Я умер

            Неудачно сложившаяся компания из двух инвалидов и одного боеспособного кона медленно двигалась между стволами деревьев, хлюпая голубовато-тёмной грязью. Чёрный десептикон направлял сикера, выравнивая его неуверенный шаг. Синий корпус словно покрылся вторым слоем новой ярко-голубой краски. Лонер поддерживала клюющего десептикона с другой стороны, не позволяя меху упасть носом в землю. Непогода стала утихать, оставляя редкие капли, стучащие по металлу, – или только кажется? Да. Обратив на это внимание, на самом деле стало понятно, что дождь продолжал наигрывать своё мелодичное постукивание, дёргая мокрые листья на ветках. По корпусу снова ударил холодок, как только девушка вспомнила о дожде. Капли стали напоминать о себе, неприятно и раздражающе приземляясь на броню и заливаясь в её стыки. Никогда прежде небесные «слёзы» не заставляли так нервничать и беспокойно озираться по сторонам. Скорее всего, всё дело в ситуации, в которой они сейчас оказались – она меняет поведение и без того встревоженной девушки, заставляя вздрагивать от каждого дуновения ветра. Лонер возвращает взгляд на сикера. Измученный десептикон хрипло вентилировал и, не в силах оставаться в этом мире, потушил свою совсем недавно яркую оптику. Его обмякшие серво волочились по земле, взрыхляя и оставляя неглубокий след на почве. Сложно было понять, отключился он или просто бессильно повесил шлем, борясь с разрывающей внутренней болью. Лонер крепче перехватила сикера, стыдливо переводя взгляд на ноги. Его было искренне жаль, но помочь они больше ничем не могли. Голубой след тянулся за десептиконами, но стал гораздо бледнее и прозрачней. Взволнованно сверкая, он окрашивал лужи и землю в переливающиеся цвета голубого опала. Энергон подсохшими пятнами прятался в разных местах, но большую его часть сбивали и растворяли холодные небесные капли. Сколько ещё идти до корабля? Доживёт ли раненый десептикон до своего спасения? Доживёт ли вообще кто-то из них? Тяжёлые мысли не давали покоя. В самом деле, почему враги так просто нас отпустили? Им оставалось совсем чуть-чуть, и сикеру не помогло бы уже ничего, а в напарниках с ней другой десептикон не смог бы дать нужного сопротивления – всё! Считай, живых там никогда и не было – что помешало им так поступить? Не совесть же замучила! Кон остановился, прерывая противные мысли и заставляя Лонер поднять на него взгляд. Шлем медленно поворачивался из стороны в сторону, вздрагивая под ударами капель. Что-то тревожило меха, и он пробегал взглядом по теням, пребывая в лёгком раздумье. Тоже думает о том, сколько раз нас могли удачно убить?.. Надо бы убрать эту тему на задний план. Фем стиснула губы точно так же, как это делают люди, когда проглатывают неприятный ком в горле. Десептикон дёрнулся, болезненно прислоняя свободный манипулятор к виску. – Шлак! Сенсоры шалят. – шёпотом простонал он, потирая беспокоящее место и обращаясь больше к себе, – Теряю дорогу. Последние его слова подчеркнул далёкий раскат грома. Тихий, но достаточно неожиданный и гулкий, чтобы увести остальные звуки на дальний план. Девушка встрепенулась от его речи, с любопытством уставившись на кона. У них хотя бы была дорога, а то в этом факте можно было уже усомниться – слишком похожими казались все виды, будто ходят по кругу, – но нет. Оказывается, надежда ещё была, и прямо сейчас она ускользала.       Может, попробовать в альтрежиме найти базу? – эта мысль уколола в процессор, заставляя напрячься и подумать, – если он полностью потеряет связь с кораблём, то дела пойдут ещё хуже. Край оптики зацепился за неожиданное движение сикера. Чрезвычайно бодрое, однако, для умирающего-то кона. Десептикон поднял голову, беспокойно мигая оптикой, и попытался выпрямиться, опираясь на угловатое плечо инженера. Сикер беззвучно открыл рот. Стараясь что-то сказать, он выводил губами слова, но вырывались только тихий хриплый свистящий воздух. Ему, должно быть, повредили голосовой модуль. …А что это вообще такое? Сикер посмотрел на колёсного товарища, скрипя, провентилировал и, собрав все свои силы, вытянул изрезанный манипулятор в сторону, где ему пришлось потерять много жизненной энергии. Лонер направила всё своё внимание к извилистому следу яркого энергона, вьющемуся за ними. Кон оторвался от своих проблем и проследил за взглядом девушки, вглядываясь в тёмный лес. Тишина поглотила десептиконов. Все трое смотрели в сторону, откуда им пришлось экстренно свалить. Где-то на вершине хвойного дерева встрепенулась и взлетела птица, уплотняя ряд холодных капель, осыпала фигуры дождём. Лонер слегка вздрогнула, но оторвать взгляд не смогла. Неужели раненый десептикон переживает, что за ними мог последовать кто-то? Безусловно, скорее всего, так оно и есть, но зачем? Хочет узнать, где их база? Было бы довольно умно, если бы, конечно, не было так иронично – знали бы они сами, куда идти.. Неожиданный удар ветра качнул синий корпус, выбивая из равновесия. Сикер скорчился, сильно наклоняясь вперёд, так, что Лонер показалось, будто он падает фейсплейтом в грязь. Девушка подставила манипулятор, желая предотвратить падение, но десептикон справился с болью, сильнее нависая на плечо фем.       