Курино-змеиные нежности

Вы наверняка знаете, что такое невезение, так ведь? Так. Споткнуться и упасть, задеть что-то, разбить, потерять, утопить телефон в различных жидкостях, а потом попытаться его спасти в рисе, уронить что-то возможно на кого-то или на себя самого, порвать какую-то вещь, сломать и прочее, прочее, прочее. Примеров полно. Особенно весело получается, когда целый день состоит из невезения, и буквально всё валится из рук. В такие моменты хочется просто лечь на кровать желательно лицом в подушку и не шевелиться вообще, а то не дай боже ещё и спальное место можно умудриться сломать каким-то боком. Но вообще с невезением мы встречаемся с разной частотой, но есть один человек, который буквально жил и живёт с ним рука об руку вот уже двадцать пять лет. Вашему вниманию - Ким Сокджин. Почему ему не везло? Во-первых, он оборотень омега мужского пола. Таких мало, лекарства производятся для них отдельно и стоят, как крыло самолёта из-за небольшого спроса. Да и ещё с работой все плохо. Мало того, что омег в принципе не брали, а мужчин-омег так и подавно. А всё почему? Потому что у них цикл слегка придурковатый - захотела течка придти, пришла; не захотела, не пришла. Там, чтобы определить будет тебе херово в этом месяце или нет, надо проводить ритуальные танцы с бубном под полной луной на горе, завывая, словно волк или ещё кто. Обращение к врачам толка особого не давало, ведь те лишь разводили руками, мол, исследований мало, ничем помочь не можем. Всё в основном зависело от самого омеги и контакта с чужими сильными феромонами. Во-вторых, он оборотень. Нет, с одной стороны это круто, классно и замечательно. Но это так работает, когда ты оборотень-хищник. А Сокджин уродился простой курочкой. Да и ещё редкой ко всему прочему. Не жизнь, а сказка одним словом. Сказать большое спасибо и сделать поклон до земли - это ирония - он должен своему прадеду и его генам. Потрясающе просто. В-третьих, в своей семье он один такой, исключая ныне покойного прадеда. Остальные все простые люди. Здорово, правда? А вот нихрена это не здорово! Это жутко раздражает и смущает! Сокджин не хотел такого. Ему бы просто вкусно покушать, заработать денюшку и спать до обеда. Но нет, жизнь и судьба решили вознаградить его невезением и пустить в свободное плавание, где-то тихонько хихикая над страданиями омеги. Но ко всему прочему Сокджин работал в коллективе, в котором 90% оборотни-хищники. А во главе их зверинца стоял змеиный директор Ким Намджун. Нет, Сокджин ничего против змей не имел, как собственно и против альфы, но он имел возражения по поводу его чрезмерной сексуальности в любой одежде. Точёные мышцы рук и груди особенно слюновыделительно смотрелись под чёрной рубашкой, которую директор надевал исключительно по понедельникам. Так что у кого как, а у курочки первый день рабочей недели начинался превосходно. Загорелая кожа, волосы цвета снега, изумительные ямочки, тяжёлый взгляд рубиновых глаз и костюмы, что так чудесно обтягивали бёдра и всё шикарное тело змея, всегда присутствовали в повседневной жизни омеги с тех пор, как он устроился в эту фирму редактором. Сокджин даже ни разу не пожалел, что подал заявление сюда. Случилось это, кстати, по рекомендации друга, которому курочка будет благодарен всю оставшуюся жизнь за такие виды, но суть не в этом. Суть в том, что его не замечали. Ну, или не хотели замечать. Он делал редкие знаки внимания директору, но тот либо демонстративно выбрасывал цветы или подарок, либо просто игнорировал. Поэтому после месяца - это слишком громко сказано, он пытался всего четыре раза - попыток курочка сдался и начал просто наблюдать за великолепием этого змея. Особенной усладой для глаз были собрания всего