С завязанными глазами

***

- Так вот какую просьбу выполнил Чимин. - протягивает спокойным тоном Юнги, ухмыляясь. Парень останавливается в двух метрах от серебристой ferrari f60 и с неё поднимает взгляды на стоящего рядом с ним альфу, чья рука до сих пор удерживает его собственную. Чон лишь молча пожимает плечами и вслед за собой к спорткару тянет и Юнги. Омега послушно поддаётся и садится на предложенное место автомобиля, когда дверь перед ним открывается и старший, как истинный джентльмен, её поддерживает. Когда оба удобно распологаются на кожаных сиденьях машины, Чонгук, мельков глянув на Юнги с загадочной улыбкой, заводит машину. Громкий рёв разносится в нескольких метрах отсюда. Улицы пустуют, поэтому Чонгук без проблем давит на педаль газа сильнее, разгоняя машину по трассе. Со временем городская суета сменяется одинокой природой. Её красота возрастает вдоль дороги и возможно в дневное время все её окрестности было бы лучше видно. Это позволило бы рассмотреть её удивительные ландшафты. Но ярко освещающая в звездном небе луна направляет яркие лучи на тëмно- зелëные листья высоких пальм, и это тоже является необычный проявленим чего-то по истине волшебно прекрасного. Юнги не отрывает взгляда от окон, улыбается и расслабляется на кресле автомобиля. Чонгук бросает в его сторону нечитаемые взгляды, но ухмылка на его лице говорит сама за себя. Дорога тянулась полчаса, но по внутренним ощущениям, всего пару минут. Чонгук сворачивает в левую сторону от дороги и окончательно останавливает машину. Он вынимает ключи из замка зажигания и посылает на вопросительный взгляд младшего короткий кивок. Понимая его, второй выскакивает из машины одновременно со старшим. Обойдя машину, холодная ладонь вновь оказывается заключена в горячую. В этот самый момент Юнги целиком и полностью доверился Чонгуку: омега не смотрит на путь, по которому они продвигаются, он чувствует приятное обжигающее его маленькую ладонь тепло, сам того не осознавая, задумывается, что хочет однажды подарить такое же тепло альфе. Они преодолели метров двадцать, когда ни одного куста не оказалось поблизости. От непривычной смены обстановки Юнги поднимает изумрудные стеклянные глаза и первое что видит - светло- жёлтый и мягкий песок. Мелкие крупинки рассыпаются под подошвой обуви, но они стоят ещё не достаточно близко к воде, чтобы полностью почувствовать его мягкость. Подняв голову, парень оцепенел. Спокойные голубые волны издают приятный слуху звук. Вокруг ни единого намёка на посторонних людей. Только Юнги, Чонгук и море. Альфа с усталой улыбкой направляется за омегой, что аккуратно достал свою руку из его и медленными шагами пошагал к волнам. Внутренний зверь удовлетворённо мурчит, на душе тепло и спокойно. Чонгук наблюдает за младшим, пока тот опустился на корточки и принялся расшнуровывать кеды. Обернувшись к Чону, тот видит яркую расплывшуюся улыбку на пухлых и чуть покусанных губах. Глаза горят озорным огоньком и немым желанием ощутить температуру воды. Чонгук понимает чужое пожелание без слов, поэтому подходит ближе и, остановившись совсем рядом, наступает носком кроссовок на второй, снимая обувь. Когда две пары обуви одиноко остаются лежать на песке, Юнги впервые первым проявляет инициативу и вкладывает руку в чужую ладонь. Так называемые "бабочки" в его животе бьются своими крыльями о стенки его живота, создают эффект приятной щекотки, от чего парень в несколько раз считает себя сумасшедшим. Чонгук переплетает их пальцы и больше не смотря на чужой профиль, начиная одновременно с омегой приближаться к воде. По телу мгновенно разливает лёгкий холодок, но со временем ноги привыкают к резкой смене температуры, и спустя всё время, что они провели вместе, Юнги первым нарушает тишину: - Как ты нашёл это место? - хриплым, от долгого молчания голос раздаётся в оглушающей тишине. Порыв ветра чуть поднимает чëрную челку, усердно спрятанную под козырьком кепки. - Я в Тайланде не первый раз. - начал говорить Чон. - Мой отец достаточно успешный человек и эта страна особенно понравилась ему из тех всех, где он раньше был. После развода с моим папой он перебрался сюда, освоился и живёт по сей день. Мне было шестнадцать, когда я был у него дома. От скуки решил покататься на одной из его машин и заехал в такие дебри, что едва нашёл дорогу обратно. И в тот же день я остановился на этом же месте, где мы оставили машину. Что-то внутри мне подсказало, что здесь будет что-то особенное. И я не ошибся. - Чонгук делает небольшую паузу, пока Юнги, увлечённый рассказом нелепо хлопает пушистыми ресницами. - Когда я прилетаю в эту страну, все мысли сразу направляются в это место. Сопротивление бесполезно, поэтому я пытаюсь найти свободные пару часов и приезжаю сюда. В произнесённом рассказе нет ничего грустного или трагичного, что могло бы вызвать грусть, но что-то всё же в душе ломается с громким треском и распалается на мелкие крупинки. Глаза застилает пелена слëз, и чтобы не показать свою неожиданную слабость альфе, омега молча подходит к нему и, подтянувшись на носочках, обнимает. Нежно и трепетно. За всë время своего рассказа Чонгук ни разу не упомянул, что помимо него здесь был кто-то ещё. Не значит ли что Юнги это по совместительству первый человек, с которым Чонгук поделился столь деликатной новостью. Возможно он просто не упомянул того человека или сразу нескольких людей, посчитав его неважной информацией. Но вредный собственник внутри Мина хочет думать, что он первый. И надеюсь последний. Чонгук обнимает его так, словно боится потерять. От него приятно пахнет свежестью с кислой ноткой. Тело, почувствовав, исходящее от альфы, расслабляется, напряжённые плечи опускаются и на душе снова тот же уют. Проморгав пару раз, Юнги смахивает с глаз солёную влагу и уткнувшись в изгиб загорелой шеи, тихо произносит: - Спасибо. И сам не знает за что благодарит: за откровенность, за то, что показал своё личное место, за любовь...

