всегда разделяли

являясь человеком непривередливым, хэ тянь всегда выбирал первых попавшихся красивых девочек и мальчиков в одноразовое путешествие в постель. ухоженных таких. чтобы у девушки всегда была опрятная, выглаженная одежда, приятный парфюм и меньше гонора. чтобы без дальнейших истерик и язвительных причитаний, мол, ты же говорил, что все по-настоящему. с такими всегда легче прощаться после долгого сногсшибательного секса. мальчиков хэ тянь предпочитал милых и сладких. не тех, тщетно пытающихся привлечь внимание своим шармом, а просто скромных. таких он чаще всего любил раскрепощать, полностью отдавшись наслаждению после. но как и любому человеку чувства хэ тяню не чужды. например, страх, панический такой. который всегда заставал его после пробуждения от кошмара. содержание этих кошмаров редко запоминал, но если все же удалось, думал об этом весь оставшийся день. выкуривал по две пачки в сутки, пытаясь отвлечься. в такие моменты на здоровье ему было наплевать больше всего. казалось, сколько бы себя не помнил, хэ тянь всегда относился к своему страху небрежно. знал о существовании, но старался игнорировать до последнего. делал так не только со страхом, но и с преследующим его ужасом от любого контакта с братом. хэ тяню всегда стоило больших усилий понять, что же он чувствует к этому человеку. на ум ничего не приходило. брат вообще человек загадочный. этот его фокус с собакой в уме то и дело всплывает, добавляя головной боли. стало сложно его ненавидеть, после того, как он узнал об этом. но хэ тянь правда старается. в детстве чэн казался недостижимым идеалом, тем, на кого стоит равняться. хэ тянь же отчаянно пытался доказать всем вокруг, что больше не ребёнок. скурив первую пачку в двенадцать, первый раз выпив халявного алкоголя в четырнадцать. с постельными делами припозднился, первый раз был только в семнадцать. и то по счастливой случайности, друзья устроили очередную дурацкую вечеринку и тянь с юношеским максимализмом подошёл к делу серьезно: напился до чёртиков. пьяной была и она. та, которая смутным представлением в голове маячила, словно пытаясь о себе напомнить. обошлось без скандалов. вообще без чего-либо в голове. чувствовал тянь и возбуждение. такое, которое витает вокруг, пока под тобой стонет кто-то. обычно он не запоминал. по утру всегда смотрелся в зеркало и видел следы. те, что считались своеобразными трофеями. конечно же, невечными. любил тянь и красивых людей. знал, что хорош собой, но всяко лучше оценивать лица и тела людей, окружающих тебя. друзей, знакомых и просто прохожих. вот, у неё, например, очаровательная родинка рядом с глазом. у него очень эстетичные пальцы, увешанные побрякушками. кольцами, как он вспомнил. не без внимания остались и два белобрысых нечто. что забавно, оттенки блонда у них разные. у цзяня волосы практически белые, отражающие его светлость. а у чжэнси было что-то уравновешивающее. что-то слишком тёплое. подходили эти двое друг другу, на удивление, слишком сильно. но больше всего хэ тяня удивила его красота. медные волосы, тёплые карие глаза и, боже, веснушки? однако тянь остался разочарованным. стоило лишь наполнится карим глазам жгучей злостью и презрением в их первую встречу, он пообещал себе, что больше никогда не приблизится к этому человеку, выражающему столько эмоций, сколько тянь бы и за год не набрал. неважно, ненависть или злость это, позже понял он. Ну, случайности не случайны. позже подумал хэ тянь и потащил агрессивного на весь мир мальчишку на собственную кухню. он правда пытался не смеяться. пару раз не удержался, и схлопотал ложкой по голове и получил один из самых презрительных взглядов в свою сторону. потому что ему правда было смешно. видеть, наблюдать и главное, взаимодействовать. потом на тяня напало удивление. правда, он был обескуражен тем, насколько привычным казалась жизнь, наполненная присутствием мо. малыша мо, как позже начал дразнить. сначала это казалось просто развлечением, потехой, а теперь вот, он, стоял с ним на крыше и радовался тому, что шань получил хороший балл. просто потому, что заслужил собственными усилиями. слишком знакомым чувством хэ тяню оказалась ярость. никогда не подозревал об этом, но глядя на то, насколько шань был разбит и изувечен, чувствовал прилив такой разрушающей силы, что невольно вспомнился страх. дальше пришло сожаление. объяснить свои чувства хэ тянь едва ли когда-то мог, но оставляя невесомый поцелуй на щеке, почувствовал, как на душе иронично заскребли ядовитые и язвительные кошки. слезы, неожиданно даже для самого себя, подарили спокойствие. несмотря на все проблемы, тянь остался уверен, что присутствие шаня в его жизни теперь можно окрестить вечным. он ни за что и никогда от него не отказался бы. тогда это стало чем-то вроде зависимости. теперь же, видя пьяного мо, с горечью спрашивающего, вернулся ли какой-то урод по имени хэ тянь, ощущал на языке вяжущее желание встать на колени и сердечно вымаливать прощение. знает, что это не то, что ему нужно. шань всегда казался выделяющимся. кем-то вроде белой вороны, как подумал тянь, впервые его увидев. тогда это казалось негативным качеством. сейчас же, замечая тонкое колечко в правом ухе, тянь чувствовал счастье. оно казалось огромным. а через ещё одно мгновение видит, что его разделяли. позже оказалось, что его эмоции всегда разделяли.