коллектива, когда директор Ким объявлял план работы на месяц, слушал доклады и отчёты всех отделов его фирмы. Вот тогда-то Сокджин практически глаз с него не сводил, изредка отвлекаясь на других. Сами посудите, зачем вообще редактору слушать отчёты, которые он раз так сто уже читал, когда можно было просто полюбоваться альфой исподтишка и чуть-чуть поумирать от его красоты, собранности и сосредоточенности. Особенно сногсшибателен был тяжёлый взгляд рубиновых глаз, которым змей одарял всех, кто выступал перед ним. Многие работники боялись этого, ведь директор смотрел в самую душу и казалось, что даже готов был поглотить её в любой момент. Но будь на месте выступавших Сокджин, он бы расплавился под этим взглядом, но не посмел бы отвести очей от альфы. Он тоже не пальцем деланный, поэтому эта игра в гляделки затянулась бы надолго. Она продолжалась бы до тех пор, пока кто-то из них не переключил бы внимание на что-то другое или пока Сокджин не оказался бы на коленях директора. Или же пока курочка не сотворил какую-нибудь глупость или оплошность. Однако лучший вариант - это омега на коленях альфы, что сжимал чужие бёдра своими сильными руками, притягивая ближе к своему крепкому телу. Ох, а что происходило бы, если бы у курочки была течка... Так, стоп, секундочку. Что-то мыслишки омеги пошли не в ту степь. Сокджин чуть прокашлялся и вернулся в реальность, где собрание уже подходило к концу. Он дослушал выступление, снова пропускал слюни на директора, записал план на предстоящий месяц, а после с Чонгуком - их второй редактор и жилетка для слёз и нытья Сокджина - под руку пошёл к своему месту. Курочка присел за свой стол, чуть пострадал, но после приступил к работе, слегка забываясь и сосредотачиваясь на деталях концепции. Так и пролетел денёк. А после всё по новой. И так из раза в раз. Очередное утро, очередная встреча с директором Кимом, очередная смерть на рабочем столе. Нет, Сокджин не любил ныть, просто его язык моментально развязывался и говорил всё, что было в голове, когда дело касалось этого невероятного и эстетичного змея. Ну, не мог он себя удержать, как бы сильно не старался. Но сегодня был особый повод для небольшого нытья. – Я умираю, – простонал Сокджин, ложась лицом на стол. – Директор Ким снова надел тёмную рубашку и обтягивающие джинсы? – решил подтвердить свои догадки Чонгук, не отрываясь от телефона. – Директор Ким всегда прекрасен вне зависимости от одежды. Но дело даже не в этом. – Если дело не в змее, тогда ты что-то не купил вчера на распродаже или по акции. – Там были такие аппетитные кусочки мяска, а женщина передо мной схватила последнюю упаковку. К тому же моей любимой содовой не было. Я обижен на эту несправедливость. Чонгук усмехнулся, ведь абсолютно точно попал в причину такого настроения друга, и, всё ещё не отрываясь от телефона, достал из ящичка бутылочку любимой газировки Сокджина, которую он припрятал на подобные случаи. – Нуу, ладно. Этот день становится лучше. Спасибо, – омега сразу заулыбался и поспешил открыть содовую. И по закону подлости газированный напиток взбунтовался, ведь простые смертные нарушили его покой, и решил пролиться на новую рубашку курочки. Ну, правильно, вселенная же работала против него. – Да твою налево... – Ты как всегда, хён, – вздохнул Чонгук, переводя взгляд на нежно-персиковые пятна на белой рубашке друга. – У тебя нет салфеток? – Кончились ещё в тот раз, когда ты перевернул на себя удон. – Чёрт. Ладно, я в туалет, прикрой меня. – Океюшки. Сокджин быстро помчался в туалет, чтобы его очередной провал никто не заметил. Он шустро вернулся на место в рубашке с большим мокрым пятном, что расположилось от груди до конца живота. Было неловко, но это всяко лучше, чем