Вампир, что устал

      Стояла осенняя прохлада. Каждую ночь последние несколько дней Мэттью Вонг проводил на безлюдном Брайтон-бич, пытаясь решиться на последний, самый сложный шаг. Вот и сейчас он направлялся туда же, на своё уже ставшее привычным место. Была глубокая ночь; полная луна сияла в небе над ним — только в такие моменты полного одиночества Мэттью мог не скрывать своей истинной натуры.       С удовлетворением он снял с зубов капу, предназначенную для сокрытия клыков(под давлением капы клыки вгонялись в десну, где находится дополнительное место для них; большинство вампиров умеют скрывать их самостоятельно, но некоторые, как Мэттью, оказались лишены этой способности), и отбросил её в сторону. Подхваченная ветром, пластмасса тут же вернулась и прошла мимо лица парня.       Дойдя до пляжа, Вонг уселся на золотом песке и устремился взглядом в морскую даль. Лунный свет отсвечивался лёгким поблёскиванием на металлических пуговицах(он никогда их не застёгивал) кожаной куртки парня. Под курткой была белая оверсайз футболка; на ногах синие кроссовки и серые джинсы.       Когда Мэттью уже хотел вставать, к нему подбежал ньюфаундленд золотистого цвета. Желания убегать у парня не появилось, а произошло ровно наоборот — собака вынудила его остаться и ещё немного посидеть у моря.       Пёс опустился на колени к новому другу; Вонга это развеселило, о чём говорили широкая улыбка и рука, гладившая животное. — Жаль, что я не могу также жить. — в уголке правого глаза у парня показалась слезинка; улыбка при этом не уходила с его лица — Хотел бы я тоже стать собакой, ты не представляешь. — он грустно вздохнул — Так не пришлось бы убивать других, верно? И всю жизнь прятаться тоже не пришлось бы, да? А ведь и хозяева есть — будут играть с тобой, гладить, — прямо как я тебя сейчас — любить…       Пёс сочувственно взвизгнул. — Ох, вот я теперь и тебе испортил настроение, да? — на секунду Мэттью взглянул на Луну, после чего перевёл взгляд обратно на животное у себя на ногах. — Ну прости меня, столько лет хотелось высказаться кому-нибудь. А ведь и некому… Не знаю даже, как я не догадался завести питомца за это время. Хотя знаю — его было бы слишком сложно перевозить по квартирам, городам, странам, а иногда и континентам, которые мне приходится менять почти каждый месяц из-за убийств… Что ж, ты, как и твои братья, не выдержал бы такого стресса. — он продолжил гладить пса — Но, раз уж ты здесь, то не окажешься послушать мои рассказы? — глаза собаки завораживали Мэттью — Даже не знаю, с чего начать… Ну, давай для начала поговорим о переездах. За последние полгода, например, я побывал в Мадриде, Флоренции, Аризоне и Калифорнии. Ну и сейчас я в Нью-Йорке. Но и в этом не главная проблема, — в конце концов, это можно было рассматривать, как путешествия, от которых тоже была бы усталость, но не такая сильная — а в выплывающих отсюда последствиях, таких, как невозможность дружбы с кем бы то ни было, не говоря об отношениях. Конечно, у некоторых вампиров удаётся настолько хорошо скрываться, что они женятся на смертных, дружат с другими людьми и даже всю жизнь проводят в одном месте. Не понимаю, как они это делают, если честно. А может, просто проблема во мне и я не смог социолизироваться, не знаю. Да и не особо важно, если честно: проблема от этого не решается.       На секунду Вонг замолчал, отвлекшись на морскую гладь. — А вторая проблема — борьба. Несколько раз уже на меня выходили полицейские, из-за чего я был вынужден убить их. Один раз мне прострелили лёгкое, в другой — гранатой разорвали полноги. Что сказать, было больно — ньюфаундленд грустно запищал и облизнул ногу Мэттью, которого это рассмешило. — Не та нога, — смеясь, произнёс он. — да и вообще — уже и следов не осталось. Вампирская чудо-регенерация спасла меня. И… — выражение его лица стало более встревоженным и грустным. — Последнее, наверное, это — убийства. Я не получаю удовольствия от убийств, хотя и испытываю ненависть по отношению к многим людям. Конечно, я могу не выпивать всю кровь, а лишь часть, но на самом деле это приведёт к ещё худшим последствиям. О чём я? Ну смотри, пёсик, у жертвы на шее, или с любом другом месте, останутся следы от укуса; также и с памятью — человек не забудет ничего из произошедшего. И, конечно, с единичным случаем ничего ужасного не произойдёт: только несколько мракобесным газет и телеканалов осветят это, но, если случаи будут повторяться(а они должны, учитывая необходимость частного поедания крови для выживания) начнутся настоящие телодвижения и со стороны правоохранительных органов. Пить кровь у трупов? О, я пробовал — никогда в жизни не пил ничего хуже на вкус. Да и чёрт с ним, со вкусом, но и пищевая ценность такой крови максимально приближенна к нулю, что я и сумел понять на себе. — собака вновь грустно пискнула — Да. Как-то так грустно всё и выходит, к сожалению. — он наклонился лицом к собаке — Спасибо, что выслушал, приятель. За мной будет должок. — произнёс он, подмигнув животному.       В эту секунду за спиной Мэттью послышался женский голос: — Аурум! Вот ты где! — закричала она радостным голосом, пытаясь перевести дыхание, ставшее обрывистым, видимо, после приличных по длительности поисков.       Аурум тут же поднялся с ног Вонга и бросился к хозяйке. — Значит, его зовут Аурум? — произнёс Мэттью, обернувшись к девушке лишь после окончания фразы, чтобы не показывать клыков.       Зелёноглазая блондинка в брюках и рубашке протянула парню руку. — Оливия. — девушка мягко, но уверенно сказала своё имя. — Мэттью. — он пожал руку и ответив, стараясь полностью не открывать рта; отвернуться теперь не получилось бы. — Мэттью. — Оливия повторила имя собеседника так, будто бы записывала его в блокнот или контакты в телефоне, но ничего такого не было и её руки оставались свободными. — Приятно познакомиться. И спасибо за то, что посидели с Аурумом, — она взглядом указала на ньюфаундленда, тёршегося теперь об её ногу. — вечно убегает. — она усмехнулась, обнажая зубы идеального белого цвета. На секунду Вонгу показались два клыка, на что Мэттью не обратил внимания. — Не за что. — всё ещё не открывая полностью рта, сухо ответил парень. — Он мне помог больше, чем я Вам. — Да? Что же такого он успел сделать? — с неподдельным интересом спросила Оливия. — Выслушал. — он улыбнулся, но голос прозвучал серьёзнее, чем во время предыдущих фраз. — Вот чёрт! — девушка взглянула на время на наручных часах — Простите, Мэттью, нам пора возвращаться домой. — Конечно, все хорошо.       Девушка с собакой отошли на десяток метров к дороге, когда Мэттью встал с песка и направился к морю. Оказавшись по пояс в воде, вновь раздался женский голос, но теперь с куда более серьёзным и властным тоном: — Ты, наверное, не знаешь, но у вампиров есть особый запах, который способны чувствовать некоторые животные, как собаки, и другие вампиры, если они не недавнорождённые. — не оборачиваясь, произнесла Оливия. В ответ Мэттью выбежал из воды.