Феникс

Выскользнув из ослабевших рук Хагрида, я больно ударился о каменную кладку, но жалеть себя было некогда. Поймав брошенную Драко палочку я удачно выпустил Экспеллиармус, скрещивая красный луч с зелёным. За нами образовалась защитная сфера, заглушая все звуки извне. Будто всё, кроме Воландеморта и меня, перестало сейчас существовать или находилось в какой-то другой реальности. Очень далеко от меня. Я был сосредоточен на змееподобном лице в нескольких футах от меня.       Разноцветная плазма разлеталась в с разные стороны, от силы наших заклинаний. Я чувствовал, как по моим вискам стекали капельки пота, но не особо обращал внимания на такие мелочи. По факту, я только что воскрес и должен чувствовать себя буквально как ходячий труп, но мне было на это наплевать – стою, и ладно. Я мог держать палочку в руке, мог удерживать заклинание, подпитывая его своей магией и этого пока было более чем достаточно. Вдруг, мой красный луч достиг груди Тёмного лорда, и он, неловко смахнув рукой, поднял лицо к серому небу и испепелился прямо у меня на глазах. Я опустил палочку, переводя дух и, наконец, обвёл взглядом окружавших меня людей. Некоторые Пожиратели убегали в сторону Запретного леса, некоторые просто аппарировали. Члены "светлой" стороны же смотрели на меня и в их глазах плескалось восхищение вперемешку с огромной усталостью и чем-то тёмным, непонятным.       Проследив за тем, как разлетаются по ветру серые клочки, некогда бывшие самым могущественным тёмным магом Великобритании, я пошёл по направлению к своим друзьям и близким, что не оставили меня в таком трудном бою.       На обломках в Большом зале сидели множество уцелевших людей. Со стороны слышались рассказы о том, как кто-то ловко кинул Оглушающее в одного из Пожирателей, увернувшись от устрашающей Авады. Да уж, маги, которые сидели здесь, были готовы заплатить жизнью за победу в этой затянувшейся войне и наконец обезопасить свои семьи от угрозы со стороны Того-кого-уже-можно-называть. Кто-то сидел, понурив голову, и тихо плакал над умершим близким, не участвуя в общей радости освобождения.       Убедившись в том, что Рон с Гермионой были в полном порядке, я невольно направился к одной из многих сгорбленных фигур. Опустившись на пол рядом с неизвестным мне магом, я с грустью посмотрел на белую простыню, пропитанную ещё совсем свежей кровью. Хоть я и не знал этого человека, но разделял скорбь, невесомо парившую сейчас в воздухе.       И меня словно прошибло током. Вот, чего не хватало. Ещё одного человека. Или ещё одно тело. Отогнав от себя плохие мысли я вскочил на ноги и побежал по направлению к Воющей хижине, откидывая ногой камни на пути. Снейп. Я должен успеть. Хоть бы не было слишком поздно. Хоть бы он не потерял слишком много крови... Выбежав из Хогвартса и остановившись неподалёку от разгромленной хижины Хагрида, я смотрел на огромный костёр, охвативший здание, где был оставлен профессор Снейп. – Нет... Нет-нет-нет! – я вцепился в свои волосы, с ужасом глядя на полыхающее строение. – Нет, этого не случится! Только не ещё одна смерть!       И я бросился со всех ног прямо в огонь. Я выжил после двух чёртовых Авад в упор, значит, выживу и ещё раз. Любимчики Фортуны удачи так просто не погибают, верно? Может быть то незримое ощущение того, что я кому-то еще нужен в этом мире относилось не только к людям, которые надеялись всего несколько минут назад на мою победу над Тёмным лордом, но и к одному-единственному человеку, что не раз спасал мою жизнь и теперь ждал от меня того же?       Я раскидывал руками горящие доски, не чувствуя ожогов. Было нестерпимо жарко, пот катил градом по мой спине и лицу и застилал глаза. Я сморгнул влагу с ресниц и, наконец, разглядел лежащего в углу мужчину. Оценивать его жизнеспособность сейчас совершенно не было времени, так что я только молил Мерлина о том, чтобы Снейп оказался жив. Вспыхнула ближайшая доска, и я постарался действовать быстрее, взваливая его на плечи и кое-как пытаясь вынести наружу. Расчищенный от досок путь понемногу заваливали отвалившиеся с потолка балки, но я перешагивал их одну за другой, не обращая внимания на подступающий со всех сторон огонь. Выбросив профессора наружу, я, пыхтя и отдуваясь, выбрался сам.       Один я ему никак не смогу помочь, так что надо... что? Тащить его в Больничное крыло у меня уже не хватит сил – ни физических, ни магических, их на змеемордого истратил. Да и все палаты в Хогвартсе, наверное, и так переполнены раненными, места не будет. Тем более для Пожирателя. Я немного поморщился от этого слова. Оно совсем не подходило такому храброму и сильному духом человеку. Он герой. Да, именно так. – Экспекто патронум! Лети в Мунго сюда отряд колдомедиков.       Призрачный олень, блеснув рогами, ускакал вдаль. Сейчас квалифицированная медицинская помощь никому не помешает. Заодно и раненых заберут. Сохатый забрал у меня последние силы колдовать. – Вы только выживите, профессор Снейп, – я склонился над ним и с надеждой смотрел на закрытые глаза, положив правую руку на едва вздымающуюся грудь. – Вы не для того рисковали жизнью столько лет, чтобы так легко умереть. Я вам не позволю!       Мой крик разлетелся вокруг и всполохи магии покачнули верхушки елей Запретного леса. Я видел, как ко мне издалека уже приближается Гермиона, Рон и МакГонагалл, но не хотел отпускать профессора. Казалось, стоит мне убрать руку, он перестанет дышать. – Гарри! – кричала взволнованная Гермиона, подбегая ближе. – С тобой всё хорошо? Как ты? – Я в порядке, Герми, – ответил я, заметив, как МакГонагалл уже наколдовывает носилки. – Сейчас приедут колдомедики из Мунго. Они должны вылечить профессора Снейпа. И остальных, конечно.       Только сейчас все трое заметили мужчину на земле и МакГонагалл ахнула, прикрыв рот рукой. – О Мерлин... – Пожиратель или нет, но он все-таки человек! – распалялся я, вставая. – Может вы и не заметили, но профессор множество раз спасал наши жизни, не давая убить учеников другим Пожирателям, что проникали в Хогвартс. Он рисковал жизнью ради нас всех и меня, потому что верил в победу и не переступал на тёмную сторону, как все думают. Да он даже будучи директором старался оградить от опасности студентов, отправляя на СВОИ отработки, а не на пытку Кэрроу, – убеждал я ошарашеных друзей и МакГонагалл. – Он дал мне свои воспоминания, и я рассчитываю показать их на суде, чтобы его оправдали, – наконец закончил я. Вдалеке послышался вой сирены кареты Мунго. МакГонагалл молча отлевитировала профессора на носилки. – Конечно, Гарри. Если ты так уверен, – поддержала меня Гермиона. – Ладно уж, спасём этого вампирюгу подземельного, – поддакнул Рон. Мы смотрели как МакГонагалл относит носилки всё дальше, в замок и я только надеялся, что его смогут спасти.