Медлить уже нельзя. С каждой секундой состояние напарника ухудшается, а вместе с ним уменьшаются шансы на его восстановление. – Останься с ним, – вырвалось как-то само. Лонер выпрямилась, мельком глянув на тёмного десептикона, который терялся среди теней. Ответа не последовало, но она знала – он слышит. Девушка подняла шлем, прищурившись, вгляделась в товарища. А то мало ли, может его тут и нет уже. Кон молчал, уставившись на синий корпус, горящий алмазным цветом среди ночной глуши. Падающие капли рябили голубизной, содрогая воздух. – Что собираешься делать? – десептикон не двигался, тупо уставившись в пустоту. Какой бы ситуация ни была, он не доверяет. Она не прошла закалку боёв, не была с ним всю войну – она ему никто. И тут вдруг довериться? Линзы мигнули, фокусируясь на фем, и корпус, наконец, дрогнул, показывая, что мех ещё слушает. – Полечу за помощью, – взгляд невольно упал на притихшего сикера, словно сверяясь, а жив ли ещё?.. Лонер сжала денты, медленно возвращая внимание к кону, – Обратно. В ответ опять тишина. Медленная. Мучительная. В груди неприятно кольнуло под давлением его взгляда. Почему он молчит? Что тянуть? Времени и так нет! Она медленно оторвала внимание от ранего товарища. Глаза в напряжённом ожидании уставились на кона, пытаясь уловить его взгляд. Его линзы снова потухли. Тело качалось под неспокойным ветром, песок в щелях поскрипывал от движений, а десептикон всё ещё молчал. Девушка дёрнула ушками; ладони случайно сильнее сомкнулись на броне сикера, а тот отозвался тихим стоном, корпус его нервно дёрнувшись. Опомнившись, фем немного разжала хватку, разочарованно прогудев. Она задумалась, чуть прикрыв веки – металлические бровные пластины медленно накатились на оптику.       Десептикон был в тупике. Адреналин перестрелки, раненый боец, будущее, где они останутся забытыми в этом поганом лесу, – всё это тяготило и перегружало его процессор, заставляло впадать в такой ступор. Но что остаётся? Позволять единственному шансу, хоть и крошечному, исчезнуть совсем? Она вряд ли успеет, но эти мысли остались при нём, когда раздался натянутый ответ: – Ладно... – на первом слове голос меха непривычно дрогнул, будто внешний холод как-то сказывался на нём. Или что-то ещё. Но вот, дав ответ, он не стал держать прямой взгляд, отвернув шлем к чаще леса. То ли держит окружение под контролем, то ли скрывает напряжение. Лонер этого не поняла, но не стала вдаваться в подробности. Были проблемы важнее. Нужно было избавиться от раненого напарника на плече – этим она сейчас и занималась: осторожно перехватила сикера, отступая к стволу ближайшего дерева, стараясь придержать его от дрожи. Но боль не утихала. Изрезанный корпус, содрогаясь под тяжестью ран, начал припадать к земле, едва имея силы цепляться за подставленные конечности. Но тут в поле зрения появилась ещё одна пара сервоприводов, которые с ловкостью, граничащей почти с осторожностью, умело придержали синего меха, уложив его к корням. Девушка моргнула, встречаясь взглядом с чёрным коном, пришедшим как раз на помощь. Его не так просто понять, но кажется, в нём есть что-то ещё, помимо той первоначальной ворчливости и оскала. Она отступила от них назад, напоследок взглянув на истекающего сикера на чёрной почве; энергон рябил на его броне, стекая вниз и теперь ещё пропитывал землю под ним. Бедолага. Сострадание её здесь погубит, но даже зная это, тяжело смотреть без боли сожаления. – Поторопись. – голос меха отдался в процессоре как сдержанная мольба, прорезая даже дымку собственного раскаяния. И Лонер отвернулась, не смея больше задерживаться здесь.       Только как лететь? Она не умеет, даже не видела вблизи, как это делается. И всё же что-то внутри – интуиция – подсказывало, что она знает, как. Замерев, она затихла, пытаясь сосредоточиться на ощущениях внутри. Где-то под обшивкой раздавался постоянный гул, обещавший чего-то большего. Возможностей, не имевшихся ранее. И стоило только в процессоре образно возникнуть модели той техники, сканируемой ранее, как собственные механизмы, о существовании которых она пока не подозревала, начали смещаться. Головокружительная смесь приглушённого шума и самой трансформации произошла за считанные секунды, и вот земля уходит из-под ног, а корпус рефлекторно поднимается в воздух ещё выше. И вот она уже не робот с ножками, а полная копия того вертолёта, попавшего ей на глаза ранее. Правда, укачало малость от непривычки.

***

      В голове всё крутился последний хриплый шёпот сикера, который вырывался из него, прежде чем она скрылась из виду. Контужен слегка, поэтому и произносит такие нечленораздельные звуки? Навряд ли – взгляд у него слишком осознанный. Пытался что-то сказать. Лонер мысленно вздохнула, проклиная свою поспешность. Она летела, как ей кажется, уже так долго, а в белом ночном тумане ничего, кроме бесконечного леса, не видно. Как в молоке плывёшь. И всё-таки свернуть уже поздно, да и какой-то нелепой частичкой разума она всё ещё уверена, что летит в правильном направлении. Все эти мысли сразу отключились, как только на горизонте, сквозь густую пелену, образовавшуюся после дождя, показались неестественные жилки далёкого света. Как неуловимо, однако, прошла гроза, словно была привязана к месту трагедии. Становилось черезчур тихо без отдалённых раскатов грома, сопровождавших её последние несколько часов. И всё же напряжение рождалось не только от этого. Казалось, что сам воздух вокруг вибрировал от неуловимой силы. Моментально перед носом из тумана вынырнул силуэт. Лонер толком осознать не успела, как интуитивно отпрянула в сторону, от резкого смещения она потеряла равновесие. Земля и небо смешались в одну белую кашу, когда всё закружилось, завертелось, и вот её корпус уже рефлекторно меняет облик в полёте, приображаясь в робота. Следом за трансформацией последовал удар о землю, вентиляционные системы поперхнулись, сбиваясь с ритма, а из вокалайзера вырвался болезненный хрип. Неудачная посадка... Прямо на больную конечность! Удивлённо поморгав, Лонер поспешила подняться на ноги. Передние серво утонули во взрыхлённой влажной почве, а коленные шарниры заскрипели от грязи, упираясь в землю. Очередной глубокий гул привлёк внимание фемм, и она вскинула шлем, вглядываясь в туман.       