Дядя Тэ или всё же Папочка?

      Наверняка, у каждой семьи есть свой друг, который может круто провести время не только с взрослыми, но и с маленькими детьми. Ким Тэхён являлся именно тем прекрасным товарищем семьи Чон.       Чоны были слегка необычной семьёй. Бабки плевали им в след, прохожие смотрели с презрением. Шёл 2022 год, но на отношения двух мужчин смотрели будто бы на что-то из другой вселенной. Чонов же это не пугало. На пятый год их нежных и тёплых отношений они поженились. На шестой усыновили месячного малыша, которого чудесным образом нашли под дверью своего дома. — Чон Чонгук. Хмм, довольно-таки неплохо звучит. — произнёс Хосок, с тёплой улыбкой обнимая мужа за плечи. — Наш маленький мальчик Гуки. — с улыбкой протянул Юнги и сразу же поднял малыша на руки, выуживая из его новой кроватки.       С юношеских лет он мечтал о маленькой счасливой семье. Тёплых отношениях с мужем, ребёнке. В последнем он потерял все надежды, когда очередная сурогатная мать отказала в услуге для однополой пары. Юнги был далеко не смазливым парнишкой, но каждую ночь сердце Хосока ныло от слёз любимого.       Через тяжёлые два года в поисках сурогатной матери, руки опустились, слёзы выплаканы, надежда умерла, а в доме семьи Чон больше никто не говорил о детях.       Но судьба оказалась благосклонной к ним, пусть и с запозданием. Через полгода на пороге дома оказалась старая потрёпанная корзинка. А теперь с нежностью и огромным страхом потерять, Юнги прижимает младенца к своей груди. Тот, наевшись смеси, сладко причмокивал своими персиковыми пухлыми губками. В сердце Хосока расплывалась приятная нега тепла и спокойствия. Его муж больше не роняет слёзы тихими ночами, теперь их заменяет негромкое кряхтение их сынишки.       Окружающие долго и упорно отговаривали их, твердя, что они не смогут дать карапузу всё, что требуется. Но маленький Гуки купается в любви своих родителей уже несколько месяцев, недовольно морща носик только на грязный подгузник.       Страшно ли было не дать должное воспитание сыну? Очень. Но мальчик рос, а вместе с ним и Юнги с Хосоком. Эти двое скупали всю литературу, где хотя бы раз проскакивали слова о детях, опасаясь упустить момент и стать плохими родителями.       Борясь с осуждением со стороны окружающих, Чоны улетели в Францию, когда Чонгуку было 10 лет.