Нас свёл дождь

      Солнце уже готовится ко сну, но замедляя свой уход, оно медленно спускалось, отдавая своё последнее тепло на сегодня. И не только тепло, но и красоту, красоту заката, особенно расплывчатую на облаках. Ветерок игрался с ними, гнал куда-то далеко, давая людям насладится изящностью момента, а пока просто проходился меж листочков деревьев, взъерошивал волосы людей, и тоже согревал своим теплом.       В этот прекрасный вечер было назначено свидание. От этой мысли Антон невольно улыбался, в развалочку прогуливаясь по алее парка. Он в нетерпении считал секунды до назначенного времени, когда сможет увидеть её, в очередной раз, но для него он был как никогда особенным. С девушкой, о которой можно лишь мечтать. Шастун, спустя два свидания с ней, до сих пор не мог поверить, что Ира ответила ему взаимностью, и они, вроде как, даже вместе.       Присаживаясь на одну из многочисленных лавочек, находящуюся в, достаточно, укромном месте, он взглянул на время и понял, что пришёл даже раньше положенного. Но не через пять минут, десять, двадцать, девушки не было видно. Шастун было уже подумал, что она просто-напросто не может его найти, и решил позвонить ей, но увидел непрочитанное сообщение от неё: Ира: Антон, извини, но наши отношения были ошибкой. Я так и не смогла к тебе что-то почувствовать. Прости, что эти два месяца врала тебе.       Антон ничего не ответил, он просто убрал телефон, и остался сидеть дальше. Парень понял только сейчас, что неудача дышала ему прямо в спину, а он как ослепленный любовью, совсем потерял голову. Шастун чувствовал себя использованным, словно погряз в грязи и вылезти оттуда считает невозможным. Ему нужна поддержка, только вот откуда её получить.?       С неба начинает капать крупными каплями дождь. Многие люди, отдыхающие здесь, сразу убегают к своим машинам, а парень остаётся сидеть на лавочке откинув голову назад, растянув на губах искреннюю улыбку. Расслабив тело полностью, он просто поддался дождю и ловил кайф, откинув мысли о недавней потере. Дождь усилился, тучи затянули всё небо, и даже прекрасный закат, который нигде не выглядывал. Звук бьющихся капель об асфальт и землю смешался в единый шум, затмевающий громкие мысли отчаяния.       — Мгх, здравствуйте, можно присесть? — раздался мужской голос сбоку, отчего Антон немного дёрнулся, но как только увидел мужчину успокоился и кивнул ему, не особо придавая этому значения. Мужчина был одет в обычные джинсы, черную футболку, и такого же цвета лёгкое пальто, и в отличии от Шаста он был одет намного приличнее. Зонта у него не было, в принципе оно и логично, ведь о том, что пойдёт дождь многие не знали. Молодой человек присел рядом, не смотря на мокрую поверхность лавочки, соблюдая дистанцию.       — В парке куча лавочек, но почему-то вы решили сесть именно на эту, — ухмыльнулся Антон, запрокидывая голову назад, как и прежде. Это звучало как претензия, или даже что-то, что могло задеть, но мужчина лишь улыбнулся такому наезду.       — Все лавочки пустуют, а на этой остался человек, который также разделяет любовь к дождю, — решил подтвердить свою догадку собеседник. — Разве я не прав?       — Правы, — взглянул он на него с неким подозрением, будто ища подвох. Визуально, ничего сверхъестественное не было, но чисто теоретически это было странным. — А вы случайно не маньяк?       — Случайно — нет, специально тоже. Согласитесь это тупо подсаживаться к своей жертве и начинать с ней диалог, легче было бы просто зайти со спины и убить, — рассуждал он, надменно смотря перед собой куда-то вдаль.       — Это да, но меня смутил теперь другой момент: откуда такие заученные выводы, полностью наполненные манипуляциями? — никак не унимался Антон. Будь собеседник реальным убийцей, то парень бы уже валялся на лавочке с перерезанным горлом.       — Ты так хочешь чтобы я был маньяком? Чего ты добиваешься? — с ухмылкой произнёс незнакомец, наконец заглянув в ярко зелёные глаза напротив. Антон даже не успел уловить суть сказанного мужчиной, как потонул в голубизне этого океана. Он открыл рот пытаясь что-то сказать, но просто не смог. Глаза напротив сияли ярче любого солнца, только не счастьем, а грустью и безразличием. Мужчина начал чувствовать, как напряжение нарастает, поэтому отвёл взгляд и отвернул голову в противоположную сторону, стараясь зацепиться глазами хоть за что-нибудь.       Дождь усиливается, ветер в принципе тоже не отстаёт, лужи, как маленькие речки бегут куда-то вниз по небольшому склону. Одежда вся промокла насквозь, так что простуда уже неизбежна. Всё это как пустой звук для Антона, он далеко не здесь. Парень не размышляет ни о том, как он будет идти с ознобом домой, ни как он вообще сейчас выглядит, он думает о мужчине сидящего рядом. Чем же он так его зацепил?       — Меня Антон зовут, — неловко, но достаточно чётко произносит он, протягивая руку незнакомцу.       — Тебе незачем знать моего имени, — ответил мужчина, бросив взгляд на руку, так и не пожав её.       — Если не скажете, я точно подумаю, что вы гребаный маньяк, –шантажировал Шастун, немного дергая рукой, дабы давая последний шанс.       — Думай что хочешь, Тош, — на выдохе проговорил он.       Шастун признавая свой некий проигрыш, убрал руку, и глубоко вздохнул, делая резкий выдох. Ему не нравились эти фразочки, которые идут против него, он даже, что ответить не знает, из-за этого становится не по себе.       — У тебя что-то случилось, или с самого утра день не задался? Грустный какой-то, — спрашивает мужчина, разбавляя разговор.       — А вы радовались, если бы девушка отшила вас после двух удачных свиданий? — с небольшим наездом говорит Антон, смотря на профиль собеседника.       — Вот как, — кивнул он, складывая руки на груди. — Если она ушла, значит точно не любила, тем более за нескольких свиданий. Наверняка, она соглашалась лишь из-за того, что совесть не позволяла отказать, либо она использовала тебя ради своей же выгоды. Но не в этом даже суть. Знаешь цитату «Люди как трамвай, если один ушёл, значит придёт обязательно другой»?. Многие думают, что смысл заключается в том, что на место одного человека приходит другой, и это правда так, но есть и более глубокий заковырок: не нужно привязываться к людям, иначе будет больнее. Нужно выбирать людей, которых ты знаешь как своих пять пальцев, и только тогда начинать притягиваться и тем более любить. Сам же уже понял, что любить это больно. Ведь никогда не знаешь, в какой момент, жизнь захочет сыграть с тобой злую шутку, — пояснял мужчина парню, ни разу не посмотрев в горящие глаза, которые прожигали в нем дыру. Антон и правду смотрел на него с восхищением, даже не пытаясь перебить эту тираду. Он взахлёб впитывал поступившую информацию, и старался не упустить ни единой мелочи. Даже если он и знал эти простые вещи, то всё равно бы даже рта не открыл.       Почему этот незнакомец так к себе притягивает и заставляет проявлять уважение?       Просто почему...       — У вас должен быть большой жизненный опыт, раз уж вы так хорошо это знаете, — предположил парень, тоже складывая руки на груди.       — Да, есть такое, — безразлично отвечает мужчина, поднимаясь с места. — Что ж, спасибо, что составил компанию, но мне нужно идти, как раз дождь закончился.       — Да, хорошо, и вам спасибо. До свидания, — улыбаясь, без отрыва он снова смотрит в глаза, которые теперь не прячутся. Пожимать руку он даже не предлагает, исходя из недавнего опыта, поэтому мужчина просто уходит, чувствуя пристальный взгляд на спине.       — Прощай, Тош.       «Тош», как же ласково это звучит из его уст. «Так, Шаст, алло, приём, это Земля, вернись обратно, ты не гей вроде, чего ты так на него смотришь»