А вот и пункт назначения. Под густой пеленой зловещими багровыми трещинами подсвечивался тёмный нагнетающий силуэт. Корабль десептиконов. Оптика пробежалась по огромной тени, пытаясь найти вход. Долго искать не пришлось, вот он – открытый и неспрятанный с задней части корабля. Вообще ничего не боятся, да? Переборов временное смятение и боль от удара в обожжённое плечо, она поспешно поднялась на ноги, почти побежав в сторону открытого шлюза. Сердце в груди, или что бы то ни было, ускоренно билось под бронёй, подстрекая двигаться быстрее. Ей страшно. Страшно за тех, с кем жизнь связала только недавно, кто не знаком совсем.. и всё же искренне, глубоко тревожно. Но кого звать на помощь? Она для них мутная фигура, кто воспримет всерьёз? Эти мысли раздавались так же громко, как и стук её торопливых шагов по металлу внутри корабля. Она знала, что нужно искать того, кто знает хотя бы часть ситуации, кто знает тех мехов, кто руководил этой операцией. Шедоу Страйкер! Лонер так резко затормозила, что от ступней пошли искры. Хоть у них и натянутые отношения, причины которых она не знает, но даже с учётом этого это было самое быстрое решение. А времени у них, насколько она помнит, не так много. Только вот следующий вопрос, где её искать?       Лонер не упускала ни одного из отсеков, попадавшихся по пути. Несколько первых из них, находящиеся не так далеко от входа, были закрыты, но она и не возилась с ними, не желая терять времени. Достаточно было просто оказаться в зоне видимости датчиков, и если помещение открыто, двери сами пропускали внутрь. И с таким же успехом мимо неё промелькнули ещё два запертых отсека. Раздался неестественный гул, скрежет, заставивший фемм почти подпрыгнуть и резко остановиться. А нет, всё же только один. С трепетом наблюдая, как металлические секции разошлись, Лонер прошла через массивные бронешторки, моментально теряясь в густой симфонии стального звона. Врата за ней с глухим стуком закрылись, отсекая её от прошлого пути. Вместо этого теперь перед ней открылся вид на обширный машинный корпус, заполненный контрастирующим жаром и постоянным тяжёлым гулом. И прямо здесь, вокруг неё, словно выстроившись в ряд, стоят серверные стойки, выглядящие как массивные квадратные системные блоки неземного происхождения. Между стыками деталей в определённых местах виднелись рдеющие внутренности, пульсирующие огнями, словно посылая сигналы с каждым таким тактом. Это хоть и выглядит завораживающе, но ей вряд ли как-то поможет, поэтому Лонер, позволив системам охлаждения хрипло вытолкнуть воздух, побрела через блоки, образовавшие между собой поход, намеренно ведущий прямо. Фемм прослеживала взглядом, как по нейронным магистралям плывёт в такт сдерживаемая энергия, бегущая именно в одном направлении с ней. От каждого блока вело скопление ровных линий проводов, текущих по полу. Как вдруг сети резко уходят вверх, следуя контурам стены, а затем и вовсе исчезают в какой-то коммутационной панели. Лонер подняла взгляд, желая проследить их путь дальше, но открывшийся перед сенсорами вид привлёк всё внимание: гигантский многоуровневый зал, виднеющийся через прозрачное, но ощутимое сдерживающее поле. Она словно находилась во внутреннем балконе всей этой грандиозной конструкции, где снизу, в самом низу, зафиксированное защитными конструкциями, гудело ядро. Над ним, точной продуманной паутиной сетью, тянулись от одного порта к другому магистрали разных размеров, по некоторым из которых без проблем можно было пройтись пешком. Невероятное зрелище... если бы не внутреннее напряжение, которое с большей силой чувствовала внутри себя Лонер при взгляде на него. Резко пшикнул позади один из блоков, и моментально раздалось ворчание живого существа, побудившее фемм так же быстро обернуться. Перед взглядом у одной из серверных стоек теперь образовался мех. Крупный такой, коренастый, но даже издалека броня его была словно покрыта подтёками энергона, но не похоже, что он ранен. Неоновая полоса на плечевой броне совсем его не волновала, поэтому Лонер предположила, что это просто... «грязь».       Хотя постойте! У этой персоны можно попытаться узнать, где находится Шедоу Страйкер – в противном случае, она потеряет время, которого и так катастрофически мало. И вот Лонер с бешено колотящимся о грудь насосом поспешила к неизвестной фигуре. Приближаясь, она могла различить статичное низкое гудение, волнами исходящее от коммутационных блоков... или всё же не от них? «Да чтоб тебя шарктиконы грызли!» – глухо послышалось от незнакомца, и только его голосовой модуль был задействован, как низкочастотное гудение прекратилось. Видимо, всё же не от блоков оно шло. Осторожно Лонер пристыковалась где-то рядом, за его спиной, пока ещё не показываясь ему на глаза. В голове была каша, поэтому она не сразу соображала, что сказать и как спросить, и тогда взгляд упал на спинную пластину меха. На броне подтёками блестела в огнях приборов какая-то размазанная жидкость ртутного, металлического оттенка, пара небольших дефектов и вмятин тут и там, но в целом кон выглядел цело и крепко. Никакие неровности и грязь на корпусе его совсем не волновали. Не став дальше мяться, Лонер медленно подошла к нему ближе, от чего испачканные детали на его плечах стали видны ещё лучше: микроцарапины с въевшейся намертво густой сероватой нанопастой, какой-то мелкий мерцающий слой металлической стружки, покрывавший плоские поверхности. – Прошу прощения, – Лонер попыталась хоть с чего-то начать, хоть как-то привлечь внимание гудящего меха. В этот момент заодно она позволила себе заглянуть ему через плечо, слегка привстав на носки, безрезультатно пробуя разглядеть его фейсплейт. Ответа сразу не последовало, а крупный бот лишь издал