***

Сильная хватка на тонкой зелëной ткани, которая служит маскировкой лица, беспощадно срывает её с шокированного лица. Владелец маски вскрикивает и машинально прячет своё лицо в ладонях, тем самым забывшись и давая своему сопернику удобное место для нападения. Альфа не замечает того момента, когда его собственный остро наточенный нож отлетает в сторону, вслед за маской, под стол. Он перехватывает худое тело за тонкую талию и они вместе падают с невысокого дивана. Кобура с пистолетом больно впиваются в бедро, отчего юноша издаёт тихий болезненный стон, бросив на второго злой и ненавистный взгляд. Того забавляет чужая реакция и говорит об этом расплывшаяся на мокрых губах ухмылка. Затылок отдаёт тупой болью, что появилась при его столкновении с полом. Омега выгибает до хруста спину и сгибает ноги в коленях, пытаясь выползти из-под нависшего над ним телом и пристрелить виновника его оторвавшейся миссии в эту же секунду. Но безупречные планы рухнули так же как и он пару секунд назад. Альфа фиксирует его брыкающиеся ноги своими коленями, а руки, что уверенно потянулись к задней части бедра, он ловко фиксирует над головой киллера, сжав его запястья своей ладонью. Когда до омеги доходит, что все его попытки оказались тщетными, он успокаивается под натиском сильного тела над собой и вскидывает подбородок чуть вверх, встречаясь глубокими изумрудными глазами с тëмными, карими. Многие альфы, считавшие его обычным омегой, могли всего раз взглянуть в изумрудные омуты и напрочь потерять рассудок и чувство самосохранения. Каждый пытался заигрывать, подкатить яйца к столь прекрасному и невинному на первый взгляд созданию. Но когда это самое создание с милой и сдержанной улыбкой на губах заламывал им руки за спину и направляла дуло пистолета на висок - каждый мысленно отступал метров на сто. Мозг сразу вспоминал все хорошие слова, а иногда и молитвы, которые каждый шёпотом произносил, вызывая у киллера звонкий смех и ненависть к этому человеку с удвоенной силой. Пытаясь использовать ту самую уловку глазами, омега и на этот раз держит поражение. Альфа над ним сумасшедший наркоман с небольшим шрамом на лице. А зависимость его развивается не в наркотиках, а в быстрой езде на своей ламбо и в убийстве людей самыми изощрёнными способами. - Такое прелестное создание внешне, а внутри настоящая сука. - рычит почти в самые губы парень, а после усмехается и начинает громко смеяться. Бросая в его профиль полные взгляды ненависти, омега снова делает глупую попытку выбраться. - Цыц, куколка, сейчас ты играешь по моим правилам. Он прикасается тыльной стороной большого пальца к мягким губам и размазывает с нижней бесцветный блеск по щеке. Ухмылка медленно переросла в звериный оскал, а хватка на запястьях стала туже. Киллер задерживает стон, пропитанный болью. Короткие ногти впились в тонкую и бархатную кожу. После чужих прикосновений однозначно останутся синяки, которые потом придётся скрывать очень долго. Альфа наклоняется и вгрызается в пухлые губы звериным поцелуем. Больно кусает мягкую кожу до крови и отрывается, когда первая струя алой жидкости потекла по бледной коже. Влажным языком он слизывает её с уголков губ, ловит настоящий кайф от её сладости. - Мудак. - плюёт оскорбление омега, однако не успевает и глазом моргнуть как в его рот снова врываются. Что в нём двигало в этот момент, киллер разберётся позже, когда получит знатный выговор от своего босса. Омега отвечает на поцелуй со своей собственной кровью и ответно кусает губу альфы, злясь ещё сильнее из-за того, что снова вызвал у того смешок. Ноги аккуратно сгинаются, а тело напрягается. Для сброса тела с себя остаётся одно движение и ловкость, но губы неожиданно чувствуют нарастающий холод, а к горлу подставили что-то холодное. Собрав кусочки пазла воедино, омега посылает альфу на хуй. - Тихо, куколка. Я же сказал, сегодня я устанавливаю правила. - хитрая и наглая ухмылка, подставленное к горлу лезвие и алая капля, упавшая на пол.

