От двух до одиннадцати

Не Хуайсан, прикрывшись веером, наблюдал за братом. Когда чай был подан, он взял пиалу, остудил чай в ней и поднялся с места, как бы случайно запнулся ногой о стул и опрокинул чай на Лань Сичэня, попав и на брата. — Ой, простите, простите, простите, я такой неловкий, мне так жаль! — А-Сан! — пророкотал Не Минцзюэ, заставив всех вздрогнуть. — Простите. Прости, Сичэнь, мой брат хуже ребёнка. Идём. Он практически силой увёл Лань Сичэня из кухни под удивлёнными взглядами. — Лань Чжань, у тебя есть что-нибудь из одежды для брата? — Да, — Лань Ванцзи встал из-за стола и тоже вышел. — Сан-сюн, чай-то хоть холодный был? Не хотелось бы, чтобы ты калечил наших гостей. Хорошо хоть, там не А-Юань сидел, — Вэй Усянь погрозил другу пальцем. — Я всегда всё не так делаю, — уселся на стул Не Хуайсан, чуть не плача. — Всё хорошо, никто не пострадал, а одежду мы отстираем, — успокоил его Мэн Яо. — Конечно, это же всего лишь чай. Пойду посмотрю, не нужна ли помощь, — подскочил Вэй Усянь и выбежал из кухни. Он столкнулся с Лань Ванцзи около ванной комнаты, тот уже принёс брату рубашку, благо они были одной комплекции. Из-за двери доносился шум воды, но они оба замерли, не зная стоит ли мешать. — Как думаешь? — озвучил общую мысль Вэй Усянь. — Мгм, — был ему ответ. — Вот и я не знаю. Лань Ванцзи слегка нахмурился и повесил рубашку на ручку двери, а Вэй Усянь улыбнулся ему. — Ты тоже заметил, как они друг на друга смотрят? Я бы на месте Мэн Яо начал волноваться. — Мгм. — Да, да, ты прав, не буду лезть в чужие отношения. Ты такой хороший брат. И друг тоже, спас меня сегодня. Лань Ванцзи обхватил Вэй Усянь за запястье и заглянул ему в глаза. Почему-то от этого простого жеста сердце пустилось вскачь. — Лань Чжань? Смутившись, юноша отступил, и они оба вернулись в кухню, оставив Сичэня и Минцзюэ наедине.

***

— Ты точно не обжёгся? Прости Хуайсана, иногда он очень неловкий, у него это с детства. — Всё в порядке, чай был не очень горячим. Ты сам как? На тебя тоже попало. — Ерунда, — отмахнулся Минцзюэ и только сейчас понял, что расстегнул на Лань Сичэне рубашку. Это окатило его холодным потом, потому что он не собирался нарушать личные границы бывшего возлюбленного. — Прости, я что-то увлёкся. — Всё хорошо, тебе не за что извиняться, просто ситуация стрессовая. — Да, немного. У тебя есть во что переодеться? — Я одолжу у Ванцзи что-нибудь, не волнуйся, — он отвернулся к раковине, чтобы застирать рубашку. Не Минцзюэ гулко сглотнул, рассматривая идеальную спину, раз уж не смел пялиться на грудь и плоский живот. Лань Сичэнь был словно вылеплен талантливым скульптором, и Минцзюэ отчаянно боролся с желанием дотронуться. Это угнетало его, ведь он действительно любил Мэн Яо, желал быть с ним, но эта встреча всколыхнула всё запрятанное внутри, то, чему нельзя было давать выход. — Я пойду, — грубо бросил он, отворачиваясь к двери. Открыв её, он ощутил, как что-то упало, и увидел рубашку, лежащую на полу. — Это тебе, — протянул он вещь, стараясь отвести похотливый взгляд, но проигрывая в неравной борьбе. Лань Сичэнь резко обернулся и, потянувшись за рубашкой, так и замер на полудвижении. Взгляд Минцзюэ был отлично ему знаком, он видел такой не раз, когда они были близки. Отрезвила только мысль о Мэн Яо. Юноша не заслуживал предательства и удара в спину ни от него, ни, тем более, от Минцзюэ. Отмерев и взяв рубашку, Сичэнь заперся в ванной и медленно сполз по двери, крепко зажмурившись. Лучше бы они с Цзюэ не встречались вовсе, чем испытывать такие противоречивые и сильные эмоции, как сейчас. Было муторно, больно и тоскливо, а ещё как обухом по голове ударила мысль, что он сам виноват в своих бедах и нужно было выбрать любовь, а не карьеру, когда этот выбор встал. А сейчас слишком поздно и лучше тихо уйти, чтобы никого больше не тревожить. Вернувшись в гостиную, Не