Июль месяц, а значит время пирогов!

— Ну, чем сегодня порадуешь? Ко мне вечером соседка придёт, — бабушка медленно кивает головой, будто рассказывает страшную тайну, — а я немного проболталась, что внучок приехал, — «Проболталась» – это пересказала всю его биографию от начала до конца. Тэхён цыкает. — Тогда мне нужно наготовить побольше. Ты же хочешь её удивить? Точнее, ты хочешь похвастаться, что у тебя такой вот внук молодец, — бабушка тихо смеётся в кулак и закатывает глаза. — Раскусил. Что по плану в меню? — Думаю, что-то ресторанское она не оценит. Будем готовить по-вашему: традиционно борщ, салатик, компот и пирог на закуску. — Ты и пироги печь умеешь? — Тэхён кивает, откладывая книгу. Нет, ну бабушка постаралась на славу! Сегодня он хотел немного отдохнуть, погулять вечерком. А тут соседка нарисовалась. Тэхён у бабушки теперь главный повар. Он закончил университет на шеф-повара и теперь собирается открыть ресторан. Но перед тяжёлой жизнью и работой Тэхён решил наведаться к бабушке в деревню, так сказать, отдохнýть. Но теперь, скорее отдóхнуть. Бабушка уже неделю «оценивает его навыки». Приехав сюда, Тэхён думал, что его тут откормят так, что все занятия в зале станут насмарку, ведь бабушка в покое не оставит и будет тыкать ложкой с последней каплей супа даже с пеной у рта. Но выходит так, что это Тэхён откармливает бабушку, а не наоборот. Хвалит и дед, а когда бабушка доедает и уходит прилечь, он тихо говорит о разнообразии, и что его желудок отказывается принимать бабушкину еду. Тэхён отвечает грозным взглядом, бабушку он в обиду не даст. Только вот она самоучка, а Тэхён учился аж в университете — кстати, так она заставляет его идти на кухню. Это всё немного выматывает, но нужно привыкать. В собственном ресторане работа ждать не будет, тут не пройдут отговорки «Не хочу». Но пока ресторана нет, а значит нет и забот, и можно расслабиться, но тут вырисовывается соседка. Тэхён, честно, парень терпеливый (а в готовке это важно), но он не может не проклинать эту старушку. Соседкой называть он её не будет — сельские очень странные: они могут называть друг друга соседями, при этом живя на совершенно разных улицах. Это как вообще? Бабушка рассказывает, что гостья придёт ровно в шесть, после работы. До шести вечера ещё ого-го: целых три часа. Тэхён бы полежал, книжку почитал, телевизор с плохим сигналом посмотрел, но нет. Вставай теперь и шуруй готовить борщ, который наобещал.

***

Борщ готов. Обычный сельский борщ, но на порядок вкуснее. Салат — легко. Тэхён может сделать его в самом конце. А вот пирог и компот — нет. Из чего Тэхён будет это делать пока не решил. Спросив у бабушки, что у неё имеется в арсенале, он выбирает хороший вариант — малину. Она как раз сейчас поспела. Но её ещё предстоит собрать. Бабушке с дедом забот хватает, так что они ещё до приезда внука решили, что отдадут малину ему. Всё же Тэхён её любит: красивая, большая, кисло-сладкая. То, что нужно! Но он не сказал бы, что малина — его любимый фрукт. Корзиночек у бабушки не нашлось, так что она дала огромную чашку. Где малина Тэхён и сам знает: в детстве он часто бегал на огород и рвал с друзьями ещё неспелую малину, а после кривился из-за кислоты. — А заросла она как, — бурчит под нос Тэхён. Кусты малины сплелись воедино, создав из себя нечто. Её бы и правда стоило подстричь, нет, даже не так… Стоило бы вырвать половину кустов к чертям. Урожай внутри жалко, до него не доберёшься: малина царапается, а ещё там куча всякий жуков-пауков. Тэхён их всей душой ненавидит. Когда же он доходит до самих кустов, которые в близи кажутся ещё гуще и ещё страшнее, то видит, как кучка подростков убегают. А в руках у них… полные жмени малины! Тэхён даже брови недовольно вздёргивает. Как это, чужую малину? С той стороны, где стояли дети, малины нет от слова «совсем». Она неровно оборванная: где-то на усиках остались ещё бордово-розовые шарики, где-то ягоды оборванны прямо с ветками. Да как им не стыдно мало того, что рвать чужую малину, так ещё и так неаккуратно?! Тэхён со всем осторожен, а с чужим — тем более. Он никогда, даже в детстве, не позволял себе такого. Что за дети пошли? Видно, они приходят сюда уже не раз, ведь оказывается, что нет даже больше половины ягод. Практически всю наружную сторону, кроме стороны, которая видна хозяевам они оборвали. До внутренней Тэхёну не достать. Ох, главное, что бы на пирог хватило, компот у них имеется ещё вчерашний.