хриплый звук, резко заглушённый шипящим выбросом пара из тонкой магистрали внутри техники. Кажется, он занят. Но фемм уже намерена получить хоть что-то, – Ты не знаешь, где я могу найти Шедоу Страйкер? В ответ вновь ничего. Как вдруг мех выронил внутрь открытого прибора какую-то деталь или инструмент – она не разглядела, – мгновение загудев и потянувшись за ним. – Хм. Шедоу Страйкер. – с низким ворчанием отозвался всё же десептикон, в его голос отражался от внутренних стенок прибора. Но по тону ясно чувствовалось, что разговор ему не в радость, – Не знаю. – он отрезал, ещё больше убеждая её в этом. Лорен сперва занервничала от такого ответа, а её наружные сенсорные антенны дрогнули от новой отдалённой паники. Мех выпрямился, сжимая в руке небольшой, похожий на пистолет аппарат, и фемма слегка отшатнулась, когда он оглянулся на неё, – ...Может хотя бы примерно? – с трудом попыталась она снова, а её голос звучал приглушённее и чуть неувереннее, особенно когда они встретились взглядами. Всё-таки этот робот выглядел внушительно, пускай и был весь испачканным и покрытым железной крошкой. – "Примерно"? – моментально перехватил мех, повернув к ней кадр и встречаясь своей ярко-бордовой оптикой с её. – Я простой механик! Откуда мне знать, что происходит за пределами моего квартала, так ещё и с офицерами? Фемм отшатнулась незаметно от меха, сделав шаг назад от его прямого взгляда. Похоже, другого ответа от него не добиться, но Лонер всё равно не отводила от него окуляр, точно зная, что сейчас не время. И была права. Прежде чем отказать полностью или отвернуться от неё, работник в одну секунду осмотрел её критическим взглядом, и на его лицевом щитке что-то дрогнуло. Долгое молчание повисло между ними, прежде чем грубый, более приглушённый звук вырвался из его голосового модуля: – Выглядишь ты неважно. – смена темы на что-то, что казалось Лонер не столь важным, чем её вопрос, ударила в процессор сильнее, чем ожидаемое молчание. – В отходы упала или где-то была протечка? – Мех предполагал самое безобидное, пусть, возможно, по взгляду и догадывался о худшем. Он вновь сфокусировался на её оптике и через мгновение хмыкнул. Сам на себя, а не на неё, будто бы замечая свою неопределённость. А дальше отвернулся к открытым внутренностям и деталям блока: – Слушай, я не знаю, где Шедоу Страйкер. Но скорее всего, либо в командной рубке, либо в зале подготовки. Либо, – он пожал тяжёлыми плечевыми шарнирами, ощутимо смягчаясь в ответе, – в оружейном складе. Большего тебе не скажу. Вот оно. Ожидая худшего, Лонер совсем забылась, когда ей дали хоть какой-то ответ. Получив даже эти размытые сведения, она сорвалась с места, не дожидаясь чего-то ещё, и чуть не врезалась в очередного десептикона с кубами энергона на выходе. Фемм нырнула в открытую дверь, даже не разбирая, что напуганный механик кидал ей вслед. Каждая секунда на счету, и ей почему-то сейчас вновь болезненно это осозналось. Место статичного гудения сменила тишина.       Ориентироваться по одинаково мрачным коридорам корабля было затруднительно. С другой стороны, разве ей это в новинку? Только, кажется, сейчас всё ощущалось иначе. Но отбросив все неудобства на второй план, Лонер следовала по интуитивному пути, прокладываемому по кораблю в надежде по счастливой случайности встретиться с тем, кто ей нужен. Металлические шаги отдавались в пустом пространстве, как жестокий отсчёт каждой секунды, суровый звон колокола, предвещающий неминуемое. И ей казалось, что остался только этот звук, только эта мысль, возвращающая её снова и снова к простреленному сикеру и второму десептикону, забытым где-то там в тумане. Холод. Молочная пелена. И глубокое, затаённое чувство, что ты там не один. Эти огни от выстрелов, эти брызги обжигающего сталь энергона. И вот тишина снова и снова бьёт в процессор – всё это как две крайности одного ужасающего чувства. Мысли просятся наружу – там слишком тихо. А перед глазами лишь мгла отчаяния и боли страдания. В сенсорах рябит непроходимый гул, набирая обороты, словно молчание порождало его силу. Конца этому не было видно. Но вот внешний звук, как из-под толщи воды, прорезал сознание, и в считанный момент вся нагнетающая какофония начала исчезать. Почти. Лонер резко затормозила, пытаясь осмыслить туманным процессором нынешнее окружение; кадр неуловимо содрогнулся, оборачиваясь в сторону непрекращающейся вибрации голоса за толстой стеной. Даже сейчас, охваченная липким холодом, она точно не могла спутать владельца этого голоса. Не успела настроить объектив, и вот она уже возле нужного места, а металлические двери с шипением раздвигаются перед ней. Не дожидаясь, пока на неё обратят внимание, и даже толком не находя взглядом нужную фигуру, Лонер уже зовёт по имени Шедоу Страйкер, не замечая, как собственный голос резонирует в груди. Как только зов отразился от стен и исчез в пустоте, Лонер соизволила осмотреть помещение. Куча штативов, стоек для оружия и бесконечные ряды грузовых полок, уходящих вдаль. Это какой-то складской отсек? Или оружейная? Так или иначе, холодный свет люминесцентных ламп непривычно резал оптику, хотя в прошлом она такого не припоминала, а десептикона здесь всё ещё не видела. Неужели сенсоры сыграли с ней злую шутку? – И как это понимать? – ответ раздался так резко и неожиданно, что Лонер чуть не вздрогнула, моментально направив взгляд в сторону звука, – Ты шныряешь здесь, без допуска, и что-то вынюхиваешь! Я знала, что ты что-то затеяла... – последним словам не суждено было вырваться из вокалайзера, когда Шедоу Страйкер вышла из-за стеллажа, только сейчас встречаясь взглядом с нарушителем. Со своего места Лонер видела, как окуляры десептикона сужаются, с недоверием проскальзывая по