Я назову тебя Адриан

Божья коровка закурила сигарету в открытое окно. Дым, нагоняемый теплым ветром, бросался обратно ей в лицо и залетал в квартиру, распространяя свои ядовитые пары по спальне. Сделав несколько затяжек девушка почувствовала, как никотиновое спокойствие вливается ей в голову и расходится по телу, достигая, успокаивая каждую клетку. Адриан, тем временем, стоял рядом и пристально вглядывался в лицо хозяйки. На его маленькой мордочке отображалось недоумение и порой, когда запах сигарет доходил до его носа, он морщился, дергал головой, лапкой пытаясь стряхнуть что-то невидимое с лица. Звонок в дверь прервал их идиллию: Мари затушила сигарету и оставила ее в пепельнице, котик же, потеряв всякий интерес к наблюдениям, вальяжно разлегся в своем домике. — Привет, подруга! — Аля ураган-Шумахер, ворвалась в квартиру, с порога начиная заигрывать взглядом с маленьким животным, которое вышло из спальни посмотреть на источник шума. За несколько секунд Сезер преодолела расстояние от порога до кота и вот маленькое чудо уже у нее в железной хватке. В отчаянных попытках выбраться кот исполнял весь свой репертуар сразу: шипел, пытался укусить, поцарапать, да и будь такая способность у котов — плюнул бы ей в лицо и выругался на французском (ох, уж простите ему этот его французский). Но Аля не отступала, и в «великой битве при Пирани» победили войска рыжей лисички. Маринетт с недоумением посмотрела на двух своих приятелей. Аля с котом скорее напоминали странную пародию на битву Наполеонских войск с британскими на неограниченном морском пространстве. Впрочем, все это, как и все остальное, что было связано с ее неизменной подругой, было жутким театральным преувеличением. Такой уж она человек. Наконец все успокоились, Адриан оставил попытки вырваться из кожаной тюрьмы и мирно сидел у Али на руках. Хоть его взгляд и был полон адских мучений и гнева, но ничего поделать с тисканьями Сезер не мог. Божья коровка заварила две кружки чая и села рядом с подругой. — Какой славный у тебя малыш! Не могу поверить: вблизи он еще милее чем на фото! — кот за такие слова чуть не отстрелил Але голову взглядом. Неизвестно, что ему не понравилось больше: то что его назвали малышом, что при его размерах логично или факт окрещения его милым. Впрочем, возможно причина была в том, что он уже долго терпел жажду ощущения близости со своим лотком. Дюпен-Чен покорно кивала на каждую фразу Али, будто каждое ее слово — неоспоримая истина. — Ну, подруга, сегодня у нас свидание, а значит можно забыть на полдня про своего пушистого кавалера и хорошо провести время с кожаной альтернативой, — Аля хихикнула. Кот, непонятно специально или нет, в тот же момент поспешил расслабить мочевой пузырь и испустить его содержимое на хитрую лису, покусившуюся на его хозяйку. Лицо Али от улыбки начало меняться до непонимания, потом шли все пять стадий: отрицание, гнев, торг, депрессия и наконец неотвратимое принятие. На ее юбку по ощущениям небольшой струйкой спускали горку влажного песка, но впоследствии, при поднятии кота в воздух, на предмете одежды была обнаружена некая другая инстанция. Сезер честно попыталась выглядеть невозмутимо, но Мари уже заметила «оплошность» своего котенка и поспешила извиниться, взяв его из рук Али, и переместить в другую комнату. — Ах ты ж маленькая пародия на кофемашинку! — Аля не злилась, но пребывала в смутных чувствах. — Маринетт, — взмолилась она, пока макушка темно-синих волос усердно вытирала пол на месте происшествия. — Одолжи мне одну из своих юбок, твой маленький чудик испортил мне правильный настрой на свидание! Подумать только, что я была реактивным двигателем вашего знакомства! Мари улыбнулась, кивая и отвела Алю в свой кабинет. Там среди кипы бумаг и набросков разной величины и