Минцзюэ сел рядом с Мэн Яо и хмуро посмотрел на брата. — Рубашка совершенно испорчена, А-Сан. Думаю, ты должен Лань Сичэню новую. — Конечно-конечно, Дагэ, я попрошу у него номер телефона и возмещу все убытки. Я так виноват! Не Минцзюэ не стал добивать его нотациями, да и срывать свою злость от самого себя было низко. Поэтому он продолжил сидеть за столом, полностью погрузившись в свои мысли. Молодёжь болтала о своём, Вэй Усянь продолжал развлекать ребёнка, а у него внутри разворачивалась бездна, о которой он не думал уже очень давно. Прекрасно чувствуя перепады его настроения, Мэн Яо положил руку ему на бедро и слегка наклонился, чтобы прошептать на ухо: — Можем уехать прямо сейчас. Но уезжать не хотелось. Где-то хлопнула негромко дверь, и он понял, что это ушёл Лань Сичэнь. — Мне пора, — обратился к Вэй Усяню Лань Ванцзи. — Спасибо за прогулку и ужин. — Уже уходишь? — разочарованно простонал Вэй Усянь. — Мы тебя проводим. Он подхватил А-Юаня на плечо и, изображая самолёт, побежал на выход. Цзян Чэн тоже встал. — Посмотрю как Ксиа, она не привыкла к большому скоплению людей, — и пошёл в свою спальню. Кошка нашлась на лежанке, но не спала и сразу же вскочила ему навстречу. — Как ты, девочка? Шумно у нас, да? — он сел на пол и взял её на руки, ласково поглаживая за ухом. Внутри всё было странно и непривычно, сердце просило вернуться назад, чтобы глаза могли любоваться прекрасной Вэнь Цин. — Мы подлетаем к аэропорту, пристегните ремни! — Вэй Усянь кружил по коридору, неся смеющегося А-Юаня на плече. Лань Ванцзи шёл позади, хотя до его квартиры было не так уж и далеко. — Лань Чжань, Лань Чжань, ты пристегнулся? — прокричал Вэй Усянь и зашёл на разворот прямо около двери. — Приземляемся. Он перевернул ребёнка несколько раз, вызывая его счастливый смех, и поставил на пол, придерживая, чтобы тот не упал. — Вот, мы доставили Лань Чжаня домой, мы молодцы. — И они хлопнули друг друга по раскрытым ладоням. — Ура-а-а! — радостно закричал А-Юань. — Хочу ещё самолёт, хочу ещё! — Сейчас будет обратный рейс, дай мне попрощаться с нашим пассажиром. А-Юань закивал и пошёл по коридору, раскинув руки в стороны, изображая самолётик. Вэй Усянь вздохнул и перевёл взгляд на Лань Ванцзи. — Тебе понравилось? Лань Ванцзи серьёзно посмотрел на него и кивнул. Почему-то эта мелочь сделала Вэй Усяня абсолютно счастливым. Он, не спрашивая разрешения, крепко обнял соседа и удивился тому, как сильно сомкнулись руки Ванцзи на его талии. — Ого, Лань Чжань, ты такой сильный! — Мгм. — Ладно, ладно, просто постоим вот так. Придёшь завтра в гости? — Мгм? — Ну, просто поужинать вместе, немного поболтать, мне с тобой так комфортно. А вообще мы ещё в обед увидимся, у меня же смена завтра. Лань Ванцзи снова кивнул и отступил на шаг, отпустив Вэй Усяня. Почему-то не хотелось, чтобы тот уходил, но, наверное, он был нужен брату. Поэтому Вэй Усянь, подхватив А-Юаня, понёсся над облаками в обратный путь, шумно изображая мотор самолёта. Войдя к себе, Лань Ванцзи нашёл брата на кухне. Тот сидел за столом и задумчиво смотрел в стакан с водой. Подойдя к нему, Ванцзи положил руку на плечо Сичэню. — Нестрашно, это просто глупые воспоминания, не бери в голову. — Уверен? — Да, Ванцзи, не тревожься. — Я слишком хорошо помню, как ты жил без него, — заметил он в ответ, но не стал больше лезть в душу. Кошки выбежали на его голос и он уделил им внимание. Нужно было поменять лотки, вымыть полы, протереть пыль и причесать тех, кого не успел расчесать брат. За работой хорошо думалось, а ему было жизненно необходимо привести мысли в порядок, разложить по полочкам события и факты и принять решение. Он привык, что его жизнь подчинялась расписанию с самого детства. Так было удобно дяде, но с годами и он пришёл к выводу, что это действительно практично. Он вставал в пять утра, делал зарядку, влажную уборку, кормил кошек