***

      Сказать, что следующая неделя прошла как всегда, это значит нагло солгать. Да, возможно, обстоятельства особо не менялись, но мысли вышли далеко за границу. Этот чёртов незнакомец, поменял мышление Антона на все сто восемьдесят градусов, и, видимо, менять, что либо обратно, не намерен. Образ, черты лица, тембр голоса, сияющие глаза засели глубоко в подсознании, а парфюм впился в кожу как татуировка, и свести её никакой мастер не сможет. Он везде пытается найти его, хотя бы, что-то, что могло хоть минимально быть похожим на того мужчину, но всё тщетно.       Что-то говорить, про то, как он ему морально помог, лучше не стоит, потому что там в разы всё серьёзнее. В тот момент, когда Антона бросили, по сути даже просто растоптали, и он был морально слаб и подавлен, он не смог податься эмоциям, из-за того, что рядом был человек. Во-первых, Шастун не смог бы при нем показаться слабым, и начинать размазывать слюни, потонув в собственном отчаянии. А во-вторых, простой, незамысловатый разговор помог лучше любого лекарства. И как теперь забыть того героя?       Единственный, неумолимый факт, который непосредственно влияет на парня, это то, что он держит всё в себе. Ни один из его друзей даже не догадывается о его проблеме. И Шаста эта херня очень пугает, но почему рассказать кому-то он не рискует. В его голове полный хаос, который разгрести ему не под силу, а пока он не разберёт всё по полочкам и не убедится в этом сам, то о разговоре даже речи быть не может. Хотя с какой-то стороны странно, ведь они бы смогли выслушать его, как психологи, и тогда процесс сортировки мыслей шёл бы намного быстрее. Но Шастун был уверен, что дать совет, как тот незнакомец они не смогут.       Вот же бывают люди, которых никак не забудешь. Они просто отличаются от всех других, и отпечатываются в памяти. А потом внезапно пропадают, и поминай как звали. Но Антон не из этих, поэтому решил его всё-таки найти. Отталкиваться ему не от чего, ибо он даже имени его не знает, но всё же в интернете он порылся, и неудивительно, что безрезультатно.       И ведь Шастун даже на этом не остановился. Он ходил в тот самый парк, на ту самую лавочку, и подолгу сидел, до последнего веря, что он придёт. Ему взаправду начало казаться, что он сходит с ума, и что того незнакомца он выдумал, или не может забыть как страшный сон.

***

      — Доброе утро, Антон Андреевич. Есть хорошая новость, Павел Алексеевич сказал передать вам: у него есть место для вас, в одной неплохой компании ассистентом, потом, естественно, должность будет повышаться. Если интересно такое предложение, то придите сегодня к десяти часам к Павлу Алексеевичу в кабинет, — сказала молодая девушка любезным голосом.       — А… Да, хорошо, спасибо, — с хрипотцой ответил Шаст, спросонья не понимая, что от него хотят.       Доброе, блин, утро понедельника. Антон сначала предпочёл полежать подольше в тёплой постельке, чем ехать в такую рань куда-то, но потом вспомнил сколько у него денег на карте. Парень посмотрел на время, поморщился от досады, а потом с тусклой миной нехотя встал и пошёл собираться. В принципе, он, как обычный, среднестатистический парень, собрался за пять минут, а остальное время, просто-напросто, не знал куда деть, ведь до выхода ещё довольно рано. С горем пополам, доехав до офиса на такси, он идёт уже более активнее, к назначенному кабинету.       — Здравствуйте, Павел Алексеевич, — со стуком, заглядывает Антон в кабинет.       — Здравствуй, Антош, — поднимая голову Паша видит это ушастое чудо, и с улыбкой идёт к нему, чтобы поздороваться. Из всех четырёх лет университета, Шастун всегда чем-то отличался, причём в хорошем смысле. Он всегда был душа компании, и его перепалки с учителем не казались оскорбительными, ведь этот паренёк постоянно мог выкарабкаться от одной лишь шутки, либо фразы. Класс его любил, и учителя тоже. Оценки у него всегда были положительными, и это, наверное, из-за его прекрасной смекалки, которую он часто использовал. Воля был куратором их группы, по совместительству папа, ведь каждого он любил по своему, и пытался помочь каждому, даже если вопрос был не по учебной части.       — Вызывали? — спросил парень, после тёплого рукопожатия и некого объятия.       — Да. Здесь мне позвонил мой друг на днях, точнее его ассистент, предложил вакансию для нас, а точнее именно для тебя. Им понравился ты, и твои навыки, которые в работе очень пригодятся. В принципе, по их словам, работа вообще не сложная, принеси, унеси, подай, да сделай. Как по мне прекрасный вариант, особенно с такой зарплатой. Если возникнут вопросы, то они помогут, на крайний случай я, — объясняет Воля, жестикулируя руками.       — Ну да, шанс хороший, и упускать не хочется, — раздумывает Антон, перебирая кольца на пальцах. Взаправду, работа реально поможет отвлечься от мыслей об этом незнакомце, если и в прям загрузить себя по самое не балуй. Да и деньги нужны. — А можно туда сейчас съездить, посмотреть хотя бы? А то я даже не знаю на что хочу подписаться.       — Да, конечно, можешь прямо сейчас поехать, я их, если что, предупрежу, они тебя встретят, — соглашается мужчина, уже вбивая сообщение в телефоне.       — Хорошо, спасибо, Павел Алексеевич, — говорит уже на пороге Антон, прощаясь с куратором.