её кадру, – Да что с тобой не так? И Лонер только сейчас осознала, как, должно быть, выглядит со стороны: тёмный корпус измазан редеющим энергоном, подтёками стекающим вниз, броня на левом плече слегка деформирована от выстрела и грубых падений. Не лучший её образ, скажем прямо. – Шедоу Страйкер, просто выслушай меня. – Да уж, пожалуй, выскажись, почему ты в таком виде и где ещё двое! – она прервала раньше времени, медленно подходя ещё ближе. И между тем выглядела так, будто в чём-то подозревала. Сложно её винить, особенно если прикинуть, что за время их отсутствия они больше не выходили на связь. – Послушай, мы уже хотели вернуться, но на нас напали. Одного ранили, а связаться с кем-то мы не могли, потому что глушат всё. Поэтому я здесь, прошу помощи, – признаюсь, она тараторила, высказывая всё скомкано и необдуманно. Но ей просто надо было, чтобы её услышали! – Они остались там вдвоём. Последние слова прорезали воздух, как приговор. Вопреки ожиданию, десептикон после последнего признания стал выглядеть менее предвзято, а оптика на мгновение вспыхнула. – Мои солдаты попали под обстрел!? – естественно, командир был бы недоволен тем, что его боевая мощь попала под пулю, и её численность стала меньше. Интересно, Мегатрон требует с них отсчитываться за потери? Должен, если не дурак. Но режущий огнём голос вернул к настоящему, – И ты оставила их там одних!? Шедоу Страйкер была в бешенстве. Схватив со стойки первое попавшиеся стрелковое оружие и проходя мимо, она намеренно задела плечом Лонер в проходе. Кадр девушки от толчка слегка сместился, а взгляд упал на собственные конечности. Она только сейчас заметила, как неугомонно дрожат её сервоприводы. Не из-за яростной речи, полученной в ответ, а из-за непреходящего тревожного чувства, цепляющегося за металл. Словно то, что она делает всё равно мало. – Скай Лэнс! Даггер! Подтвердите эфир! – голос Шедоу Страйкер раздался почти с той же интенсивностью, которая сверкала в её оптике. Но ответа, как и предполагалось, не последовало. И тогда Лонер повернула к ней шлем, напоминая о болезненной детали: – Я же сказала, там нет связи. Послышалось резко раздражённое отчётливое ворчание от командующего. Она не одобрила повторное предупреждение от юродивого работника, но на удивление промолчала насчёт этого. Вместо очередного оскала сорвалась с места. – Не смей отставать. – звучало и как приказ, и как угроза. Лонер оттолкнулась от косяка, оставив на нём рдеющий энергонный подтёк, и поспешила за фемм. Она знала, что без подозрений и презрительного отношения не обойдётся, но она смогла её уговорить – уже что-то. Если изначально обращаться именно к Шедоу Страйкер казалось бессмысленным решением, то сейчас это было не так уж глупо. Кажется, эта фемм осознаёт ответственность за своих солдат. Шедоу Страйкер бежала целенаправленно, в отличие от Лонер, имея у себя в процессоре точную карту коридоров и выходов, и направлялась по самому короткому пути. Не оборачиваясь, но точно зная, что Лонер следует за ней, она продолжила командовать, не теряя резкости в твёрдом тоне: – Поднимать отряд слишком долго, особенно сейчас. Поэтому будем действовать сами, – она вдруг резко остановилась, повернувшись к фемме, и голос её стал жёстче, – И ты пойдёшь со мной! – она акцентировала этот приказ непреклонным жестом в сторону девушки, ткнув в неё пальцем. Шедоу Страйкер была намерена любыми способами контролировать её, тем более в такой двоякий момент, и Лонер это понимала. Даже если бы не понимала раньше, поняла бы сейчас. – У меня нет оружия, – Лонер произнесла это как факт, не позволив фемме сделать и пару шагов в сторону, обрушивая на неё ещё одну проблему. Шедоу Страйкер раздосадованно зарычала, останавливаясь на месте. Что, сейчас вмажет хорошенько? С какой-то стороны, она её даже поймёт. – На, держи, – ворчание и грубость не ушли из голоса, но неожиданностью было, когда она обернулась, кидая в сторону Лонер не самое маленькое оружие, которое недавно взяла из склада. – Стрелять, надеюсь, ты хоть умеешь. Это был не вопрос. Лонер поймала оружие, удерживая крепкой хваткой, пусть и отшатнулась сначала от веса. Пушка, которая теперь была у неё на руках, напоминала собой такое же непривычное человеческому глазу вооружение, которое зато очень подходило этим железным войнам. Осталось только разобраться, как из этого стрелять. Если до этого дойдёт... Девушка подняла взгляд, подрываясь с места, так как Шедоу Страйкер ждать не собиралась, уже убегая вперёд.       После стабильного пространства корабля белый туман казался ещё гуще, ещё мрачнее, ещё... непредсказуемее. Быстрее было бы лететь над землёй – чем выше, тем безопаснее. По крайней мере, там хотя бы марево не такое плотное. Но воспользоваться своими крыльями, или лучше сказать винтами, не удавалось, поэтому они шли по влажной почве. Каждый ствол дерева, выплывающий из белизны, проверял нервы Лонер, заставляя крепче сжимать оружие. Хоть какое-то спокойствие от веса в руках, пускай и стрелять она... ну в общем, вряд ли попадёт. А пока под подошвой хлюпала почва, сама ситуация всё больше выводила нервы; тишина напоминала то сгущение, при котором она оставляла двоих солдат, а туман отзывался сразу двумя вещами: ожиданием опасности, выстрела с любой стороны и... двумя силуэтами, которые ей одновременно хотелось и было страшно увидеть вновь. – Я начинаю сомневаться, что ты идёшь в правильном направлении, – раздалось позади неприкрытое ворчание. А вот, собственно, и причина, по которой она не могла взлететь – Шедоу Страйкер. Её командир, не имея возможности летать, предпочитала твёрдо стоять на земле. А не пользовалась она теми же колёсами хотя бы потому, что не собиралась терять в тумане Лонер, всё так же не