сидеть со сладким цветным разводом. Чонгук сочувствующе набросил на друга свой плед, который хранил на всякий случай. К тому же его партнёр мог позвонить и сообщить, что замёрз. Поэтому у альфы было с собой это стандартное спасение от холода. – Спасибо, – выдохнул Джин, коря судьбу и жизнь за такое невезение. – С меня должок. – Да брось, всё в порядке. – В выходной будь готов к двенадцати дня. Приеду за тобой, купим рубашку тебе. За мой счёт, соответственно. – Гук, не надо. Твой парень не поймёт. – О, нет. Он как раз то и поймёт. Мы пойдём к нему. – А может не надо? – Надо, хён. Надо. И Чонгук действительно приехал за курочкой в их единственный выходной. В машине он объяснил другу, что к чему и тут же об этом пожалел. Альфа буквально потащил хёна в магазин, где работал его парень, ведь омега всеми силами сопротивлялся. Было ужасно неловко. Сокджин хватался буквально за любой предмет, который мог бы задержать его и спасти. – Пойдём. Если не пойдёшь сам, я затащу в любом случае. – Гук, это странно. – Считай это возвращение долга за испорченную рубашку. В конце концов я виноват в этом, – Чонгук буквально тащил за собой всеми силами упирающегося и сопротивляющегося Сокджина. – А ты знаешь, что в долгу оставаться я крайне не люблю. – Это я знаю, но обновлять гардероб и покупка одной рубашки находятся на разных полюсах. – Забей и пошли уже. Считай, что это жест доброй воли. – Я так не могууу. – А ты через не могу. – Нет, – простонал Сокджин, так как силы кончались, а Чонгук тащил всё сильнее и сильнее. В конечном счёте курочка был доставлен к нужному магазину. Не спрашивайте как. Просто он был доставлен. – Добрый день, а консультант Ким может подойти? – сразу начал Чонгук. – Да, конечно. Сейчас позову, – девушка за кассой метнулась в сторону комнаты для персонала. Сокджин в крепких руках друга совсем сдался и уже не сопротивлялся от слова совсем. Он осматривал помещение с разной одеждой, понимая, что без новой вещи не уйдёт отсюда. Ему просто не позволят в принципе уйти с пустыми руками. От этого становилось ещё хуже, ведь румянец медленно покрывал его щёки от неловкости и лёгкого стыда. Ощущения были сравнимы с теми, как когда Сокджин рассказывал глупую шутку директору, а тот никак на них не реагировал. Вот что-то на этом уровне. Омега всегда в такие моменты хотел сквозь землю провалиться и не выбираться вообще. Глупо, да, но что ещё он мог сделать, если заикался каждый раз, когда пытался нормально заговорить с мужчиной своей мечты? Только сморозить какую-то шутку, которая вылетала у него без дрожащего голоса. Вот такой вот парадокс. Однако мысли прервал стук каблуков и Чонгук, что слегка потряс Сокджина за плечо, возвращая его в реальность. Курочка поднял взгляд, и его челюсть в тот же момент захотела страстных поцелуев с землёй. Омега, что лёгкой походкой от бедра направлялся к ним, выглядел просто великолепно, божественно и превосходно. Альфа тут же отпустил друга и ринулся навстречу к своему парню. Однако он успел сделать только шаг, когда консультант остановился рядом с ними. – Это мой парень - Ким Тэхён, – указал Чонгук на изящное божество красоты, как считал Сокджин. – Он поможет тебе преобразиться для внимания директора. – Приветик, милый, – этот Тэхён чмокнул альфу в щёку и облокотился на чужое плечо, быстренько рассматривая Сокджина и всем своим видом показывая, что парень рядом с ним принадлежал ему. – Я Тэхён - будущий муж Чонгука и его омега. – Сокджин. Я не претендую на него. Мы всего лишь коллеги по работе. К тому же... – курочка замялся слегка, – мне нужна помощь. – Оу, так ты не за моим Гуки пришёл. Отлично, я помогу, – Тэхён сразу заулыбался и повернулся к своему парню. – Погуляй часок, я