***

      Лениво рассматривая окрестность города, парень ловил себя на мысли, что едет в правильном направлении, и будто на душе разгорался огонёк, который был на грани превратится в пепел. Безусловно, водитель едет куда нужно, но не в этом смысл, а в том, что с приближением в назначенное место, внутри всё разгоралось. Антона это первые минуты даже забавляло, а потом начало пугать. Стараясь думать обо всем на свете, только бы лишь не коснуться снова этого пламени.       Таксист останавливает машину около какого то изящного здания, которое на вид было абсолютно новым, либо хорошо отремонтированным. Шастун сильно его не рассматривал, а сразу пошёл внутрь. Достаточно светлое помещение, с большим количеством окон, белого тона интерьер, и вообще с ощущение просторности. При входе его встретила девушка лет двадцати пяти с планшетом в руках, и рабочей улыбкой на лице.       — Здравствуйте, вы Антон Андреевич?       — Здравствуйте, да, — растерянно улыбаясь в ответ, ответил парень.       — Меня зовут Алина. Давайте я провожу вас до кабинета Арсения Сергеевича, и по дороге поподробнее расскажу про нашу фирму, — предложила она, на что Антон отстраненно кивнул и проследовал за девушкой. — Как я уже успела упомянуть, Арсений Сергеевич, это, так скажем, начальник, или же руководитель всей фирмы. Мы занимаемся производством оружия, то есть пистолеты, винтовки и так далее. В этом здании производства нет, здесь мы решаем только вопросы, и проверяем результат через компьютер. Люди постоянно в работе, у каждого свои обязанности, которые пазлами складываются в единый результат. Абсолютно всё проверяет Арсений Сергеевич, за последний год так точно, а всё потому, что не доверяет это дело кому-то ещё, даже опытным специалистам. В последнее время он вообще из своего кабинета не вылезает, ест мало, не спит вообще, я даже не помню когда он последний раз дома был. А я, как его правая рука, за всей работой смотрю, ну и вижу, что именно он то уже не вывозит, поэтому еле как уговорила на ассистента. Он доверил мне это дело. Я, конечно, тщательно искала хороших людей, но особо презентабельных не нашла, кроме вас, — рассказала она, пока они поднимались на лифте на нужных этаж, вроде пятый. — В общем, вот кабинет, подождите секунду, я его предупрежу.       — Хорошо, — откликнулся Антон, переваривая новую информацию.       — Проходите. Желаю удачи, — спустя минуту вышла девушка, и нажимая что - то в планшете, побежала по коридору в другой кабинет.       Шаст собрав весь дух, взялся за ручку двери, и, сделав глубокий вдох, нажал на неё. Это его первое в жизни собеседование, и он вроде как понимает, что уже почти принят на работу, но всё равно как-то волнительно. Пути назад нет. Первое, что он видит это нежно голубые стены, а на ней какую-то картину с природой, потом деревянный стол с канцелярскими принадлежностями и кучей бумаг, а за ним сидит… Тот самый незнакомец. По коже пробегают многочисленные мурашки, в руку бьёт мелкий ток, а тело будто парализовало. Мозг отказывается воспринимать, что эти глаза снова смотрят ему прямо в душу, и то, что тот мужчина из парка вообще настоящий. Он увидел его снова, и на этот раз отпускать не хочет, да и не сможет.       — Чего застыл, проходи, — говорит мужчина, как ни в чем не бывало. У него взаправду уставший вид, и взгляд безразличный, но не совсем…       — Это правда вы? — немного отходя от шока Антон аккуратно проходит во внутрь кабинета, и даже моргнуть боится, будто бы это всё может пропасть.       — Ну да, я, — делая вид, что ничего не понимает, Арсений перебирает бумаги, что то подписывая.       — Аху… Афигеть, я поверить не могу, — с нервной улыбкой, парень подходит к столу, за которым сидел Попов. — У меня столько вопросов к вам…       — Давай оставим это на потом, ты всё-таки на работу пришёл устраиваться, а не отношения выяснять, — со строгостью в голосе говорит Арсений, стараясь избегать зрительного контакта. — Будь добр, присядь.       — Но… Ладно, поговорим после собеседования, — пошёл на компромисс Антон, присаживаясь на стул, и откидываясь на спинку, делая взгляд, будто он весь во внимании.       Мужчина кивнул и продолжил. Он вкратце рассказывал о сути работы, и о нюансах, которые он обязан будет соблюдать. Также о графике работы, и дресс-коде. В заключение он задал пару дополнительных вопросов, на которые получил сразу не сильно замысловатые ответы, но вполне правильные.       — Хорошо, собеседование ты прошёл. Если есть вопросы по работе, то задавай, если нет, так уж и быть задавай «личные» вопросы, — подытожил Арсений Сергеевич. Но Антон даже рта не успел открыть, как раздался звук звонка на телефоне собеседника. — Секунду. Слушаю…       Шастун остался терпеливо сидеть и наблюдать за мужчиной. Сначала Попов вёл с кем-то разговор, а после пошёл к небольшому столику, который находился возле чёрного дивана. Выслушивая собеседника, он одновременно выискивал что-то среди бумаг. Наконец найдя нужный лист, он присел на диван и стал сверять содержимое со сказанным из телефона.       Антону стало достаточно скучно смотреть на этот нудный разговор, поэтому он придумал рисковый план, который он просто обязан воплотить. Закрыв дверь изнутри, он внимательно наблюдал за мужчиной, особенно за взглядом. Подсаживась к Арсению тихонечко на диван, парень делает вид, будто просто присел, хотя пытается не выглядеть странным. Шастун немного ждёт, просто слушая этот заумный разговор, состоящий из неизвестных ему терминов, он медленно кладёт руку Попову на колено немного сжимая, смотря периферическим зрением за его реакцией. Сопротивления не было, изменений в лице тоже, лишь внимательный взгляд наблюдающий за рукой на своей ноге, но это так, пустяки. Антон начинает медленно водить ладонью по бедру, стараясь почти впритык пододвигаться к члену, но всё же не касаясь его. Мужчина перестаёт говорить, и слушает лишь собеседника, и своё учащенное сердцебиение. Он из-за всех сил пытается показывать спокойствие и безразличие, как по его мнению детскому баловству, но выходит достаточно плохо, ведь глазки начинают бегать, и по инерции закусывается губа.       Шастун убрал руку с колена, привстал и закинул одну ногу на мужчину, седлая его. Тогда он и встретился с глазами Арсения, в которых читалось одно сплошное «тебе не жить».       — Будь тише, папочка, — шепчет он на ухо Попову, обжигая горячим дыханием кожу. Антон видит как он сдерживается, значит идёт всё по плану, и можно приступать к пункту Б. Спускаясь к шее, парень прикусывает её, и всасывает, чтобы образовался засос, а после лижет это место, как это делают кошки. Он, конечно, не кот, но делать так любит. Делая фиолетово — розовые пятна на шее и плечах, Шастун одновременно расстегивал чужую черную рубашку открывая для себя больше возможностей. Если вы, конечно понимаете о чем идёт речь.       Арсений давно перестал вести разговор с коллегой, ибо стоны так и хотели вырваться наружу, а свободная рука просто сжималась в кулаке, сдерживаясь, чтобы нахер не отключить этот гребаный звонок, и наконец начать уже как-то участвовать в этой «игре», потому что она ему определённо нравится. Неизвестно, что этот парень может сотворить, исходя из того факта, что он о нём ничего не знает. Паша о таком не предупреждал.       