Я назову тебя Адриан

3 месяца назад

***

Гложущая пустота. Такое захватывающее чувство голода по искреннему, человеческому теплу, доставляло неприятные ощущения, раскидывая, играясь с ними по всему телу. Не осталось сил плакать, кричать. Не хотелось кидаться вещами или судорожно искать поддержки в других людях. Чистое никотиновое спокойствие в голове. Ощущение свободы и привкус горечи от недавно выпитого черного чая. Зачем нужно было расставание, если вы клянетесь друг другу в любви? Страстно желаете быть вместе всю жизнь, не замечая проблем в отношениях или друг в друге? С какой целью вы рвете все связи, зная о том какую боль это принесет? Но что лучше: жить с постоянной тревогой в сердце, в ожидании дня, когда все это закончится или разорвать все в один момент, прочувствовав максимум боли и жить дальше, переживая раз за разом эту душевную травму и с каждым разом чувствовать себя все легче и рациональнее? Ведь вы оба знаете, что когда-то это закончится, что счастье не будет вечным, что кто-то из вас должен будет сделать другому больно. Маринетт успокаивала себя горькостью черного чая и сигарет. Ее желанием было лишь поскорее забыть все это, как страшный сон, как «мимолетное виденье». Сейчас чистый гений красоты был для нее лишь оставшийся рационализм и холодное сознание, которое заражало сердце, постепенно заставляя его окаменеть. Да, то, что произошло уже не изменить. Это была ее последняя попытка, последний раз, когда она доверилась человеку, в надежде, что ее примут и поймут, но рано или поздно, каким бы любимым и каким бы искренним человек не был, думала она, он найдет себе другого, такого же любимого и искреннего. Может быть ей придется жить всю жизнь с этой раной на сердце, может быть она никогда не забудет те месяца, что они провели вместе, строя планы на будущее, отшучиваясь друг от друга шутками, понятными только им, гуляя за ручку в темном парке и наслаждаясь обществом друг-друга на крыше с видом на закат солнца. Последний закат, так символично проведенный вместе. Закат, который они уже никогда не смогут посмотреть, держась за руки и говоря друг другу ласковые слова. Когда еще она будет такой счастливой? Может быть никогда. Никогда ей больше не увидеть теплый, влюбленный взгляд. Никогда не почувствовать приятное, родное дыхание на своей шее, когда он обнимал ее сзади и целовал в макушку. Все это счастье длилось так недолго и пролетело быстрее, чем дуновение ветра. Теперь он уже, вероятно, целует другую, обнимает другую со спины и видит с ней их первый рассвет.

***

Настоящее время

***

Кот вышагивал по квартире, любуясь своим новым кошачьим свитером, который сшила ему хозяйка. Гордо приподнимая вверх мордочку он дошагал до миски с водой и высовывая шершавый язык начал лакать из нее, утоляя жажду. Маринетт долго сидела в своем кабинете. В последнее время работы прибавилось. Началась пора выпускных. Поступали заказы на совершенно разные платья, у каждой юной леди были свои предпочтения: кто-то покупал уже готовые, сшитые заранее платья; кто-то подробно описывал свои желания и оставлял работу над ними профессионалу. Наконец Божья коровка отвлеклась, решив заварить себе чаю и сделать небольшой перерыв. Она осторожно открыла дверь, опасаясь, что может случайно пришибить ей своего маленького соседа по квартире. Тот же услышав тихий скрип двери и протяжный бубнеж половиц, сразу поспешил послужить антистрессом для Мари. Девушка присела на корточки, поглаживая черную шерсть котенка. Ее раздавливало неизвестно откуда навалившейся эйфорией. Приятное чувство на ладони от соприкосновения с чем-то мягким и утешающим было для нее в новинку. В ее голове промелькнула мысль: «Наверное, не стану сейчас курить» Оставив пакетик зеленого чая в горячей воде, она включила музыку. «Tonight I wanna give it all to you» Кот оживился, смотря, как хозяйка подпевает исполнителю. «In the darkness there's so much I want to do» Маринетт отпила чая, качая головой в такт музыке. «And tonight I wanna lay it at your feet» Пушистая голова вопросительно наклонилась, Дюпен-Чен быстро, резкими глотками пила напиток. «Cause girl, I was made for you. And, girl, you were made for me» Первая капля из переполнившейся бочки упала на пол. «I was made for lovin' you, baby. You were made for lovin' me» Темно-синие волосы накрытые тонкими пальцами их обладательницы, стиснулись в кулаке. Она плакала. Котенок превратился в парня. Массивная фигура растягивала маленький свитер. «And I can't get enough of you, baby. Can you get enough of me?» — Почему ты плачешь? — спросил он, втягивая шею в плечи, как будто чувствуя неловкость и не зная, что сказать и как помочь. — Я…я просто не хочу слышать эту песню, у меня с ней связаны странные воспоминания, — Маринетт повторила его движение, кусая себя за внутреннюю сторону щеки, чтобы переключиться и остановить слезы. Адриан в секунду преодолел расстояние между ними, крепко обнимая свою леди. Всхлипы Божьей коровки глухо отдавались в его ушах, оставляя невыносимый звон после себя. Он отодвинул ее, держа за плечи, и поцеловал в лоб. — Все хорошо, сейчас я с тобой, тебе не о чем волноваться, я всегда буду тебя поддерживать, — он говорил искренне, не прячась за манипуляциями. Ему не было невыносимо смотреть на ее слезы, он просто хотел помочь ей облегчить ее тяжелое состояние, хотел успокоить ее и вновь увидеть улыбку, которая озаряла ее лицо в моменты счастья. — Спасибо, — Маринетт захлебывалась в слезах. Впервые за долгое время это были слезы облегчения. Впервые ее кто-то понял и смог сказать нужные слова. Она плакала долго, оставляя мокрые следы на свитере своего успокоителя, как будто выливая все, что накопилось за долгое время. Долгожданные эмоции теплоты завладели ее мозгом и животом. Все, что ей нужно было, сейчас обнимало и успокаивало ее. Мари робко подняла голову. Заплаканные, опухшие глаза наполнились жизнью. Она протянула руки к щекам Адриана, нежно поглаживая их и губы двух сердец слились в поцелуе. Она наконец отпустила прошлое, оставляя его в той чашке горького чая и пачке сигарет.