***

— Ух, какая красота! — восклицает бабушка, когда Тэхён при ней достаёт из духовки пирог. — Только вот ягодок маловато. — Да у вас пол малины нету! Снаружи какие-то дети поели, а внутри я не достану. Ты хоть знаешь о том, что у вас малину воруют? — хмурится. — Знаю-знаю, — а для убедительности бабушка кивает, — Это детки с нашей улицы. К бабушкам поприезжали, а их бабушки ленивые-то! Малину садить не хотят, нет у них времени. Вот детки и приходят. Пусть едят. Знала бы, что ты приедешь и заделаешь нам пирог – ни за что бы не позволила, а так… Ну, как есть, — на недовольно-вопросительный взгляд она грубо хмыкает: — Ой, не смотри на меня так. Будто сам таким не был! Вот я помню, как вы у соседа яблоки воровали. — Мы были маленькими совсем. Десять, ну одиннадцать лет. А эти, — Тэхён махает рукой, указывая в сторону, куда воришки побежали, — Взрослые люди уже, ну! Им же точно больше пятнадцати. Да их даже детьми не назовёшь. Я бы даже не сказал тебе, если бы это были дети. Ну дети, они и в Африке дети. А тут… подростки! Скоро школу заканчивать, если ещё не закончили, а они так подло крадут чужую малину. Что за наглость? — Намекаешь на то, что они взрослые? Уж лучше пусть в пятнадцать-шестнадцать малину воруют, чем слишком взрослыми себя считают, — бабушка одаривает внука саркастичной улыбкой, а тот на это хмурится и отворачивается, сжимая челюсть. — Я не считал себя в пятнадцать слишком взрослым, — тихо, стыдливо. — Никогда не слышала, чтобы они, как вы, бегали и кричали тут ночью. И на сеновалы, — старательно выделяет бабушка последнее слово, — они тоже не ходят. — Подождём до августа, пока они освоятся, — Тэхён демонстративно уходит от бабушки, как и от разговора. А бабушка явно довольная тем, что внука удалось смутить, напомнив о его не очень святом «переходном возрасте». О, Тэхён тогда так шалил, а сейчас серьёзным стал до жути. Не узнать былого заводилу всех сельских подростков!