и ехал в университет. Строго отмеренные часы на учёбу, обед, выполнение заданий и дорога домой. Снова влажная уборка, ужин, в девять он ложился спать. В выходные встречался с Лань Сичэнем, если тот это сам предлагал, иногда ездил в гости к дяде, но в целом посвящал время самообразованию и кошкам. Первая появилась в его доме в тот же день, когда он сюда въехал. Она сидела около подъезда, и он сначала прошёл мимо, привыкший к строгому правилу, что животных в дом приносить нельзя. У дяди была аллергия на шерсть, и даже самую маленькую кошечку или кролика не разрешалось держать в коробке под кроватью. Дядя начинал жутко чихать. Но теперь Ванцзи жил один, а значит, никто не будет испытывать неприятные ощущения из-за шерсти. Он вернулся к подъезду и забрал Лунь домой. Кошка прожила с ним шесть лет и умерла сравнительно недавно. Он скучал по ней, она была очень умной и чистюлей, как и он сам. Следующие появлялись практически по такому же сценарию, а брат подсказал искать им других хозяев, если он не планировал устроить из квартиры приют. Ванцзи такого не хотел. Через его руки прошли десятки кошек. Он тщательно проверял людей, которым их отдавал, и всегда просил слать ему фотографии в течение года. Дисциплина была у него в крови, наверное, поэтому так легко удавалось сочетать учёбу, кошек и… Личной жизни у него не было. Он никогда не стремился с кем-то сблизиться, ему не нравились ни мужчины, ни женщины. Он находил всех слишком навязчивыми. И Вэй Усянь был навязчивее всех их вместе взятых, но что-то отличало его от серой массы. В этом следовало разобраться. Было странно, что его хотелось брать за руки, хотя Ванцзи не любил прикосновений, хотелось защищать и оберегать, хотя Ванцзи привык заботиться только о брате и о кошках. Вэй Усянь был шумным и бесцеремонным, сосредоточением всего, что не выносил Ванцзи, но почему-то к нему тянуло, да так сильно, что становилось не по себе. Упорядочить мысли о юноше и понять, чего он хочет от этого общения, оказалось непросто, но Лань Ванцзи привык справляться с любыми задачами. Из размышлений его вырвал брат. — Ванцзи, я поеду домой, а то чувствую себя трусом, решившим отсидеться в углу. — Брат, твой номер спрашивал Не Хуайсан. И ещё Мэн Яо. Не давать? Лань Сичэнь удивлённо посмотрел на Ванцзи. Зачем его номер Мэн Яо, он ума не мог приложить, но почему-то позволил себе слабость и кивнул. — Можешь дать. — Хорошо. — Я буду немного занят на этой неделе, но хочу прийти на обед во вторник, когда у Вэй Усяня будет собеседование. — Он просил научить его быть сдержанным, — обронил Ванцзи, вызвав улыбку на лице брата. — Понимаю его желание, дядя придёт в ужас, если он начнёт тараторить про всё на свете. Но надо отдать ему должное, у него просто великолепный вкус, и я рекомендовал его не потому, что он твой сосед и друг. — Он не друг… — Лань Ванцзи запнулся на этом слове. — Кто-то больше? — с интересом присмотрелся к брату Сичэнь. — Вижу, что этот юноша проник гораздо глубже, чем ты позволяешь окружающим тебя людям. Кошкам и то дозволено больше. — Мгм. — Я знаю, просто разберись в этом, пока не зашло слишком далеко. Лань Сичэнь пошёл в сторону входной двери. На столике для ключей лежала его испорченная рубашка, и он задумчиво взял её в руки. — Всего одна чашка чая перевернула мой хрупкий мир вверх ногами. Даже не представляю, каково тебе, когда рядом ураган по имени Вэй Усянь. Спокойной ночи, Ванцзи. — Спокойной ночи. Лань Сичэнь вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Они с братом были воспитаны как приверженцы строгих правил и не проявляли своих чувств, редко обнимались, но оба знали, что любят друг друга. Те чувства шесть лет назад испугали его, он вцепился в слова дяди о карьере и позволил течению жизни решить его судьбу. Сейчас он называл это трусостью, но тогда это было взвешенным решением. Так ему казалось.