***

Я очнулся в больничной палате. На тумбочке рядом стояли лечебные зелья, а над головой пищали оповещающие чары. Тут же в комнату вошёл главный целитель – Гиппократ Сметчик и по его задумчивому лицу я понял, что нахожусь здесь не просто так. Вряд ли бы Пожирателя положили в больницу, так что я стал думать в более положительном направлении. Значит, меня спасли. Так... Напрягать память очень сложно и уже начинает болеть голова. Попытался спросить колдомедика и из горла вырвался какой-то непонятный хрип. – Потерпите, мистер Снейп, говорить вам пока нельзя, швы разойдутся, – оповестил Сметвик и взмахнул палочкой, обновляя "сигнализацию". – Если вам так нетерпится узнать, то распорядился о вашем лечении Гарри Поттер. Он вышел, оставляя меня один на один с моими мыслями. Гарри Поттер. Хм... интересно, с чего бы это ему спасать горящую шкуру ненавистного профессора? А может, он просто хочет посмотреть, как меня приговорят к Поцелую дементора и проводят в Азкабан? С сына Джеймса станется. Не успел я хорошенько обдумать причины, как виновник моего спасения сам пришел. С букетом цветов и апельсинами. Я аж закашлялся от неожиданности. – Здравствуйте, профессор Снейп, – пробормотало это недоразумение, поставив цветы в трансфигурированную вазу. – Я рад, что вы все-таки выжили. Я попытался съязвить на тему того, что его пример заразен, но проглотил эти слова, внезапно поняв, что Гарри, Чёртов, Поттер на самом деле выжил уже после второго убивающего заклятия. – Знаете, я когда увидел горящую хижину, подумал, что не хочу, чтобы ещё и вы погибли зря, – начал он, не дождавшись моего ответа. – Рванул прямо в огонь... Глупо, знаю, – усмехнулся, отворачиваясь, – но так было нужно. Я понимал, что могу сгореть заживо, но тогда несколько минут назад я уже умер и... как там говорят? Один снаряд не попадает в одну воронку дважды... или как-то по-другому... – он задумался, почесал подбородок и снова повернулся ко мне. – В общем, не важно. Мне тут колдомедики сказали, что вы выживете и это самое главное. – Зачем вы это сделали? – все-таки прохрипел я. – Я хочу, чтобы вас перестали считать Пожирателем смерти. Я потребую оправдания для вас на суде. – с упрямыми искорками в глазах сказал он. Я опять закашлялся. Чего-чего, я ТАКОГО я не ожидал даже от Гарри Поттера. ТЕМ БОЛЕЕ от Гарри Поттера. – Колдомедики сказали, – замявшись, продолжил он, – что из-за моего, фактически, возрождения, во мне появился "Дар феникса", позволяющий вернуться с того света и... ну, я сильно хотел, чтобы вы выжили и... видимо, неосознанно отдал его вам. Они сказали, так может быть... – он окончательно затих, смущённо смотря в пол. "Дар феникса"? Интересно... Я читал об этом в книгах по тёмным искусствам в разделе Некромантии, но никогда не думал, что такое бывает на самом деле. – Вы хотите сказать, что возродили меня? – недоуменно спросил я. – Вроде того, – снова потупился он. – Спасибо, – только и смог сказать я, перед тем, как палату наполнили колдомедики и буквально вытеснили Поттера из неё. Но по его выражению глаз я понял, что он меня услышал.