Поэма о закате

О волны бились мысли Печальных рыбаков, О волны бились весла Их лодок и судов. О волны бились страхи Уплывших косяков. Под волнами купалось В лучах морское дно. Над морем плыли чайки, Как будто злые боги, Смеясь, игриво плача, Плели судьбы панно. На дне жила девица Совсем не из здешних вод. Она не была красива, Она из лесных болот. Она жила здесь недолго, Ей нов был лазурный свод. Когда-то лысело болото, заставив её Покинуть нагретый торф. И не было рощ тенистых, Не шепчет на ухо мох. Лишь хриплый солёный ветер, Лишь солнца лучи у ног. Девица искала берег, Девица искала дом. Ей не было в море тесно — В болоте обычно темно. Ей очень нравилось небо, Что утром (бывало вечером) Оставляло весь мир одетым В золотистый манящий узор. В далёкой у кромки пещере Жило какое-то Нечто. Оно не имело формы, Оно всё щерилось тьмой. Его почему-то боялись: В пещеру никто не ходил. Люди шептались местные О тайне чёрной скалы. И как-то плыла девица Мимо пещеры странной. В ней пол совсем не одетый, Цветами заката не ряженый. Девица услышала шорох Из глубины пещеры пустой. Сначала она испугалась — Пещера казалась другой. Она уплыла на закате, Не бросив назад ни взгляда. А грустное темное Нечто Не ищет глазами следа. Девица боялась мило Жителей моря мирного. Она ускользала ретиво От всяких ненужных слов. Ей были незнамы красивые Чу́дные стайки рыб. В болоте она только видела Лоскутья нависших ив. Но вот отгремели громы, Отплакал дождь моряков. Снова она у пещеры Чернее девичьих снов. Бесшумно смотрело Нечто На милую деву воды. Она неотрывно глядела В пещеру глубокой мглы. И чудилось ей, что в пещере Верти́тся, шатается тьма, На лучик закатный щурится, Сидит целый день одна. Девица неловко щерится Не улыбалась она года. С ветром хотелось крикнуть: «Тьма, посмотри на закат!» А Нечто сидело в пещере, Не отрывало взгляд. Оно смотрело на берег В заходящий багряный обряд. Так приходила девица К брегу смотреть на закат, Пока он своим жёлтым поясом Стягивал морев град. Девица глумливо смеялась А Нечто смущалось тогда. Она ему улыбалась, Забыв, что трусиха сама. И вот несмелое Нечто, Когда смех был уже нестерпим, Выкатилось на побережье К следам уходящей зари. И было девице лестно, И было ещё смешно, Когда выходило Нечто, Садилось у девичьих ног.