***

До вечера Тэхён сидит и читает книжку в «своей» комнате. Кстати, не забывает вспомнить прошлое. Он часто ездил сюда в детстве и в юности, был ещё тем весельчаком. Классно было, не поспоришь. А было, как вчера. Будто вот прямо вчера вечером Тэхён бежал на сходку возле реки со стыренными бутылками пива, а сегодня он закончил университет и начал познавать все прелести взрослой жизни. Дай ему шанс вернуться в то время, когда ему было шестнадцать — он бы не раздумывая согласился прожить ещё одну подростковую, безбашенную жизнь. Когда стучат в двери, то бабушка первая рвётся открывать, отлипая от телевизора и скучных новостей. Хотя никто, кроме неё, и не собирался идти. В основном приходят к ней, в редких случаях — к деду, и совсем не приходят — к Тэхёну. Буквально потому, что его здесь никто не знает. Точнее, всё-таки знают: по деревне быстро поползли слух о внуке бабушки Ким, который кончил (как любят говорить старики) университет на шеф-повара. Но вот близко всех этих бабушек и дедушек Тэхён не знает, он в детстве только гулял с их внуками, и целый день на улице. А сейчас все «дети» его возраста давно в Сеуле, с некоторыми Тэхён даже до сих пор общается, так что не с кем ему тут больше тусоваться. — Ой, сейчас-сейчас накроем, — радостно щебечет бабушка. Тэхён всё-таки надеялся на то, что это не важно кто, но только не эта соседка. Они выносят пластмассовый стол (приобретённый как раз для таких случаев) на улицу, а после Тэхён его быстренько накрывает. Соседка хлопает в ладоши и тепло улыбается, когда ей подают традиционный борщ. Хвалила она и салат, прося у бабушки сорвать хоть несколько её вкусных помидоров. Бабушка никогда не была жадной и учила этому внука, поэтому Тэхён любезно отвечает за бабушку, что позже принесёт. А свой борщ точно получился неплох. Сам себя не похвалишь — никто не похвалит, так привык думать Тэхён, но его хвалят буквально постоянно. — А это мой внучок, — говорит бабушка Чон (как выяснилось), поворачиваясь в сторону ворот. — Вы же не против, чтобы он с нами пообедал? — бабушка с дедушкой быстро мотают головой – не против, а Тэхён пожимает плечами, всем своим видом показывая вежливое безразличие. А «обедать» потому что бабушка Чон на работе не ест. Да, она ещё работает. К столу быстрым шагом подходит совсем юный парнишка. Здороваясь с бабушкой и дедушкой Тэхёна, он присаживается на свободный стул (его освободил дед, а сам пошёл за ещё одним), но не здороваясь с самим Тэхёном. Его бабушка просит насыпать и ему «прелестного», как она выразилась, борща тоже. Тот долго опирается, но когда бабушка Чон окидывает его грозным взглядом, то он молча соглашается, поджимая губы. А ещё Тэхён слышит тихое «Да у грязи, наверное, вкус лучше, чем у его борща». Обижается ли Тэхён на такие высказывания? Нет, ему абсолютно всё равно, что там про него думают другие, тем более — чужие… Да, обижается. Поэтому ставит тарелку с громким цоком на стол, смотря безразлично-спокойно, а после вообще не смотря. Вот же чудо. Что-то там бубнил про «грязь, не вкусно», а сам вон уплетает за обе щёки, при этом ни разу не взглянув Тэхёну в глаза. Это вызывает издевательскую улыбку, которую этот чудик точно заметил. Нахмурил брови из-за этого, надул щёки и прикусил губу. Прям злой тигр! Если уже на то пошло, то тигр — явное преувеличение, скорее кошка, или даже котёнок. Сколько этому чуду? — Спасибо где? — бабушка Чон не кричит, спокойно спрашивает, но строгим тоном. Тэхён выжидающе смотрит на парня, точнее мальчика, а тот закатывает глаза и тихо благодарит. — Вкуснотища, да? — хлопает она его по плечу. Тот быстро кивает, лишь бы от него отстали. — А