Парень медленно спускаясь на колени перед Арсений Сергеевичем, не упуская возможности ещё где-нибудь прикусить, либо лизнуть. Его лицо находилось на уровне члена мужчины, и это Антона ничуточки не смущало, это можно понять по его невинному взгляду, который прямиком смотрел в туманные глаза. Шастун незамедлительно расстегнул чужую ширинку и спустил белье, потому что сам уже не мог терпеть промедлений. Пока в работу рот он не пускал, поэтому просто водил рукой по члену, наблюдая за этой желанной реакцией. Попов отключил динамик и убрал телефон на стол, из которого не в чем не бывало доносится чей то голос. Он начал постанывать и биться в руку бёдрами, откидывая голову назад. Антон решил сжалиться над ним, и взял в рот наполовину, но сразу резко двигаясь, постоянно беря глубже. Сосать у него получилось откровенно говоря, ахуенно, по крайней мере Арсению точно так никто не отсасывал.       Попов уже полностью не контролируя свои действия, схватил парня за волосы и вдалбливал в него свой член. Естественно, он начал кашлять и создавать вибрацию, принося двойное наслаждение и новые ощущения. Глаза рефлекторно немного наполнились влагой, из-за которой Антон видел перед собой сплошной туман. Мужчина чувствуя оргазм убрал руку с головы юноши, не заставляя, чисто из вежливости, оставаться в таком же положении, чтобы он ему излился прямо в рот. Тот понял намёк, но любил делать всё по своему, поэтому головы не убрал, просто включил ещё и руку. Чувствуя тягучею субстанцию на языке, он просто её проглотил, даже не морщась. Нет, вы не подумайте, что он какая-то шлюха, и каждый день кому также сосёт, вовсе нет, ему просто, правда, было не противно.       — И что это сейчас, блять, было? — спросил немного отдышавшись Арсений. Натянув белье и брюки, он застегнул ширинку, и взяв телефон со столика, проверив новые уведомления, и наличие прежнего звонка.       — М-м, наверное, минет, — будто ничего и не произошло, отвечает Шастун, присаживаясь на диван, рядом мужчиной, и помогая застегнуть рубашку.       — Так это понятно. А за что, или для чего? Наверняка же имеется причина, — уточняет Попов, и уходит к своему рабочему месту.       — Да просто потому что я люблю вас, — напрямую заявляет парень без задней мысли.       На улице начинает капать дождь, не моросить, а прям сразу лить крупные каплями. Они падают, и ударяются с громким звуком об стеклом и землю… Мир Арсения также падает, но только с глухим приземлением улетает в бездну.       Ещё один человек.       — А я тебя нет, — отрешенно, и достаточно тихо отвечает мужчина. Эти слова как огонь по языку, безумно больно произносить. Он и так сломал много сердец, а спустя долгое время, надеясь, что всё это закончилось, свалился как снег на голову Антон. И он даже не понял, как пошел на этот рисковый шаг.       Арсений стоит лицом к окну, и боится обернуться и увидеть снова стеклянные глаза, полные ненависти и злобы. На самом деле у него самого сейчас сердце разрывается. Все его «жертвы» которые влюблялись в него, отвергались мужчиной со словами о независимости, но Антон. Он отличался от всех. Его Арс полюбил. Поэтому очередной отказ карался бумерангом. Попов не его отрек, а себя.       — Хорошо, — хриплым голосом отвечает Шастун, и выходит из кабинета, тихо закрыв дверь.       Спокойным шагом Антон выходит из здания, и идёт на ближайшую лавочку, чтобы спокойно посидеть в тишине, под звуки слез неба. Ему не было больно от слов Арсения, он им даже не поверил.       Вербально ты можешь говорить всё что угодно, но только невербально ты всегда покажешь правду.