позвоню, когда можно будет придти, хорошо? – Без проблем, родной, – Чонгук чмокнул своего омегу и быстренько покинул магазин, пока не запрягли что-нибудь купить для него самого. – А я займусь тобой, – Тэхён потёр ладони друг об друга, предвкушая и строя образы для скромного парня напротив. – Я не кусаюсь, так что расскажи о себе немного. Что любишь, что кушаешь, как много гуляешь? – Ам... Ну... И вспыхнуло адское пламя дикого интереса Тэхёна к курочке, пока он подбирал ему образы и параллельно слушал тихий рассказ. Сокджин буквально через пару минут уже стоял с горой одежды в руках, а после был отправлен в примерочную, чтобы все эти вещички перемерить. Тэхён очень внимательно следил за тем, как именно его клиент сочетал разные элементы гардероба и учил его надевать то, что ему очень подходило. В конце концов курочка получил пять образов, одежда из которых могла заколлабиться друг с другом. Тэхён был доволен собой, а вот Сокджин сильно измотан, ведь он дико устал от всего этого, но всё же безмерно благодарен. – Надевай пока своё и дуй на кассу, а я пока Гуки позвоню, – чуть крикнул Тэхён, уже набирая номер своего парня. – Хорошо, – выдохнул Сокджин, надевая свой любимый молочный свитер. Остановившись у кассы, Сокджин заметил Чонгука в дверях, что направлялся к нему. Альфа вручил спасительный сладкий кофе другу и чуть отодвинул его от кассы и вещей. Ну, так, на всякий случай. Зная везение курочки, это было необходимо. Расплатившись и попрощавшись с Тэхёном, Сокджин уговорил Чонгука пойти покушать, ведь омега был абсолютно измотан всем этим процессом примерки. Уже за едой они снова разговорились. – Тебе же понравились вещи? – жуя любимый бургер, спросил Чонгук. – Да, они отличные, но мне всё ещё неловко из-за этой ситуации, – чуть покраснел Сокджин, ёрзая на стуле. – Да брось. Вообще это была не моя идея, а Тэхёна. Он предложил привести тебя к нему и подобрать что-нибудь. К тому же он прекрасно осведомлён о твоей влюблённости в директора, поэтому, как омега омеге, он хотел помочь. – Тебе очень повезло с ним. – И не говори. Не подерись мы тогда с ним в магазине из-за пачки рамёна, я бы не был сейчас так счастлив, – улыбнулся Чонгук воспоминаниям о первой встрече со своим омегой. – Вы просто невероятные. Следующий рабочий день Сокджин встретил полный решимости и уверенности в себе. Кажется, что его новый друг поделился этими качествами, когда заставлял примерять ту или иную одежду, обсыпая с головы до ног комплиментами курочку. Омега выдохнул и вскочил на ноги. Сегодня он точно заговорит с директором Кимом! Во что бы то ни стало! Сокджин по своему обыкновению залетел в лифт офиса, сразу же поправляя новую одежду и волосы. Он совершенно не обратил внимания на то, что он не один в маленьком помещении. Только в отражении телефона заметил директора Кима, что глаз от него оторвать не мог. – Ой, доброе утро, директор Ким. Простите, я не заметил Вас, – чуть обернулся Сокджин на змея. – Доброе утро, редактор Ким. Ничего страшного, со всеми случается. Настала неловкая тишина, в которой змей всё продолжал разглядывать курочку и его новый образ в тёплых пастельных тонах. Омеге, естественно, это безумно шло. Одежда подчёркивала его природную мягкость и нежность, делая ещё очаровательнее. Если Намджун сегодня заметит задумчивого Сокджина, то его точно хватит удар. Сердце не выдержит милого образа редактора. Однако змей - серьёзный и суровый мужчина, значит, должен соответствовать статусу и держать себя в руках, а не расплываться лужицей из-за этого очаровашки с пухлыми губками и нежными розовенькими щёчками. Вообще Намджун с самого детства много работал и особого внимания не обращал на окружающих его людей. Он всегда был сосредоточен