через дверь

-подожди, мне надо, — быстро бросил за плечо абаккио, влетая в общественный туалет и подрагивающими руками закрыв дверь на замок. повезло, это не дебильный улей с кабинками, а одинарный туалет, даже с раковиной. -конечно. всё нормально? -да. закушенная до потемнения в глазах губа указывала на совершенно обратное. нет. вообще нет! ничего нормального. леоне присел на край крышки унитаза, часто дыша и пытаясь в кратчайшие сроки угомонить бушующие части тела. если чувственные нейроны мозга, колотящееся сердце и прочие нахрен не нужные мешающие штуки он умел отключать прекрасно, а вообще обратно и не включал, то один орган так просто в режим «не беспокоить» не поставишь. проблемы расцвели пышным букетом, и абаккио даже не знал, от чего сейчас трясёт сильнее всего и что самое жуткое. что он на самом деле вовсе не хладнокровный профессионал, способный грамотно отодвигать эмоции на второй план, а подавляющий в себе вообще всё потенциальный пациент психотерапевта. что он, как глупая девка, не умеет отпускать людей и «я думаю, пауза должна стать полноценным расставанием» уже сто раз переосмыслил как «шутка, глюк, временное помутнение, мы снова будем вместе до конца наших дней». ну или что от пары повседневных прикосновений теперь друга у него колом встал член во время выполнения работы. тут что угодно подходило для того, чтобы тихо-мирно утопиться в унитазе, пока любезно ожидающий буччеллати не заподозрил неладное. -я... взрослый мужик, — сквозь зубы порыкивал леоне, негнущимися пальцами расстёгивая ширинку. -ненавижу... бред, ненавижу... -кхм, абаккио? — вздрогнул и едва успел прикусить язык, сдерживая стон, услышав деликатный стук в дверь и негромкий голос. -я попить схожу. тяжёлый облегчённый выдох, сопровождающийся ускорением движений кисти и ставшими чуть более откровенными звуками. какое-то время он не будет тереться под дверью, может, вообще уже не придёт, будет ждать на улице или в машине, заправка всё-таки. -попить... бля... — леоне глухо застонал, ёрзая на треснутой пластмассе, и не совсем от удовольствия. дрочить с открытыми глазами, пялясь, условно, в сушилку для рук или другую фоновую ерунду, странно, но вместо тьмы опущенных век воображение подкидывало картинки, от которых возникали довольно двоякие чувства. на горячую пульсацию члена в руке накладывалось осознание, что он действительно тупая девка, погрязшая в проблемах с привязанностью. бруно, жадно глотающий скатывающуюся крупными каплями по подбородку и шее воду из пластиковой бутылки. почему-то голый до пояса и нависающий над распластанным на кровати абаккио. языком тягуче медленно облизывающий, собирая влагу, свои набухшие поблескивающие губы. а потом не свои. -абаккио... -бля, да... мхм... да-а... — запрокинул голову назад, ударился затылком о стульчак, но лёгкая боль только туже закрутила узлы внизу живота, распалила и растворила жар в паху, разливая ещё шире и приятнее. картинка голого бруно пошла радужной рябью, предвещая скорую разрядку. -абаккио. прости, ты точно в порядке? — только что произошедшее своими временными парадоксами тянуло на атаку вражеского станда. леоне за пол-секунды успел на нервах особо несдержанно вздохнуть, очнуться от грёз, осознать, что буччеллати снова стоит за дверью и крайне обеспокоен долгим пребыванием напарника в туалете, зажать рот свободной рукой и выдавить в ответ «всё хорошо, скоро выйду». те моменты в безвременье, наполненные развратным хлюпаньем под влажные фантазии, на деле длились уже довольно долго, раз бруно успел сходить в мини-маркет на другом конце крытого помещения заправки. -позор, — в ладонь рычал абаккио, сумбурными отрывками мыслей вслух пытаясь перекрыть так и рвущиеся наружу пошлые ахи и охи. самое ужасное, что факт чуть ли не дышащего в замочную скважину буччеллати только усугублял. это заводило в разы сильнее, хотя куда уж, казалось, он умирает от этого экстремально жаркого и липкого возбуждения. зубчики молнии задевали яйца, связки разрывало от задушенных тех самых ещё-немного-и стонов, а в мыслях бруно горячо шептал «ты в порядке?» прямо в ухо, аж касаясь зубами мочки, сведя руки леоне за спиной и коленом сильнее утыкая лицом в простыни. -бру... но, я... — он полностью откинулся назад, кончая, судорожно быстро двигая рукой, опустошая себя досуха, отдавая себя всего этому спонтанному неудобному оргазму до голоса в ушах и звёздочек в глазах. -а? ты звал? или показалось. -показалось. но я уже всё, — на подрагивающих затёкших ногах после неудобной позы на пластмассе унитаза вымыл руки, туалетной бумагой оттёр со штанов неосторожно попавшую сперму. только со второго раза повернул ключ в нужную сторону, чтобы открыть, и буквально вывалился прямиком на буччеллати. тот молча придержал за плечи. -абаккио. -да? извини, плоховато, — сейчас действительно стало чуть подташнивать, наверное, перепад температуры тела сказывался. -у тебя помада размазалась, — бруно, кончиком языка дотронувшись до пальца, стёр со щеки леоне тёмные следы. -иди в машину, куплю тебе новую, если здесь есть. больших усилий стоило не мученически скривить губы, а молча послушаться. сегодняшний день, видимо, был создан для того, чтобы стать адской дрочильней в неловкости.