Тэхёни же пирог ещё испёк! — заявляет бабушка, усмехнувшись. «Тэхёни» отправляется за этим самым пирогом. Скрываясь из виду гостей, он демонстративно закатывает глаза и сжимает губы в полоску. Этот ребёнок его бесит. Ещё и смеет что-то бурчать, когда его тут забесплатно кормят! Тэхён просто не в себе от ярости. Возвращаясь уже с пирогом, он слышит правильные слова не только от бабушки Чон, но и от своей, специально сбавляя шаг, чтобы послушать: — Ты чего это? В гостях так себя не ведут. Не вкусный борщ у него, ага. На себя посмотри, ты-то даже яичницу себе не пожаришь, — это бабушка Чон на внука рычит. — Вот-вот, — а это сунет нос бабушка Тэхёна, — Мой Тэ старался, а ты… Вот как скажу деду, что вы его малину обрываете – не поздоровится, — для надёжности она даже показывает кулак. Тэхён смеётся. Ни за какую малину никто никому «не поздоровится» делать, конечно же, не будет. А паренёк действительно испугался и покосился на деда, который делал вид, что не услышал, сидя уже на лавке возле. — А вот и пирог, — говорит Тэхён прежде, чем всё-таки парень открывает рот, чтобы что-то сказать. Вот его мнение Тэхён точно учитывать не будет. — Ух, какой красивый! Я таких ещё не видела, — бабушка Чон одобрительно кивает головой, а её внук закатывает глаза, снова бубня себе под нос «Обычный пирог, точно не вкусный». Бабушка Тэхёна несётся за компотом, а бабушка Чон продолжает нахваливать Тэхёна под громкое цыканье парня. Хвалила за то, что наготовил всё сам, хвалила за то, что не ленится, хвалила за то, что вкусно. Тэхён с благодарностью принимает комплименты, часто поглядывая на недовольно парнишу, который когда не смотрит Тэхён, смотрит на него уж больно недовольным взглядом. Когда его всё же ловят за поглядыванием, он смущённо опускает голову, смотря только боковым зрением. — А вы тут каждый день пироги печёте? — интересуется бабушка Чон. А бабушка Тэхёна опережает его, говоря прежде, чем он открыл рот: — Конечно, Тэхён очень хозяйственный парень! Бабушке каждый день печёт её любимые пироги. — Как я всегда говорю: июль месяц, а значит время пирогов! — смеётся Тэхён. Ух, бабушка! Хвастунка ещё та, но ей повезло, что Тэхён тоже не прочь немного повыёживаться. — Ух, ты! Молодец. Вот откроешь свой ресторан, — бабушка Тэхёна и про это ей рассказала? — буду первой клиенткой! — А ваш внучок чем планирует заниматься? — о, Тэхён с бабушкой на одной волне. Ему тоже хочется узнать, чем же планирует заниматься этот недовольный парень, который до сих пор «тайно» поглядывает на него. — Ой, да ни чем! Дома сидит, с друзьями играет. Не заставишь ничего сделать, представляете? — Тэхён себя в таком возрасте помнит: тогда ему было точно не до помогания. Даже не смотря на совсем малю-ю-юсенькую неприязнь, он решает заступиться за парня: — Да пусть гуляет. Молодость-то одна. Успеет ещё поработать, а вот погулять – нет. — Правильные слова, — поддерживает его бабушка Чон, — Но помогать всё же надо. А этот парень всё ещё смотрит на Тэхёна, не моргая. Ух, как на него подействовал подвиг! Смотрит, взгляд не отводит. В его глазах Тэхён точно вырос до звания «Герой». Не удерживаясь, Тэхён моргает ему, а тот наконец смущённо отводит взгляд. В этом обычном моргании было заложено много, но вот понятного только им. — Ой, пирог-то вкусный. Не ела ещё такого, а сама не спеку, — Тэхён сразу понял, к чему она клонит, — Позовите меня и завтра на ужин? — Да мы завтра заняты на целый день, есть, думаю, не успеем, — он говорит за бабушку, которая как раз не прочь ещё раз похвалить внука в чужих глазах, — Может, я Вам пирога вечерком занесу? — Ну можно и так. А её внук только закатывает глаза.