***

— Вэнь Цин, ну пожалуйста, я просто сбегаю на собеседование и вернусь к обеду. Это ведь совсем недалеко. — Почему ты вчера не сказал? — прохладно поинтересовалась девушка, которая отлично знала о собеседовании от Цзян Чэна и уже вызвала на подмогу официанта из другой смены. — Совсем из головы вылетело, — ныл у неё над ухом Вэй Усянь, складывая брови домиком, а губы уточкой. — Останешься после закрытия, чтобы помочь мне с уборкой. — Хорошо, хорошо. Ты самая лучшая на свете, — кланялся он изо всех сил. — Обязательно настучу по голове Цзян Чэну, если он ещё не пригласил тебя на свидание. Вэнь Цин вспыхнула и гневно уставилась на него. — Иди работай, болтун. Вэй Усянь радостно рассмеялся и побежал в зал, решив обязательно поговорить с братом о том, что такую девушку ни в коем случае нельзя упускать. Он же видел, как Вэнь Цин понравилась Цзян Чэну, оставалось только подтолкнуть тяжёлого на подъём брата. Заметив в зале Лань Ванцзи, Вэй Усянь понёсся к нему словно маленький смерч и едва успел затормозить перед столиком. — Вэй Ин, не бегай. Вэй Усянь поклонился и, заметив вошедшего Лань Сичэня, помахал ему рукой. — Вам как обычно и ещё компот из вишни? — Да, господин Вэй, благодарю, — Лань Сичэнь как всегда мягко и очаровательно улыбнулся. — Сейчас всё принесу! — Не забудьте, что у нас через час собеседование. — Да-да, я как раз отпросился! Надеюсь, что смогу удержать себя в руках при вашем дяде и он возьмёт меня на работу. — Всё будет хорошо, я говорил с ним утром и немного рассказал о нашем знакомстве, просто чтобы он был в курсе. Надеюсь, всё пройдёт успешно, потому что он оценил вашу дипломную работу как весьма интересную. Это добрый знак. — Спасибо, спасибо, господин Лань. Но если не получится, то меня пригласили завтра на ещё одно собеседование. Помнишь, Лань Чжань, я говорил, что жду ответа? Но я очень хочу работать с вами. Цзян Чэн сказал, что у вас очень весомая фирма на рынке. — А вы сами не изучили место, куда собираетесь пойти? — лаконично спросил Лань Сичэнь. — Эм, ну, я почитал пару статей перед сном, но суждению брата доверяю больше. Он выбирал куда послать резюме ещё за год до окончания университета. Я не настолько педантичный. Ох, я опять много болтаю, сейчас принесу ваш заказ. Он увидел Вэнь Цин и её хмурый взгляд и опомнился. Когда Вэй Усянь выносил обед для Лань Сичэня, то обнаружил в зале официанта из другой смены и с облегчением выдохнул. Всё складывалось для него хорошо. Лань Сичэнь предложил ему поехать вместе, и он подождал их у входа, после того как переоделся. К его удивлению, Лань Ванцзи тоже поехал с ними. — В магистратуре несколько иной график посещения занятий и сейчас у меня много свободного времени, — объяснил тот. — Это просто здорово, Лань Чжань. Ты такой умный, я вот в магистратуру не пошёл, как и Цзян Чэн. Мы решили, что пора начинать работать, да и очень хотелось вырваться из дома. Госпожа Юй глаз с нас не спускала, говорила, что мы умрём от голода или нас выселят из квартиры. Но Цзян Чэн недаром её сын, он такой самостоятельный, серьёзный, самый лучший. Лань Сичэнь внимательно наблюдал за Вэй Усянем, а потом улыбнулся ему. — Вы любите брата, это замечательно. Мы с Ванцзи также близки, и я тоже очень горжусь им. Вэй Усянь закивал, глядя на Лань Ванцзи с восхищением. — Ещё бы не гордиться таким братом! Ветеринар, спасает животных и очень-очень добрый. — Я рад, что вы подружились, господин Вэй. Ванцзи нужен хороший друг. — Я очень хочу дружить с Лань Чжанем долго, всегда, тем более мы соседи, и его кошечки нам тоже нравятся. Правда, А-Чэн, кажется, влюбился и, возможно, скоро выгонит меня на улицу. Лань Ванцзи нахмурился. — Как выгонит? — Ну не выгонит, но я сам не хочу ему мешать, в квартире три комнаты, Вэнь Цин очень уравновешенная, ей нужны серьёзные отношения. — Они разве встречаются? — удивился Лань Сичэнь. — Ну, они только вчера познакомились, но я знаю своего брата. Он стопроцентно влюбился. — Отчего такие выводы? — Он ни разу меня не побил, даже почти не угрожал это сделать и смотрел на Вэнь Цин так… Хотя нет, даже на Ксиа он так не смотрел, — засмеялся Вэй Усянь немного неловко. За разговором они доехали до высотного здания, в котором располагался офис компании Гусу Лань. Вэй Усянь судорожно вздохнул, но внезапно Лань Ванцзи переплёл с его пальцами свои и ободряюще сжал руку. — Всё будет хорошо, просто верь в себя. — Спасибо, Лань Чжань.