От двух до одиннадцати

— Эй, ты уверен, что всё в порядке? Я точно нормально выгляжу? Цзян Чэн ткнул брата, который, как всегда, считал ворон, и, только добившись похвалы, успокоился. Родители устроили шикарную свадьбу и он чувствовал себя ужасно неловко, даже хотел удрать вместе с Вэнь Цин, но Вэй Усянь раскусил их замысел и задержал. — Не волнуйся, А-Чэн, ты самый красивый! Вы будете идеальной парой. Вообще он сам немного волновался, глядя на Цзян Чэна. Такой взрослый, красивый, состоявшийся. Он испытывал гордость и что-то смешанное с радостью и лёгкой завистью. У них с Лань Ванцзи не будет свадьбы, хотя ему бы, пожалуй, хотелось. С другой стороны, вспоминая всю эту суету, нервотрёпку и бессонные ночи, он не будет настаивать на подобном обряде. Гостей собралось много. У семьи Цзян было множество друзей и знакомых, к тому же госпожа Юй очень хотела похвастаться всему миру, какая у неё невестка. Её затмевала только дочь, которую выдали замуж месяцом ранее. Ту свадьбу они оба с Цзян Чэном вспоминали с содроганием. Столько роскоши, пафоса и гордыни в одном месте, что Вэй Усянь только чудом не испортил торжество. А очень хотелось. Но шицзе не заслуживала такого, поэтому пришлось отдать свою руку Лань Ванцзи и просить не отпускать его дальше, чем на шаг. В итоге всё прошло хорошо, теперь сестра живёт со своим павлином. Его родители настояли на отдельном особняке, и они с братом утешились, что Цзяны хотя бы не пытались всучить им по такому же. — Всё. Нужно идти, — глубоко вздохнул Цзян Чэн и постарался унять сердце. Церемонию решили проводить в смешанном стиле, поэтому он был одет в строгий костюм, а вот Вэнь Цин должна быть в традиционном красном платье. Его он не видел, но по слухам это было нечто грандиозное. Зная свою мать, он ей верил. Госпожа Юй точно не допустила бы, чтобы Вэнь Цин была в простом наряде, хотя та и могла дать достойный отпор будущей свекрови. Цзян Чэн вышел вместе с отцом, Вэнь Цин же вела госпожа Юй. Всей семье уже стало ясно, кто её любимчик, и теперь даже Вэй Усяню было боязно, что могут придумать две таких сильных женщины. Держась за спиной брата, Вэй Усянь несколько раз проверил кольца, которые должен был вручать молодожёнам. Несмотря на свою кажущуюся всем беззаботность, он страшно волновался и боялся что-нибудь испортить. Когда из шатра появилась Вэнь Цин, даже у него открылся рот. Девушка выглядела невероятно: истинная красавица, которой место в императорском дворце. Цзян Чэн посчитал, что он умер и всё это загробная жизнь. Видимо, он был очень хорошим человеком, послушным сыном и за столько лет даже пальца не сломал Вэй Усяню. Ведь не могла эта небожительница идти сейчас к нему, смотреть ласково, улыбаться смущённо и при этом выглядеть так потрясающе. Да, он просто умер. Это всё упрощало. Они заняли место напротив девушки из Департамента и та произнесла торжественную речь о семье и браке. Вэй Усянь подал им кольца, а затем они расписались, где им указала всё та же девушка. Неплохо, посчитал Цзян Чэн, хотя могли бы и упразднить это всё, раз уж он точно уверен, что умер. Он протянул руку уже своей жене, помог ей, и они встали перед родителями и бабушкой Вэнь. Цзян Чэн был обеспокоен, как Вэнь Цин будет совершать три поклона, но всё прошло более чем хорошо. Они поклонились небу и земле, старшим родственникам и, наконец, друг другу. Он взял жену за руку и отвёл к небольшому чайному столу, установленному специально для обряда. Родители передали им чаши с вином, перевязанные красными лентами, и они