ему успокаивающее сжатие. Коул принимает жест и также сжимает в ответ. — Ничто в этом мире не отделит тебя от нас. Я имею в виду... мы бросали вызов смерти снова и снова. Что еще можно добавить в список? — Зейн хихикает, надеясь, что сейчас подходящее время для шуток (он все еще работает над выбором времени). Это срабатывает и вызывает небольшой смешок у Коула. Зейн широко улыбается, слыша это. — Мы в одной тарелке, Коул. Неважно, с чем ты столкнешься. Ты никогда не столкнешься с этим в одиночку. В этом можешь быть уверен. Коул пытается искренно улыбнуться, и Зейн считает, что эта улыбка ему больше подходит. — Спасибо, Зейн... Это заставило чувствовать меня немного лучше, спасибо. - Он шмыгает носом и разворачивается, чтобы обнять Зейна. Тот отвечает взаимностью на объятия, утешенный одеялом теплоты Коула. Ниндроид успокаивающе сжимает его, прежде чем отстранится. Коул слегка выпячивает нижнюю губу. Ему уже не хватает рук Зейна, обнимающих его. Зейн приятно улыбается на эту реакцию и считает, что это довольно мило. — Что же, сейчас ты чувствуешь себя лучше. Я думаю, что время лечь спать. У нас все еще тренировка в шесть утра. Коул стонет: — Оу, черт! – поворачивается, чтобы проверить время на будильнике. — Что-о-о-о? Как это уже полпервого?! Черт... Спасибо, что напомнил. – Он откидывается назад одним махом, ударяясь спиной, от чего был слышан глухой стук. Коул бормочет что-то не понятное, но, наверное, жалуется на то, что придется вставать слишком рано. Зейн немного смеется из-за реакции Коула. Хорошо видеть, что он в порядке. Ниндроид начинает вставать, чтобы уйти в свою комнату, но его хватают за руку, до того, как он может идти дальше. — Э-эй.... Зейн...? Белый ниндзя поворачивается. Коул снова сидит, и его рука держит Зейна. Брюнет опять не контактирует глазами со своим другом. — Да? — Мог бы ты эм... остаться на ночь... наверное. Я просто не хочу оставаться один прямо сейчас. Если бы не было так темно, то Зейн бы удивился, почему лицо Коула пылает красным. Вместо этого он нежно улыбается. — Да, конечно.