***

      Попов, находясь в душном помещении, в тепле и сухости, просто мечтал выйти туда, к нему, где темно и сыро, и как в тот вечер подойди и рядом присесть, также легкомысленно рассуждая, о чем-то рассказывать, пока тот парень не отрываясь слушал. Но только он слушать не станет, и присесть не разрешит.       Дождь всегда успокаивал, заставлял нервы утихомириться, а улыбке расцвести на губах. Эти капли обычной воды, умывали душу, давали безмолвно советы, и показывали светлую дорогу дальше. И Арсений очень надеется, что Антон эту светлую дорогу в будущее видит без него.

***

      Алина давно заметила неладное, когда парень не выходил из кабинета уже минут двадцать. И уж тем более, когда он вышел с грустным лицом, и чуть ли не побежал к выходу. Ни уж то, Арсений Сергеевич мог его не принять? Идти к Попову не вариант, так как ругаться с начальником, себе дороже, поэтому она незамедлительно помчалась за Шастуном.       Забегая сначала за зонтом к себе в кабинет, чтобы хоть как то сохранить свой презентабельный вид, она выбежала на улицу, и сразу глазами наткнулась на Антона. Недалеко ушёл.       — Антон! — оrликнула его Алина, подбегая к нему. — Что случилось?       — Алина? Господи, ты что тут делаешь? — спохватился парень.       — Так, я первая вопрос задала, — присаживаясь рядом с Шастуном, и накрывая от дождя, говорит девушка.       — Мы с Арсением немного повздорили, но это так, личное. Не бери в голову, — отнекивался юноша, опуская взгляд.       — Что значит личное, вы что, были знакомы? И что значит, не бери в голову? Антон, что случилось? — возмущается Алина, укоризненно смотря на собеседника.       — Да, мы были знакомы до этого, но совсем немного. Алин, пожалуйста, не лезь в это, мы разберёмся сами, — умоляющи просил парень, заглядывая в её глаза, жалобным взглядом.       — Хорошо… Ой блин, мне пора уже. Так, Антон, чуть не забыла, Арсений Сергеевич, сказал передать тебе, что нужно будет приходить первое время по моему звонку. Честно, сама не поняла смысл этой просьбы, не спрашивала у него даже. В общем, завтра точно не нужно будет приходить, потому что будет много заседаний в его кабинете, и он будет очень занят, вот, — объяснила девушка. — Всё, до встречи.       — До встречи, — в след сказал Шастун уже убегающему силуэту.

***

      Арсений сидел ещё около часа в апатии, совершенно, не понимаю, что происходит вокруг него. Его посещали противоречащие мысли, начиная с правильности о сделанном, заканчивая отвращение к самому себе. Он не мог понять своих чувств, хотя привык постоянно знать всё, и держать всё под контролем, а сейчас просто не может и мысли в кучу собрать. Мужчина не слышал никого, не видел перед собой ничего, кроме образа того парня, который отравил его мозг собою. Сидеть на рабочем месте было невыносимо, всё казалось будто напоминало ему о нем, а в воздухе летали нотки парфюма Антона.       Попов решил доехать до того парка, где встретил того юношу, и прогуляться, до последнего надеясь, что он пришёл сюда же, чтобы заглушить кричащие мысли.       Но он не пришёл.

