— залог успеха.

            Улицы одного из районов Тейвата сейчас заполнены как не были ни разу за день — час пик, люди, словно скот, плелись вдоль улиц группами. Пройти сквозь такую толпу довольно-таки трудно и, если бы сейчас не было бы ограничений во времени, Люмин предпочла бы обойти их, вместо попыток пробраться вперед. Но, к ее великому сожалению, это было невозможно. Остается лишь несколько минут пострадать.             Минуя прохожих, а после и поспешно заворачивая за нужный угол, девушка умудрилась миллионы раз мысленно выругаться на стоящую весь день жару, а также, не самое удачное время для того, чтобы добраться к месту встречи пешком. Пары секунд на то, чтобы отдышаться ей хватило сполна, так что, после очередного тяжелого вздоха, та пошла дальше. Наверное, Чайльд ее уже заждался.             И та была права — Аякс стоял, облокотившись спиной на здание, а также подперев одну ногу к стене. Порой Люмин кажется, что он является ходячей фотомоделью, что всегда готов получится идеально на каждом снимке. И вновь залипает в телефон, неудивительно. Девушка припозднилась. Опоздала.       — Долго стоишь, Мистер «пафос от меня так и блещет»? — Руки сложились на груди, смотря в сторону парня. Тот же, неохотно оторвавшись от своего телефона, взглянул в ответ. И просто смотрел.                          

повисла неловкая тишина.

            И от такого пристального молчаливого взгляда друга становится не по-себе. Неужели что-то успело произойти? Он и вправду разозлен? Да быть того не может. Хоть и такая игра в гляделки в самом начале разговора и вправду заставляет напрячься.       — Прости за то, что поздновато. Возникли непредвиденные обстоятельства. — и глаза отводит в сторону, словно и вправду стыдно за это. А после вновь смотрит на друга, выжидая реакции.             А Тарталья не отвечает вновь, лишь продолжает смотреть. Издевательство. Он вообще хоть когда-нибудь будет более серьезным? Они людей убивают, а не шутят на стендапах про ситуации из жизни и пьянки.       — Да черт тебя побрал, Тарталья, пошел ты нахер со своими шутками. — Люмин недовольно фыркнула, подоходя ближе к парню, становясь к его боку. — Юморист хренов.             И только после этого Чайльд разразился смехом, абсолютно бесстыдно, не сдерживая себя, несмотря на людей вокруг. Боже, что за ребенок?       — Боже, ты должна была видеть свое лицо! Поверить не могу что о, Великая Люми! Начала нервничать!!       — Я клянусь когда-нибудь я бы наняла на твою рыжую голову киллера, либо пристрелила ее самостоятельно. — Люмин ударяет того в плечо, приложив небольшие усилия. Тарталья, все же, стойкий парень, перетерпит. Да и сильно взбесил уж, неудачливый шутник.             Но Чайльд, по вине судьбы, от такого удара спотыкается сам об себя, падает и издает характерный рыбе звук.       — Блять! — Последнее, что услышала девушка.             И на этот раз уже ее очередь смеяться. Боже, не каждый день увидишь такой цирк на ногах. И как он вообще остался жив так долго? Хотя, учитывая тот факт, что его задницу спасает обычно конкретно Люмин... Да, теперь все на своих местах.       — Эй, а помочь? Как не стыдно, я думал мы друзья.. — Тарталья, играя обиженного человека, на этот раз не продержался так долго, как в прошлый раз, поэтому почти сразу залился смехом, пока пытался подняться. Люмин пришлось сделать пару глубоких вдохов, чтобы успокоиться и перейти в серьезный лад.       — Так, все, хватит. — она посмотрела на Чайльда, вновь складывая руки на груди и сбавляя тон голоса. — Пора бы уже выдвигаться, Паймон скинула адрес, не так далеко отсюда. Можно дойти пешком, а Кейя уж подберет нас на обратном пути, об этом я позаботилась.       — Хорошо. — и тот вытер слезы с лица, похлопав Люмин по голове. — Тогда давай поторопимся.             Девушка недовольно что-то пробормотала. Извините, но стоило ли делать укладку кучу времени, если потом какой-то рыжий высокий черт ее все равно растреплет? Ему повезло, что времени на такое больше не было, придется отложить ругань за это на потом, а пока стерпеть.             