отпили по одному глотку, чтобы обменяться и допить вино. Наступило время чайной церемонии, и Цзян Чэн подумал, что посмертие похоже на вкус на «Улыбку Императора», любимое вино Вэй Усяня. Вот ведь память, подсовывает ему знакомые ассоциации. Между тем Вэнь Цин изящно налила ему чай в пиалу и подала с лёгким поклоном. Он тоже поклонился, принимая подношение, и счастливо смотрел, как жена наливает чай родителям и себе. Она подала пиалу всем троим, стараясь не улыбаться слишком ярко. Цзян Чэн казался ей немного странным, но она списала это на волнение. Подарки от родителей были в традиционных красных конвертах. Там лежали документы на квартиру, машину и кафе. Она все это уже знала, но всё равно была взволнована такой щедростью. Цзян Чэн же пил чай и блаженно улыбался. Взяв из рук мужа пустую пиалу, Вэнь Цин сжала его руку и повела в дом, пытаясь понять, что случилось с Цзян Чэном и точно ли всё в порядке. Когда они остались наедине, девушка шепнула: — Всё хорошо? Стряхнув наваждение, Цзян Чэн кивнул, а потом робко, словно ещё не имел на это права, коснулся пальцами щеки Вэнь Цин. — Я могу? Вэнь Цин опустила взгляд и кивнула. Поцелуй вышел медленным, робким и осторожным. Цзян Чэн хотел выразить им все свои эмоции и чувства, показать отношение и признаться в том, что будет любить Вэнь Цин всю жизнь. Его супруга отвечала ему тем же и, когда закружилась голова, шепнула: — Нам нужно вернуться. Но скоро мы будем вдвоём так много, что ты ещё от меня устанешь. — Никогда. К его собственной радости, он всё-таки не умер. Их поздравляли несколько часов, гости всё шли и шли, всё несли подарки и несли. Они сидели в красиво украшенном месте и только желание уединиться делало торжество скучнее, чем оно было на самом деле. Вэй Усянь танцевал со всеми, с кем только мог. Даже с А-Юанем и всеми девочками младше десяти лет. Лань Ванцзи стоял в сторонке, равнодушно смотря на это, но Цзян Чэн прекрасно знал, что всё не так уж и спокойно. Парень оказался ревнивым. Вэнь Нин чувствовал себя немного не в своей тарелке, но его взяла под своё крыло Яньли и познакомила со всеми молоденькими девушками. Цзысюань топтался поблизости и всё никак не мог утащить жену танцевать. Бабушка Вэнь наблюдала за всеми сидя за столом, но Цзян Фэнмянь всё-таки пригласил её на медленный танец, и она с радостью согласилась. Вэнь Цин вздохнула с облегчением, когда поток дарителей иссяк, и Цзян Чэн взял её за руку. — Потанцуем? — Да. — Ты такая красивая, что я всю церемонию был убеждён, что умер и это мои небеса. — Так вот почему ты так странно выглядел, — рассмеялась девушка. — Зато всё прошло гладко, — пожал плечами он и повёл свою жену танцевать. Обняв Вэнь Цин за талию, он прикрыл глаза, полностью сосредоточившись на музыке и на близости с той, кому отдал своё сердце. Они будто остались одни в целом мире, и Цзян Чэн наконец поверил, что эта женщина принадлежит теперь только ему и никому больше. Двигаясь в такт музыке, молодожёны не замечали восхищенных взглядов и не слышали шёпотков о том, какая они красивая пара. Вэй Усянь вернулся к Лань Ванцзи, и только приказ госпожи Юй вести себя прилично удерживал его от приглашения своего парня на танец. — Хочу свадьбу, Лань Чжань. — Хорошо. — Но ведь нельзя. — Пригласим близких, можно. Об этом Вэй Усянь не подумал и теперь в очередной раз восхитился тем, какой Лань Ванцзи умный. — Люблю тебя, Лань Чжань! Ты… просто слов нет, какой! — Вэй Ин, ничего не говори. Я знаю. Сердце наполнилось ощущением счастья, но теперь совсем иным, оно