на учёбе, достижении определённых целей и саморазвитии. Остальное его как-то совсем не волновало. Блестяще закончив сначала школу, а после университет экономики и финансов с красным дипломом, Намджун получил место директора дочерней фирмы отца, которой как раз не хватало жёсткого лидера. И поначалу змей держал всех под строгим контролем, показывая свою власть и наказания за различного рода ошибки. Многие увольнялись, ведь не могли жить в постоянном стрессе, однако на их место приходили другие. Так и появился новоиспеченный молоденький редактор Ким Сокджин, что с самого первого дня привлёк внимание Намджуна к себе. И вот как будто бы с приходом всего одного человека в фирму всё резко изменилось. Даже на работу стало приятнее ходить, а смотреть проекты с подачей редактора Кима было куда приятнее и веселее, ведь он всегда делал какие-то забавные пометки разноцветными маркерами. Это заставляло серьёзного директора улыбаться и частенько наблюдать за работой курочки, что практически всегда сидел и болтал ногами под столом в милых жёлтых тапочках. Змей, когда впервые увидел это, долго не мог перестать тихо смеяться и умиляться с этого чудика. Особенно забавное зрелище было, когда омега что-то забывал или спотыкался, что случалось довольно часто. Но эти особенности делали его милее и более живым в некотором смысле по сравнению с тем же директором Кимом. Однако звон лифта о достижении необходимого омеге этажа вернул в реальность змея. – Ваш этаж, редактор Ким, – заметил Намджун, отвлекаясь от мыслей. – Ой, и правда. Спасибо. Видимо, омега тоже задумался над чем-то. По крайней мере так считал директор Ким. Ну, а сам Сокджин просто пытался держать себя в руках, чтобы в очередной раз не сказать что-то несуразное и глупое, выставляя себя ещё большим идиотом. – Вы сегодня очаровательно выглядите. Вам очень идёт новый образ. – Спасибо, директор Ким. Вот только сказал это Сокджин уже закрытым дверям лифта. Омега присел на своё место и немедленно раскраснелся похлеще варёного рака, ложась на стол головой. Всего несколько слов, а он уже готов был взлететь в воздух на силе своего визга. – Снова умираешь из-за директора? – Чонгук занял своё рабочее место и глянул на не двигающегося друга. – Ему понравился мой образ, – в стол пробубнил курочка. – Он тебе это сказал? – Ага. – И из-за этого ты практически визжишь? – Ага. – Тогда отходи, – Чонгук улыбнулся и похлопал друга по спине, мол, я с тобой. Этажами выше в кабинете директора Ким Намджун спокойно уже приступил к работе, попивая холодный американо и думая об одном таком интересном редакторе. На самом деле Сокджин много мыслей занимал у альфы в голове. Процентов так пятьдесят. Хотя... Нет, все семьдесят, учитывая их сегодняшнюю встречу. Смешной, нежный, до чёртиков милый, хохочущий постоянно с другим редактором, с живыми озорными глазками, пухлыми губами, которые тот надувал, когда работал над чем-то особенно усердно. Да и как работник он ценный, и как человек забавный. Пусть и слегка невезучий, но безумно милый и располагающий к себе. И Намджун даже как-то и не заметил, как начал ждать встречи с утра в лифте с курочкой, когда у них было пару минут, чтобы побыть наедине. Сокджин обычно молчал и мялся, но иногда выдавал довольно странные шутки. – Директор Ким, а Вы знаете, как растёт заработная плата офтальмологов? – И как же? – Их доходы растут на глазах. И тишина. Редактор тогда хотел под землю провалиться, а директор пытался не засмеяться, сдерживая лицо и свой статус. Курочка горел со стыда и неловкости, решая в следующий раз промолчать. Достаточно будет просто поздороваться с директором и не отвлекать его от размышлений. Когда лифт показал двенадцатый этаж, Сокджин поспешил