***

— Уж лучше я ей просто его отнесу, — Тэхён указывает на пирог, — чем снова целый день буду готовить. — Ну, как хочешь, — пожимает бабушка плечами. Тэхён садится рядом с ней на стул и вздыхает. Та через несколько минут снова заговаривает: — А хороший мальчик, да? — Какой? Её, что ль? — на бабушкино кивание он только кривится, — И что в нём хорошего? — А ты его защитил просто так, да? — лукаво щуриться бабушка — Я его не защищал, — Тэхён говорит это с важным видом, поднимая вверх палец, — а просто вспомнил себя в его возрасте. — Ага, ты тоже ни черта не помогал. Хорошо, что сейчас вырос и больше не бегаешь там, — Тэхён даже боится предположить, где это «там». — Ну, а мальчик и правда ничего такой. Хорошенький на вид, совсем ребёнок ещё. Помню тебя таким, — бабушка тихо смеётся. — Лучше забыть, — кривится с улыбкой. — А зовут его хоть как? — А я знаю? У него и спроси. — Вот ещё, — фыркает, — Нечего делать мне больше, чем с малолетками возиться. — А ты все прелести жизни расскажи, и он станет чуть старше, — Тэхён на это только протягивает «Фу, ба». Вечером, как и обещал, он направляется к дому бабушки Чон. Где он находится ему объяснили и рассказали всё до мельчайшей детали, чтобы он точно не перепутал двор. Что ж, дом у них красивый, но не красивее бабушкиного. Чисто, ухоженно — всё, как нужно. Тэхён не стучит, потому что в ворота стучать бесполезно, а сразу проходит внутрь. Войдя, он сталкивается с белобрысым котом, который разлёгся на всю дорогу, а после и с внучком, который куда-то собрался идти, наверное, к друзьям. — О, — кривится тот, — ты ещё здесь зачем? — Я же пирог бабушке обещал, — Тэхён приподнимает руку, демонстрируя пакетик, в котором находится тарелка с пирогом. — А бабушки ещё нет. — Тогда на, — протягивает. Парень раздражённо его оглядывает с ног до головы, а после вздыхает и несёт пирог в дом. Быстро возвращается назад и бежит к воротам, а Тэхён за ним. — Куда-то идёшь? — Тебе какое дело? — Интересно? — они выходят и идут по улице. Тэхён не знает, где сейчас проходят их сходки, но раньше нужно было идти вниз. Сейчас они идут наоборот, то есть, наверх. Дом Тэхёна как раз там. Вздыхая, он продолжает: — Как зовут тебя? — а в ответ полный игнор, будто вопроса и не было. Тэхён хмыкает, весело поглядывая на парня. — Чего тебе так смешно? — Ты такой ути-пути, когда злишься. Я же вроде тебе ничего не сделал, почему ты так со мной? — Ой, типа тебя это задевает. — Так как тебя зовут? Ответа Тэхён так и не получает. Идут они совсем недолго: минуты три, а всё это время тот молчит. Но иногда поглядывает в сторону Тэхёна. И это не скрывается от глаз последнего. Он специально смотрит тогда, когда и парень, чтобы немного засмущать. Всё же смущается тот красиво. Стоп, что? Хотя… Да, красиво. Как ребёнок дует щёчки, и это придаёт его образу невинности. — А у тебя девчонка есть? — ну Тэхёну и правда интересно! Только вот на что он рассчитывает, если тот даже имени своего не сказал. — А тебе какое дело? — Значит, нет. А хочешь? — Не хочу. — Ой, не хочет он. Все хотят. Если не сейчас, то позже. — А у тебя? — ого, это огромный шаг на встречу! Тэхён довольно лыбится. — Нету. — А хочешь? — Не очень. — Ты же сам говорил, что все хотят. — Ты хоть целовался? — Тэхён совершенно игнорирует его вопрос, чем вызывает полное раздражение. А после и смущение. — Снова нет? Вообще ни разу? Парень, да ты такое теряешь! — А ты у нас любитель пососаться? — хмурится. — Ага, — не скрывая, кивает, — Это правда классно! Но вот первый поцелуй… Про него такое не скажешь. — Настолько плохо? — Да просто жесть! — Продемонстрируешь? — парень останавливается, поворачивая голову в сторону Тэхёна. Тот через несколько секунд тоже останавливается и выглядит мягко говоря удивлённо. Скептично рассматривает с ног до головы, останавливаясь на лице. Тот краснеет, сжимая руки в кулаки, а после быстрым шагом продолжает путь. Тэхён пару секунд раздумывает, поглядывая на удаляющуюся спину, а после короткого смешка догоняет и совершенно серьёзно произносит: — Безымённых не целую, — парень широко открывает глаза, но не решается посмотреть в сторону Тэхёна. А тому только потеха, ведь руки подростка сжаты в кулаки до покраснения, да и само лицо красное, как помидор. Переставая хихикать, Тэхён идёт дальше. Вскоре появляется и его дом, так что он немного увеличивает шаг, переходя на другую сторону дороги. Доходит до ворот, видя, как бабушка выносит из дома молока котам. Тянет руку, открывает калитку и слышит сзади приглушённое: — Чонгук. Ярко улыбаясь, Тэхён поворачивается и приветливо шепчет: — Приятно познакомиться, Чонгук, — и уходит, быстро скрываясь в доме. Через окно он видит, что так называемый Чонгук мнётся у его ворот ещё минуты три, а после убегает. Почему-то это вызывает не потеху, а улыбку и смущённый взгляд в пол.