было навсегда связано с Лань Ванцзи. Свадьба завершилась ещё до полуночи, гости разошлись, чтобы дать молодым и их семье отдохнуть. Бабушка Вэнь уже давно удалилась в отведённую ей комнату, и только Вэй Усянь носился по знакомому поместью, чтобы поиграть с детьми, попрощаться с приятелями и знакомыми. Он был счастлив повидать тех, с кем пришлось расстаться, уехав в большой город. Лань Ванцзи уважал его личное пространство, но потихоньку закипал. Вино делало Вэй Усяня ещё более тактильным, он обнимался со всеми подряд и вёл себя чересчур свободно. Ревность была не очень похвальным чувством, но Лань Ванцзи и так терпел слишком долго. В конечном итоге, когда Вэй Усянь полез целоваться к девушке, которую до этого весело дразнил детским именем Мянь-Мянь, его терпение лопнуло. Лань Ванцзи подошёл ближе, схватил своего парня за руку и одним выверенным движением закинул себе на плечо. Девушка была в лёгком шоке, но рассмеялась. — Пока-пока, Вэй Усянь, — помахала она ему, ничуть не расстроившись. — Ла-а-ань Чжа-а-ань, — заныл Вэй Усянь, повиснув головой вниз. — Ты чего? Ответить Лань Ванцзи не мог, он нёс свою добычу в комнату под удивлёнными, но немного понимающими взглядами редких гостей. Всё-таки Вэй Усянь прожил здесь почти двадцать лет и его многие знали. Видимо те, кто не знал, какие отношения связывают двух молодых людей, предполагали, что Вэй Усяня настигла неминуемая и заслуженная кара за излишнюю болтливость. Сгрузив своего парня на кровать, Лань Ванцзи снял ремень и связал ему руки, глядя так, будто хотел съесть его живьём. Вэй Усянь снова захныкал и, недолго думая, Лань Ванцзи заткнул его поцелуем, не собираясь вести долгих разговоров. Когда одежда с обоих парней была снята и аккуратно сложена на стуле, Лань Ванцзи наконец заговорил: — Ты много трогаешь чужих. — Ай, Лань Чжань, ты что! Ты обиделся из-за Мянь-Мянь? Она не чужая, я с ней в школе дружил. Лань Ванцзи нехорошо прищурился и, сев рядом с Вэй Усянем, перевернул его на живот и с размаху опустил ладонь ему на ягодицу. Тот сразу же завопил, но Лань Ванцзи был непреклонен. Он отвесил ещё четыре крепких удара, решив, что этого достаточно на первый раз. Вэй Усянь в процессе хоть и вопил, но не забывал и удовольствие получать. Ему нравилось всё, что творил с ним Лань Ванцзи. Будь то нежная прелюдия к сексу, начинающаяся с минета, или же вот такое наказание, сулящее жёсткий и даже грубый секс. Как он и думал, ему не дали времени на подготовку, и, едва капнув немного смазки, Лань Ванцзи ворвался в него, сильно раздвигая ягодицы и сразу взяв быстрый темп. Вино и недавняя близость, помноженные на каплю смазки, сделали своё дело и уже через минуту Вэй Усянь орал от удовольствия. Лань Ванцзи закрыл ему рот рукой, пожалев, что не взял из дома кляп, и продолжил воспитательный акт соития. Он знал, что они любят друг друга, и доверял своему партнеру, но тот мог бы поменьше тискать как девушек, так и парней. И поменьше им улыбаться. И смеяться так хрустально чисто и искренне. Лань Ванцзи был собственником. А ещё он предполагал, что Вэй Усянь вытворяет всё это специально. От этой мысли внутри вскипело праведное возмущение и, подхватив своего парня под колени, Лань Ванцзи сменил позу и стал брать его в бешеном темпе, не забывая сильно сжимать пальцами ягодицы. Как-то Вэй Усянь признался, что ему нравится рассматривать и гладить следы, которые оставляет на нём Лань Ванцзи. С тех пор не успевали сойти старые синяки, как на их месте или рядом расцветали новые. Мыча в ладонь Лань