доверяя ей. – В правильном. Только в тот раз я не шла, а.. – Лонер оборвала саму себя, замерев в позе одновременно готовности и испуга. Ей показалось или в дымке что-то есть? Шедоу Страйкер же, заметив реакцию фемм, но не увидив самой причины, всё же аккуратнее подошла сзади. – Ну и что? – с тем же ворчанием, смешанным теперь и с профессиональным любопытством потребовал ответа голос Шедоу Страйкер за спиной. – Мы тут были. Тогда, – отозвалась она, приглушив свой собственный голос, словно боясь, что сейчас на них выскочат те самые, кто обстреливал тогда. Оптика зафиксировала размытые очертания бледно горящего энергона, смешанного с грязью и водой на земле. Это не место самого нападения, это их путь. Лонер почти чертыхнулась вслух – она так и знала, что по этим следам их может найти кто угодно! Шедоу Страйкер ощутимо пихнула сзади в ротор на спине, подталкивая к следам. – Тогда не тормози. Кто знает, у скольких окуляров мы на прицеле. При последних словах Лонер невольно огляделась, но не отступила, подходя ближе к размазанному следу. На самом деле, определить направление пути по одним только подтёкам было проблематично. Если бы не было самих следов от педалей, уверенно показывающих в сторону уходящих солдат. Они пошли дальше, обе по странным предчувствиям старались не наступать на голубоватые пятна, впитавшиеся намертво в почву. Шаги стали обдуманнее, тише, ибо в заряженном воздухе ощущался ядовитый привкус, предвещающий опасность. Осторожность здесь не помешает, и Лонер, неосознанно следуя поведению Шедоу Страйкер, шла на полусогнутых конечностях, стремясь быть ближе к земле. Незаметнее. Не долго пришлось идти, прежде чем туман вывел их на более свободное пространство. За белизной не видно, но кажется, это поле? Вот теперь и Лонер начала сомневаться, что они идут в нужном направлении. Разве у них на пути было поле? Она помнит только лес, деревья, дождь... Ещё до тумана, во время грозы – даже тогда поля не было видно. Медленно, девушка остановилась, замерев среди высокой, пускай и по меркам людей, мокрой травы, будто осознание, взращиваемое сомнением, разжигало в ней ужас. – Подожди, я.. – Ш-ш-ш, – прервал приглушённый, непривычно тихий голос командира, призывающий к тишине. Лонер почувствовала, что собственная неуверенность только крепчает и страх, рождённый потерей драгоценного времени, бьёт под дых. Вдобавок настороженность Шедоу Страйкер, оказывается, имела не меньшее воздействие. Девушка застыла молча, как и было сказано, но тускло горящая во тьме оптика не находила себе места в этом немом поле. Скрытый в тумане лес, из которого они вышли, маячил сзади тёмной стеной, усиливая контраст теней. В поле пелена была гуще, высокая трава уводила вдаль, так что даже конца ей не было видно, и этот пейзаж был бы прекрасен, если бы не было так страшно. Движение Шедоу Страйкер привлекло тяжёлый взгляд девушки, и всё её внимание снова было на ней. Что заставило её так вести себя? Почему она вдруг так напряжена? Лонер пригнулась ещё ближе к земле, вновь оглядевшись вокруг, прежде чем начала продвигаться ближе к командиру. Хоть они и не ладят, но ближе к ней как-то спокойнее в такой ситуации. А Шедоу Страйкер же двигалась ещё дальше вглубь тумана. – Что.. случилось? – приглушённым, тихим голосом недоумевала Лонер, такими же обдуманными шагами следуя за ней. Вопрос был размытым. Она даже не знала, что спрашивать, чтобы добиться понятного ответа на всё происходящее вокруг. Но Шедоу Страйкер не отозвалась сразу, давая ей ещё больше причин нервничать. Взгляд непроизвольно упал на траву, на высокие колоски и мокрые капли на ней, пока бледное свечение не привлекло внимание вновь. Они всё так же идут по этому пути энергона, теперь неведомо куда ведущему, вероятно, всё дальше уходя от своей первоначальной цели. – Шум. Слышишь? Правда глушат, – наконец соизволила фемма ответить идущей за ней, даже немного пугая Лонер после такой долгой тишины. Она сказала «глушат»? Значит, они всё-таки идут в правильном направлении? Потому что там, где остались солдаты, тоже глушили. Хотя сейчас по их действиям не скажешь, что они готовятся к простой встрече. После пересечения поля впереди вновь начали выплывать высокие хвойные деревья, масштабные даже для таких немаленьких существ, как они – снова густой лес, заслоняющий даже такое тусклое свечение от мёртвого месяца в тумане, снова эта... Они вдруг замерли, когда, не доходя до края поля, услышали стук стволов. На ветру кроны валятся на одну сторону, треща под собственным весом. Но как будто здесь было не только это. Шедоу Страйкер дала жест рукой вниз, и обе упали в траву. Лонер не столько по команде, сколько по тому, что услышала сквозь остальные помехи, прижимая под собой оружие. Голоса. Много голосов. Шедоу Страйкер пошевелилась где-то в траве, и по звукам девушка предположила, что она поползла снова вперёд – на звуки. И на удивление командира, Лонер уже оказалась там, куда она только приползла. Единственный страх сейчас, который глушит всё остальное, – страх за тех двух десептиконов. И пускай они ей никто, и не знает она их совсем, ей всё равно трудно быть равнодушной после того, что она видела. И по сравнению с этим, страх неизвестности сейчас не ощущается внутри. Ах, вот оно что здесь шумит. Какие-то незнакомые боты сидят под деревьями на границе пустого поля и леса. Всего их тут около пяти: двое стоят по ту сторону, смотря в лесную глушь, один глядит в поле, но совсем не в том направлении, где сейчас сидят они, а ещё двое между этими тремя. Один из них вертелся вокруг другого, пока тот лежал у ствола дерева. А голубой бледный свет энергона уводил дальше, ведя к ним. Он... ранен? – Автоботы, – девушка обернулась, когда услышала, как