***

- Снято! На сегодня всë. Всем спасибо, все свободны. - режиссёр выключает камеру и хлопает в ладоши, привлекая внимание окружающих. Стоящие недалеко от него Намджун и Чимин вытаращили и в искреннем удивлении глаза, держа в руках папку с копиями сценария. Джин и Тэхён стоят под ручку в дальнем углу почти не шевелясь. Лишь довольные широкие улыбки выдают их радость, почти что вызывающуюся наружу. И где-то в паре метров от них гаденько хихикает Хосок. Когда прокуренный от сигарет голос режиссёра прозвучал на съëмочной площадке, щёки Юнги залились милым розовым румянцем. Чонгук склонил голову вниз, пряча взгляд за волосами. Но копошение позади всë ещё лежащих на полу актёров усиливается, а до затуманенного разума доносится голос менеджера. Чонгук понимает, что его зовут только со второго раза. Альфа сразу аккуратно встаёт на ноги, стараясь не задеть смущённого омегу. Тихое, но чëткое «Сладкий» хриплым и спокойным голосом. Юнги открывает глаза и видит перед собой протянутую Чоном татуированную руку. Он ведёт бровью с пирсингом вверх, когда замечает как младший бросает косяк на его ладонь, но улыбается, когда он всë же принимает помощь и вкладывает потную ладонь в его, сухую и тёплую. Стоять на ватных ногах получается плохо, но Юнги не подаёт вида. «Я в порядке» - говорит разум. А сердце молчит. Лишь колотится как ненормальное об грудную клетку и не даёт нормально вздохнуть. Чонгук молча уходит, бросив на его лицо мимолëтный взгляд. В особенности на губы, на которых по прежнему ощущаются грубые поцелуи с привкусом сладости искусственной крови. - Отныне я всегда читаю сценарии Хосока. Всегда. - руки слегка дрожат, когда Мин принимает с рук Тэхёна предложенную сухую салфетку, чтобы убрать остатки алой жидкости с лица. - Господи как же это было горячо! Ты и представить не можешь... Хотя если так подумать, то наверное сейчас ты немного... - Тэхён. - останавливает друга Джин, улыбнувшись и кивнув в сторону красного как помидор Юнги. - Он и так сейчас едва не присмерти, а если ты продолжишь то точно инфаркт схватит. Оставшиеся время ни Чонгук, ни его менеджер, на глаза Юнги не попадаются. Омега как в тумане переодевается в свою одежду, собирает сумку с личными вещами и по дороге к выходу из здания, проверяет телефон на наличие смс от родителей. Заинтересованно хмыкает на пару с Джином, увидев смс, где одно агентство хочет заключить контракт о сотрудничестве и снять его в качестве модели на обложку журнала с рекламой духов. Поделившись новостями с менеджером, тот сказал, что решать только ему, а он сделает всë остальное. Омега согласился и отложил телефон в задний карман, решив подумать об этом чуть позже. Сейчас он хочет разобраться в своих странных чувствах по отношению к Чонгуку. Но стоило ему вспомнить альфу как Джин замирает и указывает Юнги в сторону парковки, где стоит знакомая феррари. Но привлекает внимание не машина, а стоящие около неё люди. На лице Чонгука счастливая улыбка, его карие глаза ярко горят, смотря на человека перед собой. Юнги проводит взгляд и сразу начинает корить себя за это. Ведь напротив альфы стоит омега. Красивый омега. Длинные модельные ноги скрыты под на вид дорогими брюками без единой складки. Белая как первый выпавший снег рубашка аккуратно и ровно заправлена в брюки и расстëгнута на две пуговицы сверху, обнажая ровную и красивую шею. Сказать, что именно сверкает под яркими лучами солнца на шее незнакомца трудно, но учитывая его внешность, то там однозначно что-то дорогое и красивое. На лице омеги сдержанная улыбка, но даже она не скрывает всю гамму эмоций, что читается на его лице. В следующий миг Чонгук обходит спорткар и открывает переднюю дверь со стороны пассажира. Омега элегантно садится в салон и альфа закрывает дверь. На секунду Чонгук поворачивается к группе, которая грузит вещи в машины, и встречается глазами с Юнги. Парень подмигивает, ухмыляясь, и его фигура скрывается в салоне. Не проходит и минуты как ферарри скрывается из общего вида. - Он тебе подмигнул, значит дал знак, что этот омега для него никто. Максимум знакомый. - начал анализировать ситуацию Джин. - Я могу растормошить Чимина. Может он знает кто это был. - предлагает помочь Тэхён. - Не стоит. - отрезал Юнги и направился к машинам, чтобы избежать дальнейшее обсуждение. - Я хочу спать. - «и почувствовать его присутствие рядом», осталось непроизнесённым.