И вот, те продвигаются, кося под типичных гитаристов с твердыми чехлами за спиной, создают видимость легких, дружеских диалогов и всецело исполняют свои роли. На самом деле, их слова и вправду можно считать обычными повседневными вещами. И Люмин считает, что это потрясающе быть в хороших дружеских отношениях со своим товарищем, за такое долгое время, что те провели вместе было просто невозможно не найти общий язык.             Они поднимаются к крыше, минуя ступени. Девушка идет вслед за Чайльдом, пока тот не натыкается на преграду в лице запертой двери.       — Твою мать! Кто вообще придумал эти тупые замки на чердаки? В них же всё равно никто не поднимается толком. — Тарталья хмурится, а после хитро смотрит на Люмин. Та уже подготовилась к разрушительной идее друга. Особенно после этой его позы, где тот ставит руку на бедро и лыбится. — Может просто разъебем?       — Какой ты жестокий к вещам. — Она тяжело вздыхает, переводя взгляд на Тарталью. — То, что у тебя есть глаз бога еще не значит, что ты можешь громить все на своем пути. Надо взламывать.             Ах, да, глаза бога. Вещь, что и раньше была довольно редка сейчас живет не самые лучшие годы. Никто не знает почему, но со временем любые глаза бога стали все меньше и меньше приходить в этот мир. Возможно, с прогрессом человечества желания людей стали все больше и больше угасать, сталкиваясь с суровой реальностью, а возможно на это были и свои причины. Это просто произошло, а человечество смирилось с этим. Но Тарталье повезло, у того все же вышло получить внимание богов и получить свой гидро элемент в один день.             У Люмин же была совершенно другая ситуация. К великому сожалению, боги не соизволили обратить внимание ни на нее, ни на ее брата. Не сказать, что та была так разочарована этим фактом. Девушка совершенно не видит себя обладателем ни одной из семерых стихий, слишком уж те уходят вразрез с ней. Зато что уж точно было и есть прекрасной способностью так это чувство стихий сиблингов. Раньше данная способность была еще более редкой, чем те же глаза бога. Но, кажется, сейчас они почти на одном уровне. Удивительно.             Но сейчас мы говорим далеко не об этом. Чайльду и вправду сейчас нужно бы использовать «способность чистой воды примерять различные формы» для вскрытия обычного дверного замка. Они убийцы, а не вандалы, все-таки. После того, как те справились с этой задачей, вперед идет Люмин. Тут-то ее чувство стихий по-большей части и являлось нужным. Обстановка становилась яснее, делая все неживые и ненужные вещи серыми, не отвлекающими внимания. Живые объекты в поле зрения слегка светлее, а элементальные следы и вовсе ярко видны. Если они здесь есть — готовься к опасности, а уж с обычными людьми справится было куда легче, поверьте им.             — Как там? — Люмин молчит, чувство стихий активируется лишь на пару секунд, долго в таком состоянии находиться невозможно. Но местность, насколько та увидела была вполне безопасной. Конечно, лишний раз пройтись было неплохо, но... Та потрясла головой, приходя в себя.             — Все чисто. Можем идти.             Они проходят вперед, все еще недоверчиво оглядываясь по сторонам и после направляются к краю. Перекинувшись парой слов было принято решение, что все же стрелять будет Люмин, пока Чайльд стоит на стреме и прикрывает. Вздохнув, девушка принялась устанавливать винтовку, порой оглядываясь и сама.             У семьи Камисато, как и в целом компании Ясиро, сегодняшним поздним вечером намечался банкет с ограниченным кругом лиц. Но сейчас их совершенно не интересовало само мероприятие, только лишь человек, что помогает в его подготовке. Тома — давний и преданный работник, его работа связана с маркейтингом и все дела. В данные строчки небольшого досье та не сильно вчитывалась. Первых признаков и внешности вполне хватало.       — Слушай, Аякс, а у тебя появился конкурент. — на лице Люмин появилась легкая ухмылка. — Наша цель тоже рыжий и высокий мужчина, может мне лучше его в напарники взять? Уверена, никто и разницы не заметит.       — Ну, к примеру что ты ему скажешь? Вот так придешь и лично предложишь ему заниматься грязной работой? Ах, какая же ты всё-таки жестокая. — И вновь Чайльд включает режим актера, хлопает ресницами и дуется. Люмин отрывается от винтовки, чтобы посмотреть на это представление. — Я думал мы такие хорошие напарники... А ты так просто хочешь меня променять.. — Обнимает себя руками, королева драмы подворотней.       — Он как только увидит с кем я работаю сразу согласится, ему меня жалко будет. — Люмин пожала плечами и положила свою руку под подбородок, поддерживая свой хитрый настрой. — Еще и похвалит, что так долго терпела тебя.       — Посмотрим как ты с трупиком болтать будешь после нашего задания, а пока довольствуйся тем что есть. — Его голос под конец упал, словно тот взгрустнул. Люмин даже хотела сказать что-то поэтому поводу, но тот успел подойти и растрепать ее голову. Вновь испортив ее прическу. — Чисто, можем начинать.       —Да ты... да ты... — глубокий вздох, Тарталья прав, пора начинать. Люмин, держи себя в руках. — Если бы ты знал сколько времени тратится на их укладку. Я тебе это припомню.             И только после этого девушка уже пытается разобраться с позицией винтовки, наблюдая за передвижением людей. На самом деле, здание довольно близко от места, где проводят банкет. Повышается вероятность обнаружения, но также и удобнее стрелять. Тома как на ладони, вокруг него кружится пару людей, разглаживаются скатерти и укладываются салфетки. Тот что-то говорит, а после в помещение проходит девушка и пара других лиц. Охрана. Неудобненько. Сразу после выстрела потребуют подкрепление и их могут настигнуть не в самый лучший момент. Придется немного подождать. А пока не смыкать глаз и держать курок, на случай, если что-то пойдет не так.             Упустить Тому было нельзя, сейчас уж слишком хорошая возможность. Но девушка с охраной портит ситуацию. Те стоят, по-дружески общаясь и смеясь. И у Люмин на секунду в голове промелькнула мысль, что это будет последний человек, с которым тот пересекается живым. Что-то внутри предательски защемило, а сама она фыркнула. Нельзя о таком думать на работе, запрещено. Отвлекает.             Но, кажется она уж слишком глубоко ушла в свои мысли. Потому-что на ее плечо неожиданно падает рука друга и слышится резкое «Люмин!». Слишком резкое.             Тело невольно вздрагивает, нажимая на курок и совершенно сбив винтовку с прицела. И прежде чем та начинает покрывать матами Тарталью понимает, сразу же прячется за стенку.       Она выстрелила.       — Пиздааа... — Послышался протяжный полустон от девушки, та только через пару секунд поняла, что нужно спрятать за стеной и Тарталью и схватила его за предплечье. — Уверена, тебя заметили. Мы промахнулись. Валим. — голос максимально напряжен, предложения от такого идут максимально сухо и по смыслу.       — Блять. Блять, блять, блять, блять. Этого еще не хватало. — И тот схватил сумку, что лежала не так далеко. — Собирай вещи, я пойду проверю как снизу. — И он и вправду побежал. Со всех ног.             Люмин, быстро как только может, пытается уложить винтовку обратно в кейс. Руки трясутся, очень уж не вовремя все пошло не по плану. Как же она в этот момент проклинает судьбу. И как только та собрала, то помчалась к выходу. Только спустя пару ступенек вернулся ее ясный разум и холодное мышление. Так. Прошло уже достаточно времени, так ведь? Значит, к ним явно уже мчится охрана, для полиции еще слишком рано. Они бы не успели. Тарталья вышел, его не слышно в подъезде. Он на улице. Ассоциативный ряд прекрасный, конечно, Люмин, но что это тебе дает?             