приглушённо рычит фемм. Получается, она знает, кто это? Это они напали на них в лесу? Но почему тогда один из них ранен? Лонер низко опустила антенны на голове, словно пытаясь прервать поток вопросов, оставшихся надолго без ответа. Пока они не встретят двух десептиконов, это останется навсегда загадкой. Она посмотрела на Шедоу Страйкер, всё ещё низко гудящую рядом. Высший по званию, вероятно, не так сдержан в реакции и не так взвешивает решения при виде врагов. Она хочет напасть? Но их же больше и... разве это не займёт лишнего времени, которого у них и так в обрез? Если только она всё ещё желает вытащить своих солдат отсюда. Болезненный хриплый звук прорезал могильную тишину со стороны автоботов, заставив почти всех – в том числе и самих автоботов, – обернуться к шуму. Это был раненый; он издавал эти звуки, отдалённо похожие на хрипы простреленного сикера. А дальше снова голос, настолько отдалённый и приглушённый, что разобрать все слова было невозможно. Десептиконы затихли, либо пытаясь прислушаться, либо просто не желая быть замеченными, но медленное движение в сторону звуков частично опровергало второе предположение. Шедоу Страйкер издала какой-то мрачный шум, заметив, как Лонер тихо ползёт в сторону леса, к врагам. Вполне вероятно, что сейчас она напрягается и негодует из-за действий чудаковатой фемм, проклиная её в процессоре. Но а что взять с самой Лонер? Её это настораживало в другом смысле – а точно ли это именно «автоботы», коими их окликал командир, а не кто-то ещё? Кто-то из тех, за кем они пришли.       Девушка как будто не осознавала бессознательности своих действий, когда думала обо всём этом. А как быть иначе, когда всё в процессоре гудит непонятным, совсем не присущим ранее направлением и страхом? Высокая трава промяналась под её весом, поскрипывая о влажную броню, но с каждым сокращённым метром смотреть через неё было всё труднее. Холодная бледная зелень лезла в окуляры, мешая сенсорам засечь дальнее движение. Подтянув под себя оружие, ставшее в таком положении непривычно громоздким, Лонер попыталась подлезть ещё ближе. Сейчас было бы славно сбавить концентрацию шума возле себя, но даже с учётом лёгкого шуршания земли и гидравлики, их заглушало постоянное неровное гудение мотора со стороны автоботов. Звук был похож на далёкий гул ветра, гуляющего где-то у крон игольчатых деревьев, но регулярная возня возле бота на земле в остальной глубокой тишине намекала на другой источник. Но как бы близко она сейчас ни подобралась, по воле небесной теряясь своим окрасом в глухом поле, автоботов снова не видно. Они сменили расстановку? Иначе как объяснить, что бот, тогда стоявший на краю леса за деревьями, теперь не виден? С другой стороны, это шанс подобраться ещё чуть ближе к тем двум, что сидят под стволом, шумя больше всех. Лонер поёрзала, перемещая оружие так, чтобы под локтевым суставом было свободное место, и медленно начала отрывать лежащий низко шлем от земли. Прежде чем продвигаться дальше, собственноручно затягивая себя в капкан, она понимает, что нужно для этого убедиться, что в процессе этого она не выйдет в лоб одному из них. Мокрые травинки отлипали от фейсплейта, как только голова начала подниматься выше; густая трава медленно расплывалась, стоило только посмотреть чуть свысока, и взгляду уже открывался более широкий обзор. Если приподняться ещё немного, станет, наконец, видно самих ботов, и она, зная это, опиралась на манипуляторы, стремясь увидеть. Резко в затылок влетело что-то твёрдое, с силой прижимая шлем и весь корпус к земле, да так, что, кажется, металл скрипнул, оставляя следы. – Актив надоел? – совсем рядом раздался приглушённый, но не менее яростно возмущённый голос Шедоу Страйкер, не оставляющий места чему-то ещё, кроме неприязни. И пока она рычала, Лонер оставалась только успокаивать свой подскочивший пульс – был бы он у неё – и впритык пялиться на почву, так как выведенная из себя фемм не собиралась, по-видимому, отпускать её шлем от земли, – Если хочешь отдать концы – я совсем не против, только делай это не тогда, когда вместе с собой выдашь и меня! Лонер молчала, даже не пытаясь спорить. А что ей сказать? Что этим импульсивным действием она хотела проверить, а точно ли там автобот ранен? И сделать так, чтобы на неё смотрели, как на дебила? Хотя стоит ли об этом говорить, зная, что скорее всего это уже необратимый процесс. По округе разнеслось совсем не сдерживаемое мучительное мычание, от которого оба десептикона вжались в землю с новой настороженностью. Шедоу Страйкер даже отпустила другую фемм, напряжённо перехватывая собственное оружие для всякой готовности. Но нападать пока не стала. После шума же автоботы вновь оживились, и кто-то один снова начал говорить. Про что конкретно опять-таки не разобрать, хотя по ситуации можно предположить, что речь его связана с ремонтной частью. В ответ ему раздался голос, статичный, почти не слышный даже в полной тишине отсюда, но как бы Лонер ни хотела зрительно подтвердить, что «раненый» это не тот сикер, с кем она была, услышанного было достаточно. Тот десептикон, которого они ищут, не говорил. После ранения у него совсем не было сил на это, так что вряд ли это кто-то из тех, кого они потеряли. Что же тогда получается, второй десептикон, который остался с ним, смог как-то отбиться? Шедоу Страйкер пихнула девушку в бок, крепко сжимая свою пушку, прежде чем с глухим звуком сцепления убрать за спину. – Уходим. Раз они заняты починкой, у нас есть шанс найти их без лишних вмешательств, – под «ними» она подразумевала двух потеряшек, за которыми в первую очередь они и пришли сюда. Но вот её сдержанность и полный отказ от стрельбы... удивили. Кардинально отличается от того, что она показала из