выйти, уловив слова змея. – Прекрасная шутка, редактор Ким. Дверцы закрылись, унося директора выше, а омега готов бы прыгать от счастья, ведь альфа оценил его шутку. Заметил его! Как Сокджин радовался описать сложно, но Чонгук тогда пришёл домой и всё время повторял, что директор Ким, наконец, обратил внимание на курочку. Тэхён посмеялся и понял, насколько сильно его парня задолбал коллега. Омега расслабил своего будущего мужа, отключая его голову от всего мира. Но это случилось только ради того, чтобы Сокджин снова забил голову Чонгука разной ерундой буквально на следующий день, в частности своим нытьём о том, что утром директор Ким даже не взглянул на него ни разу. Такова тяжкая жизнь Чон Чонгука. Однако особое сумасшествие началось после очередного собрания. Причём сработало это и на директоре, и на редакторе. Намджун буквально хватался за любую возможность увидеть омегу, заставляя выполнять работу своего секретаря, а после долго любовался курочкой исподтишка, пока тот занимался чем-то в его кабинете. И когда Сокджин заканчивал, отдавая нужные документы и уходя к себе, директор не мог удержаться от лёгкого поцелуя на бумаге, где её держал редактор. Хотелось бы вкусить самого омегу, но пока что имели, тому и рады. Сокджин хоть и дико уставал от такой требовательности начальства, но всё же был рад, что так часто видел директора. Теперь не только утром перепадала возможность обменяться парочкой слов, но и во время всего рабочего дня! Курочка по всему офису бегал окрылённый и довольный целыми днями, а Чонгук потом выслушивал вечером счастливые вопли о великолепии директора. Только их стало в разы больше, поэтому несчастный страдал ещё сильнее. Нет, с одной стороны, Чонгук был рад за друга, ведь дело, казалось, двигалось с мертвой точки. Но с другой... Избавьте его от этих криков и воплей. Он уже прекрасно понял и запомнил на всю жизнь, что Ким Намджун идеальный альфа во всех отношениях. Дайте ему просто пожить спокойно. Сокджин впервые в жизни почувствовал, что к нему всё-таки повернулась удача лицом из-за всего происходящего. Да и к тому же он должен был поехать с директором в одной машине на конференцию и вести протокол, чтобы после всё проанализировать и передать материалы отделу планирования. Курочка впервые был на подобном мероприятии и всё внимательно осматривал, следуя по пятам за директором. Сокджин увидел своего начальника с другой стороны - более расслабленный, улыбчивый, спокойный и до одури милый. Омега так и глядел бы на него целую вечность, если бы конференция не началась. Вот тогда курочка прочувствовал все минусы ведения протокола, ведь печатать надо было много, быстро и понятно, чтобы другие люди смогли обработать информацию. Намджун, что следил за выступающими, помогал несчастному Сокджину, исправляя его помарки или повторяя то, что говорили за трибуной. А омега в свою очередь был безмерно благодарен за это, обещая после угостить директора кофе. И ведь сдержал обещание. После окончания конференции курочка пытался подобрать нужные слова, поглядывая на змея, что здоровался и общался со своими коллегами, знакомыми или инвесторами. Альфа держался безупречно, хоть иногда его и провоцировали. Сокджин тихо восхищался им, стоя рядышком и внимая каждое слово директора. – У Вас новый секретарь, директор Ким? – хохотнул один мужчина, кладя ладонь на плечо Намджуна. – Нет, это мой главный редактор. Сокджин сначала не понял, а потом закрыл рот ладонью. Это же повышение! Он стал главным редактором! Уже собираясь писать радостное сообщение Чонгуку, омега задумался. Быть может, это всё только на словах? Ну, не мог же директор привести на такое важное мероприятие простого редактора, так ведь? А этих больших шишек