важности, стояли вешалки полные незавершенной и готовой одежды. — Хмм, — Мари вскинула руку, прислоняя к подбородку пространство между большим и указательным пальцем. — Давай подберем тебе платье, в конце концов, в последнее время я только ими и занимаюсь, скоро ведь выпускные, поступает много заказов. — Да, и правда, скоро уже лето. Ах, как чудесна молодость! Я вот на своем выпускном в туалете…а, впрочем, неважно. Что у тебя тут есть? — подмигнула она подруге. Девушки начали примерять разные платья и наконец каждый остался доволен своим выбором: Алья Сезер красовалась перед зеркалом рассматривая свое коктейльное платье, оно едва покрывало ее ноги ниже бедер; рукава соединённые с корсетом, выступавшим верхом изделия, оголяли плечи и ключицы, однако, принт, который казалось завораживал и растекался по всему платью словно смесь ярко-оранжевого и салатового, привлекал к себе гораздо больше внимания. Маринетт Дюпен-Чен стояла рядом в попытках аккуратно нанести на губы красную помаду. На ней было черное платье с корсетом поверх. Платье было классически-элегантным, тонкие бретельки, поддерживающие его, на спине соединялись и перекрещивались. Черный корсет создавал роскошный образ с красной помадой. — Кажется, мы готовы, — констатировала Божья коровка, смотря на себя и подругу в зеркало. — Тогда вперед навстречу халявной еде и напиткам, да и еще может чего перепадет! — вскидывая руку вверх, чуть ли не повторяя запрещенный жест, провозгласила Аля. Подруги направилась навстречу выходу, но там уже поджидал их маленький друг. Как только к нему подходили ближе, чем на метр он начинал яростно шипеть и нападать, словно пытаясь увести их от двери. — Ох ты ж маленький несдержанный ревнивец! — Аля сделала умиленное лицо, как бы намекая, что у кота проблемы с мочевым пузерем. Впрочем, свободолюбивые коты и не обязаны терпеть до «туалета». Мари хихикнула и взяла кота на руки, тот отпирался, но в итоге был унесен в другую комнату и закрыт с едой и водой без возможности выхода в люди. Кажется, так и становятся не социализированными, одинокими котами.

***

Девушки подоспели в кафе «Франсуа Дюпон» вовремя. Аля настояла на свидании именно в этом кафе, так как по ее словам «напиток «Рена Руж» может стать вкуснее только, если он еще и за чужой счет». На том и порешили, а именно на том, что любителям халявы у Сезер нужно еще поучиться, если они хотят так же искусно есть за чужой счет свою любимую еду. — Девочки, мы тут! — из-за столика махал смуглый парень в очках, его лицо в кепке напоминало черепашку-репера. Впрочем, зная о вкусах Али, Маринетт не была удивлена очередным деятелем музыкального искусства. Рядом с ним же виднелась огненно-рыжая копна волос худощавого на вид парня. Он казался смущенным громкостью своего друга, что впрочем через несколько секунд произошло и с Маринетт, которая после крика Али «Эге-ге-гей» даже немного покраснела. Девушки присели за стол и Маринетт тут же узнала рыжего знакомого, по-видимому так же как и он ее, они одновременно вскинули брови и приоткрыли рот. — Это же ты, Маринетт! — первым нарушил тишину Натаниэль, оранжевый парень. — Натаниэль, поверить не могу! Мы ведь так долго учились в одной художке, а потом ты куда-то пропал! Диалог казался немного наигранным для посторонних, но собеседники из самых лучших чувств пытались сделать вид, что за время обучения в художественной школе никто из них не делал другому и все остальным ученикам подлянки. Впрочем, после этой неожиданной встречи сюрпризов больше не было. Напитки и еда были заказаны и принесены учтивым официантом. Ребята общались и болтали, даже в какой-то степени поделившись на пары: Мари и Нат вспоминали школьные годы, возвращаясь в то время и немного подкалывая друг друга за прошлые проделки, и если их беседа была