Шанс, которого не было.

      Леди Эовин не знала, что разминулась с Гримой буквально на несколько минут. Советник едва покинул покои принца, как ему доложили, что в Эдорас прибыли четверо путников: маг Гэндальф, эльф Леголас, принц Лихолесский, гном Гимли, сын Глоина, и человек – Арагорн, сын Араторна.       Грима, отнюдь не отличавшийся склонностью к гостеприимству, воспринял эту новость крайне настороженно. Он прекрасно помнил наставления Сарумана о том, что необходимо воспрепятствовать встрече Гэндальфа с королем, если вероятность таковой возникнет.       «Опасно, очень опасно, - размышлял Червеуст, направляясь в тронный зал. – Но если забрать у них оружие, и главное – колдовской посох, то быть может обойдётся».       Грима лично проинструктировал комендантов Эдораса насчёт необходимости разоружить путников «во избежание возможности покушения на жизнь короля» и приказал верным ему людям быть начеку.       Несмотря на меры предосторожности, Червеуст заметно нервничал. Присев на своё место возле королевского трона, он, сам того не замечая, вцепился в подлокотники с такой силой, что побелели костяшки пальцев, и чувствовал озноб даже сквозь тёплый чёрный бархат одежд. Больше всех Грима опасался мага, так как неплохо представлял, каким могуществом тот может обладать.       Червеуст перевёл взгляд на Теодена. Король кажется даже не переменил позы с того времени, как Грима последний раз видел его. Он безучастно смотрел перед собой невидящими глазами и что-то тихо бормотал себе под нос, едва ли замечая присутствие советника.       Наконец томительное ожидание закончилось: двери распахнулись, пропуская путников, и Грима оценивающе присмотрелся к вошедшим. Колдун тяжело ступал, опираясь одной рукой на трость, почти скрытую длинными рукавами его серой накидки, а второй на руку эльфа. Гном и человек – на первый взгляд один из следопытов дунадайн, выглядели вполне безобидно, учитывая тот приятный факт, что всё оружие у них предварительно забрали. Червеуст с удовлетворением отметил, что маг, судя по всему, немощен и слаб, а значит всё не так уж и плохо.       Он поспешно наклонился к Теодену:       - Повелитель, Гэндальф Серый явился.       - Неучтиво встречают нынче гостей во дворце твоём, король Теоден! – громко произнёс маг.       - Вестник зла…нежеланный гость, - торопливо нашептывал Грима в уши короля, - гоните его.       Кивнув, Теоден с трудом поднял склонённую голову.       - С чего мне радоваться тебе, Гэндальф-горевестник? – медленно прохрипел он, а затем вопросительно посмотрел на Гриму.       Червеуст одобрительно кивнул:       - Справедливый вопрос, государь!       Вновь обретя уверенность и заметив крепких рослых мужчин, ожидающих его сигнала, Грима поднялся со своего места и спустился по ступенькам навстречу магу.       - Слишком поздно этот фокусник изволит являться! – усмехнулся он, - «Латспелл» нарекаю тебя. Дурной гость, несущий дурную весть…       - Молчи! – резко оборвал его Гэндальф, и лицо его выражало глубочайшее отвращение. – Держи свой гнилой язык за зубами. Не для того прошёл я через огонь и смерть, чтобы препираться с глупым Червём.       Грима замер, задетый прозвищем, преследовавшем его при королевском дворе с недавних пор.       Пользуясь замешательством Червеуста, маг высоко поднял свою трость. И только сейчас королевский советник разглядел, что это вовсе не трость, как ему показалось вначале, а вырезанный из белого дерева колдовской посох. От него исходило странное сияние, и на фоне такой слепящей белизны лицо Гримы в обрамлении смоляных чёрных волос казалось совсем серым.       - Посох! – потрясённо воскликнул он. – Я же приказал вам забрать у колдуна посох!       Запоздало намереваясь выполнить поручение, его приспешники тут же бросились к магу, но друзья Гэндальфа встретили соперников кулаками и решительным отпором. Сам колдун, не обращая внимания на потасовку, беспрепятственно зашагал навстречу королю.       - Теоден! Сын Тенгиля! – торжественно воззвал он, приветственно поднимая руку, - я пришёл помочь тебе. Слишком долго ты был во мраке…       В отчаянной попытке помешать Гэндальфу, Грима рванулся было вперёд, стараясь при этом увернуться от разыгравшейся драки, но к несчастью именно в этот момент кто-то сильно толкнул его. Червеуст, потеряв равновесие, оступился и упал. Не успел он отползти в сторону, как на его грудь наступил увесистый сапог гнома, крепко прижав Гриму к полу.       - Я бы на твоём месте лежал спокойно, - посоветовал ему Гимли.       Благоразумно подчинившись, Червеуст «лежал спокойно» и беспомощно наблюдал, как пошли прахом все его усилия, стоившие долгих месяцев изощрённого труда.