не волновало, какое место на самом деле занимал тот или иной сотрудник их конкурентов. Поэтому Сокджин вернул телефон в карман и продолжил слушать диалоги альф. Скучно до ужаса, но такова работа. После завершения конференции директор и редактор направились к служебной машине, параллельно думая каждый о своём. Однако их мысли сходились на любимом человеке, что шёл рядом. Буквально руку надо было протянуть, чтобы коснуться, но никто не решался. Неловкая тишина прервалась одновременно двумя голосами, что на удивление звучали довольно гармонично. – Редактор Ким... – Директор Ким... – омега слегка посмеялся. – Ой, одновременно. – Начните Вы. – Нет, давайте Вы. – Редактор Ким, начните. – Хорошо, – выдохнул Сокджин, собираясь с силами. Точнее, соскабливая их остатки после такого тяжёлого дня. – Конференция прошла хорошо. И благодаря Вам я успел всё занести в протокол. Поэтому... Поэтому, быть может, в качестве благодарности я хотел бы угостить Вас кофе, если Вы не против и у Вас есть время. Но если нет, то ничего страшного! Я обязательно принесу Вам на работу! – Не волнуйтесь так, – лучезарно улыбнулся Намджун. – У меня есть время, так что заедем с Вами в кофейню. Насколько я знаю, Вы любите торт красный бархат, поэтому я завезу Вас в кофейню, где готовят лучший из лучших. – Ох, спасибо. На самом деле Сокджин был безумно влюблён в этот торт с самого детства. На редкие праздники папа не пойми откуда притаскивал небольшой кусочек этого потрясающего лакомства и отдавал любимому сыну. Счастья тогда было столько, что описать сложно. И курочка был благодарен папе за такой потрясающий подарок и детство, наполненное радостью маленьким вещам. А сейчас его собирались угощать той самой любимой сладостью. Приехали они довольно быстро, сразу заказав напитки и угощение. После оба присели у окна, начиная потихоньку разговаривать и узнавать друг друга с иных сторон, которые не касались фирмы и работы. – Директор Ким, могу ли я спросить? – Конечно. – Вы на конференции назвали меня главным редактором, но я простой редактор. Вы сделали это специально, чтобы, ну, как бы не позорить себя? Кто ведь пойдёт на такое мероприятие с простым работником? – слегка нервно посмеялся Сокджин. – Я бы пошёл. Но за Ваши труды я повысил Вас сегодня. Приказ уже подписан, так что теперь Вы главный редактор. – Ох, вау, – курочка буквально засиял о счастья. – Спасибо большое, директор Ким. – Не за что. А теперь давайте отдохнём от работы. Вечер для них обоих прошёл просто великолепно, даже не смотря на то, что оба довольно сильно устали. Директор дал пару выходных курочке за его усердную работу, так что несколько дней Сокджин и носа не показывал в фирме, совершенно не подозревая, какой коварный план строил Чонгук. Типичное утро началось как-то совсем необычно. Середина недели, а он после выходных. Да и к тому же новая должность ощущалась немного иначе. Странно, но приятно. А в целом что было необычного, спрашивается? Во-первых, Сокджин не проспал и смог быстро собраться. Во-вторых, он не попал в пробку. В-третьих, он зашёл в лифт раньше директора Кима, придерживая для него дверь. Обменявшись любезностями, они поехали молча. Всё стандартно. Сокджин, конечно, сегодня снова был на побегушках у змея, даже не удосужившись пообедать. Он в очередной раз за этот день залетел в лифт, где он снова столкнулся с директором. – Вам не стоит так бегать, редактор Ким, – улыбнулся альфа. – Упасть ведь можете. В случае курочки это очень актуально. Омега вздохнул и заправил прядь русых волос за ухо. Лифт довольно резко затормозил, а Сокджин, по своему везению, упал прямиком в руки змея. Курочка оказался прижат к груди альфы, о которой так долго грезил. – Вы в порядке, редактор