Ванцзи, Вэй Усянь подавался ему навстречу, ошалев от удовольствия и страсти любимого. Ему всегда хотелось как можно больше, его жадность была на грани с маниакальным желанием отдать себя целиком. И он ни в чём себе не отказывал. Когда пальцы Лань Чжаня обхватили его член, в глазах потемнело, и с тихим всхлипом Вэй Усянь кончил, считая звёзды перед глазами. Лань Ванцзи, как всегда, не сразу последовал за ним и продолжил двигаться, но теперь медленнее, наслаждаясь близостью и тем, что Вэй Усянь принадлежит только ему. Разморенный и удовлетворённый, тот больше не кричал, не подавался назад. Лань Ванцзи провёл руками по его спине, опустился на ягодицы и натянул Вэй Усяня на член сам. Чуть лениво, зная, что причиняет больше дискомфорта, чем удовольствия. — Вэй Ин понял? — тихо спросил он. — М-м-м, — послышалось сонное в ответ. — Понял, Лань Чжань, понял. Давай спать? Лань Ванцзи усмехнулся и вернулся к быстрому темпу, доводя себя до разрядки. От спермы он обтирал уже спящего Вэй Усяня. Пришлось немного повозиться, но он его уложил под одеяло, затем и сам лёг рядом. Никаких мыслей перед сном уже не было, для него и так было слишком поздно, поэтому уснул он мгновенно.

***

— Как проходит твоя практика? — Лань Сичэнь вернул всех кошек, в количестве четырёх штук, брату. Они приглядывали за ними во время отсутствия хозяев и одну оставили себе, Мэн Яо просто влюбился в Сюли и не смог с ней расстаться. К его удивлению, Не Минцзюэ не возражал, хотя и особого восторга тоже не выказал. Ему было просто не до того, он расширял сферу деятельности. — Очень хорошо, — ответил Ванцзи, выпуская питомцев из переносок. Раньше Лань Сичэнь оставался с ними в его квартире, если была необходимость, но тут его категорически отказались отпускать даже на одну ночь. Пришлось забирать всех к себе. Хуайсан тоже был в восторге, но кошкам не понравилось, что от него пахнет красками, и взять кого-то к себе он не отважился. — Ты молодец, Ванцзи. Я рад, что Вэй Усянь разделяет с тобой увлечения. — Я тоже. Как Сюли? — Похожа на А-Яо, такая же хитрая и ласковая. Они теперь на диване сворачиваются двумя клубками и Цзюэ не может определиться, кого первого гладить. Лань Ванцзи приподнял уголки губ, обозначая улыбку, и присел, уделяя внимание Зизи, которая от возмущения за долгое отсутствие хозяина укусила его за палец. Улыбнувшись, Лань Сичэнь погрозил кошке пальцем. — У моего брата тоже должна быть личная жизнь, разве мало я тебя чесал? Мявкнув, кошка потерлась о ноги Лань Ванцзи и отправилась на кухню. — Эта принцесса с характером. — Она главная. — Это заметно, Ванцзи. Как ваши с Вэй Усянем дела? — Хорошо. Почему ты спрашиваешь? — Просто хотел узнать всё ли в порядке. — В порядке. Он хочет свадьбу. — Что? — Лань Сичэнь запнулся, хотя уже готов был сказать какую-нибудь дежурную фразу и удалиться на кухню выпить чаю, но застыл как вкопанный. — Свадьбу. Он был уже на двух и хочет свою. Я сказал, что мы можем провести её. — Ты сказал что? Но в Китае не регистрируют однополые отношения. — Я знаю. Это будет церемония для близких. — Прости, я так опешил, что не сразу понял, что ты имеешь в виду. Церемония для своих, что же это вполне реально. Я даже знаю, кого вам пригласить в качестве распорядителя. — Кого? — А-Яо. У него выдающиеся организаторские способности. Это помимо прочих талантов. — Хорошо. Он приятный юноша. Лань Сичэнь улыбнулся. — Да, очень. Составь список тех, кого вы хотите видеть, и расспроси Вэй Усяня об особых пожеланиях, мы всё устроим. — Спасибо. — Не