***

      Парень поехал на следующее утро к Арсению, и плевать, что нельзя, ему то важнее. Уверенной походкой направляясь к лифту, с мыслями, что разъебёт ему ебало. Вот только за что? За то, что ответил невзаимными чувствами и бросил как бродячую собаку под дождь? Приувеличение, не больше. Попов ему ничего не должен, но оставлять предложение без точки не правильно, поэтому нужно поговорить, и тогда уже решать, что ставить, запятую или жирную точку.       Антон стучит в кабинет начальника, и получает в ответ глухое, строгое «входите».       — Здравствуйте, Арсений Сергеевич. Я понимаю, что вы меня сегодня на работу не ждали, но я по личному вопросу. Уделите мне пару минут, иначе я не отстану, — закрывая за собой дверь, Шастун, проходит и без разрешения садится на кресло напротив мужчины.       — Хорошо, — не задумаясь соглашается Попов. Ну хоть одного человека он может не так жёстко сломать, в отличии от других.       — Объясните мне, почему вчера вы мне отказали, хотя в ваших глазах плескалась влюблённость? — с ухмылкой спрашивает парень, опираясь локтями на стол.       — То есть ты хочешь сказать, что меня насквозь видишь? Интересно, — улыбнулся мужчина. — Хорошо, я тебе расскажу. Однажды, несколько лет назад, у меня появились девушка, у нас с ней были достаточно серьёзные отношения, химия, все дела, и на тот момент я начал строить свой бизнес. Она мне помогала абсолютно во всем, поддерживала когда у меня что-то не получилось. И вот с горем пополам, всё готово, начинают капать первые деньги, даже предлагают сотрудничество. Я полностью ушёл в эту тему, мог по нескольку дней проводить на работе, потому что сотрудников тогда не хватало, а работы было завалом. И она начала мне изменять. А на минуточку, мы были вместе больше четырёх лет, даже свадьбу планировали. Так вот, когда я в очередной раз пришёл с работы после двух суток беспрерывной работы и запалил её с каким-то мужиком. Он сразу убежал, аж пятки сверкали, а она пыталась извиняться, но я её не слушал, выбросил все вещи, и выставил за дверь, сказав напоследок что бы больше не возвращалась. С тех пор я Алёну больше никогда не видел. Знаешь, она для меня была родным человеком, я к ней привык, а после её ухода, будто пластырь разом оторвали. Я пытался находить ей замену, находя девушек, которым, к сожалению, нужно только бабло и секс. Я потерял смысл любви. И очередной раз когда кто-то пытается со мной познакомиться, в смысле отношений, я всегда отшиваю. И раз за разом мне становится всё больнее и больнее, будто что-то накапливается, а вылить совершенно некуда.       — Воу, вот как, — задумчиво тянет Антон. — А почему тогда, в том парке, вы подошли ко мне?       — Я не знаю, что на меня нашло тогда. Честно, понятия не имею. Наверное, находясь под эйфорией из-за дождя, мне очень захотелось с кем-то познакомиться, и выговориться. Хоть у меня это и не получилось, но всё же легче мне как будто стало, — отвечает Арсений.       — Хорошо, а почему вы не сказали своего имени, и не стали знакомиться, так сказать? Я вас после того вечера забыть не смог, — не унимался парень, до последнего пытаясь добраться до истины.       — Как я уже и сказал, я хотел с кем-то познакомиться, но при этом сделать так, чтобы ты ко мне не привязался. Поэтому ничего о себе я не говорил, чтобы ты не смог меня найти, — пояснил он, обходя стол. — а в тот вечер, когда ты начал повторять мои действия, и подолгу смотреть, у меня в голове сразу включился красный цвет, что я тебе понравился, поэтому просто сбежал.       — Я понял. Но у меня остался последний вопрос: вы взаправду не сможете больше довериться человеку и снова начать отношения, если человеку не нужны ни деньги, ни секс, а он просто искреннее влюбился? — аккуратно спросил Антон, боясь получить отрицательный ответ.       — Не думал об этом. Просто я перестал доверять людям, и ещё один человек может добить, поэтому я боюсь начинать, — оперевшись об стол, говорит Попов, уже не следя за временем. — Подойди сюда, пожалуйста.       Арсений отошёл к окну и ждал пока подойдёт парень. Шастун уже подумал что разговор закончен и его запрягут работой, но ничего в руках мужчины он не увидел, лишь огонёк в глазах. Парень повернулся спиной к окну, поясницей опираясь на подоконник, и ждал следующих действий от собеседника. Он в свою очередь встал к нему вплотную, убирая руки за его спину, кладя на белую поверхность.       — Я доверюсь тебе, — прошептал Попов прямо в губы Антону, после чего сразу целуя. Шастун сначала бегал глазами по лицу мужчины, а потом включился, положил ладонь на его шею, немного царапая, и начал отвечать на поцелуй. Он был мягкий, без языка, а просто со всей нежностью, которая только есть.       За спиной Шастун услышал снова звуки падающих капель, небольшой ветерок, но в этой раз почувствовал тёплые лучи солнца.       Они поняли...

Их свёл дождь.