***

Бабушка, конечно, всё это засекла, а поэтому когда за воротами появился внучок бабушки Чон, позвала Тэхёна, сказав, что пришёл его кавалер. Тот нахмурил брови, но накинул белую футболку и вышел. Увидев за воротами тёмно-коричневую макушку, он немного удивился, но после приветливо улыбнулся. — Привет, Чонгук, — тот шепчет то же, — Что-то хотел? Проходит несколько минут прежде, чем тот так же тихо говорит: — Прогуляемся? — Так ведь темно скоро будет, может, завтра? — Ты не хочешь? — Чонгук так и не поднимает глаза, но явно грустнеет. Это видно по его напрягающимся рукам, которые заведены назад. — Ну, пошли. И они идут. Просто вдоль по улице. В полной тишине, в которой слышно лишь сверчков и тяжёлое дыхание Чонгука. Пока они идут, солнце действительно садится, стаёт прохладно, а асфальт сменяется вытоптанной дорожкой. Тэхён всё тут прекрасно помнит, поэтому знает, куда они идут. Тут, в каких-то заброшенных полях, часто выходят пасти коров. А ещё тут когда-то было ещё одно место встречи у молодёжи. Тэхён прекрасно помнит свой первый поцелуй у дерева, у которого они и останавливаются. Чонгук присаживается на траву. Тэхён за ним. Опираясь на огромную кору, он прикрывает глаза, но открывает, как только Чонгук наконец говорит: — Ты сегодня не пёк пирог? — на отрицательный ответ, он продолжает: — А почему? Как же твоя цитата: «Июль месяц, а значит время пирогов»? — Ты серьёзно запомнил? — хмыкает Тэхён, снова прикрывая глаза и складывая руки на груди. Кажется, это единственная тема, о которой может поговорить Чонгук. Только вот почему? — Запомнил. — Ты рад, да? Тебе настолько не понравились мои пироги, что ты радуешься, что я сегодня их не пёк? — Тэхён демонстративно хватается за сердце, строя страдальческую гримасу. Чонгук быстро-быстро размахивает головой, шепча: — Они вкусные. Мне понравились, — «лись». Значит, Чонгук пробовал не один, а несколько. Почему-то это заставляет Тэхёна вновь несдержанно улыбнуться. — А сам ещё что-то про грязь твердил. — Ты слышал? Прости… Ты просто меня бесил, потому что о тебе все говорили, — о, какая у Тэхёна слава! Даже молодёжь уже диалоги водит. — А сейчас не бешу? — Нет. — А что тогда? — Знаешь… почему я не хочу девушку? — Чонгук выглядит серьёзным и испуганным. Тэхён больше не прикрывает глаза, внимательно глядя на парня, точнее мальчика, перед собой. Чонгук сидит прямо напротив него в позе лотоса и вновь с руками за спиной. — Не дорос? — предполагает. Чонгук отрицательно мотает головой. Тяжело вздыхает, набирает побольше воздуха и… — Ты серьёзно? — смеётся Тэхён, от смущения прикрывая рот запястьем. … протягивает маленький букет, перевязанный розовой ленточкой, из ромашек. Тэхён, конечно, не может не принять. Всё ещё смущаясь, он зарывается носом в цветах. В темноте они плохо видят, что оба покраснели. — Ромашки – это серьёзно. —А серьёзно то, что ты мне нравишься? — спрашивает Чонгук, вздёргивая брови. — Я не знаю. А правильно ли, что ты тоже нравишься мне? — Серьёзно? — искренне изумляется Чонгук, раскрывая рот. — Нет? Расслабься, я серьёзно, — добавляет, когда видит, что Чонгук опускает потухший взгляд. — Ну что, готов испытать первый поцелуй? — хмыкает Тэхён, откладывая букет и прижимая к себе того за щёки. Тело горит, сердце горит, губы горят ещё больше. Подросток перед ним выглядит чертовски привлекательно. Кажется, они оба попались с первого взгляда. — Я ещё не поцеловался, но это уже пипец неловко, — шепчет Чонгук ему прямо в губы.