А Люмин это дает то, что нужно вытаскивать пистолет и не маять голову всякой хренью. И как только спускается понимает — не зря. Аякс стоит, с вывернутой рукой и в окружении двух мужчин. Его нельзя оставить одного ни на одну минутку. А в такой ситуации он бы вообще был трупом.             Выстрел. Второй. И Чайльд, стоит и придерживается за свою руку. Говорит сквозь зубы, больно. Ну что за несчастье?       — Ну и долго же тебя заняло. Это у вас у всех девушек так? — О, да, это же идеальный момент для шуток. Тарталья в этом профессионал, как никак.       — А ты, как я вижу, себе гарем собрал? — Та посмотрела на него с неким укором, хоть и ответила шуткой. — мог бы и поблагодарить. Я бы спросила что у тебя с рукой, но нас быстрее повяжут, если мы прямо сейчас не выдвинемся к машине.             И, как по зову, после этой фразы к ним подъехала машина, водитель которой кричал о том, чтобы те прыгали в нее. Не последовать этому было нельзя — скоро прибудет полиция, если клан Камисато все же сочтет нужным ее вызвать. Хотя может те и подомнут ситуацию, ради отсутствия скандала.             Музыка ударяла в уши, мысли сбивались, а порыв злости от произошедшего еще не прошел. В итоге, та не выдержала.       — Кейя, я понимаю, что ты любишь фонк. — вздох, тяжелый и очень раздраженный. — Но сейчас мы в ситуации «скройся или нам порвут зад», будь хорошим человеком, выруби и едь на полной скорости. Отобьемся от хвоста, отвезешь нам домой и можешь слушать свой фонк хоть двадцать четыре на семь, мне плевать.             И ведь Кэйя послушал, единственный адекватный человек, что понимает когда время не до шуток. Люмин кивает ему в ответ, тем самым поблагодарив. Он, конечно, бывает когда ведет себя как Тарталья с его юмористическим настроем, но не сейчас. Потрясающе. За такое и поблагодарить не грех.             И они ехали. Приличное количество времени, должны были уже подъезжать к их дому, как Тарталья задается вопросом:       — Ну и что дальше?...       — А дальше. — подъехали. Вовремя. Девушка выходит из машины, ее друг тоже пытается, но та в момент его останавливает, запихивая обратно в машину. — А дальше Кейя везет тебя в травмпункт, а я иду домой и отдыхаю, после чего думаю как нам решить эту проблему. Напишешь мне. — и та закрывает дверь перед его носом быстрее, чем тот успевает что-либо сказать, подав Кейе знак, чтобы тот начал ехать.             Люмин машет на прощание рукой, не совсем уверенная, что это вообще кто-то видел. Но, факт прощания был, Тарталья ей потом ничего на этот повод не скажет. К тому же, это для его собственного блага.             И та открывает ключами дверь, проходя в подъезд и поднимаясь на нужный этаж. Боже, как же она устала. Руки машинально открывают ключом дверь и она заходит в квартиру, включает свет и сразу направляется в спальню. Больше нагрузки она сейчас не выдержит.             Но в итоге, она и Тарталья имеют то, что тот скорее всего на первое время уходит из дуэта по причине проблем с рукой, заказ не выполнен, да еще и знает, что за ним ведется охота и теперь ей придется решать все это одной. До конца, даже если к тому времени с Тартальей все будет впорядке. Они его видели. Потрясающе. Да что вообще из себя представляет семья Камисато? Люмин становится интересно.             И та вместо лишних пары часов сна ищет информацию. Про всех. Про статус, про членов семьи и близких друзей. И ведь находит.             Компания Ясиро — одна из трех главнейших компаний района Инадзума, что находится под управлением семьи Камисато, быть точнее, братом и сестрой, что получили ту в наследство уже несколько лет. Агентство Сюмацубан также принадлежит им.             Открыв фотографии семьи с интервью Люмин невольно остановила взгляд на младшей дочери компании. И только через пару секунд осознает, что это та самая девушка, что говорила с Томой. Становится интереснее. В голове созревает план, который вполне может сработать. И девушка на минуту сочла себя гением.

Время втираться в доверие. Они обязаны завершить этот заказ.