Zombie

L. Sheigets Zombie И это неважно, что мы умираем. Нет. Нет… И это неважно, что пройдет, может быть, вечность, а может — чуть больше, и, может быть, нас не вспомнят. И это неважно, что никому и никогда не станут известны наши с тобой имена. Наши мысли и наши чувства… и наша любовь… Ты знаешь, любимый, ведь это совсем не имеет смысла — и то, что мы держимся за какие-то рамки, и то, что в несовершенных смертных телах мы пытались искать любовь… но нашли ведь, правда? И то, что ты слышишь их стоны и крики за этой стеной… это значит, что они идут к нам, что они чувствуют запах, что слышат дыханье… что хочется крови, но это неважно, ты слышишь меня? Посмотри на меня. Ты ведь знаешь, что я говорю тебе правду. Ты знаешь, что если они нас хотят — если их сюда тянет, если они клацают зубами и тянут к нам сгнившие руки — это означает, что мы с тобой живы. А то, что мы живы, значит, что чем бы мы ни болели, как бы ни разрывалось сердце, как бы ни хотелось кричать — мы — всё ещё мы. Я — это я, ты — это ты. Я люблю тебя. Я знаю, что тебе страшно. Посмотри на меня. Ты знаешь, что будет больно. Нам с тобой было больно уже, ты помнишь? Сколько раз — столько раз я вновь и вновь убеждался в том, что никогда не смогу тебя ни на что променять. Столько раз я убеждался в том, что ты, только ты — тот, ради кого… и с кем — мне не страшно будет погибнуть. Ты слышишь, как их это раздражает. Ты слышишь, как они рвутся сюда, как им хочется разрушить то, что, как им, наверное, кажется, они в силах разрушить. Нет, посмотри на меня. У них не получится. И они заблуждаются, ведь, гонимые первобытным голодом и желанием рвать на части, они уничтожат лишь наши тела. Физическое воплощение, солнце. Ты слышишь? Они идут. Я люблю тебя. Поцелуй меня. Вот так. Да… Только так можно и нужно принимать смерть. Как любовь. … Ведь смерть… есть любовь. Возьми мою руку.