себя в их первые встречи. Но и сейчас она спорить не стала. Разве Лонер возразит против тихого решения ситуации? Обычно бы да, но сейчас, видимо, она понимает, что сама себя плохо знает. Обернувшись, фемм заметила, что Шедоу Страйкер уже пятится назад, теряясь в дымке тумана и густо рассеянном поле. Единственное, что осталось от неё, как знак того, что здесь кто-то был – примятая и смещённая от её веса трава. Но вряд ли ночью в туман, так ещё и занятый своими делами, кто-то это заметит. Но не медля больше, Лонер ухватилась двумя манипуляторами за оружие, осторожно перекатываясь назад, что у неё не так чисто получилось, в попытке не отставать от Шедоу Страйкер. Всё-таки сейчас она как никогда согласна с её решением – уйти. Продолжить поиски, а не разжигать новую стычку, из которой с вероятностью почти сто процентов они не оказались бы победителями. С ней-то? Не сегодня. Такими ползками они отступили назад в туман, теряя во мраке ночи автоботов, оставляя их в полном неведении о том, что рядом с ними вообще кто-то был. Как только они вернулись достаточно назад, где их силуэты сквозь пелену не будут видны, десептиконы поднялись на ноги. Теперь им следовало найти способ отыскать других. Лонер недолго стояла в ступоре, сжимая хватку на металле оружия, когда в траве продолжали мелькать капли энергона. Это станет их нитью Ариадны к месту происшествия, ведь если это именно те, кто напал на них... Там уже нетрудно догадаться. Лонер пошла первой, раньше догадавшись идти по следу, но в обратном направлении. Дальше шли они относительно молча. Относительно, потому что никто не отменял редкий всплеск шума, исходящий то от одной, то от другой, но у обеих по разным причинам: Лонер – напрягалась, когда из тумана выплывал силуэт, но беззвучно выпускала воздух, когда это оказывалось всего лишь кустом; Шедоу Страйкер же как будто напрягала другие свои части внутри, часто вертя шлемом по сторонам. И видимо, не безрезультатно: Шедоу Страйкер замерла моментально, но в её движениях не было напряжения – лишь концентрация. От работы процессора гул стал сильнее, и Лонер не смогла не остановиться тоже, обернувшись на командира. Она будто напрягала сенсоры, пытаясь найти что-то – и этим «что-то» были потерянные десептиконы. Но разве всю округу не глушат автоботы, от которых они не так давно ушли? Но ответа, как и самого вопроса, не последовало; вместо этого Шедоу Страйкер сорвалась с места, бросив перед этим лишь один взгляд на девушку. Никаких объяснений ждать и не стоило, вместо этого она дала безмолвный приказ, исчезая. А кто Лонер в этой ситуации такая, чтобы спорить с ней? Тем более сейчас у командира нет причин действовать с излишней опасностью. Поэтому, отпустив голубую нить, по которой они шли, Лонер побежала за ней, на удивление без заминок, не отставая. Хоть оружие в руках стучало о броню, утежеляя и так непривычный бег в таком обличье, это не сильно мешало, когда всё внимание было сконцентрировано на фемме. И, быть может, она бы больше задумалась о себе... Когда-нибудь. В другой раз. – Помехи пропали, – Шедоу Страйкер прервала продолжительное молчание, хотя всё ещё бежала впереди, – Я наблюдаю усиленный повреждённый сигнал десептикона не так далеко. – Сильный, видимо, из-за протечки? Из тех повреждений лил энергон рекой, именно он и усиливал радиоволнения? Так же резко, как и начался путь, он остановился, и Лонер замерла позади той. – Так что сканируй тщательнее.       Но этого не потребовалось. Стоило только приглядеться, как взгляд распознавал среди травы, не очень качественно спрятанную фигуру бота. Тёмный окрас, будь он только им, был бы почти незаметен в зарослях, но пылающий лазурный энергон сиял ярче густой тьмы и бледного тумана вокруг. – ...Это здесь, – глухой голос Лонер, до этого остававшейся долго молчаливой, моментально привлёк внимание командира. Шедоу Страйкер взглянула в сторону привлекшего девушку места, и её багровая оптика впилась в лесную глушь. Он всё ещё жив? Цел? Он ли это? По очертанию очень похож на того потрёпанного сикера, которого она видела в последний раз рядом. Пока Лонер стояла, оглядываясь по сторонам в поисках чёрной тени, Шедоу Страйкер уже оказалась у пылающего пятна на земле. Взгляд девушки прошёлся по белому, чуть более прозрачному туману, не проходящему всю дорогу туда и обратно. За свою жизнь она никогда не наблюдала настолько долгого его присутствия, лишь иногда видя его по утрам и вечерам. И сейчас, как бы с одной стороны прекрасно это ни смотрелось, было не менее угрожающе. Жёсткие антенны на шлеме дрогнули, то ли от измороси, то ли от самих этих мыслей. Лонер опустила оружие, обращая всё внимание на испачканного бота в траве, где уже стояла Шедоу Страйкер, и она поспешила к ней. – Скай Лэнс. Не в лучшем виде, – Шедоу Страйкер обратилась ни к кому иному, как к самой Лонер, – Повреждения серьёзные. Своим ходом не доберётся. Его придётся тащить. Лонер поняла это сама, без слов. Он и в тот раз не мог идти сам, чего же ожидать сейчас, когда из щелей выливалось топливо? Девушка стояла позади, наблюдая, как другая фемм опустилась на корточки, проводя осмотр, на который была способна. Сканер мелькал в темноте, процессоры и датчики щёлкали, выдавая работу. А сикер молчал: ни хрипя, ни мигая окулярами – не подавая ни одного признака активности. Но искра его билась – это чувствовалось по едва слышному неровному гулу, исходящему из самого его существа. Зрелище было ужасающим. Раздробленные стыки брони, почти с корнем вырванная гидравлика у помятой рамы под боком, и всё это густо залито мерцающей жидкостью, глубоко въевшейся в металл, ставшей единым целым с ним. Понятно одно – ему нужна помощь, но есть ещё один вопрос.       Где второй десептикон?