дружеской, то разговор Нино и Али уже начинал перерастать во что-то более романтическое, хоть и такое описание в данном случае не особо уместно для обмена пошлостями. В общем: они нашли друг друга. Современные Ромео и Джульетта, чья история кончится, когда первый из них словит передоз. Так они и общались несколько часов и наконец пришло время расходиться. Нино сразу же вызвался проводить Алю, а та в свою очередь с присущей ей театральностью начала беспокоиться, мол как ее подруга дойдет до дома и вот бы был кто-то, такой рыжий и застенчивый, кто провел бы ее. Намек был понят, пары разошлись в разные стороны. Мари и Нат болтали до самого подъезда ее дома, но Божья коровка почувствовала, что можно было бы обсудить их общее прошлое еще немного за чаем и пригласила Ната к себе. — А помнишь, как мисье Дамокль чуть не отчислил нас за граффити, которое мы нарисовали на задней стене школы? Он, наверно, был просто в восторге, наблюдая как мы бесплатно закрашиваем старую школьную стену новой краской! — Маринетт была счастлива от обсуждения своей юности. — Ха-ха, да, но когда он увидел то граффити Совы, которое так напоминало его рожу, он покраснел как грешник в котле! Они поднялись на этаж и хозяйка квартиры поспешила открыть дверь. Там ее уже ждал верный кот. Она опустилась на корточки и погладила своего приятеля за ушком. — Ого! — раздался голос позади. — Я и не знал, что ты кошатница. Настроение ласкового кота изменилось на бешеные метания незримых молний. Он выглянул из-за ноги хозяйки и по его телу как будто прошла волна, а из пасти начали раздаваться шипения. — Он не очень дружелюбен к незнакомцам, извини, — Дюпен-Чен виновато покосилась на старого друга. — Да все окей, я понимаю. Друзья по художественному несчастью сели за стол и продолжили бурное обсуждение, что смешивалось с шипениями кота, которого заперли в другой комнате. — Давай встречаться так почаще, мы неплохо ладим, — сказал Нат, наклоняя голову чуть вбок, как будто исподтишка рассматривая свою собеседницу. Мари согласно кивнула и они пошли к двери, чтобы наконец разойтись по домам. Кот был выпущен из комнаты по причине жалости к бедному животному, которое чуть не охрипло, пытаясь донести свое негодование до хозяйки. Видимо, он смекнул, что шипением ничего не добьешься и теперь спокойно наблюдал за происходящим из своего угла. Нат надел обувь и повернулся к Маринетт. Его глаза вдруг изменились, как будто расплавляясь в тумане и он медленно приблизился к девушке беря ее за руку и уменьшая расстояние между их губами, Маринетт прикрыла глаза ожидая поцелуя, но кот вовремя привел ее в чувство, напрыгнув на Натаниэля сзади. Божья коровка виновато потупилась в стену и отошла от старого друга. — Извини, я не хочу сейчас никаких отношений. Мне будет спокойнее, если мы останемся друзьями. Рыжий парень заметно погрустнел, снимая с себя пушистую проблему. Попрощавшись, он вышел из квартиры. — Вот и все, котик, теперь мы с тобой одни, — нежно поглаживая его по спине прошептала она и неожиданно даже для себя обнаружила, как на мягкую черную шерсть упала капелька воды из ее глаз. Маринетт было невыносимо грустно, ее одиночество съедало ее, но она не могла больше доверять людям, не хотела всех этих сложностей, не хотела, чтобы ей опять изменяли. Теперь она доверяла только своему коту. — Прошу, не нужно меня так мучить, Маринетт Дюпен-Чен, моя леди… Перед глазами Божьей коровки кот стал меняться и обретать человеческие очертания, вес животного на ее руках превращался в вес взрослого парня, она пошатнулась и почти упала на спину, но сильные руки подхватили ее за талию, удерживая в подвешенном положении. — Кто ты? — удивленно спросила она. — Как кто? — ответил он вопросом на вопрос, целуя тыльную сторону ее ладони. — Я ведь твой любимый котик.