Ким? – Да. Благодаря Вам я в полном порядке, – а голос дрожал. К чёрту голос, у него вот-вот из носа кровь пойдёт от переизбытка чувств и комичности всей ситуации. Хотя с другой стороны, змей ведь был рядом, да и прижимал к себе, а значит, можно было воспользоваться моментом и просто пообниматься с Намджуном. Звучит, как сон, но это, к счастью, реальность. – Давайте постоим так, Вы ведь наверняка напуганы, – тихо и нежно прошептал директор Ким, прижимая омегу ближе к себе. – Спасибо. Сердце Сокджина готово было выскочить из груди в любой момент. Оно так сильно колотилось под ребрами, что казалось, будто бы это было слышно на весь лифт. Щёки курочки в одно мгновение стали алыми, а мысли мигом покинули голову, оставляя только ощущения защищённости и нескончаемой любви к альфе. Намджуну тоже было несладко. Хотя это как посмотреть, конечно. Но он тоже краснел и смущался, пока его сердце и мысли тихонечко сходили с ума. Сокджин был настолько близко, что змей мог почувствовать его дыхание на своей шее, что было немного щекотно, но и горячо в то же время. По коже прошлась мелкая дрожь, вызывая глупую улыбку на лице альфы. В голове Намджуна мгновенно промелькнула мысль, после осознания того, что они остались наедине и могли бы поговорить, не стесняясь кого-то. А быть может, это тот самый удачный момент, которого так ждал альфа, чтобы признаться в чувствах? Место и ситуация, конечно, не очень, но они наедине и ближайшие минут десять их никто не побеспокоит. Намджун тяжело вздохнул, собираясь с мыслями и решаясь всё же начать диалог. Или монолог. Это как повезёт. – Редактор Ким, возможно, сейчас не самое лучшее время, но я хотел бы внести ясность в некоторые аспекты нашего с Вами взаимодействия, – голос вроде не дрожал, зато каждая клеточка альфы трепетала от того, что он решил затеять. – Я слушаю, директор Ким. – Я долго думал и наблюдал за Вами. Смотря на Вас, я ощущал и ощущаю нечто что-то волшебное и доселе мне неизвестное. Сокджин прижался ближе, понимая, к чему вёл альфа. Если он не помрёт до признания, то это будет его личная победа, ведь всё это казалось чем-то нереальным и несбыточным. Однако это происходило. – Вот как. – Наверное, я утомил Вас, так что скажу прямо. Я люблю Вас, Ким Сокджин. Давно и безумно сильно. И Вам не обязательно давать ответ прямо сейчас. – Но я отвечу, – Сокджин прикусывал губы, на что сразу обратил внимание директор Ким, и ощущал толпы мурашек по телу от чувств, что заполняли и переполняли его. – Я тоже. Я тоже люблю Вас, директор Ким. Я всегда восхищал... Однако договорить ему не позволили на удивление тёплые губы змея на своих. Сокджин крепко обнял альфу, понимая, что теперь всё это великолепие его. И только его. Целоваться не спеша, стоять в обнимку, осознавать, что они теперь есть друг у друга - это нечто нереальное, прекрасное, нежное и восхитительное. Нежно и одновременно обжигающе, холодно и одновременно жарко. Хотелось кричать на весь мир о взаимных чувствах и в тот же момент молчать, чтобы ни одна живая душа не узнала об этом. – Редактор Ким, Сокджин, будете ли Вы встречаться со мной? – Да. Конечно, да, директор Ким. Я мечтал об этом с тех пор, как Вас увидел. Намджун тихо засмеялся, чмокая курочку в нос и щёки и слушая его бурчание по поводу слюней и того, что вообще-то он хотел первый предложить. Они теперь вместе, а значит змей ни за что не отпустит от себя курочку. Ни-ког-да. Чонгук понял, что его план или лучше сказать заговор с лифтёром с поломкой этой маленькой кабиночки сработал на ура, когда ему на шею бросился раскрасневшийся Сокджин с полными глазами слёз от счастья. Курино-змеиный союз состоялся. Значит, всё это невезение Сокджина оправдалось такой удачей с Намджуном.