за что, Ванцзи. Я счастлив за тебя и теперь, благодаря появлению в нашей жизни Вэй Усяня, всё стало лучше, правда? — Да. Это всё Зизи. — Кажется, наша красавица заслужила угощение. Хотя ты ведь говорил, что встретил его ещё в кафе. — Да. — Тогда почему Зизи? — Я бы… наверное, не пошёл с ним гулять, если бы не она. — То есть именно возвращение кошки сыграло свою роль? — Да. — Интересно. — Лань Сичэнь посмотрел на брата внимательнее. — Ты выбрал его не только за это, но то, как он обращается с кошками, послужило первым шагом. Знаешь, у меня так было с Цзюэ. Он пытался привлечь моё внимание, постоянно звал на студенческие вечеринки, а мне это было неинтересно. Зато когда я увидел его в библиотеке за изучением материала, тут-то всё и сложилось. Мне понравился его подход, его умение отстаивать свою точку зрения и при этом уважать чужую. С годами он ничуть не изменился. Стал только более дотошным, что лично мне нравится. Лань Ванцзи понимающе кивнул. Они с братом всегда чувствовали друг друга очень тонко, особенно Лань Сичэнь его. Но сейчас Ванцзи был рад, что понимает его между строк. Он увидел любовь Вэй Усяня к миру, его желание о ком-то заботиться. И хотя порой это дико раздражало, он уважал своего парня. Ведь он сам однажды позаботился о бездомной кошке. Как знать, возможно, именно это определило его судьбу. Из кухни раздался грохот, и они с Сичэнем поспешили туда. Перси сидела на раковине и вылизывала лапу, а внизу, явно чего-то ожидая, ходила Зизи. — Если даже вам удастся сбросить тарелку, юная пушистая госпожа, вас постигнет разочарование. Лань Сичэнь подмигнул брату и убрал смещённую почти к самому краю тарелку, накрытую ещё одной. В ней Вэй Усянь оставил семена каких-то цветов для Яньли и забыл их перед отъездом. — Они ели? — Конечно, Ванцзи, разве я мог оставить их голодными? Прости, но мне кажется, что они просто хулиганки. — Верно. — Вы будете заводить ещё кошек? — Если на время. А так нет, хватит. — Да, четверо — в самый раз. Как дела с клиникой? Давай я всё же сниму ещё часть денег со счета родителей? — Мы уложимся в те деньги, что я уже снял, — возразил Лань Ванцзи. — Ты ведь знаешь, где пропадает Вэй Ин прямо сейчас, сойдя с поезда. Всё получается. Они разделились прямо на перроне. Лань Ванцзи поехал домой, потому что брат уже вёз ему кошек, а Вэй Усянь поехал в их клинику. Они выкупили помещение, подходящее под задуманные стандарты. Вэй Усянь переделал свой изначальный вариант отделки, но в целом всё осталось, как они и задумывали. И пока Лань Ванцзи нарабатывал себе имя, проходя практику в очень престижной клинике города и заканчивая магистратуру, его парень успевал работать в Гусу Лань и заниматься ремонтом. Цзян Чэн помог с закупкой оборудования через свою фирму. И в целом всё было действительно отлично. Они даже собирались открыться раньше, чем планировали. — Тогда я спокоен, — кивнул Лань Сичэнь. — Но всё равно хочу помочь. Дядя тоже интересуется, как у тебя всё получается. Понимаю, что ты очень загружен сейчас, но он был бы рад видеть тебя. — Я поеду только с Вэй Ином. — Конечно. Он рассказал дяде о своей связи с Вэй Усянем несколько месяцев назад. Реакция была сдержанной, его даже не отлучили от дома, но и не испытали восторга. Больше он не ездил к дяде домой, считая, что не стоит лишний раз нервировать его. Однако если Сичэнь согласен, то им действительно стоит навестить Лань Цижэня перед открытием клиники и лично пригласить его на торжество. Это будет дань уважению, которое они оба испытывали к дяде.